Гарри Латров

---

Тревога взвыла в кабине Су-37М2 «Терминатор» пронзительно и совершенно неуместно. Старший лейтенант Гарри Поттер, позывной «Призрак», инстинктивно вцепился в рычаги управления, его глаза метнулись по приборной панели. Все системы в норме. Топливо – семьдесят процентов. Боекомплект – полный. Двигатели работали ровно, как часы швейцарского производства, которые он видел однажды в разграбленном магазине в руинах Варшавы.

Они находились на полигоне в Сибири, отрабатывая маневры в составе батальона «Жар». Никаких БЕТА. Никакой угрозы. Лишь холодное синее небо и белые шлейфы инверсионных следов от машин его товарищей.

– «Сокол-1» вызывает «Призрака», – раздался в наушниках спокойный голос командира эскадрильи. – Гарри, у тебя проблемы? Твой ТНИ ведет себя странно.

– Никак нет, «Сокол-1», – ответил Гарри, пытаясь подавить нарастающую тревогу. – Системы чисты, но я вижу… помехи. Визуальные и на радаре.

Мир за плексигласовым фонарем кабины начал подергиваться, словно старая кинопленка. Цвета потекли, смешиваясь в сюрреалистическую кашу.

– «Альтаир-1» «Призраку», – вклинился в эфир нежный, но полный стали голос Криски Барченовой. – Гарри, что происходит? Твои показатели… они зашкаливают. Я теряю твою сигнатуру!

– Криска! – крикнул он, но его собственный голос утонул в нарастающем гуле.

Это было не похоже ни на что, с чем он сталкивался раньше. Не глушилка БЕТА класса «Крепость», не электромагнитный импульс. Ощущение было… физическим. Словно саму ткань пространства и времени кто-то сминал, как грязную тряпку. Его тело вдавило в кресло с силой, превышающей любые перегрузки, а затем наступила невесомость. Полная, абсолютная, дезориентирующая.

Мир за фонарем исчез, сменившись калейдоскопом фиолетовых и золотых огней. А потом – тьма и оглушительный плеск.

Системы аварийного оповещения зашлись в истерике. «ВНИМАНИЕ. НАРУШЕНИЕ ГЕРМЕТИЧНОСТИ. ПОГРУЖЕНИЕ».

Гарри сработал на чистых рефлексах, отточенных сотнями часов боев и тренировок. Он загерметизировал кабину, активировал аварийные энергоячейки и попытался оценить обстановку. Его «Терминатор» тонул. Вода, темная и холодная, бурлила за фонарем.

– Всем постам! Батальон «Жар», доложить обстановку! – прорычал в эфир голос подполковника Фикации Латровой, командира батальона. Ее голос был единственным островком порядка в этом хаосе.

– «Сокол-1» на связи. Мы в воде. Неизвестный водоем. Глубина примерно двадцать метров.

– «Бао-Фэнг-1» на связи. Мы здесь же. Весь отряд на дне.

– «Альтаир-1», я рядом с «Призраком». Системы в норме. Иния, ты как?

– Я в порядке, сестренка! – прозвенел в ответ голос Инии Шестиной. – Ух ты! Похоже на большое озеро!

Гарри посмотрел на тактический дисплей. Десятки дружественных сигнатур сгрудились на дне. Весь его батальон. И китайский отряд «Бао-Фэнг». И «Красные Близняшки». И даже ТНИ подполковника Ибрагима Догула, турецкого офицера, прикомандированного к их базе. Всех. Всех до единого перебросило сюда из сибирского неба.

– Подполковник Латрова всем подразделениям, – голос комбата не дрогнул ни на секунду. – Подготовиться к всплытию и выходу на сушу. Боевая готовность «Альфа». Оружие к бою. Мы не знаем, где мы и что нас ждет. Выполнять.

Восемнадцатиметровые боевые машины, гордость советского ВПК, одна за другой начали подниматься со дна. Гарри включил маршевые двигатели на малую тягу, и его «Терминатор» медленно пошел вверх, к светлеющей поверхности воды.

Когда его ТНИ прорвал водную гладь, первое, что он увидел, был замок.

Огромный, нелепый, сказочный замок с десятками башен и башенок, стоящий на высоком утесе на берегу озера. Он был до боли знаком. Воспоминание, которое Гарри годами выжигал из своей памяти каленым железом, всплыло с неожиданной силой.

Хогвартс.

На берегу, у кромки воды, стояла толпа. Люди в странных мантиях и остроконечных шляпах. Дети в школьной форме. И среди них – высокий старик с длинной серебряной бородой, одетый в нелепую фиолетовую мантию, усыпанную звездами. Альбус Дамблдор.

Машины батальона «Жар» выходили из воды, как древние чудовища. Су-37, Су-47 «Беркут», китайские J-10. Их корпуса из композитной брони блестели от воды, сенсорные «глаза» горели зловещим красным и зеленым светом. Они выстроились полукругом, взяв толпу на берегу в кольцо прицелов своих 36-мм пушек. В воздухе повисла напряженная, звенящая тишина, нарушаемая лишь шипением пара и капающей с металла водой.

– Что, черт возьми, происходит? – пробормотал Гарри себе под нос, но его микрофон был включен.

– Разберемся, старший лейтенант, – отрезала Латрова. – Всем пилотам оставаться в кабинах. Я иду на контакт. Ибрагим, прикрой меня.

С шипением гидравлики открылся кокпит головного Су-47, и на плечо машины спустилась фигура в летном комбинезоне. Подполковник Фикция Латрова, невысокая, но крепко сбитая женщина с жестким, волевым лицом и холодными серыми глазами, сняла шлем. Ее коротко стриженные темные волосы были влажными. Она окинула толпу на берегу взглядом, в котором не было ни страха, ни удивления – только ледяная оценка.

– Кто вы такие? – ее голос, усиленный внешними динамиками ТНИ, пронесся над озером. – Назовите себя и доложите, где мы находимся.

Старик с бородой сделал шаг вперед, его лицо выражало скорее крайнее любопытство, чем испуг.

– Приветствую вас в Хогвартсе, школе чародейства и волшебства! – провозгласил он зычно, разводя руками в гостеприимном жесте. – Я ее директор, Альбус Дамблдор. Похоже, Кубок Огня в этом году преподнес нам поистине невероятный сюрприз!

Латрова нахмурилась.

– Школа чего? Кубок чего? Директор, я задала конкретные вопросы. Я – подполковник Фикция Латрова, командир 666-го батальона тактических истребителей Советской Армии. Мы требуем объяснений. Что это за место и как мы сюда попали?

Именно в этот момент из толпы на берег вышли еще несколько человек. Трое подростков – мускулистый парень в форме Дурмстранга, красивая девушка из Шармбатона, и…

Сердце Гарри пропустило удар.

Высокий, черноволосый, с той же самой самодовольной ухмылкой, которую Гарри помнил по старым семейным фотографиям. Рядом с ним стояли мужчина и женщина. Джеймс и Лили Поттеры. Его родители. А парень был Годриком. Его брат. «Мальчик-Который-Выжил».

– Похоже, Кубок выбрал не только их, – сказал Дамблдор, указывая на гигантский золотой кубок, стоявший на постаменте неподалеку. Из его жерла все еще вился синеватый дымок. – Он выбрал и одного из вас. Чемпиона.

В этот момент из кубка вылетел еще один, последний, обугленный клочок пергамента. Дамблдор поймал его и прочел. На его лице отразилось полное изумление.

– Невероятно… – прошептал он, а затем поднял голос. – Четвертый чемпион Хогвартса… Гарри Поттер!

В толпе раздался недоуменный гул. Все взгляды обратились на Годрика, который выглядел одновременно и польщенным, и сбитым с толку.

– Но… сэр, – начал он. – Я Годрик Поттер.

Джеймс Поттер шагнул вперед, его лицо выражало возмущение.

– Дамблдор, это какая-то ошибка! Мой сын – Годрик!

Но Дамблдор смотрел не на них. Он смотрел на армаду боевых роботов, стоявших в воде. Его взгляд остановился на одном из «Терминаторов», ближайшем к берегу.

– Товарищ подполковник, – сказал он Латровой. – Среди ваших людей есть пилот по имени Гарри Поттер?

В эфире повисла тишина. Гарри почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Криска, чья машина стояла рядом, развернула свой Су-47 так, чтобы ее сенсоры были направлены прямо на него.

– «Призрак», отвечай, – приказала Латрова ровным, но настойчивым голосом.

Гарри глубоко вздохнул, собирая волю в кулак. Годы тренировок, боль, кровь, потеря товарищей – все это выковало из него солдата. Забитый мальчик из чулана под лестницей умер давно, в тот день, когда случайный выброс магии перенес его из сырого лондонского переулка на заснеженную равнину под Камчаткой, прямо к ногам патруля под командованием молодого лейтенанта Латровой. Она не сдала его в приют. Она увидела в его глазах огонь и взяла под свое крыло. Она стала ему наставником, командиром и, в каком-то смысле, матерью, которой у него никогда не было.

– Это я, товарищ подполковник, – ответил он в микрофон. – Гарри Джеймс Поттер. Это мое имя по рождению.

Латрова молчала несколько секунд, обрабатывая информацию.

– «Призрак», покинуть машину. Выходи на контакт с гражданскими. «Альтаир-1», «Альтаир-2», прикройте его.

– Есть! – ответили в унисон Криска и Иния.

С шипением гидравлики фонарь его кабины отъехал назад. Гарри отстегнул ремни, поднялся и спрыгнул на плечо своего ТНИ. Он снял шлем. Прохладный, влажный воздух ударил в лицо. Воздух без привкуса гари, озона и смерти.

На берегу воцарилась гробовая тишина. Все взгляды были прикованы к нему. Он видел шок на лице Лили Поттер. Она прижала руку ко рту, ее глаза расширились. Джеймс Поттер смотрел на него с недоверием, его обычная самоуверенность испарилась. А Годрик… Годрик смотрел с откровенной неприязнью и презрением.

Гарри был не похож на того заморенного ребенка, которого они сбагрили Дурслям. Ему было семнадцать, но выглядел он старше. Жесткие, коротко стриженные черные волосы, худощавое, но мускулистое тело, обтянутое черным летным комбинезоном. На лице – несколько тонких белых шрамов, память о близком разрыве снаряда «лазерника». Но главным было не это. Главным был взгляд. Холодный, спокойный, оценивающий взгляд профессионального солдата, привыкшего смотреть в лицо смерти. Знаменитый шрам в виде молнии почти терялся на фоне других отметин.

Он спрыгнул с плеча ТНИ в воду по пояс и медленно пошел к берегу, чувствуя, как сенсоры ТНИ Криски и Инии следят за каждым его движением, готовые испепелить любого, кто проявит агрессию.

– Гарри? – прошептала Лили. Голос дрожал. – Это… это правда ты?

Гарри остановился в нескольких метрах от них. Он не удостоил ее ответом. Его взгляд был прикован к Дамблдору.

– Я старший лейтенант Гарри Поттер, – сказал он четко, голосом, в котором не было и тени родственных чувств. – Вы звали?

Джеймс Поттер оправился от первого шока.

– Как ты смеешь так разговаривать с матерью?! – рявкнул он. – Где ты пропадал все эти годы? Мы думали, ты умер!

– Удобная мысль, не правда ли? – ледяным тоном ответил Гарри, впервые посмотрев ему в глаза. – Избавляет от лишних хлопот и угрызений совести.

– Ах ты, неблагодарный щенок! – взорвался Джеймс, делая шаг вперед, но тут же замер.

Между ним и Гарри возникла размытая фигура. Это была Криска. Она покинула свой ТНИ так же бесшумно и быстро, как и он. Она стояла рядом с Гарри, положив ему руку на плечо, и смотрела на Поттеров-старших взглядом, от которого, казалось, замерзал воздух. Ее платиновые волосы и алые глаза создавали неземной, пугающий контраст с военной формой. Рядом с ней, чуть позади, появилась Иния, сжимая в руке табельный пистолет.

– Не приближайтесь к нему, – произнесла Криска тихо, но с такой угрозой, что Джеймс невольно отступил.

– Довольно! – вмешался Дамблдор, его голос вновь обрел силу. – Мистер Поттер… простите, старший лейтенант Поттер. Произошло нечто из ряда вон выходящее. Кубок Огня – могущественный магический артефакт. Он выбрал вас в качестве четвертого участника Турнира Трех Волшебников. Ваш выбор скрепил магический контракт. Вы обязаны участвовать.

Латрова, которая все это время молча наблюдала за сценой с плеча своего «Беркута», спрыгнула на землю и подошла к группе.

– Директор, – ее тон не предвещал ничего хорошего. – Повторяю для непонятливых. Мы – военнослужащие. Нас не волнуют ваши «кубки» и «контракты». Нас перебросило сюда против нашей воли вместе с боевой техникой стратегического значения. Наша первоочередная задача – установить связь с командованием и вернуться на базу. Все остальное – вторично.

– Боюсь, это невозможно, – мягко, но непреклонно сказал Дамблдор. – Магия контракта нерушима. Пока турнир не будет завершен, вы не сможете покинуть окрестности Хогвартса. Любая попытка сделать это силой… может привести к самым плачевным последствиям для того, на ком лежит контракт. То есть, для старшего лейтенанта Поттера.

Латрова и подошедший к ней Ибрагим Догул обменялись быстрыми взглядами. Они были солдатами, прагматиками до мозга костей. Но факт их необъяснимого перемещения был налицо. Игнорировать его было нельзя.

– Что это за «турнир»? – спросил Ибрагим, его рука лежала на кобуре.

– Состязание между тремя магическими школами, – пояснил Дамблдор. – Три чемпиона, три опасных испытания. Победитель получает вечную славу и тысячу галлеонов.

– Так вот где ты пропадал, братец? – снова подал голос Годрик. Он смерил Гарри презрительным взглядом с головы до ног. – Сбежал, чтобы поиграть в солдатиков с этими… фриками? А теперь явился, чтобы украсть мою славу?

Гарри даже не повернул головы в его сторону. Он словно смотрел сквозь него. Это было хуже, чем ненависть. Это было полное, абсолютное безразличие.

– Товарищ подполковник, – обратился он к Латровой. – Предлагаю разбить временный лагерь на этом берегу. Выставить периметр охранения, провести полную диагностику техники и попытаться наладить дальнюю связь. Эти люди… они не кажутся прямой угрозой, но они непредсказуемы. Их «магия» – неизвестный фактор.

– Согласна, – кивнула Латрова. Затем она повернулась к Дамблдору. – Хорошо, директор. Мы принимаем ваши условия. Пока. Мой пилот будет участвовать в вашем… мероприятии. Но вы должны понять одну простую вещь. Старший лейтенант Поттер – не просто студент. Он – офицер Советской Армии. И он пришел не один. Весь батальон «Жар», отряд «Бао-Фэнг» и группа «Альтаир» – это его группа поддержки. Любая угроза его жизни или здоровью во время ваших «испытаний» будет расценена как нападение на наше подразделение. И наш ответ будет быстрым, жестким и абсолютно лишенным всякой магии. Вы меня поняли?

В ее голосе звучала сталь, закаленная в боях с чудовищами, по сравнению с которыми любой дракон, о котором могли рассказать эти волшебники, был просто домашней ящерицей.

Дамблдор на мгновение утратил свое благодушное выражение. В его глазах промелькнуло что-то похожее на беспокойство. Он смотрел на женщину в форме, на десятки боевых машин, на пилотов с холодными, недетскими глазами, и, кажется, начинал понимать, что привычные ему методы манипуляции здесь не сработают. Он призвал в свой мир не заблудившегося мальчика. Он призвал волка в овчарню.

– Я… я все понимаю, подполковник, – сказал он, вновь натягивая на лицо маску добродушного дедушки. – Мы обеспечим безопасность всех чемпионов. А теперь, прошу вас, пройдемте в замок. Нам нужно многое обсудить. И, полагаю, вашим людям нужно где-то разместиться и отдохнуть.

– Мы останемся здесь, – отрезала Латрова. – Мои люди разобьют лагерь у своих машин. Мне, старшему лейтенанту Поттеру и майору Догулу потребуется помещение для переговоров. И полный доступ ко всей информации о предстоящих испытаниях.

– Конечно, конечно…

Пока командиры вели переговоры, Гарри почувствовал, как Криска сжала его руку чуть крепче.

– Ты в порядке? – тихо спросила она, ее алые глаза заглядывали ему прямо в душу.

– Да, – так же тихо ответил он. Его взгляд скользнул по замку, по лицам его бывшей семьи, по испуганным и любопытным студентам. – Просто… это место. Я думал, что никогда его больше не увижу. И не хотел.

– Мы с тобой, – повторила она, как клятву. – Что бы ни случилось.

Гарри посмотрел на нее, и лед в его глазах на мгновение оттаял. В ее лице, в ее присутствии была вся его жизнь. Настоящая жизнь. Не тот жалкий огрызок существования в чулане и не эти чужие люди, называвшие себя его родителями. Его семьей был батальон «Жар». Его домом была кабина «Терминатора». Его любовью была девушка, стоявшая рядом с ним.

– Я знаю, – сказал он и легко коснулся ее щеки. – Это единственное, что имеет значение.

---

Вечером, когда временный лагерь был разбит, а часовые заняли посты по периметру, Гарри, Латрова и Ибрагим сидели в кабинете Дамблдора. Кабинет был круглым, заставленным странными жужжащими и пыхтящими серебряными приборами, а со стен на них смотрели десятки портретов бывших директоров, которые что-то неодобрительно бормотали себе под нос.

Дамблдор, министр магии Корнелиус Фадж и главы делегаций Дурмстранга и Шармбатона пытались объяснить им суть происходящего. Говорили они много и путано, постоянно сбиваясь на термины вроде «нерушимый обет», «магическая подоплека» и «честь школы».

Латрова слушала их с каменным лицом, изредка задавая короткие, точные вопросы, которые ставили волшебников в тупик.

– Каковы физические параметры «дракона» из первого испытания? Скорость полета, температура пламени, толщина шкуры в эквиваленте катаной гомогенной брони?

– Эм-м… ну… он очень большой и дышит огнем, – промямлил Людо Бэгмен, глава отдела магических игр и спорта.

– Неинформативно, – отрезала Латрова. – Майор Догул, запишите: «Противник – крупная биологическая единица, тип – летающий, основное оружие – высокотемпературная плазменная струя. Требуется доразведка».

Ибрагим что-то чиркнул в своем планшете.

Гарри по большей части молчал, наблюдая за собравшимися. Он видел страх в глазах Фаджа, который явно не понимал, как иметь дело с вооруженными «маглами». Видел гнев и растерянность на лицах его родителей, которых тоже пригласили на «совещание». Лили то и дело бросала на него полные боли и мольбы взгляды, но он их игнорировал. Джеймс же кипел от ярости, но сдерживался под тяжелым взглядом Латровой.

– И вы хотите, чтобы мой пилот, – подытожила Латрова после часа бесплодных разговоров, – в одиночку противостоял этому… существу? Без своей машины?

– Таковы правила Турнира! – воскликнул Бэгмен. – Только волшебная палочка!

Латрова медленно повернула голову и посмотрела на него. Просто посмотрела. Бэгмен сдулся и вжался в кресло.

– Правила изменились в тот момент, когда ваш «кубок» выдернул целый боевой батальон из другой реальности, – произнесла она ледяным тоном. – Старший лейтенант Поттер будет проходить испытания. Но он будет проходить их так, как считает нужным его командование. Если мы решим, что для нейтрализации угрозы требуется звено ТНИ – значит, будет звено ТНИ. Если потребуется орбитальный удар, которого у нас, к счастью для вас, нет, – мы бы запросили орбитальный удар. Ваша задача – предоставить нам полную разведывательную информацию. Наша задача – обеспечить выживание нашего офицера и успешное завершение миссии, чтобы мы могли, наконец, вернуться домой. Это ясно?

Возражений не последовало.

Когда они вышли из замка, ночь уже полностью вступила в свои права. У озера горели прожекторы, освещая стальные туши тактических истребителей. Техники в рабочих комбинезонах копошились у машин, проводя диагностику. Часовые в полной выкладке патрулировали периметр. Это был островок порядка и дисциплины посреди сказочного, иррационального мира.

Гарри нашел Криску у ее «Беркута». Она сидела на крыле машины, обняв колени, и смотрела на звезды. Небо здесь было другим. Чистым, без светового загрязнения разрушенных городов и дыма пожарищ.

Он молча сел рядом.

– Все плохо? – спросила она, не поворачивая головы.

– Все странно, – ответил он. – Они живут в своем маленьком уютном мире, играют в свои игры, а самой большой угрозой считают какого-то темного лорда, который боится умереть. Они не видели, как БЕТА пожирают города. Они не знают, что такое настоящий страх.

– Этот темный лорд… Волдеморт… Он убил твоих дедушку и бабушку? – спросила она. Латрова вкратце рассказала ей и Инии историю Гарри, когда стало ясно, куда они попали.

– Да. И пытался убить меня. Из-за этого все и началось. Из-за него мои… эти люди, – он кивнул в сторону замка, – решили, что мой брат – герой, а я – ненужный балласт.

Криска повернулась к нему. В ее алых глазах плескалась луна. Она взяла его лицо в свои ладони.

– Ты не балласт, Гарри. Ты пилот. Ты герой. Ты мой герой.

Он наклонился и поцеловал ее. Поцелуй был долгим, глубоким, отчаянным. В нем была вся горечь прошлого и вся надежда на будущее. Он притянул ее к себе, чувствуя, как ее тело прижимается к его. Здесь, рядом с ней, под крылом боевой машины, в тысячах световых лет или в другом измерении от дома, он был на своем месте.

– Я люблю тебя, Криска, – прошептал он ей в губы.

– Я знаю, – ответила она. – И я люблю тебя.

Внезапно Гарри почувствовал резкую, жгучую боль в шраме на лбу. Он зашипел и отстранился, прижимая руку ко лбу.

– Что такое? – встревожилась Криска.

– Он здесь, – прохрипел Гарри. – Я чувствую его. Этот Волдеморт. Он где-то в замке или рядом с ним.

Боль утихла так же быстро, как и началась, оставив после себя тошнотворное ощущение чужого, злобного присутствия. Гарри выпрямился. Взгляд его снова стал жестким и сфокусированным.

Он посмотрел на замок. Теперь это была не просто школа из забытого прошлого. Это была вражеская территория. Там был Дамблдор, манипулятор, который сломал его жизнь, даже не заметив этого. Там была его бывшая семья, живое напоминание о предательстве. И там был Волдеморт, первопричина всего.

– Хорошо, – сказал он тихо, но в его голосе зазвенел металл. – Очень хорошо. Похоже, у меня появилась еще одна миссия.

Он встал и посмотрел на свой «Терминатор», который молчаливым стражем стоял неподалеку.

– Криска, передай Латровой. Пусть техники подготовят мой ТНИ к бою. Полная боевая загрузка. И пусть проверят системы РЭБ. Что-то мне подсказывает, что в этом «турнире» мне понадобится нечто большее, чем волшебная палочка.

Он не собирался играть по их правилам. Он не был больше напуганным мальчиком. Он был старшим лейтенантом Гарри Поттером из батальона «Жар». И он пришел сюда не за славой.

Он пришел зачистить территорию.