Боец Поттер

Квартира была воплощением стерильного, функционального будущего, о котором мечтала корпорация «Кисараги». Белые стены, панорамное окно с видом на неоновый Токио двадцать второго века, мебель, словно отлитая из единого куска полимера. Единственным пятном цвета в этой белоснежной симфонии была копна иссиня-чёрных волос, раскиданных по подушке, и изумрудные глаза, лениво наблюдавшие за своей хозяйкой.

Гарри Поттер, или, как его теперь знали, Агент Поттер, лежал на огромной кровати, обнажённый по пояс, и с ленивым удовольствием следил за Белиал. Одна из Высших Руководителей «Кисараги» стояла у окна, облачённая лишь в тонкий шёлковый халат, который едва скрывал изгибы её совершенного тела. В руке она держала бокал с чем-то дорогим и, вероятно, очень крепким.

– Ты выглядишь слишком довольным для оперативника, только что провалившего симуляцию, – промурлыкала она, не оборачиваясь. Её голос, как всегда, был смесью бархата и стали.

– Симуляция была некорректной, – безразлично отозвался Гарри, потягиваясь. На его тренированном теле проступили рельефные мышцы и тонкие белые шрамы – сувениры с десятков миссий. – Алгоритм не учёл, что для максимизации Очков Зла выгоднее было не спасать заложника-политика, а инсценировать его смерть и продать компромат на его конкурентов. Я действовал в интересах корпорации.

Белиал тихо рассмеялась и, наконец, повернулась к нему. Свет неона, пробивавшийся сквозь окно, очертил её хищный, прекрасный профиль.

– Ты неисправим. Даже в постели думаешь об Очках Зла. Иногда мне кажется, что Астарот создала тебя в своей лаборатории как идеального злодея.

– Меня создали не вы, – ровно ответил Гарри, и в его голосе на мгновение проскользнул холод. – Вы меня подобрали. И починили.

Он помнил. Конечно, он помнил. Помнил равнодушие в глазах матери, когда она обнимала Годрика, «Мальчика-Который-Выжил». Помнил презрительную усмешку отца, когда тот говорил, что из «этого сквиба» ничего не выйдет. Помнил тусклую боль, когда его собственную, едва проснувшуюся магию вытянули из него и, словно драгоценный эликсир, перелили в его «героического» брата, чтобы усилить и без того раздутую славу. А потом – чулан под лестницей. Голод. Побои. Унижения от Дурслей, которым его сбагрили, как ненужную вещь.

Он был сломанной игрушкой, выброшенной на помойку. А «Кисараги»… «Кисараги» нашла его, когда вербовщики искали по всему миру детей с «аномальными способностями» или уникальной устойчивостью к стрессу. Они увидели в нём не мусор, а необработанный алмаз. Они дали ему еду, дом, цель. Они вложили в него миллионы, превратив слабого, забитого мальчика в совершенное оружие. Они заменили украденную у него магию передовой биомеханикой, нейроулучшениями и жесточайшей боевой подготовкой.

И он был благодарен. Благодарен так, как может быть благодарен только тот, кто познал абсолютное дно. Его верность «Кисараги» была абсолютной. А его верность Белиал… это было нечто иное. Она была первой, кто посмотрел на него не как на актив или оружие, а как на мужчину.

Белиал подошла к кровати и села на край, проведя кончиками пальцев по его груди.

– Ты прав. Мы тебя починили. И теперь ты – наш самый ценный актив. Мой самый ценный актив.

Она наклонилась, и их губы встретились в поцелуе – властном, требовательном, но с оттенком подлинной нежности, которую она не позволяла себе проявлять ни с кем другим. Гарри ответил ей, притягивая её к себе, запуская руку в её длинные волосы. В такие моменты мир за пределами этой комнаты переставал существовать. Был только он, она и тихое гудение мегаполиса за окном.

Идиллию нарушил резкий, совершенно неуместный в этом высокотехнологичном мире звук.

Тук-тук-тук.

Звук шёл от панорамного окна.

Гарри мгновенно напрягся. Его тело, отточенное годами тренировок, превратилось в натянутую струну. Белиал тоже замерла, её лицо стало холодным и сосредоточенным.

– Протокол «Вторжение»? – тихо спросил он.

– Системы безопасности молчат, – так же тихо ответила она, её взгляд был прикован к стеклу. – Никаких сигналов тревоги.

Тук-тук-тук.

Настойчивее. Раздражающе.

Гарри плавно соскользнул с кровати, его движения были бесшумными и смертоносными. В мгновение ока он оказался у стены, где в скрытой панели хранился его личный арсенал. Но Белиал остановила его жестом.

– Подожди.

Она подошла к окну и вгляделась в темноту. А потом её лицо выразило нечто, чего Гарри не видел на нём никогда, – чистое, незамутнённое недоумение.

– Это… сова, – произнесла она так, словно описывала инопланетное существо.

И действительно, за бронированным стеклом, способным выдержать выстрел из плазменной винтовки, на узком карнизе сидела большая полярная сова. Она невозмутимо смотрела на них своими жёлтыми глазами и держала в клюве конверт из плотного, желтоватого пергамента.

– Анализ, – скомандовала Белиал в пустоту.

Бесплотный женский голос искусственного интеллекта квартиры ответил мгновенно: «Биологический объект, вид Bubo scandiacus. Аномалий не выявлено. Объект не является носителем взрывчатых или отравляющих веществ. В клюве удерживает бумажный носитель информации. Рекомендую проигнорировать. Вероятность спам-рассылки от эко-террористов – 87%».

Сова, словно услышав это, с силой ударила клювом по стеклу ещё раз.

Гарри подошёл к окну, разглядывая птицу. Что-то смутно знакомое шевельнулось в глубинах его памяти. Что-то, связанное с тем, другим миром, который он так старательно выжигал из себя.

– Открой, – приказал он.

– Гарри, это нелогично, – начала было Белиал.

– Открой, – повторил он, не отрывая взгляда от совы.

Белиал вздохнула, но кивнула. Сегмент окна бесшумно отъехал в сторону, впуская в комнату прохладный ночной воздух. Сова, ничуть не смутившись, влетела внутрь, сделала круг под потолком и уронила письмо прямо в руки Гарри, после чего уселась на спинку кресла и уставилась на них, ожидая.

Гарри посмотрел на конверт. Плотный пергамент. Адрес, выведенный изумрудными чернилами:

Мистеру Г. Поттеру Самая высокая башня с видом на город Токио, Япония

Он перевернул конверт. Сургучная печать с гербом – лев, орёл, барсук и змея, обвившие большую букву «Х».

Хогвартс.

Кровь отхлынула от его лица. Руки, способные разобрать и собрать винтовку за семнадцать секунд в полной темноте, едва заметно дрогнули.

– Что это? – спросила Белиал, её голос снова стал стальным. Она увидела его реакцию.

Гарри молча сломал печать и развернул письмо. Текст был всё теми же зелёными чернилами.

«ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»

Директор: Альбус Дамблдор (Орден Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов)

Дорогой мистер Поттер,

Сообщаем Вам, что Ваше имя было выбрано беспристрастным судьёй, Кубком Огня, для участия в Турнире Трёх Волшебников в качестве четвёртого чемпиона.

В соответствии с правилами Турнира, Вы обязаны явиться в Хогвартс для участия в состязаниях. Отказ от участия невозможен и будет расценен как нарушение магического контракта, что повлечёт за собой непредсказуемые, но, несомненно, фатальные последствия для Вашей магии и жизни.

Ожидаем Вас в Хогвартсе не позднее 30 октября.

Искренне Ваш, Бартемиус Крауч-старший, Глава Департамента международного магического сотрудничества.

P.S. Альбус Дамблдор также передаёт свои наилучшие пожелания и надеется на Ваше скорое возвращение домой.

«Возвращение домой». Эта фраза ударила его, как пощёчина. Домой? Его дом теперь здесь. Его семья – «Кисараги».

– Гарри. Объясни, – приказала Белиал.

Он молча протянул ей письмо. Она пробежала его глазами, её брови сошлись на переносице.

– Магия? Волшебники? Хогвартс? Это что, какая-то изощрённая шутка?

– Нет, – глухо ответил Гарри. – Это моё прошлое. То, от чего меня «избавили».

И он рассказал. Рассказал всё. Про мир, скрытый от глаз обычных людей. Про магию, которая была у него, и которую отняли. Про семью, которая предпочла ему брата-героя. Про старика по имени Дамблдор, который всё это допустил. Он говорил сухо, как на докладе, перечисляя факты без эмоций, но Белиал, знавшая его лучше кого-либо, видела, как ходят желваки на его скулах.

Когда он закончил, в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим уханьем совы.

– Значит, магия реальна, – констатировала Белиал. Это был не вопрос. – И эти… волшебники, принуждают тебя к участию в каком-то варварском ритуале под угрозой смерти.

– Похоже на то, – кивнул Гарри. – Кубок Огня – древний артефакт. Если он выбрал имя, контракт заключается автоматически. Раньше я бы, может, и умер от разрыва контракта. Но сейчас… во мне нет магии. Не знаю, как это сработает.

– Но риск есть, – её глаза хищно блеснули. – И мы не любим риски, которыми не можем управлять. С другой стороны…

Она встала и начала мерить комнату шагами, её мозг стратега уже работал на полную мощность.

– Скрытая цивилизация. Совершенно новый, неизученный ресурс. Энергия, которую они называют «магией». Если её можно извлекать, как из тебя, значит, её можно и аккумулировать. Использовать. Превратить в оружие. Это… это целый континент, который ждёт своего завоевателя.

Гарри смотрел на неё. Он знал этот взгляд. Так она смотрела на карту планеты, которую им поручили захватить в прошлый раз.

– Ты хочешь, чтобы я поехал? – спросил он.

– Я хочу, чтобы мы поехали, – поправила она. – Это не твоя личная проблема, Агент Поттер. Это возможность для «Кисараги». Возможность, которую мы не имеем права упускать.

---

Экстренное совещание Высших Руководителей было созвано через час. В главном зале заседаний, на вершине штаб-квартиры «Кисараги», за круглым столом сидели трое.

Белиал, элегантная и смертоносная, как чёрная пантера.

Астарот, брутальная воительница в своём неизменном откровенном наряде, с презрительной усмешкой на лице.

И Лилит, гениальный учёный корпорации, выглядевшая как ребёнок, но обладавшая интеллектом, способным посрамить любой суперкомпьютер. Она сидела на высоком стуле, болтая ногами, и с огромным интересом рассматривала сову, которую доставили в специальном силовом контейнере.

Гарри стоял позади кресла Белиал, в полной боевой форме – чёрный тактический костюм, усиленный кевларовыми и керамическими вставками. Его лицо было бесстрастным, как маска.

– Итак, подведём итоги, – начала Белиал, выведя на центральный голографический дисплей текст письма. – Нашего лучшего оперативника, Агента Поттера, некая подпольная организация магов принуждает к участию в смертельном состязании.

– Чушь собачья, – отрезала Астарот, закинув ноги на стол. – Какая ещё магия? Если эти клоуны угрожают нашему человеку, мы просто нанесём превентивный удар. Найти их базу, которую они зовут «Хогвартс», и сбросить туда тактическую боеголовку. Проблема решена. Очки Зла за геноцид целой скрытой расы будут зашкаливать.

– Неэффективно, – пискнула Лилит, не отрывая взгляда от совы. – Ты предлагаешь уничтожить уникальную экосистему и источник энергии, который мы ещё даже не изучили. Эта «магия», судя по отчёту Агента Поттера, способна нарушать известные законы физики. Телепортация, трансфигурация материи, ментальное воздействие… Представляете, какие технологии можно разработать, если мы поймём принцип её работы? Это важнее, чем сиюминутные Очки Зла.

– Лилит права, – поддержала Белиал. – Уничтожить мы их всегда успеем. Сначала – разведка, анализ и оценка рентабельности. Этот «Турнир Трёх Волшебников» – идеальное прикрытие.

– Прикрытие для чего? – хмыкнула Астарот. – Отправить Поттера туда одного? Эти маги уже один раз его обобрали. Где гарантия, что они не сделают это снова?

– Он пойдёт не один, – глаза Белиал сверкнули. – Мы сформируем группу поддержки. Официально – как его «свиту». Мы представимся… скажем, представителями некой малоизвестной японской школы боевых искусств, которая практикует особые техники, внешне схожие с магией. Это объяснит наше присутствие и наши способности.

Гарри слушал молча. План обретал форму. Это была уже не его личная вендетта. Это была корпоративная операция. «Проект: Хогвартс».

– Я возглавлю группу, – заявила Белиал.

– Что?! – Астарот аж подскочила. – Ты, Высший Руководитель, полезешь в это змеиное гнездо лично? А кто будет управлять сектором? Я?

– У тебя прекрасно получится, дорогая, – с милой улыбкой ответила Белиал. – А я проконтролирую всё на месте. Агент Поттер – слишком ценный актив, чтобы доверять его кому-то другому. Кроме того, мне любопытно посмотреть на мир, который породил его… и который так жестоко с ним обошёлся.

Она бросила на Гарри быстрый, почти незаметный взгляд. Он понял. Помимо корпоративных интересов, здесь было и личное. Она хотела увидеть его родителей. Его брата. Дамблдора. И, возможно, лично высказать им всё, что она о них думает. В стиле «Кисараги».

– В группу войдут лучшие, – продолжила Белиал, снова переключаясь на деловой тон. – Боец №6 и Алиса. Шестой – эксперт по грязным трюкам и выживанию, его методы идеально впишутся в концепцию «варварского турнира». Алиса… её аналитические способности и доступ к нашей базе данных будут неоценимы. Её можно представить как мою юную протеже-аналитика.

– А я? – подала голос Лилит. – Я тоже хочу! Я должна взять образцы! Образцы воздуха, почвы, магических существ! Я хочу препарировать дракона! В письме упоминались драконы!

– Ты будешь координировать нас из штаба, Лилит, – мягко, но твёрдо сказала Белиал. – Тебе нужен доступ ко всему лабораторному комплексу. Мы будем передавать тебе все данные и образцы в реальном времени. Ты наш научный тыл.

Лилит надулась, но спорить не стала. Перспектива получить эксклюзивный доступ к данным из совершенно новой реальности перевесила её желание поехать лично.

– Хорошо, – Астарот, казалось, смирилась. – План есть. Но что насчёт самого Поттера? Он готов к этому? Вернуться туда, где его предали?

Все взгляды обратились на Гарри. Он сделал шаг вперёд.

– Я – Агент корпорации «Кисараги», – произнёс он ровным, холодным голосом. – У меня нет прошлого. У меня есть только миссия. Цель операции: инфильтрация в общество магов, сбор данных о их силе, ресурсах и уязвимостях. Оценка потенциала для дальнейшего поглощения. Турнир – средство для достижения цели. Эмоции в расчёт не принимаются.

Астарот удовлетворённо хмыкнула.

– Вот это я понимаю. Никаких соплей.

Белиал смотрела на него с гордостью и едва скрываемым беспокойством. Она знала, что за этой ледяной маской всё ещё живёт тот мальчик из чулана. И эта миссия станет для него самым тяжёлым испытанием.

– Тогда решено, – подытожила она. – «Проект: Хогвартс» активирован. Лилит, начинай подготовку оборудования для трансляции данных и маскировки наших технологий под «магические артефакты». Астарот, обеспечь нам транспорт и прикрытие на международном уровне. Я и Агент Поттер займёмся подготовкой оперативной группы. Вылетаем через сорок восемь часов.

Совещание было окончено.

---

Когда они вернулись в квартиру, Гарри молча подошёл к оружейной панели и начал проверять своё снаряжение. Пистолет с усыпляющими дротиками, мономолекулярный нож, несколько типов гранат – дымовые, светошумовые, с нейротоксином. Всё как обычно. Но для этой миссии потребуется нечто иное.

– Они увидят в тебе не агента «Кисараги», – тихо сказала Белиал, подойдя к нему сзади и обняв за плечи. – Они увидят Гарри Поттера. Потерянного сына. Заблудшую овцу, которую нужно вернуть в стадо.

– Пусть видят, что хотят, – он не прекращал своих занятий. – Их ожидания – их проблемы.

– Твой брат будет там. Годрик. «Мальчик-Который-Выжил». Наверняка он тоже чемпион Хогвартса. Они захотят столкнуть вас. Сделать из этого шоу.

– Он для меня просто цель. «Объект: Годрик Поттер». Не более.

– А родители? Лили и Джеймс? – её голос стал ещё тише.

Рука Гарри на мгновение замерла над плазменным резаком.

– Они для меня не существуют. Они сделали свой выбор много лет назад. Когда отдали меня Дурслям.

Белиал прижалась к его спине, положив подбородок ему на плечо.

– Ты лжёшь. Ты хочешь увидеть их. Хочешь посмотреть им в глаза. И хочешь, чтобы они увидели, кем ты стал. Хочешь, чтобы они пожалели.

Гарри молчал. Она была права. Чёртовски права. Глубоко внутри, под слоями брони, тренировок и корпоративной идеологии, сидел маленький мальчик, который всё ещё хотел мести. Не кровавой, не быстрой. А медленной, унизительной. Он хотел, чтобы они увидели его – сильного, успешного, независимого. И чтобы они поняли, от чего отказались. Чтобы их герой-сынок Годрик выглядел на его фоне жалкой пародией.

– Месть – неэффективная мотивация, – наконец произнёс он, цитируя устав корпорации. – Она затуманивает суждения.

– К чёрту устав, – прошептала Белиал ему на ухо. – Иногда месть – это просто очень, очень много Очков Зла. И ты их заслужил. Мы получим то, что нужно корпорации. А ты… ты получишь своё. Я прослежу за этим.

Она развернула его к себе и впилась в его губы поцелуем – яростным, обещающим, полным тёмной страсти. Это был не нежный поцелуй, как час назад. Это был боевой клич. Клятва.

– А когда мы вернёмся… – прошептала она, отрываясь от его губ, её дыхание было сбитым, – когда мы сокрушим их мир, когда ты отомстишь всем, кто причинил тебе боль… мы отпразднуем. Как следует.

Гарри посмотрел в её горящие азартом глаза. В них он видел своё отражение – не сломленного мальчика, не героя, а хищника, готового вернуться в свои старые охотничьи угодья.

– Они не знают, что их ждёт, – сказал он, и в его голосе впервые за долгое время прозвучала не холодная отстранённость, а предвкушение. – Они ждут потерянного мальчика. А к ним явится «Кисараги».

Он снова поцеловал её, уже не отвечая на её страсть, а ведя сам. Это было его решение. Его миссия. Его месть. Хогвартс, Дамблдор, Волдеморт, его драгоценная семейка – все они были лишь целями в новой, самой важной операции в его жизни. И провал в ней не предусматривался.

В кресле тихо ухнула сова, словно одобряя принятое решение. Она ещё не знала, что станет первым «образцом», который Лилит с восторгом разберёт на молекулы, как только миссия по доставке письма будет считаться выполненной. Для мира магии наступали тёмные времена. Гораздо темнее, чем те, что мог им устроить какой-то Лорд Волдеморт. Ведь корпоративное зло всегда эффективнее и безжалостнее зла сказочного.