Тайфун и Тонфа

Дождь в Бангкоке всегда пахнет одинаково — пылью, мокрым асфальтом и несбывшимися обещаниями. Тайфун ненавидел этот запах. Он напоминал ему о ночи, когда его жизнь раскололась на «до» и «после», оставив после себя лишь глухую пустоту под ребрами и шрам на душе, который никак не желал затягиваться.

Десять месяцев. Ровно столько времени прошло с тех пор, как он в последний раз видел Тонфу. Десять месяцев с того момента, как он, сжимая в руке положительный тест на беременность, собирался сказать правду человеку, которого любил больше жизни. И десять месяцев с той страшной ночи, когда резкая боль внизу живота и алые пятна на кафеле в ванной перечеркнули их общее будущее.

Тайфун тогда не сказал Тонфе. Он просто исчез. Богатый наследник огромной империи, Тонфа заслуживал кого-то, кто не был бы так сломлен. Тайфун решил, что его горе — это только его ноша.

Но судьба — ироничная штука. Она любит сталкивать людей в самые неподходящие моменты.

Маленький бар на окраине города был полупустым. Тайфун протирал бокалы, стараясь не думать о том, что его смена закончится только через два часа. Звякнул колокольчик над дверью, впуская порцию влажного воздуха и высокого мужчину в дорогом пиджаке, который выглядел здесь так же уместно, как бриллиант в сточной канаве.

Сердце Тайфуна пропустило удар, а затем пустилось в галоп. Тонфа.

Тот замер у входа, его взгляд сканировал помещение, пока не остановился на застывшей фигуре за барной стойкой. В глазах Тонфы промелькнуло столько эмоций — от ярости до невыносимой тоски, — что Тайфуну захотелось провалиться сквозь землю.

– Нашел, – негромко произнес Тонфа, подходя к стойке. Его голос был таким же глубоким и бархатистым, как в их последнюю ночь.

– Тебе не стоит здесь находиться, – Тайфун старался, чтобы его голос не дрожал, но пальцы, сжимающие полотенце, побелели.

– Ты просто ушел, Тайфун. Ни записки, ни звонка. Ты хоть представляешь, что я чувствовал? – Тонфа ударил ладонью по дереву стойки, заставив стаканы звякнуть.

– Я сделал то, что было лучше для нас обоих, – Тайфун отвел взгляд, чувствуя, как к горлу подкатывает комок.

– Для нас? – Тонфа горько усмехнулся. – Ты решил за меня. Ты всегда решаешь за меня.

Тонфа не стал дожидаться ответа. Он перемахнул через стойку, сокращая расстояние между ними до минимума. От него пахло дорогим парфюмом и дождем. Тайфун хотел оттолкнуть его, но тело предательски отозвалось на близость, которую он пытался забыть все эти долгие месяцы.

– Уходи, Тонфа. Пожалуйста, – прошептал Тайфун, чувствуя, как горячее дыхание обжигает его кожу.

– Нет. Больше я тебя не отпущу, – отрезал Тонфа.

Его губы накрыли губы Тайфуна в требовательном, почти отчаянном поцелуе. Это не было нежностью. Это была битва, попытка наверстать упущенное время, выплеснуть всю боль и обиду. Тайфун сопротивлялся лишь мгновение, прежде чем его руки сами собой обвились вокруг шеи Тонфы, пальцы запутались в его волосах.

Они не заметили, как оказались в подсобном помещении. Дверь захлопнулась, отсекая шум бара. Здесь, среди коробок и приглушенного света, время будто остановилось.

– Ты мой, – прохрипел Тонфа, расстегивая пуговицы на рубашке Тайфуна. – Слышишь? Никогда больше не смей исчезать.

– Тонфа... подожди... – Тайфун пытался вдохнуть, но страсть, вспыхнувшая между ними, была подобна лесному пожару.

– Не буду ждать. Я ждал слишком долго, – Тонфа прижал его к стене, его руки исследовали тело Тайфуна так, будто он пытался заново выучить его карту.

Ночь превратилась в безумный калейдоскоп ощущений. Это было похоже на одержимость. Каждое прикосновение Тонфы обжигало, каждое движение напоминало о том, что они когда-то потеряли. В этой близости была горечь прошлых слез и надежда, в которой Тайфун боялся себе признаться. Он плакал, не скрываясь, пока Тонфа входил в него, заполняя собой не только тело, но и ту огромную дыру в сердце, что осталась после выкидыша.

– Я люблю тебя, – шептал Тонфа в изгиб его шеи, сжимая Тайфуна в объятиях так крепко, будто боялся, что тот растворится с рассветом. – Прости меня за всё. Просто вернись.

Тайфун не ответил. Он только сильнее прижался к нему, пряча лицо на его груди и слушая ритмичный стук сердца, который на мгновение заглушил его собственные страхи.

---

Прошло три недели.

Жизнь в особняке Тонфы была похожа на сон, от которого Тайфун каждое утро боялся проснуться. Тонфа окружил его такой заботой, что это граничило с гиперопекой. Он не спрашивал, почему Тайфун ушел тогда, он просто делал всё, чтобы тот больше не захотел уходить.

Однако Тайфун чувствовал себя странно. Утренняя тошнота, которую он списывал на стресс от переезда и смены обстановки, не проходила. Головокружение стало его постоянным спутником.

Сидя на краю роскошной кровати, Тайфун смотрел на маленькую пластиковую палочку в своих руках. Сердце колотилось в горле, мешая дышать.

Две полоски. Яркие, четкие, беспощадные.

– Нет... – выдохнул он, чувствуя, как по спине пробежал холодок. – Только не снова.

Дверь спальни открылась, и вошел Тонфа. Он был в одном полотенце после душа, капли воды стекали по его мускулистой груди. Заметив бледность Тайфуна, он тут же оказался рядом.

– Тай? Что случилось? Тебе плохо? – Тонфа присел на корточки перед ним, заглядывая в глаза.

Тайфун не мог вымолвить ни слова. Он просто протянул тест.

Тонфа замер. Секунды тянулись вечностью. Он смотрел на тест, потом на Тайфуна, и в его глазах отразилась целая гамма чувств: шок, неверие и, наконец, чистая, неразбавленная радость, смешанная с первобытным страхом.

– Это... это правда? – голос Тонфы дрогнул.

– Тонфа, я боюсь, – Тайфун наконец обрел голос, и тот сорвался на всхлип. – В прошлый раз... в прошлый раз всё закончилось так быстро. Я не выдержу, если это случится снова.

Тонфа резко притянул его к себе, усаживая к себе на колени и крепко обнимая.

– Тише, маленький мой. Посмотри на меня, – он взял лицо Тайфуна в свои ладони, заставляя смотреть прямо в глаза. – В прошлый раз? О чем ты говоришь?

Тайфун зажмурился, и слезы покатились по его щекам.

– Я был беременен, Тонфа. Десять месяцев назад. Перед тем, как я ушел. Я хотел сказать тебе, но... случился выкидыш. Было столько крови... Я испугался. Я подумал, что я бракованный, что я не смогу дать тебе семью, которую ты заслуживаешь.

Тонфа застыл. Его лицо побледнело, а челюсти сжались так сильно, что на скулах заиграли желваки. В его глазах стояли слезы.

– Почему ты не сказал мне? – прошептал он. – Я бы был рядом. Я бы держал тебя за руку. Я бы... Боже, Тайфун, ты прошел через это один?

– Я не хотел быть для тебя обузой, – всхлипнул Тайфун.

Тонфа уткнулся лбом в его лоб, его дыхание было прерывистым.

– Послушай меня внимательно. Ты — самое дорогое, что у меня есть. Не ребенок, не наследство, а ты. И на этот раз всё будет иначе. Я найму лучших врачей, я буду сдувать с тебя пылинки. Мы пройдем через это вместе. Слышишь? Вместе.

Тайфун кивнул, цепляясь за его плечи, как за единственный спасательный круг в штормящем океане.

– Ты обещаешь? – прошептал он.

– Обещаю своей жизнью, – Тонфа нежно поцеловал его в лоб, а затем спустился ниже, прижимаясь губами к его животу, где только-только зарождалась новая жизнь. – Здравствуй, малыш. На этот раз папа тебя никуда не отпустит.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только их общим дыханием. Снаружи всё так же шел дождь, но теперь Тайфуну казалось, что его запах изменился. Теперь это был запах озона после грозы — запах очищения и нового начала.

Тонфа поднял голову и посмотрел на Тайфуна с такой решимостью, что все страхи последнего начали медленно отступать.

– Мы поедем в клинику прямо сейчас, – сказал Тонфа, уже потянувшись за телефоном. – Я хочу, чтобы тебя осмотрели немедленно.

– Тонфа, еще слишком рано, там ничего не увидят, – Тайфун слабо улыбнулся, впервые за долгое время чувствуя тень спокойствия.

– Мне всё равно. Я хочу знать, что тебе ничего не угрожает, – Тонфа встал, увлекая его за собой. – Отныне ты не сделаешь ни шагу без моего присмотра.

– Ты собираешься стать домашним тираном? – подразнил его Тайфун, хотя в глубине души эта забота грела его.

– Если это поможет сохранить тебя и нашего ребенка — да, – серьезно ответил Тонфа.

Они вышли из дома, когда сумерки уже опустились на город. Садясь в машину, Тайфун в последний раз оглянулся на свое прошлое, полное боли и одиночества. Он знал, что впереди будет трудно. Он знал, что страх потерять ребенка не покинет его до самого момента рождения. Но, глядя на профиль Тонфы, на его уверенные руки на руле, Тайфун впервые поверил, что на этот раз их история закончится иначе.

– Тонфа? – позвал он тихо, когда они выехали на шоссе.

– Да, родной?

– Спасибо, что нашел меня.

Тонфа на мгновение отвлекся от дороги, переплетая свои пальцы с пальцами Тайфуна и крепко сжимая их.

– Я бы искал тебя вечно, Тайфун. Хорошо, что мне пришлось ждать всего десять месяцев.

Машина скрылась в пелене дождя, унося их навстречу будущему, которое они теперь будут строить вдвоем, оберегая хрупкое чудо, зародившееся из пепла их прошлой боли. И в этом будущем больше не было места для побегов — только для любви, которая оказалась сильнее смерти и забвения.