хз

Ночной клуб «Бездна» полностью оправдывал свое название. После двух часов ночи, когда последние пьяные посетители были выпровожены охраной, а персонал разошелся по домам, заведение погрузилось в гулкую, зловещую тишину. Лишь гудение холодильников в баре и редкие вспышки неоновых ламп на стенах нарушали этот покой.

Лера прижала к груди сумочку, чувствуя, как холодный пот стекает между лопаток. Она оказалась здесь случайно — просто хотела забрать забытый зонт, но дверь служебного входа захлопнулась, а в дверях VIP-зала возник он.

Кирилл. Хозяин этого места, человек, чье имя в определенных кругах произносили шепотом. Высокий, с мощными плечами, обтянутыми дорогой черной рубашкой, и ледяным взглядом темных глаз. Его накачанный силуэт в полумраке казался монументальным и пугающим.

— Куда-то торопишься, мышка? — Его голос, грубый и низкий, прорезал тишину, заставив Леру вздрогнуть.

— Кирилл... я просто за вещами. Пожалуйста, открой дверь, — пролепетала она, пятясь назад, пока не уперлась спиной в холодную кожаную обивку дивана.

Кирилл медленно двинулся на нее, и в каждом его шаге чувствовалась угроза хищника, который точно знает, что добыча никуда не денется. Он щелкнул замком, отрезая последний путь к спасению.

— Сегодня ночью «Бездна» работает только для двоих, — он оскалился в неприятной, плотоядной улыбке. — И знаешь, я чертовски проголодался. Хочу попробовать тебя на вкус, во всех смыслах.

— Не надо... — Лера почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. — Отпусти меня, прошу.

— Заткнись, — грубо оборвал ее Кирилл, хватая за подбородок и сжимая пальцы так сильно, что она вскрикнула. — Твои мольбы только разжигают аппетит. Ты ведь такая чистенькая, такая правильная. Хочу посмотреть, как ты будешь выглядеть, когда я выверну тебя наизнанку.

Он толкнул ее на диван, нависая сверху всей своей массивной тушей. От него пахло дорогим парфюмом, табаком и опасностью.

— Ты сегодня узнаешь, что такое настоящая боль и настоящее удовольствие, — прошептал он ей в самое ухо, обжигая кожу горячим дыханием. — Я собираюсь трахнуть тебя так, что ты забудешь собственное имя. Сначала в твой нежный ротик, а потом... я доберусь до твоей тесной задницы.

Лера попыталась оттолкнуть его, но ее тонкие руки были бессильны против его стальных мышц.

— Перестань брыкаться! — рявкнул Кирилл, наотмашь ударив ее по щеке. — Чем больше ты сопротивляешься, тем больнее мне захочется тебе сделать.

Он достал из-под столика черную сумку, которую, казалось, приготовил заранее. Когда он расстегнул молнию, Лера похолодела. Там были игрушки — огромные, пугающие своим видом.

— Видишь это? — он вытащил массивный резиновый фаллос, длина которого казалась нереальной, не меньше полуметра. — Это будет внутри тебя. И мне плевать, насколько тебе будет тесно.

— Нет, пожалуйста! Это же убьет меня! — зарыдала Лера, пытаясь сползти с дивана.

Кирилл схватил ее за волосы, заставляя запрокинуть голову.

— Я сказал: рот закрой, — прошипел он. — Будешь хныкать — добавлю еще пару ударов. А теперь работай челюстями.

Он грубо вставил свои пальцы ей в рот, начиная с силой растягивать губы. Лера чувствовала, как рвутся уголки рта, как челюсть сводит от напряжения. Он не давал ей передохнуть, просовывая пальцы всё глубже, пока она не начала давиться.

— Шире, сучка, шире! — командовал он, игнорируя ее приглушенные стоны боли. — Ты должна привыкнуть к объему.

Затем он сменил пальцы на тот самый огромный резиновый снаряд. Когда холодный, жесткий материал коснулся ее губ, Лера зажмурилась, чувствуя, как ужас парализует тело. Кирилл действовал безжалостно. Он вбивал игрушку ей в глотку, заставляя ее задыхаться, растягивая ее рот до предела.

— Терпи, — зло бросил он, видя, как она пытается отстраниться. — Это только разминка.

Когда он, наконец, вытащил игрушку, Лера судорожно глотала воздух, по ее подбородку текла слюна вперемешку со слезами. Но Кирилл не собирался останавливаться. Он перевернул ее на живот, прижимая лицом к подушкам дивана.

— Теперь займемся твоим вторым входом, — его голос стал еще более жестким. — Он такой узкий, Лера. Но я это исправлю.

Он сорвал с нее белье, оставляя беззащитной. Лера почувствовала, как он наносит холодную смазку, но это не принесло облегчения. Следом последовал первый анальный расширитель — толстый, ребристый шар, который он с силой вогнал в нее.

Крик Леры заглушили подушки. Боль была острой, разрывающей, словно ее тело пытались расколоть надвое.

— Хватит дергаться! — Кирилл ударил ее по ягодице, оставляя яркий красный след. — Ты будешь принимать всё, что я дам.

Он начал менять игрушки, каждая из которых была больше предыдущей. Он мучил ее задницу, не давая тканям адаптироваться, намеренно причиняя страдания. Лера чувствовала себя сломанной куклой, над которой измывается жестокий хозяин.

— Посмотри на себя, — он схватил ее за волосы, заставляя смотреть в зеркало на стене. — Скромница Лера, с растянутым задом и размазанной тушью. Ты ведь сама этого хотела, признайся.

— Нет... — прохрипела она, заходясь в новом приступе рыданий.

— Не лги мне! — Он снова ударил ее, на этот раз по лицу. — Ты знала, к кому идешь. Ты знала, какой я.

Он снова вернулся к ее рту, заставляя снова и снова принимать огромный фаллос, пока она не потеряла счет времени и боли. Каждый его толчок отдавался в голове тупой пульсацией. Он унижал ее словами, описывая в самых грязных подробностях, что он с ней делает и что сделает еще.

— Ты будешь помнить эту ночь всю жизнь, — прошептал Кирилл, когда он, наконец, отстранился, оставляя ее лежать на диване, дрожащую и опустошенную. — Ты теперь моя собственность. И если я захочу повторить — ты придешь сама.

Он поднялся, поправляя одежду, и посмотрел на нее свысока, с чувством полного превосходства. Лера лежала, не в силах пошевелиться, чувствуя лишь тупую боль во всем теле и бесконечную пустоту внутри.

Клуб всё так же молчал, скрывая в своих недрах то, что произошло этой ночью под неоновым светом «Бездны».