Неожиданный наследник

Тень в моем кабинете казалась гуще, чем обычно. Я сидел в кресле главы гильдии «Адзин», глядя в панорамное окно на Сеул, который никогда не спал. Мой рост в сто девяносто сантиметров и широкие плечи делали это кресло почти тесным, но я привык к этому ощущению силы, пульсирующей под кожей. Мои глаза, серые и холодные, как грозовая туча перед ударом молнии, отражались в стекле.

В дверь постучали. Это была Ча Хэ Ин. Она зашла, чтобы отдать отчеты, но я чувствовал ее взгляд на своей спине — долгий, полный невысказанной тоски и чего-то более глубокого. Я знал, что она любит меня. S-ранговый охотник, сильная, независимая, но рядом со мной она всегда словно теряла равновесие.

Я не чувствовал к ней ничего. Мое сердце, когда-то человеческое, теперь принадлежало тени и вечности. Любовь казалась мне чем-то далеким, почти забытым артефактом из прошлой жизни, когда я еще был «слабейшим оружием человечества».

Тишину разорвал резкий звонок мобильного телефона. Я взглянул на экран — незнакомый номер, но код принадлежал одной из центральных больниц Сеула, где лечились охотники и их семьи.

– Алло, – ответил я, и мой голос прозвучал суше, чем я планировал.

– Господин Сон Джинву? – Голос на том конце дрожал. Это был мужчина, судя по одышке — кто-то из административного персонала. – Пожалуйста, вы можете немедленно приехать в больницу? Это... это касается чрезвычайно важного и деликатного дела. Мы не можем обсуждать это по телефону.

– Я буду через минуту, – коротко бросил я.

Я не стал использовать машину. Тень под моими ногами пришла в движение. «Обмен тенями» — и пространство вокруг меня схлопнулось, чтобы через мгновение вытолкнуть меня в пустом коридоре больничного крыла для VIP-персон.

Атмосфера здесь была пропитана не просто запахом антисептиков, а чистым, концентрированным страхом. Главный врач, пожилой мужчина с седыми висками, едва не выронил планшет, когда я буквально соткался из воздуха перед ним.

– Господин Сон! – Он побледнел, его губы задрожали. – Прошу, пройдемте в мой кабинет. Пожалуйста.

– Что случилось? – спросил я, сокращая дистанцию. Мое присутствие давило на него, я чувствовал, как его пульс частит.

– Пройдемте, умоляю. Это катастрофа.

Мы вошли в кабинет, и он тут же запер дверь на электронный замок. Его руки так сильно тряслись, что он не с первой попытки попал по кнопке.

– Господин Сон... наши врачи совершили преступление. Чудовищное нарушение этики и закона, – начал он, не смея поднять на меня глаз. – Девять месяцев назад госпожа Ча Хэ Ин пришла к нам. Она... она использовала свои связи и влияние, чтобы получить доступ к вашим биологическим образцам, оставленным после одного из обязательных медицинских обследований для S-ранга.

Я нахмурился. Внутри шевельнулось холодное раздражение.

– Она хотела забеременеть от вас, – продолжал врач, вытирая пот со лба. – Она наняла группу специалистов, чтобы провести процедуру искусственного оплодотворения втайне от всех. Но... произошла роковая ошибка. Акушер-генетик, ответственный за подготовку, перепутал маркировку контейнеров. В тот день проводилась еще одна процедура для женщины, не имеющей отношения к миру охотников.

Я замер. Холод, исходящий от моей маны, начал инеем покрывать края его рабочего стола.

– Вы хотите сказать...

– Да, – перебил он, его голос сорвался на шепот. – Они оплодотворили совсем другую девушку вашим материалом. Девушка была суррогатной матерью для другой пары, но из-за ошибки в ней начал расти ваш ребенок. Мы узнали об этом слишком поздно. Ча Хэ Ин пыталась скрыть это, она угрожала персоналу, она... она была в ярости. Но час назад та самая девушка родила.

– Где она? – мой голос стал тихим, и это было опаснее любого крика.

– Она умерла, господин Сон. Осложнения при родах... организм обычного человека не выдержал нагрузки. Ребенок... он родился с невероятным уровнем маны. Мы уже задержали всех причастных. Ча Хэ Ин находится под стражей в отделе контроля Ассоциации, как и врачи, которых она подкупила.

Дверь в кабинет тихо открылась. Вошла медсестра, ее лицо было белым как мел, а в руках она бережно держала сверток из тонкой голубой ткани.

– Вот он, – прошептала она.

Я сделал шаг вперед. Мир вокруг перестал существовать. В свертке лежал младенец. У него были иссиня-черные волосы, как у меня, и невероятно бледная, почти фарфоровая кожа. Но когда он приоткрыл глаза, я почувствовал, как мое сердце, мертвое для чувств, пропустило удар.

Его глаза были небесно-голубыми. Не серыми, как гроза, а чистыми, как небо после дождя, которого я не видел уже очень давно.

– Перед смертью девушка успела прошептать имя, – тихо сказал главный врач. – Она назвала его Юки.

Я протянул руки. Медсестра с опаской передала мне ребенка. Он был крошечным, но я чувствовал в нем силу, которая дремала, словно свернувшийся дракон. Это была моя кровь. Моя тень, смешанная с чьим-то светом.

– Юки... – повторил я.

Мальчик не плакал. Он смотрел на меня с каким-то недетским спокойствием, и в этот момент тени в комнате, которые до этого метались в гневе, вдруг замерли и склонились, признавая нового маленького господина.

– Что будет с Ча Хэ Ин? – спросил я, не отрывая взгляда от сына.

– Ее ждет суд, – ответил врач. – Лишение лицензии S-ранга — это минимум. То, что она сделала... это незаконное использование генетического материала национального уровня.

– Передайте Ассоциации, что я лично займусь этим вопросом, – отрезал я. – А теперь оставьте нас.

Когда врачи вышли, я остался один в кабинете с ребенком на руках. Я сел в кресло, чувствуя, как маленькие пальчики Юки вцепились в край моего черного пиджака.

– Значит, ты — то, что осталось от той девушки, – прошептал я. – И то, что породила моя тьма.

Я чувствовал странное смятение. Я, Теневой Монарх, повелитель армии мертвых, теперь держал в руках самую хрупкую и в то же время самую могущественную жизнь на планете. Ча Хэ Ин хотела привязать меня к себе, создать связь, которую я не мог бы разорвать. Но судьба — или система — сыграла с ней злую шутку.

– Игрис, – позвал я негромко.

Из моей тени бесшумно поднялся рыцарь в багровых доспехах. Он склонил голову, опустившись на одно колено. Его магическое зрение было устремлено на младенца.

– Охраняй его, – приказал я. – С этого момента его безопасность — приоритет номер один. Выше моей собственной.

Игрис издал низкий гул, похожий на клятву, и снова слился с тенью, но теперь он не просто следовал за мной — он окружил колыбель моих рук невидимым щитом.

Я посмотрел в окно. Теперь всё изменится. Ассоциация, гильдии, международные отношения — всё это отойдет на второй план. У меня появился наследник, рожденный в тайне и грехе, но чистый, как первый снег.

– Юки, – я коснулся его щеки кончиком пальца. – Ты не будешь жить в тени. Я построю для тебя мир, в котором тебе не придется сражаться так, как сражался я.

Мальчик вдруг улыбнулся, и в глубине его небесно-голубых глаз на мгновение вспыхнула фиолетовая искра — знак того, что кровь Монарха уже начала свое пробуждение.

Я поднялся и направился к выходу. Мои шаги гулко отдавались в пустом коридоре. Впереди была встреча с Ча Хэ Ин, и я знал, что мой взгляд будет холоднее, чем когда-либо. Она предала мое доверие, пытаясь украсть часть меня. Но в итоге она подарила мне то, о чем я даже не смел мечтать — смысл, ради которого стоило оставаться человеком.

– Господин Сон, вы уходите? – спросил дежурный офицер Ассоциации у выхода.

– Да, – я покрепче прижал сверток к груди. – Мы уходим домой.

Я вышел на крыльцо больницы. Ночной воздух был свежим. Я знал, что завтра газеты взорвутся заголовками, что мир содрогнется от новости о сыне Теневого Монарха. Но сейчас, глядя на спящего Юки, мне было все равно.

Впервые за долгие годы я почувствовал не только холодную мощь тьмы, но и странное, забытое тепло в груди.

– Спи, маленький принц, – прошептал я, исчезая в портале тени. – Твой отец присмотрит за этим миром ради тебя.

И тени Сеула, казалось, согласно зашелестели вслед, укрывая нас своим непроницаемым плащом. Контракт с судьбой был подписан не на бумаге, а кровью и магией, и теперь ни один монстр — ни из подземелий, ни из человеческого мира — не посмеет приблизиться к тому, что принадлежало Монарху.