Суго Мири и Т/И

В коридорах Бюро общественной безопасности всегда пахло одинаково: смесью дезинфицирующих средств, крепкого кофе и едва уловимым, но неистребимым металлическим привкусом крови. Для Т/И этот запах давно стал привычным фоном, такой же частью реальности, как серое небо над Токио. Она шла по коридору, прижимая к груди папку с отчетами о последнем инциденте, и ее лицо, как обычно, напоминало маску из холодного фарфора.

Коллеги знали: Т/И Т/Ф не тратит время на пустую болтовню. Она была эффективным инструментом, идеальным винтиком в механизме Макимы. Ее серьезность граничила с аскетизмом, а глаза, казалось, никогда не отражали ничего, кроме сухих фактов и цифр.

– Эй, берегись! – раздался звонкий, почти беспечный голос откуда-то сбоку.

Т/И даже не успела повернуть голову, как в метре от нее что-то с грохотом врезалось в стену. Это был парень в стандартной форме Бюро, который, судя по всему, пытался проехаться по натертому паркету на подошвах ботинок, но не рассчитал траекторию.

Он выпрямился, отряхивая пиджак, и широко улыбнулся. Его волосы были взлохмачены, а во взгляде читалось какое-то странное, почти неуместное здесь воодушевление. Это был Суго Мири, один из тех «особенных» новобранцев, о которых в последнее время шептались в курилках.

– Упс, чуть не сбил тебя, – он сделал шаг навстречу, ничуть не смущенный своим нелепым падением. – Ты ведь Т/И, верно? Я слышал, ты тут самая крутая по части отчетов.

Т/И остановилась и медленно перевела на него взгляд. Ее лицо не дрогнуло.

– Суго Мири. Пятый спецотдел, – констатировала она холодным тоном. – Твое поведение не соответствует уставу Бюро. Ты создаешь помехи для передвижения сотрудников.

Суго на мгновение замер, моргнул, а затем рассмеялся, закинув руки за голову.

– Ого, ты реально такая, как говорят! Прямо ледяная королева. Слушай, ну не будь такой занудой. Мы же работаем на саму Макиму-сан! Разве это не повод для гордости? Разве не хочется... ну, не знаю, сиять немного ярче, чтобы она заметила?

При упоминании имени Макимы в глазах Суго вспыхнул фанатичный огонек. Т/И заметила это — этот странный блеск обожания был общим для всех, кто попадал в ближний круг их начальницы. Но Мири казался каким-то особенно... легкомысленным в этом своем поклонении.

– Моя задача — выполнять приказы и устранять угрозы, а не «сиять», – отрезала она. – Пропусти меня.

– Ладно, ладно, прохожу, – он шутливо отсалютовал ей двумя пальцами. – Но мы еще увидимся! Нас поставили в пару на патрулирование в районе Синдзюку. Макима-сан сказала, что твоя дисциплина пойдет мне на пользу.

Т/И почувствовала, как внутри шевельнулось раздражение — редкое чувство для ее обычно пустого эмоционального фона.

– Я уточню это у руководства.

– Уточняй сколько влезет, – бросил он ей в спину, все еще улыбаясь. – Встретимся у выхода в шесть!

---

Вечерний Синдзюку был залит неоновым светом, который отражался в лужах после недавнего дождя. Толпы людей текли мимо, не подозревая, что среди них бродят существа, способные разорвать их на части за секунду.

Т/И шла ровным шагом, сканируя переулки. Суго Мири шел рядом, постоянно отвлекаясь на витрины или яркие вывески игровых центров.

– Смотри, там новые фигурки завезли! – он указал пальцем на магазин. – Как думаешь, Макиме-сан нравятся такие штуки? Хотя нет, она слишком изысканная для этого...

– Мири, сосредоточься, – не оборачиваясь, произнесла Т/И. – Мы здесь не на прогулке. В этом районе зафиксирована активность Демона-Слизня.

– Да помню я, помню, – он сложил руки в карманы брюк, слегка пританцовывая на ходу. – Просто скучно же просто так ходить. Давай хоть о чем-нибудь поговорим? Расскажи анекдот.

– Нет.

– Ну хоть улыбнись? Хоть разочек. Спорим, у тебя это получится красиво?

Т/И остановилась и посмотрела ему прямо в глаза. Ее взгляд был тяжелым, как свинец.

– Моя работа заключается в том, чтобы люди могли улыбаться, не боясь быть съеденными. Мои личные эмоции не имеют значения для выполнения миссии. Тебе стоит усвоить это, если ты хочешь прожить в Бюро дольше месяца.

Суго на секунду перестал улыбаться. Он внимательно изучал ее лицо, словно искал трещину в этой безупречной броне.

– Ты какая-то... пустая, – вдруг сказал он, и в его голосе впервые не было легкомыслия. – Как будто тебя выжали. Это из-за работы? Или ты всегда такой была?

– Это не твое дело.

– А мне кажется, мое, – он снова нацепил свою привычную ухмылку. – Мы же напарники. И если на нас нападет какой-нибудь здоровяк, я должен знать, что мой тыл прикрывает человек, а не робот.

Не успела Т/И ответить, как из темного пролета между зданиями донесся хлюпающий звук. Запах гнили мгновенно перебил аромат уличной еды.

– Контакт, – коротко бросила Т/И, мгновенно выхватывая табельное оружие.

Из тени вывалилась бесформенная масса, покрытая склизкими отростками. Демон-Слизень был не самым опасным, но крайне неприятным противником из-за своей способности просачиваться в любые щели.

Суго среагировал мгновенно. Его расслабленность исчезла, сменившись хищной сосредоточенностью.

– Оставь это мне! – крикнул он. – Я покажу, на что способен меч Макимы-сан!

Он бросился вперед, и Т/И увидела, как его рука трансформируется. Лезвия, холодные и смертоносные, возникли словно из ниоткуда. Мири двигался с пугающей скоростью, его движения были резкими, почти ломаными, но невероятно точными. Он кромсал плоть демона с каким-то болезненным восторгом, словно это была не битва, а представление, устроенное специально для невидимого зрителя.

Т/И хладнокровно прикрывала его, делая выстрелы в те моменты, когда демон пытался выпустить ядовитые споры. Она работала как хирург, отсекая возможности для контратаки.

Через пять минут всё было кончено. Остатки демона медленно растворялись на асфальте, превращаясь в черную жижу.

Суго стоял в центре этого побоища, тяжело дыша. Его лицо было забрызгано кровью, но он выглядел счастливым.

– Ну как? – он обернулся к Т/И, ожидая похвалы. – Видела, как я его? Макима-сан будет довольна отчетом?

Т/И медленно убрала пистолет в кобуру. Она подошла к нему и, достав из кармана чистый платок, протянула его парню.

– Ты действовал неоправданно рискованно, – произнесла она, игнорируя его энтузиазм. – Ты мог получить ожог от кислоты, если бы он успел выстрелить.

Суго взял платок, но вместо того чтобы вытереться, просто сжал его в руке.

– Но не получил же. Зато это было эффектно!

– В нашем деле эффектность ведет к смерти, – Т/И начала обходить место боя, фиксируя детали для отчета. – Вытри лицо. Ты выглядишь неопрятно.

Мири фыркнул, но послушно прижал платок к щеке.

– Ты невыносима, Т/Ф. Ты хоть когда-нибудь расслабляешься? Ну, там, кино, мороженое, прогулки под дождем без поиска демонов?

– У меня нет на это времени.

– Ясно. Значит, придется тебя заставить.

Т/И остановилась и подозрительно прищурилась.

– Что это значит?

– Это значит, что завтра после смены мы идем в кафе, – заявил он, снова сияя, как начищенная монета. – И это приказ! Ну, или дружеская просьба, на которую нельзя ответить «нет».

– Я откажусь.

– А я буду ходить за тобой по пятам и петь дурацкие песни прямо под дверью твоего кабинета, – Суго сделал шаг ближе, заглядывая ей в глаза. – Пока ты не улыбнешься. Или хотя бы не перестанешь смотреть на меня так, будто я — плесень на стене.

Т/И смотрела на него несколько долгих секунд. В этом парне было что-то странное. Его веселость казалась навязанной, почти искусственной, словно он сам пытался убедить себя в том, что он счастлив. Под слоем легкомыслия скрывалась пустота, очень похожая на ее собственную, только он заполнял ее шумом, а она — тишиной.

– Песни будут мешать работе других сотрудников, – наконец произнесла она.

– Ага! Значит, ты согласна? – Суго победно вскинул кулак.

– Я согласна обсудить отчет за чашкой чая. Не более того.

– Идет! – он вдруг схватил ее за руку и слегка встряхнул. – Увидишь, я тебя еще рассмешу.

Т/И осторожно высвободила ладонь. Кожа в том месте, где он коснулся ее, казалась странно теплой.

– Сомневаюсь. Идем, нам нужно сдать образцы в лабораторию.

Они шли обратно к штаб-квартире Бюро. Суго Мири продолжал что-то увлеченно рассказывать, жестикулируя и едва не сбивая прохожих, а Т/И шла рядом, сохраняя свое обычное бесстрастное выражение лица.

Однако где-то глубоко внутри, в самых потаенных уголках ее сознания, промелькнула мысль о том, что этот шумный и нелепый парень — возможно, единственный человек в этом проклятом месте, который пытается увидеть в ней кого-то, кроме «инструмента».

– Эй, Т/И! – окликнул он ее уже у самого входа.

– Что еще?

– А платок я оставлю себе. Постираю и верну. Будет повод встретиться еще раз, кроме того чая.

Он подмигнул ей и скрылся за массивными дверями Бюро, прежде чем она успела возразить. Т/И осталась стоять на ступенях, глядя на свои пустые руки.

– Глупец, – тихо прошептала она.

Но впервые за долгое время ее голос не звучал холодно. В нем слышалась легкая, едва заметная усталость, смешанная с чем-то, что при желании можно было бы принять за интерес.

Вечерний Токио продолжал жить своей жизнью. В окнах верхних этажей Бюро горел свет — там Макима-сан ждала своих верных слуг. А внизу, среди теней и неона, двое людей, чьи души были надломлены одной и той же силой, только что начали свой странный, ни на что не похожий путь друг к другу.

Т/И поправила воротник пиджака и вошла внутрь. Завтра будет новый день, новые демоны и, судя по всему, очень много шума от одного конкретного человека. Она еще не знала, к чему это приведет, но впервые за годы работы ей стало любопытно, что будет дальше.

Может быть, серьезность — это не единственное, что у нее осталось. Но признаться в этом самой себе было бы слишком опасно. Пока что.