Поттер член группы Хекматьяр

Тихий шелест волн, разбивающихся о частный пляж где-то в Индонезии, был единственным звуком, нарушавшим утреннюю безмятежность. Гарри лежал на спине, подставив лицо первым, еще не жгучим лучам солнца. Рядом с ним, положив голову ему на плечо, дремала София. Ее платиновые волосы разметались по его груди, а ровное дыхание приятно щекотало кожу. Валмет. Его Валмет. Даже спустя два года после их первой встречи, после сотен перестрелок и десятков опасных сделок, он все еще не мог до конца поверить в свое счастье.

Он нежно провел пальцами по ее щеке, очерчивая шрам у глаза. Этот шрам был частью ее, как и нож, который всегда был при ней, как и ее яростная преданность и неожиданная нежность. Она была его якорем в этом безумном мире, который он теперь называл своим домом. Мире торговли оружием, глобальной политики и частных армий. Мире Коко Хекматьяр.

Его старый мир, мир магии, сов и дурацких шляп, казался теперь далеким, выцветшим сном. Или, скорее, кошмаром. Воспоминания о чулане под лестницей, о вечном голоде и насмешках Дурслей, о холодном равнодушии биологических родителей — все это было заперто в самом дальнем уголке его сознания. Иногда оно прорывалось наружу, но тогда рядом оказывалась Валмет, или Лема, или сама Коко со своей жутковатой, но почему-то успокаивающей улыбкой. Они были его семьей. Настоящей семьей.

Он осторожно высвободился из-под ее руки и сел. Взял с песка пачку сигарет и зажигалку. Щелчок, огонек, первая горькая затяжка. Дым смешивался с соленым морским воздухом. Гарри смотрел на горизонт, где небо сливалось с океаном. Здесь, вдали от цивилизации, под защитой первоклассных наемников и спутниковой системы HCLI, он чувствовал себя в безопасности. Парадоксально, но факт. Мальчик, которого бросили в чужой стране, нашел убежище в самом опасном бизнесе на планете.

Флойд Хекматьяр, эксцентричный брат Коко и Каспера, нашел его на обочине дороги в пригороде Токио. Грязного, испуганного десятилетнего мальчишку, которого дядя Вернон просто вышвырнул из машины со словами: «Теперь ты проблема японского правительства». Флойд, вместо того чтобы пройти мимо, увидел в его глазах что-то знакомое — сталь, которую еще не успели сломать. Он не стал задавать вопросов. Просто накормил, отвез к своему брату Касперу и сказал: «Смотри, какой интересный экземпляр. Почти как Ко. Давай оставим».

Так Гарри стал неофициальным младшим братом Каспера Хекматьяра, а потом, по стечению обстоятельств и благодаря собственным способностям к выживанию и обучению, перешел в команду Коко. Он не был гениальным стрелком, как Лутц, или мастером ножевого боя, как Валмет. Его сила была в другом — в умении видеть то, чего не видят другие, в холодной логике и почти сверхъестественной интуиции, которая не раз спасала им жизнь. Он стал стратегом и аналитиком команды, правой рукой Коко в планировании операций. И возлюбленным ее самой верной воительницы.

– Опять куришь эту дрянь? – раздался сонный голос Валмет. Она приподнялась на локте, и шелковая простыня, которой они были укрыты, соскользнула, открывая вид на ее спортивное, покрытое шрамами тело.

– Только одну, – улыбнулся Гарри, протягивая ей сигарету.

Она сделала легкую затяжку и, выпустив дым, поморщилась.

– Гадость. Лучше бы ты меня поцеловал.

– Всегда к вашим услугам, миледи, – он наклонился и нежно коснулся ее губ.

Их поцелуй был прерван звуком шагов по песку. К ним приближался Лема, ветеран с неизменной сигарой во рту. Его лицо, как всегда, было непроницаемым.

– Коко просила передать, что у нас гости, – произнес он ровным голосом. – Незваные.

Гарри напрягся. Незваные гости на их секретной базе — это всегда плохо.

– Кто? – спросила Валмет, мгновенно преображаясь из сонной любовницы в солдата.

Лема посмотрел на Гарри. Во взгляде старого наемника промелькнуло что-то похожее на сочувствие.

– Твои, парень. Твои из прошлого. Трое. Мужчина, женщина и парень твоего возраста. Появились из ниоткуда прямо за периметром. Магия.

Сердце Гарри пропустило удар, а затем заколотилось с бешеной скоростью. Нет. Не может быть. После стольких лет... Зачем?

– Поттеры, – выдохнул он.

– И какой-то старик с длинной бородой по имени Дамблдор связывался с Коко по защищенному каналу. Требовал выдать тебя, – добавил Лема. – Коко вежливо послала его и сказала, что если он сунется на нашу территорию, его борода станет отличным фитилем для коктейля Молотова. Но эти трое, видимо, просочились раньше.

Валмет встала рядом с Гарри, положив руку ему на плечо. Ее пальцы сжались, даря молчаливую поддержку.

– Что будем делать? – спросила она.

Гарри потушил сигарету о песок. Холодная ярость, которую он так долго подавлял, начала подниматься из глубин души. Они посмели. Они посмели явиться сюда после всего, что сделали.

– Я поговорю с ними, – его голос был твердым, как сталь. – Но на моих условиях. Лема, подготовь конференц-зал в главном корпусе. Никаких удобств. Голые стены, стол, стулья. И пусть вся команда будет в сборе. В полной боевой готовности.

– Будет сделано, – кивнул Лема и удалился.

– Ты уверен? – Валмет заглянула ему в глаза. – Ты не обязан этого делать. Мы можем просто... избавиться от них.

– Я уверен, – ответил Гарри. – Я должен сделать это. Раз и навсегда. Чтобы они поняли, что Гарри Поттер, которого они знали, умер в тот день, когда его бросили в Японии. А тот, кто стоит перед ними сейчас, им не по зубам.

---

Конференц-зал HCLI был воплощением холодного корпоративного стиля. Стекло, хром, черный полированный стол. Никаких украшений, ничего лишнего. За столом сидели Джеймс, Лили и Годрик Поттеры. Они выглядели неуютно в этой стерильной обстановке, их яркие магические мантии казались нелепыми на фоне тактической экипировки команды Коко, которая выстроилась вдоль стен. Лема, Уго, Мао, Лутц, Йона, Тоджо, Вайли — все они были здесь, молчаливые и смертоносные, как стая волков.

Валмет стояла за правым плечом Гарри, ее рука лежала на спинке его кресла. Сама Коко сидела во главе стола, напротив Поттеров, и с ангельской улыбкой потягивала через трубочку апельсиновый сок.

Дверь открылась, и вошел Гарри. Он был одет в простую черную футболку и тактические брюки. Никакого оружия на виду, но каждый в этой комнате знал, что он опасен. Он двигался с плавной грацией хищника, которую приобрел за годы тренировок.

Он сел в кресло напротив своих биологических родителей, даже не взглянув на них. Его внимание было сосредоточено на документах, которые он положил перед собой.

– Гарри! – воскликнула Лили. В ее голосе смешались облегчение и боль. – Сынок, мы так долго тебя искали!

Гарри медленно поднял голову. Его зеленые глаза, точная копия ее собственных, были холодны, как лед.

– Я просил называть меня по имени. Просто Гарри, – его голос был ровным и лишенным эмоций. – И я вам не сынок, миссис Поттер. Сын у вас один. Вон он сидит.

Он кивнул в сторону Годрика. Тот выглядел точь-в-точь как Джеймс в молодости — те же растрепанные черные волосы, то же высокомерное выражение лица. Он смерил Гарри презрительным взглядом.

– Смотрю, ты неплохо устроился с этими магглами, братец, – протянул Годрик. – Играешь в солдатики?

– В отличие от тебя, Годрик, я не играю. Я работаю, – отрезал Гарри. – И мои коллеги, в отличие от твоих дружков, не предадут меня при первой же возможности.

Джеймс Поттер ударил кулаком по столу.

– Довольно! Гарри, мы пришли сюда не для пререканий! Мы пришли за тобой! Твое место в нашей семье, в магическом мире!

– Мое место? – Гарри усмехнулся. Это был неприятный, режущий слух смех. – Мое место было в чулане под лестницей, мистер Поттер. Мое место было на заднем дворе, где ваш драгоценный Годрик и его дружки отрабатывали на мне новые заклинания. Мое место было на обочине дороги в Японии, где меня бросили умирать ваши родственнички, которым вы меня сбагрили. Так о каком «месте» вы говорите?

На лице Лили отразилась неподдельная боль. Она выглядела измученной, с темными кругами под глазами.

– Гарри, прости нас... Мы... мы не знали... Мы думали, что так будет лучше для твоей безопасности...

– Безопасности? – Гарри повысил голос. – Вы отправили меня к людям, которые ненавидели магию и все, что с ней связано! Которые морили меня голодом и избивали! А вы... вы были слишком заняты своим «Мальчиком-который-выжил»! Вы купались в славе, пока ваш второй сын гнил заживо!

– Мы совершили ошибку! – выкрикнул Джеймс. – Ужасную ошибку! Но сейчас все изменилось! Ты нам нужен!

– А, – протянул Гарри, откидываясь на спинку стула. – Вот мы и подошли к главному. Мне всегда было интересно, что должно случиться, чтобы вы вспомнили о моем существовании. Итак? Что же стряслось в вашем идеальном мире? Годрик сломал свою любимую метлу?

Годрик побагровел.

– Заткнись! Ты ничего не знаешь! Я победил Темного Лорда! Я спас всех вас!

– Да, я слышал, – кивнул Гарри. – И какова была цена, о великий герой?

Джеймс понурил голову. Впервые за все время он выглядел не высокомерным аристократом, а сломленным человеком.

– Волан-де-Морт... перед смертью он наложил на Годрика проклятие. Проклятие бесплодия. Род Поттеров... он прервется на Годрике.

В комнате повисла тишина. Коко перестала пить сок и с живым интересом наблюдала за сценой. Валмет напряглась, готовая в любой момент броситься на защиту Гарри.

А Гарри... Гарри рассмеялся. Сначала тихо, потом все громче и громче. Это был смех человека, дошедшего до последней черты. Он смеялся до слез, до боли в животе.

– О, это... это просто восхитительно! – выдохнул он, утирая выступившие слезы. – Просто гениально! То есть, вы явились сюда не для того, чтобы извиниться. Не для того, чтобы попытаться наладить отношения. Вы пришли сюда, потому что вам нужен производитель! Запасной вариант! Инкубатор для продолжения вашего драгоценного рода!

– Гарри, не говори так! – взмолилась Лили. – Речь идет о наследии... о тысячелетней истории...

– Вашем наследии! Вашей истории! – перебил ее Гарри, снова становясь серьезным и холодным. – Какое отношение я имею к этому? Вы вычеркнули меня из своей истории, когда мне был год. Вы сожгли все мосты. Так вот, мистер и миссис Поттер, Годрик... слушайте внимательно, потому что повторять я не буду.

Он встал и медленно обошел стол, остановившись прямо за спиной Коко.

– У меня нет ничего общего с вами. Моя кровь, может быть, и течет в ваших жилах, но моя душа, мое сердце принадлежат другим людям. Людям, которые подобрали меня, когда я был никем. Которые научили меня всему, что я знаю. Которые стали моей настоящей семьей.

Он положил руку на плечо Коко.

– Это Коко Хекматьяр. Мой босс и мой друг. Она дала мне цель.

Он кивнул на Йону, который стоял у стены, сжимая в руках автомат.

– Это Йона. Мой младший брат. Я готов умереть за него, а он — за меня.

Он посмотрел на Валмет. В его взгляде промелькнула такая нежность, что у Лили сжалось сердце.

– А это София Вельмер. Моя невеста. Скоро она станет моей женой. И если у нас будут дети, они будут носить ее фамилию или фамилию Хекматьяр. Но не вашу. Никогда.

Он сделал паузу, давая своим словам впитаться.

– Вы хотели продолжения рода? Вы хотели наследника? Вы его не получите. Род Поттеров умрет вместе с вами. И знаете что? Мне все равно. Ваша проблема, не моя.

Джеймс вскочил, опрокинув стул. Его лицо исказилось от ярости.

– Да как ты смеешь, неблагодарный щенок! После всего, что мы...

– Что «вы»? – ледяным тоном спросил Гарри. – Что вы сделали для меня, кроме того, что произвели на свет? Вы бросили меня. Вы предали меня. А теперь вы требуете от меня благодарности?

– Мы вернемся, – прошипел Джеймс, хватая за руки жену и сына. – Мы найдем способ... Дамблдор...

– О, передайте привет этому старому манипулятору, – улыбнулась Коко, впервые подав голос. Ее улыбка была острой, как бритва. – Скажите ему, что HCLI не любит, когда в ее дела суют нос посторонние. Особенно такие влиятельные, как глава Визенгамота. У нас длинные руки, мистер Поттер. Очень длинные. И мы не ограничены какими-то там магическими законами. Следующая наша встреча может состояться не в таком комфортном конференц-зале.

В ее голосе прозвучала неприкрытая угроза. Джеймс побледнел, но гордость не позволила ему отступить.

– Ты пожалеешь об этом, Гарри.

– Я жалею только об одном, – ответил Гарри, глядя ему прямо в глаза. – О том, что потратил на вас свое время. А теперь убирайтесь. И не возвращайтесь. Если я еще раз увижу вас или кого-то из ваших людей рядом со своей семьей, я не буду таким гостеприимным. Я обещаю.

Лема и Уго шагнули вперед, молча указывая Поттерам на выход. Джеймс, бросив на Гарри полный ненависти взгляд, потащил за собой оцепеневшую Лили и разъяренного Годрика. Через мгновение они исчезли с характерным хлопком аппарации.

В комнате снова воцарилась тишина.

– Ну что ж, – сказала Коко, отставляя пустой стакан. – Весьма познавательно. Теперь я понимаю, почему ты не любишь говорить о своем прошлом.

Гарри стоял неподвижно, глядя в ту точку, где только что исчезли его родственники. Руки, сжатые в кулаки, мелко дрожали.

Валмет подошла к нему и взяла его руку в свою. Ее ладонь была теплой и сильной.

– Пойдем, – тихо сказала она. – Тебе нужно отдохнуть.

Он позволил ей увести себя. Они вышли из корпуса и молча пошли по пляжу. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона.

– Ты в порядке? – спросила она, когда они отошли достаточно далеко.

– Буду, – ответил он. – Просто... я думал, что давно переболел этим. А оказалось, что рана все еще кровоточит.

– Такие раны не заживают полностью, – сказала Валмет, останавливаясь и поворачиваясь к нему. – Они просто становятся частью тебя. Как мои шрамы.

Она прикоснулась к его щеке.

– Ты сказал... ты назвал меня своей невестой.

– Я так и сказал, – подтвердил Гарри, заглядывая в ее глаза. – И я не шутил. София Вельмер, ты выйдешь за меня замуж?

На ее лице отразилось удивление, которое быстро сменилось радостью. Той тихой, глубокой радостью, которую она редко показывала кому-либо.

– Да, – выдохнула она. – Да, Гарри. Тысячу раз да.

Он притянул ее к себе и поцеловал. Этот поцелуй отличался от всех предыдущих. В нем была не только страсть, но и обещание. Обещание будущего, которое они построят вместе. Будущего, в котором не будет места призракам прошлого.

---

Они поженились через неделю. Скромная церемония на том же пляже, в кругу самых близких. Коко, разумеется, взяла на себя роль распорядителя и превратила все в грандиозное шоу с фейерверками из контрабандной китайской пиротехники. Лема был свидетелем со стороны Гарри, а со стороны Валмет — вся женская часть их команды, которая не могла решить, кто из них более достоин этой чести.

Их первая брачная ночь прошла не в роскошном отеле, а в их простом бунгало на берегу океана. Шум волн, свет луны, пробивающийся сквозь жалюзи, и они — вдвоем.

Гарри смотрел на свою жену. На ее тело, которое было одновременно произведением искусства и картой пережитых сражений. Он целовал каждый ее шрам, каждый изгиб, шепча слова любви, которых никогда никому не говорил.

– Ты дрожишь, – заметила Валмет, когда он лег рядом с ней.

– Я счастлив, – ответил он. – И немного боюсь. Боюсь, что все это сон, и я проснусь в своем чулане.

Она обняла его, прижимая к себе.

– Это не сон, – прошептала она ему в ухо. – Я настоящая. И я никуда тебя не отпущу.

Их тела сплелись в медленном, нежном танце. Это была не просто физическая близость. Это был акт утверждения жизни, акт неповиновения судьбе, которая пыталась их сломать. В эту ночь Гарри окончательно хоронил свое прошлое. Он больше не был брошенным мальчиком, не был «запасным» Поттером. Он был Гарри, мужем Софии Вельмер, членом команды Коко Хекматьяр. И впервые в жизни он был по-настоящему дома.

---

Мир, однако, не стоял на месте. Дамблдор и Орден Феникса не оставили попыток «вернуть» Гарри. Сначала были совы с письмами, которые сбивал Лутц. Потом — попытки аппарации, которые блокировались защитными системами HCLI, созданными на стыке технологий и древней рунической магии, которую Вайли, к всеобщему удивдению, изучал в качестве хобби.

Но однажды они перешли черту. Группа авроров под командованием Аластора Грюма попыталась устроить засаду на конвой Каспера Хекматьяра в Восточной Европе, ошибочно полагая, что Гарри находится там. Это была фатальная ошибка.

Каспер, в отличие от своей сестры, не играл в игры. Его ответ был быстрым, жестоким и окончательным. Отряд Грюма был уничтожен. Сам Грюм, потеряв в бою еще и ногу, чудом уцелел и был доставлен к Дамблдору в качестве живого послания.

Это стало объявлением войны.

– Они не понимают, – сказала Коко на очередном военном совете. На голографической карте мира мигали красные точки — известные базы Ордена Феникса. – Они думают, что это игра. Что они — добро, а мы — зло. Они не понимают, что в нашем мире нет добра и зла. Есть только интересы. И они посягнули на наши.

– Они сунули свой нос не в свои дела, – мрачно добавил Гарри. Он стоял рядом с Валмет, оба в полной боевой экипировке. – Пора им этот нос отрезать.

Операция по ликвидации Ордена Феникса и его лидера стала венцом их совместной работы. Команды Коко и Каспера действовали как единый, идеально отлаженный механизм. Магия против передовых технологий и выучки лучших наемников мира. У магов не было шансов.

Они нанесли удар одновременно по всем базам. Хогвартс, который Дамблдор считал неприступной крепостью, пал первым. Пока команда Каспера отвлекала основной гарнизон на входе, Гарри, Валмет, Лема и Йона проникли внутрь через тайные ходы, карты которых Гарри помнил смутно, но Вайли восстановил с помощью сейсмических сканеров.

Они нашли Дамблдора в его кабинете. Старик выглядел уставшим, но не сломленным.

– Гарри, мальчик мой, – сказал он, глядя на него поверх своих очков-половинок. – Одумайся. Это не твой путь.

– Ты не имеешь права решать, какой путь мой, а какой нет, – ответил Гарри, держа его на прицеле. – Ты решил за меня один раз, когда отправил меня к Дурслям. Больше этого не повторится.

– Я делал это ради всеобщего блага!

– Нет, – вмешалась Валмет, стоявшая рядом с Гарри, ее нож был готов к броску. – Вы делали это ради своего блага. Ради своей власти и своего видения мира. А теперь ваше время вышло.

Последний бой был коротким. Дамблдор был могущественным волшебником, но он был один против четырех профессиональных убийц. Смертельное проклятие сорвалось с его палочки в тот же миг, как пуля из винтовки Гарри пробила ему плечо, а нож Валмет вонзился в запястье. Заклинание ушло в потолок. Через секунду Лема и Йона нейтрализовали его окончательно. Война была окончена.

---

Несколько месяцев спустя, когда мир уже привык жить без Дамблдора и его Ордена, на пороге их нового дома в Швейцарии появилась Лили Поттер. Она была одна. И она выглядела... по-другому. В ее глазах больше не было той туманной покорности, а была ясная, острая боль осознания.

Гарри встретил ее на пороге. Валмет стояла позади, но на этот раз без оружия.

– Я... я все поняла, – сказала Лили, и по ее щекам потекли слезы. – После смерти Дамблдора... действие зелий ослабло. Джеймс... он поил меня любовным зельем. Годами. С самого Хогвартса. Он контролировал меня, мои мысли, мои чувства... Я была марионеткой. Боже, Гарри... что я наделала... что я позволила ему сделать с тобой...

Она упала на колени, рыдая.

Гарри смотрел на нее долго, очень долго. В его душе боролись остатки детской обиды и взрослое понимание. Он видел перед собой не монстра, а еще одну жертву Джеймса Поттера.

Он опустился на одно колено перед ней.

– Встань, – тихо сказал он.

Лили подняла на него заплаканные глаза.

– Я не заслуживаю твоего прощения.

– Нет, не заслуживаешь, – согласился Гарри. – Но я даю его тебе. Не ради тебя. Ради себя. Я устал носить эту тяжесть.

Он помог ей подняться.

– Джеймс и Годрик сейчас в руинах поместья Поттеров. Они потеряли все. Власть, славу, уважение. Это худшее наказание для таких, как они. А ты... ты свободна. Начинай новую жизнь, мама.

Слово «мама» сорвалось с его губ впервые за много лет. И оно прозвучало правильно.

Лили снова разрыдалась, но на этот раз это были слезы облегчения. Она обняла его, и он, помедлив секунду, обнял ее в ответ.

Валмет, наблюдавшая за этой сценой, улыбнулась. Она подошла и положила руку на плечо Гарри.

Кровь и контракты. Пепел и алмазы. Его прошлое и его настоящее наконец-то нашли свое место. Война закончилась. Начиналась жизнь.