Цукаса Юги и Т/И Т/Ф

Вечернее солнце окрашивало коридоры академии Камомэ в тревожные багряные тона. Т/И задержалась в библиотеке, и теперь тишина старого здания казалась ей почти осязаемой. Шаги гулко отдавались от стен, а тени, отбрасываемые высокими окнами, удлинялись, превращаясь в причудливых чудовищ.

В какой-то момент реальность просто... дрогнула. Воздух стал вязким, как патока, а привычный запах мела и старой бумаги сменился ароматом благовоний и чего-то холодного, напоминающего сырую землю после дождя. Т/И не успела вскрикнуть, когда чья-то ледяная ладонь легла ей на глаза, а мир вокруг просто провалился в бездну.

Когда она открыла глаза, всё изменилось. Она стояла посреди странного пространства, где пол был устлан мягкими татами, а потолок терялся в бесконечной темноте, усеянной бумажными фонариками. Перед ней, раскачиваясь на пятках, стоял мальчик. Он выглядел почти как Ханако-кун, которого она мельком видела в компании Ясиро, но в нём было нечто пугающее. Его глаза сияли безумным восторгом, а на щеке красовалась чёрная печать.

– Приве-е-ет! – воскликнул он, внезапно оказавшись в паре сантиметров от её лица. – Ты ведь Т/И, верно? Подружка той девчонки с ногами-редисками?

Т/И попятилась, едва не споткнувшись.

– Кто ты? Где я?

– Я – Цукаса! – Мальчик широко улыбнулся, обнажая острые клыки. – И мы в моём мире. Здесь гораздо веселее, чем в той пыльной школе, не находишь?

Он начал кружить вокруг неё, словно хищная птица, рассматривая с искренним, почти детским любопытством.

– Слушай, Т/И, у меня к тебе дело. Очень-очень важное! Ты ведь часто видишься с моим братом, да? С Аманэ? Расскажи мне про него! Что он делает? О чём говорит? Он скучает по мне? – Цукаса схватил её за плечи, и его пальцы сжались чуть сильнее, чем следовало.

Т/И замерла. Она знала Ханако, знала, что он скрывает много боли, и интуиция подсказывала ей, что этот мальчик – источник той самой боли. Его веселье было натянутым, как струна, готовая лопнуть в любой момент.

– Я... я ничего не знаю о его прошлом, – тихо, но твердо ответила она. – Ханако-кун мой друг, и я не собираюсь шпионить за ним для тебя.

Улыбка Цукасы на мгновение застыла. В его взгляде промелькнуло нечто тёмное, древнее и совершенно нечеловеческое. Он склонил голову набок, изучая её лицо.

– О-о-о, какая ты скучная, – протянул он, внезапно отпуская её. – Все вы такие правильные. Ну ладно, раз ты не хочешь играть, я тебя отпущу. Пока что.

Он щелкнул пальцами, и Т/И почувствовала, как пол уходит у неё из-под ног. В следующее мгновение она уже сидела на полу в пустом коридоре академии. Сердце бешено колотилось, а на плечах всё ещё ощущался холод его рук.

Прошла неделя. Т/И старалась забыть об этой встрече, убеждая себя, что это был лишь странный сон или галлюцинация. Однако чувство, что за ней наблюдают, не покидало её. В толпе учеников ей мерещилась чёрная кепка, в отражении окон мелькала бледная улыбка, но когда она оборачивалась – никого не было.

Утро понедельника началось с необъяснимой тревоги. Т/И проснулась с тяжестью в груди, словно воздух в комнате стал слишком густым. Она долго смотрела в зеркало, пытаясь отогнать дурное предчувствие, но оно липло к коже, как невидимая паутина.

– Просто не выспалась, – прошептала она себе, натягивая школьную форму.

Добравшись до школы, она заметила странную тишину. Коридоры, обычно полные суеты перед первым уроком, были подозрительно пусты. Т/И ускорила шаг, чувствуя, как холодный пот выступает на лбу. Дойдя до своего кабинета, она помедлила, прежде чем взяться за ручку двери.

Внутри всё выглядело обыденно. Одноклассники сидели на своих местах, переговаривались, перелистывали тетради. Т/И выдохнула с облегчением. Наверное, она просто опоздала на общую линейку или что-то в этом роде.

Стараясь не привлекать внимания, она взяла с подоконника старую лейку. Полив цветов был её обязанностью на этой неделе, и это занятие всегда помогало ей успокоиться. Т/И подошла к ряду горшков у окна, методично наполняя их водой. Солнечный свет падал на парты, создавая мирную картину.

Она повернула голову, чтобы перейти к следующему цветку, и её взгляд упал на парту в третьем ряду. Там сидел мальчик, которого раньше здесь не было. Его макушка казалась знакомой, но Т/И до последнего надеялась, что ошибается.

Мальчик медленно обернулся. Это был он. Цукаса. Но не тот призрачный мучитель из иного мира, а... живой человек. На нём была стандартная мужская форма академии Камомэ, воротник был аккуратно застегнут, а на лице сияла самая дружелюбная улыбка, которую только можно вообразить. Печати на щеке не было.

– Доброе утро, Т/И-тян! – звонко поздоровался он, помахав рукой.

Раздался резкий звук удара пластика о пол. Лейка выпала из рук Т/И, и вода начала растекаться по линолеуму, пропитывая подол её юбки. Она стояла, не в силах пошевелиться, глядя в эти янтарные глаза, в которых плясали озорные искорки.

Весь класс замолк. Десятки пар глаз уставились на них.

– Ой, ты такая неуклюжая сегодня, – хихикнул Цукаса.

Он легко вскочил со своего места и в два шага преодолел расстояние между ними. Наклонившись, он поднял лейку и протянул её Т/И. Его пальцы на мгновение коснулись её ладони, и этот контакт обжёг её холодом, несмотря на то, что он выглядел как обычный человек.

– Держи. Будь осторожнее, – прошептал он так, чтобы слышала только она, и подмигнул.

Ужас, который Т/И подавляла всю неделю, хлынул через край. Она не смогла выдавить ни слова. Развернувшись, она бросилась вон из класса, игнорируя удивленные возгласы одноклассников и вопрос учителя, который как раз входил в дверь.

Она бежала по коридорам, едва видя дорогу из-за выступивших слез. Ей нужно было найти Ясиро. Ясиро поймет, Ясиро поможет. Её подруга теперь постоянно проводила время в классе, где «учился» Ханако – каким-то образом призрачный седьмой школьный тайна умудрился легализоваться в мире живых под видом обычного ученика, и только немногие знали правду.

Т/И ворвалась в нужный кабинет, тяжело дыша.

– Ясиро! – вскрикнула она, подбегая к подруге, которая сидела за партой и о чем-то весело болтала с Ханако.

– Т/И? Что случилось? На тебе лица нет! – Ясиро испуганно вскочила, придерживая подругу за плечи.

Ханако, который до этого момента выглядел совершенно расслабленным, мгновенно посерьезнел. Его взгляд стал острым, когда он заметил дрожь в руках Т/И.

– Он здесь... – выдохнула Т/И, хватаясь за рукав Ясиро. – Цукаса. Он в моем классе. Он... он живой, Ясиро!

Лицо Ханако побледнело еще сильнее, если это вообще было возможно для призрака.

– Что ты сказала? – его голос прозвучал тихо и хрипло.

Тем временем в кабинете Т/И обстановка разрядилась. Цукаса, с самым невинным видом, вернулся на свое место. Несколько девочек тут же окружили его.

– Юги-кун, ты её напугал? Что случилось с Т/Ф-сан? – спросила староста класса, с любопытством поглядывая на нового ученика.

Цукаса подпёр щеку рукой и лучезарно улыбнулся, отчего у половины присутствующих девочек порозовели щеки.

– Ничего особенного, – ответил он, прикрыв глаза от удовольствия. – Наверное, она просто увидела привидение. Мы ведь с ней старые знакомые, правда?

Он посмотрел на пустой дверной проем, где только что исчезла Т/И. Его план работал идеально. Теперь, когда он был здесь, в мире живых, игра обещала стать по-настоящему интересной. И Аманэ никуда не денется. Никто из них не денется.