Джохан и Норт

Прошло больше года с того дня, когда жизнь Норта превратилась в хаос, а затем — в тихое, наполненное детским смехом уединение. Он помнил тот вечер в клубе до мельчайших подробностей: липкий страх, затуманенное наркотиком сознание и спасительные руки Джохана. А потом — ту самую ночь, которая изменила всё. Узнать о беременности для парня было шоком, граничащим с безумием, но он выбрал бегство. Он не мог обременять богатого, властного Джохана, чья жизнь состояла из цифр, бизнеса и холодного расчета, такой «ошибкой».

Но у судьбы и Джохана были другие планы.

Норт прижал к себе маленькую Арин, пытаясь унять дрожь в коленях. Он просто вышел в торговый центр за продуктами, но стоило ему заметить черные тонированные машины у входа, как сердце пропустило удар. Он узнал их. Он узнал этот холодный блеск лакированных кузовов.

— Пожалуйста, только не сегодня, — прошептал он, прижимая дочь плотнее.

Не успел он развернуться к запасному выходу, как дорогу преградили двое мужчин в строгих костюмах. Один из них, не говоря ни слова, осторожно, но твердо забрал Арин из его рук.

— Эй! Отпустите её! — вскрикнул Норт, бросаясь вперед, но его перехватили.

— С ребенком всё будет хорошо, господин Норт, — бесстрастно произнес охранник. — О ней позаботятся. А вам нужно поговорить с боссом.

Из тени вышел Джохан. Он выглядел еще более внушительным, чем год назад. Дорогой костюм, идеально уложенные волосы и взгляд, от которого кровь стыла в жилах. Он не сказал ни слова. Просто подошел, и прежде чем Норт успел возмутиться, Джохан подхватил его и перекинул через плечо, словно мешок с рисом.

— Джохан! Пусти! Что ты творишь?! — Норт отчаянно колотил кулаками по широкой спине, но это было всё равно что бить скалу.

— Молчи, — коротко бросил Джохан. Его голос вибрировал от сдерживаемой ярости. — Ты бегал достаточно долго.

Дорога до особняка прошла в гробовой тишине. Норта заперли в машине, Арин везли в другом автомобиле под присмотром няни, которую Джохан, очевидно, нанял заранее. Как только они оказались внутри дома — того самого дома, где когда-то разбитая ваза стала началом их странной связи, — Джохан буквально швырнул Норта на огромную кровать в главной спальне.

Норт быстро сел, тяжело дыша и поправляя растянутую белую футболку с глубоким вырезом, которая теперь казалась ему слишком открытой под этим тяжелым взглядом.

— Что ты делаешь, Джохан? — голос Норта дрожал. — Ты не можешь просто похитить нас!

— Я могу делать всё, что захочу, когда речь идет о моем имуществе и моей дочери, — Джохан медленно снимал пиджак, отбрасывая его в сторону. — Ты скрыл от меня ребенка, Норт. Ты заставил меня искать тебя целый год. Ты хоть представляешь, что я чувствовал?

— Я не хотел быть обузой! — выкрикнул Норт, вскакивая на ноги. — Ты богат, у тебя впереди великое будущее, а я... я просто студент, который задолжал тебе за вазу!

Джохан сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними до минимума. Его рука резко взметнулась, хватая край выреза футболки Норта.

— Ты решил за нас обоих, — прошипел он. — И теперь пришло время понести наказание.

Одним резким, мощным движением Джохан рванул ткань. Звук разрываемого хлопка эхом отозвался в тишине комнаты. Белая футболка превратилась в тряпку, обнажая бледную кожу Норта и его судорожно вздымающуюся грудь.

— Больше никогда, — Джохан отбросил лоскуты ткани на пол, — никогда не надевай такие вещи. Ты больше не принадлежишь себе. Ты принадлежишь мне.

— Это безумие... — прошептал Норт, пытаясь прикрыться руками, но Джохан перехватил его запястья, прижимая их к кровати.

— Это не безумие, Норт. Это расплата, — его губы коснулись уха парня, обжигая горячим дыханием. — Я собираюсь напомнить тебе каждую секунду того удовольствия, которое ты пытался забыть. И на этот раз я не отпущу тебя, пока ты не выучишь урок.

Джохан накрыл его губы властным, требовательным поцелуем, в котором смешались гнев, собственничество и долгое, мучительное желание. Норт пытался сопротивляться лишь первые несколько секунд, но старая тяга к этому человеку, которую он так старательно подавлял, вспыхнула с новой силой.

— Пожалуйста... — выдохнул Норт в губы Джохана, не зная, просит ли он остановиться или продолжать.

— Пожалуйста — что? — Джохан оторвался от его губ, глядя прямо в глаза. — Просишь прощения? Или хочешь, чтобы я был жестче?

— Джохан, я... я просто боялся.

— Теперь тебе нечего бояться, кроме моей злости, если ты снова решишь исчезнуть, — Джохан начал спускаться поцелуями к шее, оставляя яркие отметины на нежной коже. — Ты останешься здесь. С нашей дочерью. И ты будешь делать всё, что я скажу.

Руки Джохана уверенно исследовали тело Норта, заставляя того выгибаться навстречу. Каждый дюйм кожи горел под этими прикосновениями. Год разлуки превратил их страсть в нечто первобытное, неконтролируемое.

— Ты всё еще должен мне за ту вазу, помнишь? — прошептал Джохан, расстегивая ремень на брюках Норта. — Проценты выросли, Норт. Очень сильно выросли.

— Я... я отработаю, — с трудом произнес Норт, закидывая голову назад, когда губы Джохана нашли чувствительную точку на его ключице.

— О да, — Джохан усмехнулся, и в этой усмешке не было доброты, только обещание долгой и жаркой ночи. — Ты отработаешь каждый бат. И начнешь прямо сейчас.

Комната погрузилась в звуки прерывистого дыхания и тихих стонов. Джохан был неумолим, он брал то, что считал своим по праву, доказывая Норту, что никакие стены и никакие расстояния не смогут защитить его от этой связи.

Когда позже, глубокой ночью, Норт лежал в объятиях Джохана, совершенно обессиленный, он почувствовал, как сильная рука собственнически прижимает его к горячему телу.

— Завтра мы перевезем все твои вещи, — не терпящим возражений тоном сказал Джохан. — Арин уже спит в детской. Она удивительно похожа на меня.

— Она такая же упрямая, — тихо ответил Норт, закрывая глаза.

— Это хорошо, — Джохан поцеловал его в макушку. — Ей это понадобится. А тебе понадобится много сил. Потому что я еще не закончил твое наказание.

Норт вздрогнул, но не от страха, а от странного чувства защищенности, которое он испытывал только рядом с этим пугающим, властным человеком. Он знал, что его жизнь больше никогда не будет прежней, но, глядя на разорванную белую футболку на полу, он понял, что старый Норт, который вечно бежал от проблем, остался там же — в лоскутах дешевой ткани. Теперь он был частью мира Джохана. Навсегда.