Поттер и Заморозка

Небо над Шотландией в этот октябрьский вечер было неприветливым и хмурым. Свинцовые тучи, подгоняемые ледяным ветром, неслись низко над землей, цепляясь за остроконечные башни замка Хогвартс. Студенты, закутанные в мантии своих факультетов, толпились на лужайке перед входом, с нетерпением и любопытством вглядываясь в темнеющее небо.

Сегодня был великий день. День прибытия делегаций из Шармбатона и Дурмстранга для участия в Турнире Трёх Волшебников.

Первыми прибыли французы. Изящная, словно выточенная из голубого льда, карета, запряженная дюжиной крылатых абраксанских коней, с оглушительным грохотом приземлилась на поляне. Из неё вышла мадам Максим, женщина поистине исполинского роста, а за ней — вереница юношей и девушек в шелковых мантиях.

Спустя несколько минут из глубин Чёрного озера, вздымая волны, всплыл призрачный корабль Дурмстранга. Его тёмный силуэт с рваными парусами выглядел зловеще на фоне замка. По трапу сошел директор Игорь Каркаров, а за ним — его ученики в тяжелых меховых накидках, среди которых выделялся хмурый и знаменитый ловец Виктор Крам.

Альбус Дамблдор, директор Хогвартса, с радушной улыбкой приветствовал гостей. Рядом с ним, в лучах славы и всеобщего внимания, стояла семья Поттеров. Джеймс, с его вечной самодовольной ухмылкой, Лили, чья красота не увяла с годами, и их сын — Годрик Поттер, Мальчик-Который-Выжил. Высокомерный, точная копия отца в юности, он купался в обожании толпы, небрежно помахивая рукой.

Но когда казалось, что все гости уже прибыли, произошло нечто странное.

Воздух внезапно сгустился и задрожал от низкого, вибрирующего гула, не похожего ни на один магический звук. Он нарастал, давил на уши, заставляя землю едва заметно трястись. Все головы, как по команде, вскинулись к небу.

Прямо из-за кромки туч, пронзив их насквозь, появилось нечто. Это не был ни дракон, ни гиппогриф, ни какое-либо другое волшебное существо. Это был аппарат. Угловатый, матово-чёрный, сделанный из неизвестных композитных материалов, он напоминал гигантскую хищную птицу. Без крыльев, он висел в воздухе с пугающей стабильностью, а рёв исходил от сопел, извергавших потоки раскаленного воздуха.

На борту виднелась белая эмблема: стилизованные крылья и буквы «WG».

Аппарат, который в другом мире назвали бы конвертопланом класса «Валькирия», плавно пошёл на снижение и с невероятной точностью приземлился на свободном участке лужайки, подняв в воздух вихрь опавших листьев. Толпа волшебников замерла в ошеломленном молчании. Даже Дамблдор на мгновение утратил свою фирменную безмятежность.

С шипением гидравлики опустилась аппарель, и в проёме показались силуэты.

Первой вышла женщина в строгом облачении, напоминающем монашеское, но с явными элементами военной формы. Её лицо было спокойным и властным. Это была сестра Маргарет, директор Западной Генетики.

За ней, чеканя шаг, спустились остальные. И это были не студенты в мантиях. Это были солдаты. Девушки в облегающих боевых костюмах, с тяжёлыми, футуристического вида устройствами за спинами — Вольт-Оружием. Их лица были сосредоточены, а взгляды — холодны и профессиональны. Среди них выделялась платиновая блондинка с ледяными глазами, от которой веяло опасностью — Сателлайза эль Бриджит. Рядом с ней шла высокая темноволосая девушка с решительным взглядом — Лана Линчен.

Чуть поодаль стояла ещё одна группа, возглавляемая рыжеволосой Элизабет Мэйбили. Она с беспокойством оглядывалась, словно кого-то искала.

А затем из сумрака транспортника вышел он.

Юноша, одетый в такую же тактическую форму, что и остальные юноши-Ограничители. Стройный, подтянутый, с коротко стриженными чёрными волосами, которые вечно падали на лоб. Но не это привлекло всеобщее внимание. А его лицо. Знакомое и одновременно чужое. Те же скулы, тот же разрез глаз, что и у Джеймса Поттера. Но глаза… Глаза были другими. Не весёлые ореховые, как у Джеймса, и не ярко-зелёные, полные любви, как у Лили. Его глаза были цвета смертоносного заклятия «Авада Кедавра». Холодные, пустые, не выражающие ничего, кроме ледяного контроля. И на лбу, там, где у его брата красовался знаменитый шрам в виде молнии, у него не было ничего. Лишь гладкая кожа.

Это был Гарри.

В толпе пронесся недоуменный шёпот. Джеймс Поттер застыл, его лицо исказила гримаса шока и гнева. Лили ахнула и прижала руку ко рту, её глаза наполнились слезами. Годрик уставился на него с откровенным презрением.

– Гарри? – голос Джеймса прозвучал резко и требовательно. – Что ты здесь делаешь? Какого мёрлина всё это значит?

Гарри даже не удостоил его прямым взглядом. Его глаза скользнули по лицу мужчины, которого он когда-то звал отцом, и в них не было ни капли тепла. Лишь оценка угрозы.

– Поттер, – ровно и холодно произнёс он, и это обращение по фамилии ударило больнее пощечины. – Я здесь по приказу командования Западной Генетики. Мы — третья школа-участник.

Дамблдор, быстро овладев собой, шагнул вперёд, его глаза за стёклами очков-половинок внимательно изучали Гарри и его спутников.

– Добро пожаловать в Хогвартс, – его голос звучал как всегда добродушно, но в нём слышались стальные нотки. – Хотя ваше прибытие, должен признать, стало для нас сюрпризом. Министерство уведомило нас о трёх школах.

– Произошли изменения, – ответила сестра Маргарет, делая шаг вперёд и становясь между своей группой и директором. – По решению Международного Образовательного Комитета, Западная Генетика была выбрана в качестве представителя от не-магического сектора. В свете последних событий и угрозы со стороны НОВА, было решено, что интеграция и демонстрация сил необходимы.

Угрозы НОВА? Не-магический сектор? Для волшебников это были пустые слова.

– Гарри, сынок… – Лили сделала неуверенный шаг вперёд, протягивая руку. Её лицо было мокрым от слёз. – Мы… мы думали…

– Он не ваш сын, – раздался резкий голос. Элизабет Мэйбили встала рядом с Гарри, заслоняя его от Лили. Её рыжие волосы пылали в свете факелов. – Вы лишились этого права в тот день, когда отдали его Дурслям, как ненужную вещь. Он — мой брат.

– Как ты смеешь, девчонка! – рявкнул Джеймс, выхватывая палочку.

В то же мгновение Сателлайза и Лана беззвучно шагнули вперёд, их руки легли на рукояти Вольт-Оружия. Атмосфера накалилась до предела. Воздух затрещал от напряжения, но это была не магия. Это была чистая, концентрированная жажда битвы, исходящая от Пандор.

– Достаточно! – прогремел голос Дамблдора. – Мистер Поттер, опустите палочку. Мы — хозяева, и мы должны проявить гостеприимство.

Джеймс с неохотой подчинился, не сводя с Гарри полного ненависти взгляда.

– Ха, смотрите-ка, блудный братец вернулся, – язвительно протянул Годрик, делая шаг вперёд. Он был выше и шире в плечах, чем Гарри. – Решил посмотреть на настоящую магию, сквиб? Или эти твои игрушки — всё, на что ты способен?

Гарри наконец повернул голову и посмотрел прямо на брата. На долю секунды ледяная маска на его лице треснула, и в глубине зелёных глаз вспыхнуло что-то древнее и страшное. Это не была злость или ненависть. Это была холодная, расчётливая ярость ветерана, который видел смерть в сотнях её обличий. Окружающие почувствовали внезапный озноб, словно температура воздуха резко упала. Годрик невольно отшатнулся, ощутив давление, которое не мог объяснить.

– Я здесь не для того, чтобы играть в игры, – голос Гарри был тихим, но каждый в наступившей тишине его услышал. – Я здесь, чтобы выполнить задание.

Рядом с ним, почти незаметно, оказалась девушка с нежной улыбкой и волосами цвета пшеницы. Шифон Фэйрчайлд, Легендарная Пандора, известная как «Непревзойденный Монстр». Она мягко коснулась руки Гарри.

– Всё в порядке, Гарри, – прошептала она.

Её прикосновение, казалось, мгновенно сняло напряжение. Убийственная аура, исходившая от Гарри, исчезла, снова сменившись непроницаемым спокойствием. Он кивнул, не глядя на неё, но все видели, как его пальцы на мгновение сжали её ладонь.

– Прошу всех в Большой Зал! – громко объявил Дамблдор, пытаясь разрядить обстановку. – Нас ждёт пир и Церемония Отбора!

---

Большой Зал Хогвартса был великолепен. Тысячи свечей парили в воздухе под заколдованным потолком, в точности повторявшим ночное небо. Четыре длинных стола ломились от яств. Но делегация из Западной Генетики не выказывала ни удивления, ни восторга. Они двигались единым строем, их военная выправка и одинаковая форма резко контрастировали с пёстрой толпой студентов Хогвартса.

Их усадили за стол Гриффиндора, что вызвало новую волну напряжения. Поттеры сидели за преподавательским столом, и Джеймс не сводил с Гарри испепеляющего взгляда. Лили то и дело бросала на него полные боли и раскаяния взгляды, но не решалась подойти.

– Итак, – начал Дамблдор, когда все расселись, – прежде чем мы начнём наш пир, я хотел бы предложить нашим новым гостям пройти небольшую формальность, традицию Хогвартса.

Он указал на старый табурет, на котором лежала потрёпанная Распределяющая Шляпа.

Сестра Маргарет вежливо, но твёрдо подняла руку.

– Благодарю за предложение, директор Дамблдор, но в этом нет необходимости. Мы — единая делегация от Западной Генетики. Мы не будем разделяться. Наши ученики, Пандоры и Ограничители, работают в парах и командах. Разделение подорвёт нашу боевую эффективность.

Слова «боевая эффективность» прозвучали в сказочной атмосфере зала дико и неуместно. Дамблдор на мгновение растерялся, но быстро нашёлся.

– Что ж, воля гостей — закон. Тогда позвольте мне перейти к главному событию вечера!

Он подошёл к большому, грубо вытесанному деревянному кубку, стоявшему в центре зала. Из кубка вырывались языки синего пламени.

– Кубок Огня готов сделать свой выбор! – провозгласил Дамблдор.

Пламя в кубке внезапно стало красным, и из него вылетел первый обугленный кусок пергамента.

– Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам!

Зал взорвался аплодисментами, особенно громкими со стороны стола Слизерина.

Второй кусок пергамента.

– Чемпион Шармбатона — Флёр Делакур!

Изящная блондинка с серебристыми волосами грациозно поднялась и проследовала в комнату для чемпионов.

Третий кусок.

– Чемпион Хогвартса… – Дамблдор сделал паузу. – Годрик Поттер!

Гриффиндорский стол взревел от восторга. Годрик вскочил на ноги, победно вскинув кулаки. Он обменялся торжествующим взглядом с отцом и, наслаждаясь овациями, отправился к остальным чемпионам.

– Превосходно! – улыбнулся Дамблдор. – Теперь у нас есть три чемпиона. Но, как вы понимаете, в связи с прибытием четвёртой школы…

Он не договорил. Пламя в Кубке снова вспыхнуло, на этот раз ещё яростнее. Оно взметнулось вверх, и из самого его сердца вылетел четвёртый, последний кусок пергамента. Дамблдор поймал его. В зале повисла мёртвая тишина.

Директор всмотрелся в пергамент, и его лицо на мгновение стало непроницаемым. Затем он поднял глаза и посмотрел прямо на делегацию Западной Генетики. Прямо на Гарри.

– Чемпион Западной Генетики, – его голос прозвучал громко и отчётливо, – Гарри Поттер.

Если до этого в зале была тишина, то теперь она стала абсолютной, звенящей. А потом взорвалась хаосом. Крики возмущения, недоумения, ярости.

– Это невозможно! – закричал Каркаров. – Турнир Трёх Волшебников! Не Четырёх!

– Это обман! – вторила ему мадам Максим.

Но громче всех кричали товарищи Гарри.

– Это манипуляция! – Элизабет вскочила на ноги, её лицо было искажено гневом. – Его имени не могло быть в Кубке! Мы прибыли только сегодня!

Сестра Маргарет поднялась, её спокойствие было подобно затишью перед бурей.

– Директор Дамблдор, это провокация. Мой ученик не будет участвовать в этом фарсе. Мы требуем объяснений.

Дамблдор поднял руки, призывая к тишине.

– Я не знаю, как это произошло. Но Кубок Огня сделал свой выбор. Имя Гарри Поттера вышло из него. Это — обязывающий магический контракт. С этого момента он — чемпион и должен состязаться.

Гарри сидел неподвижно, глядя на Дамблдора. Он не кричал, не возмущался. Он просто смотрел. И в его взгляде читалось полное, абсолютное понимание. Его снова использовали. Этот старик с добрыми глазами и длинной бородой только что бросил его на арену, как гладиатора. Чтобы посмотреть. Чтобы оценить. Чтобы понять, что за сила скрывается в «сквибе», которого его семья выбросила много лет назад.

Сила, которую они сами у него отняли и передали его брату в отчаянной попытке спасти «избранного». Ритуал, который едва не убил его и оставил его без капли магии, но открыл в нём нечто иное. Потенциал Ограничителя. Способность к «Заморозке» — силе, которая могла останавливать даже НОВА, чудовищ из другого измерения.

Он медленно поднялся. Все взгляды были прикованы к нему. Он посмотрел на своего брата, который выглядывал из-за двери с растерянным и злым выражением лица. Посмотрел на отца, чьё лицо побагровело от ярости. На мать, беззвучно рыдающую за преподавательским столом. И, наконец, на Дамблдора.

– Хорошо, – сказал Гарри тихо, но его голос разнёсся по всему залу. – Я буду участвовать.

Он развернулся и, не глядя больше ни на кого, направился к комнате для чемпионов. Его друзья смотрели ему вслед с тревогой. Шифон Фэйрчайлд сжала кулаки так, что костяшки побелели, но её знаменитая улыбка не сходила с лица. Это была улыбка хищника, который только что увидел, как его самое дорогое существо попало в ловушку. И она была готова разорвать эту ловушку на куски вместе с теми, кто её поставил.

---

Поздней ночью, в выделенных им апартаментах в одной из башен замка — стерильных и функциональных, так как команда техников Западной Генетики быстро заменила старинную мебель на привычное оборудование, — Гарри стоял у высокого стрельчатого окна и смотрел на тёмные просторы Запретного Леса.

Он снял верхнюю часть формы, оставшись в чёрной облегающей фуфайке, подчёркивающей атлетичное, покрытое шрамами тело. Это были не следы детских шалостей. Это были отметины боёв с НОВА — рваные шрамы от когтей, ожоги от энергетических лучей. Напоминания о том, кем он стал.

Дверь тихо открылась, и вошла Шифон. Она уже переоделась в простую свободную одежду. Некоторое время она молча стояла в дверях, наблюдая за ним. За напряжённой линией его плеч, за тем, как сжаты его кулаки.

– Гарри, – мягко позвала она.

Он не обернулся.

– Он сделал это нарочно. Дамблдор, – голос Гарри был глухим, полным сдерживаемой ярости. – Он хочет посмотреть, на что я способен. Хочет понять природу «Заморозки». Для него я просто ещё одна фигура на шахматной доске. Ещё один инструмент.

Шифон подошла и обняла его со спины, прижавшись щекой к его лопатке. Её тепло, её знакомый запах, её присутствие были единственным якорем в этом море призраков прошлого.

– Ты не инструмент, – прошептала она. – И ты не один. Мы все здесь. Казуя, Сателлайза, Элизабет… я. Мы не позволим им причинить тебе вред.

– Они уже причинили, – горько усмехнулся он. – Давно. Они забрали у меня всё: магию, семью, детство. А теперь они хотят устроить из моей жизни шоу. Заставить меня сражаться с драконами и русалками ради их развлечения.

Он медленно повернулся в её объятиях. Его зелёные глаза, обычно холодные и отстранённые, сейчас были полны боли и гнева.

– Я не просто выиграю этот проклятый турнир, Шифон. Я заставлю их заплатить. Каждого.

Он посмотрел в сторону, где за стенами замка спали его бывшие родители.

– Я покажу им, кого они выбросили. Я покажу этому миру, что есть сила пострашнее их магии. Я заставлю их смотреть, как тот, кого они назвали сквибом и сломали, возвысится над их «избранным». Я заберу у Годрика всё, что они ему дали. Его славу. Его уверенность. Его победу.

Шифон посмотрела ему в глаза. Она видела в них не только жажду мести, но и глубокую рану, которая так и не зажила. Она подняла руку и нежно коснулась его щеки.

– И ты это сделаешь. А когда всё закончится, мы вернёмся домой. В Японию. В наш дом.

Гарри закрыл глаза, вдыхая её аромат. Она была его реальностью, его настоящим и будущим. Всё остальное — лишь тени прошлого, с которыми нужно было разобраться. Раз и навсегда.

Он наклонился и поцеловал её. Поцелуй был сначала жёстким, требовательным, полным горечи и гнева сегодняшнего дня. Но под её лаской он смягчился, стал глубже, превращаясь в безмолвное обещание. Обещание поддержки, любви и силы.

– Ты моя Пандора, – прошептал он ей в губы. – А я твой Ограничитель. Мы связаны.

– Навсегда, – ответила она, и её нежная улыбка вернулась, но теперь в ней читалась несокрушимая решимость. – А теперь тебе нужно отдохнуть. Впереди битва.

Он кивнул, позволяя ей увести себя от окна. Битва. Да, это была не игра и не турнир. Это была война. Его личная война против мира, который его предал. И он собирался выйти из неё победителем.

А после… после он отомстит. Дамблдору за его манипуляции. Волан-де-Морту, который был лишь ещё одной тенью из прошлого, которую нужно было стереть. И своим родителям. За всё.

И только тогда, смыв с себя всю грязь этого магического мира, он сможет по-настоящему вернуться домой. К Шифон. К своей новой жизни.

Он лёг на кровать, и она легла рядом, обняв его. В её объятиях призраки прошлого отступили, хоть и не исчезли совсем. Они ждали за дверью. Ждали первого испытания. И Гарри был готов их встретить. Он был ветераном битв с НОВА. Что ему могли сделать драконы и тёмные маги после этого? Они были лишь очередной проблемой, которую нужно было решить. Холодно, эффективно и безжалостно.