Макима и её новая собачка

Переулок пах гнилью, прогорклым маслом и страхом. Твоим страхом, который, казалось, можно было потрогать руками. Ты прижалась спиной к холодной кирпичной стене, чувствуя, как мелкая дрожь сотрясает всё тело. Перед тобой, перекрывая единственный выход, извивалось нечто чудовищное.

Демон-Змея был огромен. Его чешуя отливала трупной зеленью, а вместо обычного раздвоенного языка изо рта вырывались десятки тонких, склизких щупалец, каждое из которых заканчивалось крошечным голодным глазом. Он не шипел — он издавал низкий, вибрирующий гул, от которого внутренности сворачивались в узел.

– Пожалуйста... – прошептала ты, хотя знала, что демоны не ведают жалости.

Чудовище резко подалось вперед. Огромная пасть раскрылась, обнажая ряды кривых зубов. Ты зажмурилась, приготовившись к неминуемой боли, но вместо удара услышала лишь странный, сухой хлопок.

– Тише. Всё уже закончилось.

Голос был спокойным, почти мелодичным. В нем не было ни капли страха или напряжения. Ты медленно открыла глаза и замерла.

Перед тобой стояла женщина. Длинный бежевый плащ мягко обрисовывал её силуэт, а алые волосы, заплетенные в косу, казались ярким пятном на фоне серых трущоб. Но больше всего поражали её глаза — золотистые, с концентрическими кругами, они смотрели прямо в душу, лишая воли и способности мыслить.

Демон-Змея, который мгновение назад был воплощением ужаса, теперь лежал у её ног, разорванный на куски невидимой силой. Кровь густой черной лужей растекалась по асфальту, не касаясь туфель незнакомки.

– Ты цела? – спросила она, делая шаг к тебе.

– Я... я думаю, да, – твой голос сорвался на хрип. – Спасибо вам. Вы охотник на демонов?

Женщина мягко улыбнулась. Эта улыбка была похожа на теплое одеяло, в которое хочется завернуться и забыть обо всех кошмарах мира.

– Меня зовут Макима. Я работаю в Бюро общественной безопасности. У тебя очень редкий дар, [Т/И]. Ты ведь почувствовала его приближение задолго до того, как он появился, верно?

Ты удивленно кивнула. Откуда она знала твоё имя? Откуда знала о странном предчувствии, которое гнало тебя прочь из дома весь вечер?

Макима подошла совсем близко. От неё пахло чистотой и едва уловимым ароматом дорогих духов — никакой крови, никакого тлена. Она протянула руку и нежно коснулась твоей щеки. Её пальцы были прохладными, но это прикосновение вызвало в твоей груди странный трепет.

– Таким людям, как ты, не место на улице, где каждый угол таит опасность. Ты можешь спасать других. Ты можешь быть полезной. Пойдем со мной в Бюро?

– Но я ничего не умею... – пролепетала ты, чувствуя, как воля тает под её взглядом.

– Я всему тебя научу, – Макима чуть склонила голову набок. – Я буду присматривать за тобой. Ты ведь доверишься мне?

В тот момент, глядя в эти гипнотические глаза, ты готова была пойти за ней хоть в самое пекло.

– Да, – выдохнула ты. – Я пойду.

---

Прошло три месяца. Бюро стало твоим домом, а Макима — центром твоей вселенной. Твоя наивность, которую опытные охотники называли «смертным приговором», для Макимы стала идеальным инструментом. Ты верила каждому её слову, ловила каждый взгляд и жила лишь ради тех редких моментов, когда она вызывала тебя в свой кабинет.

Ты знала, что это глупо. Ты видела, как она холодна с другими, как легко она распоряжается жизнями своих подчиненных. Но когда она улыбалась тебе, когда хвалила за успешно выполненное задание, сердце замирало от восторга.

Сегодняшний день не был исключением. Ты стояла перед её столом, сжимая в руках отчет о ликвидации мелкого демона-паразита.

– Ты отлично справилась, [Т/И], – Макима не отрывала взгляда от документов, но ты чувствовала её внимание. – Присядь.

Ты послушно опустилась на стул напротив.

– Мне нужно, чтобы ты отправилась на новое задание. Это будет опасно, – она наконец подняла глаза, и в них промелькнуло нечто, что ты приняла за заботу. – Демон-Кукла объявился в жилом квартале. Мне нужно, чтобы ты стала приманкой.

Твоё сердце пропустило удар. Приманка? Это почти всегда означало верную смерть или тяжелые увечья.

– Но, госпожа Макима... разве у меня хватит сил?

Макима встала, обошла стол и положила руки тебе на плечи. Ты вздрогнула от неожиданной близости.

– Я верю в тебя больше, чем в кого-либо другого. Ты ведь не хочешь меня разочаровать? – её голос стал тише, приобретая те самые вкрадчивые нотки, которые заставляли тебя забывать о самосохранении.

– Нет, конечно, – быстро ответила ты, глядя на неё снизу вверх. – Я сделаю всё, что вы скажете.

– Хорошая девочка, – Макима провела ладонью по твоим волосам. – Если ты справишься, я исполню одно твое желание. Любое.

Твои щеки вспыхнули. Ты знала, о чем мечтаешь: провести с ней вечер, почувствовать, что ты для неё не просто инструмент, а кто-то особенный. Макима, конечно, знала об этом тоже. Она видела твою влюбленность так же ясно, как видят трещину на прозрачном стекле. И она безжалостно использовала эту трещину, чтобы ломать тебя дальше.

– Я справлюсь, – твердо сказала ты, хотя руки продолжали дрожать.

Макима довольно улыбнулась.

– Я знаю. А теперь иди. Подготовка начнется через час.

Когда дверь за тобой закрылась, улыбка мгновенно исчезла с лица женщины. Она вернулась в кресло и посмотрела в окно, где над Токио сгущались сумерки. Для неё ты была лишь еще одной пешкой, чья преданность была удобным ресурсом. Любовь? Макима не знала этого чувства в человеческом понимании. Она знала лишь контроль.

---

Задание оказалось адом. Демон-Кукла действовал быстро и жестоко. Твоё тело было покрыто порезами, левое плечо пробито острым шипом, а сознание медленно угасало от потери крови. Ты лежала на холодном бетонном полу заброшенного склада, глядя, как твари приближаются к тебе.

«Я подвела её...» – была единственная мысль в твоей голове.

Внезапно воздух вокруг сгустился. Слышны были лишь хлопки — один, второй, десятый. Куклы демона лопались, превращаясь в кровавый фарш.

Макима вошла в помещение, когда всё уже было кончено. Она выглядела безупречно, как и всегда. Она подошла к твоему израненному телу и опустилась на колени, пачкая дорогой плащ в твоей крови.

– Ты выжила, – констатировала она, приподнимая твою голову. – Молодец.

– Я... я сделала... как вы просили, – прохрипела ты, пытаясь улыбнуться сквозь боль.

– Да. Ты была очень полезной приманкой. Благодаря тебе я смогла локализовать главного демона.

Макима прижала тебя к себе. Это было объятие, о котором ты мечтала, но в нем не было тепла. Только холодный расчет и удовлетворение от хорошо работающего механизма.

– Моё... желание... – прошептала ты, теряя сознание.

– Конечно, – прошептала она тебе на ухо, и её дыхание обожгло кожу. – Ты останешься со мной навсегда. Я никогда тебя не отпущу, пока ты мне нужна.

Ты не видела её лица в этот момент, иначе бы испугалась. В её глазах не было любви — только бездонная, всепоглощающая пустота хищника, который нашел свою самую покорную жертву.

Ты была счастлива в этом обмане. А Макима была довольна тем, как легко красная нить твоей привязанности затягивается у тебя на шее, превращаясь в ошейник.

---

Хэдканоны: Макима и Т/И

• Манипуляция через тактильность: Макима прекрасно знает, что Т/И жаждет физического контакта. Она специально касается её чаще, чем других подчиненных: поправляет воротник, гладит по голове или берет за руку в моменты «опасности». Это создает у Т/И ложное чувство близости и исключительности.

• Контроль окружения: Макима постепенно изолирует Т/И от других охотников. Если кто-то пытается предупредить Т/И о истинной натуре Макимы, этот человек вскоре либо переводится в другой отдел, либо погибает на «особо опасном задании». Т/И должна верить, что Макима — её единственный союзник.

• Подарки со скрытым смыслом: Иногда Макима дарит Т/И вещи — ленту для волос, парфюм или книгу. Т/И хранит их как святыни, не понимая, что это лишь способ пометить территорию. Запах парфюма, который выбрала Макима, напоминает Т/И о её присутствии даже тогда, когда её нет рядом, усиливая зависимость.

• Эмоциональные качели: Макима мастерски чередует периоды «тепла» и ледяного безразличия. Когда Т/И начинает чувствовать себя уверенно, Макима игнорирует её несколько дней, заставляя Т/И мучиться вопросом «что я сделала не так?» и стараться еще усерднее, чтобы вернуть расположение госпожи.

• Взгляд Макимы: Т/И часто ловит на себе взгляд Макимы, когда та думает, что Т/И не видит. В этом взгляде нет нежности — только оценка состояния «инструмента». Но стоит Т/И обернуться, как Макима мгновенно надевает маску мягкой заботы.

• Отношение к чувствам Т/И: Макима считает влюбленность Т/И «удобной девиацией». Она не испытывает брезгливости, скорее легкий интерес, как ученый, наблюдающий за реакцией подопытного на новый стимул. Она знает, что Т/И умрет за неё, и это единственное, что имеет значение.