Наследник Отеля Континенталь

Стеклянные двери отеля «Континенталь» в Лондоне мягко скользнули в стороны, пропуская внутрь двух людей, которые выглядели здесь совершенно инородными телами. Джеймс и Лили Поттер, одетые в свои лучшие мантии, испуганно озирались по сторонам. В этом месте магия казалась чем-то вторичным, уступая место холодной, стерильной опасности, которая буквально пропитывала воздух.

За стойкой регистрации их встретил Харон. Его безупречный черный костюм и бесстрастное лицо не выражали ничего, кроме профессиональной вежливости.

– Чем могу помочь? – Его голос был глубоким и ровным.

– Мы... мы к Уинстону Скотту, – голос Лили слегка дрогнул. – Он знает, что мы придем.

Харон едва заметно кивнул и указал на лифт.

– Мистер Скотт ожидает вас в своем кабинете. Последний этаж.

Когда двери лифта закрылись, Джеймс нервно поправил очки.

– Лили, я все еще не уверен, что это хорошая идея. Мы могли бы просто отправить сову...

– Совы сюда не долетают, Джеймс! – резко оборвала его жена. – Ты же видел, что случилось с Годриком. Он... он совершенно отбился от рук. Дамблдор говорит, что без Гарри пророчество может не сработать так, как нужно. Нам нужен наш сын.

– Наш сын? – Джеймс горько усмехнулся. – Мы вспомнили о нем спустя десять лет, когда «Мальчик-Который-Выжил» превратился в избалованного эгоиста, не способного даже на простейшее заклинание щита без посторонней помощи.

Лили не ответила. Она сжала кулаки, глядя на свое отражение в зеркальной панели лифта.

Кабинет Уинстона встретил их запахом дорогого табака, старой кожи и виски. Сам хозяин «Континенталя» сидел в глубоком кресле, скрестив ноги. Рядом с ним, у окна, стоял высокий молодой человек с холодными изумрудными глазами и коротко стриженными темными волосами. На нем был идеально подогнанный черный костюм, а на руке виднелась татуировка, скрытая под манжетом рубашки – знак Русска Рома.

Лили охнула, прикрыв рот рукой.

– Гарри...

Молодой человек даже не вздрогнул. Он медленно повернул голову, и в его взгляде не было ни капли узнавания, лишь расчетливое спокойствие профессионала.

– Мистер и миссис Поттер, – Уинстон указал на два кресла напротив себя. – Садитесь. Вы просили о встрече, и я, как ваш родственник, решил проявить милосердие и не выставлять вас за порог сразу.

– Дядя Уинстон, – Лили сделала шаг вперед, игнорируя холодность атмосферы. – Пожалуйста, пойми нас. Тогда было такое время... Дамблдор сказал, что так будет безопаснее для всех. Мы думали, что Гарри у Дурслей в безопасности.

– Безопасности? – Уинстон медленно поднялся, и его голос стал похож на лезвие бритвы. – Лили, дорогая моя племянница. Когда я нашел твоего сына, он спал в чулане под лестницей и доедал объедки за своим кузеном. На его теле было больше шрамов, чем у ветеранов моих войн. Ты доверила своего ребенка сестре, которая ненавидела тебя всю жизнь, и человеку, который играет в шахматы живыми людьми.

– Мы совершили ошибку! – воскликнул Джеймс. – Но сейчас Годрику нужна помощь. Он... он не справляется. Ему нужен брат. Семья должна быть вместе. Гарри, сынок, пойдем домой. В Годриковой впадине тебя ждет твоя комната, мы всё исправим.

Гарри, до этого хранивший молчание, наконец заговорил. Его голос был тихим, лишенным эмоций, но от него по спине Поттеров пробежал холодок.

– Домой? – Он слегка наклонил голову набок. – Мой дом здесь. Моя семья – это Уинстон, который вытащил меня из ада. Моя семья – это Джон, который научил меня, что в этом мире надеяться можно только на себя и на свой ствол. Моя семья – это Ева.

– Ева? – переспросила Лили.

– Моя жена, – отрезал Гарри. – Мы обвенчались месяц назад по законам Русска Рома.

Лили пошатнулась, словно от удара.

– Женат? Но тебе всего восемнадцать... Гарри, ты же волшебник! Ты должен учиться в Хогвартсе, заводить друзей среди своих...

– Среди таких, как Годрик? – Гарри усмехнулся, и это была страшная, хищная усмешка. – Я видел вашего «героя» в Косом переулке неделю назад. Высокомерный, шумный, пустой. Он считает, что мир принадлежит ему только потому, что у него на лбу шрам. Но шрамы не делают тебя воином. Они лишь напоминают о том, что ты был недостаточно быстр.

– Гарри, не говори так, – Джеймс попытался подойти ближе, но Гарри мгновенно, почти неуловимым движением, выхватил из-за пазухи пистолет и наставил его в грудь отца.

Джеймс замер. Он был опытным мракоборцем, но скорость этого движения поразила его. В глазах сына он не видел ни гнева, ни обиды. Только пустоту.

– Еще один шаг, мистер Поттер, и я проверю, насколько быстро работает ваше «Протего» против пули калибра девять миллиметров, – спокойно произнес Гарри.

– Гарри, убери это! – вскрикнула Лили. – Мы твои родители!

– Мои родители умерли для меня в ту ночь, когда вы оставили меня на пороге дома номер четыре по Тисовой улице, – Гарри медленно опустил оружие, но не убрал его. – Уинстон, я могу идти? Ева ждет меня внизу, у нас сегодня тренировка с Джоном.

Уинстон кивнул, глядя на Поттеров с нескрываемым презрением.

– Иди, Гарри. Я закончу разговор с твоими... гостями.

Когда Гарри вышел, плотно прикрыв за собой дверь, в кабинете повисла тяжелая тишина. Лили разрыдалась, закрыв лицо руками. Джеймс стоял, бессильно опустив плечи.

– Как ты мог, Уинстон? – прошептал Джеймс. – Ты превратил его в убийцу. В монстра.

– Я превратил его в выжившего, – жестко ответил Уинстон, наливая себе виски. – Пока вы сдували пылинки с Годрика, Гарри учился убивать, чтобы не быть убитым. Он прошел через обучение, которое сломало бы любого взрослого мага. Он – Баба-Яга этого поколения. И знаете, что самое ироничное?

Уинстон сделал глоток и посмотрел Лили прямо в глаза.

– Он спасет ваш магический мир. Но не потому, что он «избранный» или потому, что любит вас. А потому, что Дамблдор и ваш Темный Лорд мешают вести бизнес. Они нарушают порядок. А в «Континентале» порядок – это всё.

– Мы не оставим это так, – Джеймс попытался вернуть себе твердость голоса. – Мы обратимся в Министерство. Мы докажем, что его похитили...

– Попробуйте, – Уинстон холодно улыбнулся. – Но помните: у «Континенталя» длинные руки. И если вы еще раз приблизитесь к Гарри или его жене без приглашения, я не стану его сдерживать. А Джон Уик... ну, вы слышали легенды о карандаше? Поверьте, они правдивы.

---

Вечер в поместье Русска Рома был тихим. Гарри сидел на террасе, глядя на заходящее солнце. Ева подошла сзади и положила руки ему на плечи. Она была прекрасна – грациозная, опасная, с глазами, в которых горел огонь решимости.

– Они ушли? – тихо спросила она.

– Да, – Гарри накрыл ее ладонь своей. – Они думают, что могут просто прийти и забрать то, что выбросили много лет назад.

– Ты поступил правильно, – Ева наклонилась и поцеловала его в макушку. – Твое прошлое – это пепел. Наше будущее – здесь.

Гарри притянул ее к себе, усаживая на колени. В этом жесте была не только страсть, но и глубокая привязанность двух людей, которые нашли друг друга в мире крови и свинца.

– Уинстон говорит, что Дамблдор начал активные поиски Тома Реддла, – произнес Гарри, перебирая пальцами пряди волос жены. – Старик хочет использовать Годрика как приманку. Это глупо. Реддл уничтожит его за секунду.

– И что мы будем делать? – Ева посмотрела ему в глаза.

– То, чему нас учил Джон. Мы не будем ждать, пока они придут к нам. Мы нанесем удар первыми. Дамблдор слишком много знает о моих делах, он стал угрозой для отеля. А Реддл... он просто бешеная собака, которую нужно усыпить.

Ева улыбнулась, и в этой улыбке не было тепла.

– Значит, охота началась?

– Да, – Гарри встал, увлекая ее за собой. – Но сначала... у нас есть незаконченные дела в спальне.

Он подхватил ее на руки, и Ева рассмеялась, обнимая его за шею. В эту ночь они забыли о пророчествах, о предательстве родителей и о грядущей войне. В мире, где каждый день мог стать последним, они жили здесь и сейчас.

---

Через неделю магический мир содрогнулся.

Альбус Дамблдор был найден в своем кабинете. Никаких следов борьбы, никакой магии. Просто одно аккуратное отверстие во лбу, проделанное пулей со смещенным центром тяжести. Старый волшебник даже не успел потянуться за палочкой. На его столе лежала золотая монета – маркер, который не значил ничего для магов, но говорил всё для тех, кто знал правила «Континенталя».

В ту же ночь поместье Малфоев, где скрывался возродившийся Волан-де-Морт, превратилось в зону боевых действий. Но это не была дуэль магов. Это была зачистка.

Гарри двигался сквозь тени, словно призрак. Джон Уик прикрывал его с фланга, его пистолет работал с ритмичностью метронома. Каждый выстрел – труп. Пожиратели смерти, привыкшие к долгим выкрикиваниям заклинаний, не понимали, что происходит. Смерть настигала их быстрее, чем они успевали открыть рот.

Волан-де-Морт стоял в центре тронного зала, его глаза горели красным.

– Кто вы такие?! – взревел он, посылая струю зеленого пламени в сторону незваных гостей.

Гарри перекатился за колонну, на ходу меняя магазин.

– Мы те, кто соблюдает правила, Том, – голос Гарри разнесся по залу, усиленный магией. – А ты стал слишком шумным.

– Поттер? – Реддл замер. – Мальчишка? Ты пришел умереть за своего брата?

– Нет, – Гарри вышел из тени, держа в руках модифицированный дробовик, заряженный дробью из холодного железа, гравированной рунами разрушения щитов. – Я пришел закрыть твой счет.

Реддл не успел договорить. Гарри нажал на спуск. Первый выстрел снес магический щит Темного Лорда, буквально разорвав его в клочья. Второй выстрел попал в грудь, отбрасывая безносое чудовище назад.

Джон Уик появился из-за спины Гарри, спокойно подошел к пытающемуся подняться Реддлу и приставил ствол к его виску.

– Баба-Яга шлет привет, – произнес Джон.

Гарри подошел ближе, глядя в угасающие глаза человека, который когда-то разрушил его жизнь.

– Мои родители думали, что Годрик – это спасение. Они ошибались. Спасение – это дисциплина.

Он кивнул Джону. Раздался сухой щелчок.

Все было кончено.

---

Спустя месяц Гарри стоял на крыльце «Континенталя», вдыхая прохладный лондонский воздух. Рядом с ним стоял Уинстон, довольно попыхивая сигарой.

– Ты сделал это, парень. Магический мир в хаосе, но они боятся даже дышать в твою сторону.

– Пусть боятся, – Гарри поправил обручальное кольцо. – Теперь они знают, что за гранью их мира есть сила, которую они не могут контролировать.

К ним подошла Ева, нежно взяв Гарри под руку.

– Поттеры прислали еще одно письмо, – сказала она, протягивая ему конверт с гербом. – Просят о встрече. Говорят, что Годрик в депрессии и они хотят наладить отношения.

Гарри даже не взял конверт. Он просто щелкнул зажигалкой, и бумага вспыхнула ярким пламенем.

– У меня нет семьи по фамилии Поттер, – спокойно произнес он, глядя, как пепел разлетается по ветру. – Моя фамилия – Скотт. И у нас много работы.

Уинстон улыбнулся, положив руку на плечо своего наследника.

– Добро пожаловать в семью, Гарри. Пойдем внутрь. Нам нужно обсудить расширение в Нью-Йорке.

Они вошли в отель, и тяжелые двери закрылись, отсекая прошлое навсегда. Гарри Поттер, «Мальчик-Который-Выжил», перестал существовать. На его месте стоял человек, который сам выбирал свою судьбу, и горе тому, кто встанет у него на пути.