Потомок великого

Поле битвы Четвертой мировой войны шиноби было пропитано запахом гари, озона и отчаяния. Земля содрогалась под тяжестью Десятихвостого, чье колоссальное тело возвышалось над горизонтом, словно природное бедствие, обретшее плоть. На передовой, среди пыли и обломков, стояли лучшие из лучших: воскрешенные Хокаге, Наруто, Саске, Сакура и Какаши. Против них — Мадара и Обито Учиха, воплощенные боги разрушения.

В нескольких сотнях метров от эпицентра, на вершине острого скального обломка, замер юноша. Юки Учиха, шестнадцатилетний шиноби с атлетическим телосложением, которое казалось идеальным балансом между силой и скоростью, пристально наблюдал за хаосом. Его рост составлял сто восемьдесят сантиметров, а на правой руке, уходя под ткань доспеха и перетекая на грудь, виднелась сложная татуировка — знак его личной истории и силы.

Юки был не просто случайным бойцом. В его жилах текла кровь самого Мадары, его прадеда, смешанная с кровью великого, ныне уничтоженного клана Окумура. Именно наследие прабабушки, Юми Окумура, даровало ему невероятный запас жизненных сил, сравнимый с кланом Узумаки, и позволяло использовать Вечный Мангекё Шаринган без страха ослепнуть.

– Ну и урод, – негромко произнес Юки, глядя на гротескную тушу Десятихвостого. – Кажется, пора вмешаться, пока дед окончательно не перестроил мир под свои фантазии.

Мадара Учиха, стоявший на голове Джуби, внезапно замер. Его чувства, обостренные режимом Эдо Тенсей и силой Мудреца, уловили нечто невозможное. Знакомый резонанс чакры. Густой, мощный, холодный, как пламя Учиха, но с оттенком той самой жизненной энергии, которую он помнил всю свою долгую и полную сражений жизнь.

– Не думал я, что из моего рода еще кто-то выжил, – прошептал Мадара, и в его голосе, обычно лишенном эмоций, промелькнула тень удивления.

Он вспомнил Юми. Свою жену, единственную женщину, которую он по-настоящему любил. Ее клан Окумура был стерт с лица земли, но сейчас, спустя десятилетия, он чувствовал их общую кровь. Его потомок был здесь.

В следующее мгновение воздух прорезал характерный свист молнии. Юки исчез в желтой вспышке и через долю секунды возник прямо рядом с Минато Намикадзе, Четвертым Хокаге.

– Вовремя ты, парень, – произнес Минато, не отводя взгляда от врага, но внутренне удивившись скорости прибывшего. – Твоя техника...

– Ваша техника, Четвертый-сама, – перебил его Юки, бросив короткий взгляд на своего кумира. – Я потратил годы, чтобы освоить Летающий Бог Грома. Но сейчас у нас общая проблема.

Юки повернул голову в сторону Мадары. В его глазах вспыхнул алый свет. Три томоэ начали вращаться, сливаясь в сложный, уникальный узор Вечного Мангекё. В этот момент, с активированным додзюцу и холодным выражением лица, он был пугающе похож на своего прадеда.

– Да, я тоже не в восторге от того, что мне приходится сражаться с собственным дедом, – громко сказал Юки, обращаясь к Мадаре.

Мадара спрыгнул с головы Джуби, приземлившись на землю с грацией хищника. Он медленно пошел навстречу юноше, игнорируя остальных. Саске и Наруто напряглись, готовые к атаке, но Юки жестом попросил их подождать.

– У тебя ее глаза, – Мадара остановился в десяти шагах, изучая лицо Юки. – Истинный наследник нашей крови. Я чувствую в тебе силу Юми и свою волю. Как тебя зовут, малец?

– Юки Учиха, – ответил юноша, и по его рукам зазмеились голубые искры молний. – И я пришел остановить это безумие. Твое время прошло, прадед. Мир, который ты хочешь создать — это всего лишь красивая клетка.

Мадара усмехнулся, и эта усмешка была полна горькой гордости.

– Ты говоришь как идеалист из клана Сенджу, но в твоих глазах я вижу тьму Учиха. Покажи мне, на что способен потомок Окумура и Мадары. Не разочаруй меня.

Юки не заставил себя ждать. Его руки сложились в печати с такой скоростью, что даже Какаши с его шаринганом едва успел проследить за движениями.

– Стихия Огня: Великое Огненное Уничтожение! – выдохнул Юки.

Огромная стена пламени, ничуть не уступающая по масштабам технике самого Мадары, рванулась вперед. Мадара ответил тем же, и две волны огня столкнулись, создавая огненный смерч, поднявшийся до самых облаков.

– Неплохо, – донесся голос Мадары из-за стены огня. – Но огонь — это лишь начало.

Внезапно из пламени вылетело несколько кунаев с печатями Летящего Бога Грома. Мадара легко уклонился, но Юки уже не было на месте. Он появился за спиной легендарного предка, в его правой руке уже крутился сияющий шар чакры.

– Расенган! – выкрикнул Юки.

Мадара среагировал мгновенно, призывая ребра Сусаноо. Удар Расенгана пришелся в призрачный доспех, разбрасывая искры и создавая мощную ударную волну. Юки отпрыгнул назад, совершив в воздухе сальто, и приземлился на одно колено.

– Ты используешь техники Четвертого Хокаге и мои собственные, – Мадара медленно повернулся, его Сусаноо начало расти, обретая завершенную форму. – Интересное сочетание. Но против истинной силы этого недостаточно.

– Я только разогреваюсь, – Юки выпрямился, и его чакра начала стремительно расширяться. – Ты хочешь увидеть истинную силу? Смотри.

Воздух вокруг Юки потемнел. Огромные потоки темно-синей чакры начали кристаллизоваться, обретая форму колоссального воина. Сусаноо Юки было глубокого, почти черного синего цвета, облаченное в самурайские доспехи, с длинным мечом, по лезвию которого пробегали разряды молний.

– Темно-синее Сусаноо... – прошептал Саске, наблюдая за этим зрелищем. – Его мощь... она невероятна.

– Он сражается на равных с Мадарой, – добавила Сакура, сжимая кулаки. – Кто он такой?

Мадара, глядя на возвышающегося перед ним призрачного титана, рассмеялся — искренне и жутко.

– Великолепно! Юми бы гордилась тобой. Твоя чакра... она не истощается. Наследие Окумура действительно дает тебе преимущество. Но давай проверим, выдержит ли твой дух столкновение с оригиналом!

Два гиганта — лазурный Сусаноо Мадары и темно-синий Сусаноо Юки — столкнулись. Удар их клинков породил такую звуковую волну, что шиноби, стоявшие поблизости, были вынуждены закрывать уши и втыкать кунаи в землю, чтобы их не унесло ветром.

Юки чувствовал, как каждая клетка его тела отзывается на это сражение. Благодаря крови Окумура, его глаза не болели, а чакра восстанавливалась почти так же быстро, как он ее тратил. Он видел каждое движение Мадары, предугадывал его атаки.

– Стихия Молнии: Громовой Разрез Сусаноо! – выкрикнул Юки, и его колосс взмахнул мечом, посылая вперед гигантский серп из чистой электрической энергии.

Мадара заблокировал удар, но его Сусаноо пошатнулось.

– Ты быстр, Юки, – голос Мадары раздавался прямо в голове юноши. – Но ты слишком полагаешься на скорость. В этой войне побеждает тот, у кого больше терпения и воли. Ты готов пожертвовать всем ради этих людей, которые даже не знают твоего имени?

– Мне не нужно признание толпы, – Юки снова исчез, используя печать, оставленную на доспехе Сусаноо Мадары во время первого столкновения. – Мне достаточно того, что я знаю: ты ошибаешься.

Он появился прямо перед лицом Мадары, внутри его абсолютной защиты. В руке Юки сверкал Чидори, усиленный чакрой Окумура, отчего молнии приобрели фиолетовый оттенок.

– Потомок, который превзошел предка... – Мадара успел лишь поднять руку, чтобы перехватить запястье Юки. – Какая ирония.

– Это не ирония, дед, – прорычал Юки, вкладывая все силы в удар. – Это эволюция.

Взрыв чакры озарил поле боя, на мгновение затмив свет луны и искры Десятихвостого. Наруто и Саске переглянулись. Они поняли, что в этой войне появился новый игрок, чья сила могла склонить чашу весов в любую сторону.

Юки отлетел назад, тяжело дыша. Его доспех Сусаноо пошел трещинами, но быстро восстановился. Мадара же стоял неподвижно, его одежда была порвана, а на щеке красовалась царапина, которая медленно затягивалась из-за эффекта Эдо Тенсей.

– Ты заставил меня пролить кровь, пусть и призрачную, – Мадара улыбнулся, и в этой улыбке не было злобы, только странное удовлетворение. – Юми была бы в восторге от твоего упрямства. Но шоу только начинается. Обито! Хватит возиться с хвостатыми, у нас гость, достойный внимания.

Обито, стоявший на другом конце поля, бросил короткий взгляд в их сторону.

– Еще один Учиха? Откуда они берутся...

Юки снова встал в боевую стойку. Его татуировка на руке начала светиться мягким светом — это активировались скрытые резервы чакры Окумура. Он знал, что впереди самая тяжелая битва в его жизни, но страха не было. Только холодная решимость и гордость за свою кровь.

– Наруто, Саске! – крикнул Юки, не оборачиваясь. – Не стойте столбами! Если мы не ударим вместе, он просто будет играть с нами вечно. Я возьму на себя его Сусаноо, а вы цельтесь в Десятихвостого!

– А ты дерзкий, – усмехнулся Саске, активируя свое Сусаноо. – Но план неплохой.

– Вперед, даттебайо! – Наруто вошел в режим Курамы, и золотое сияние смешалось с синим и фиолетовым светом на поле боя.

Юки сделал глубокий вдох. Он чувствовал связь со своими предками, чувствовал мощь, текущую по жилам, и знал: сегодня история клана Учиха будет переписана. Не кровью и ненавистью, а силой и волей к защите того, что дорого.

– Ну что, прадедушка, – Юки вскинул меч своего темно-синего Сусаноо. – Посмотрим, чья молния быстрее?

Мадара лишь кивнул, принимая вызов. Битва богов продолжалась, и в самом ее сердце сиял молодой шиноби, ставший мостом между прошлым и будущим величайшего клана в истории.