Приёмный сын Городского Охотника

Вечерний Токио сиял мириадами огней, отражаясь в окнах такси, в котором ехала весьма необычная компания. Впереди, на пассажирском сиденье, сидел высокий старик с длинной серебряной бородой, заправленной за пояс, в эксцентричной фиолетовой мантии, усыпанной звездами. Его глаза за очками-половинками цепко осматривали незнакомый город, но на лице играла уверенная улыбка. Альбус Дамблдор не сомневался в успехе своей миссии.

На заднем сиденье царила более напряженная атмосфера. Лили Поттер нервно теребила край своей мантии, взгляд ее зеленых глаз был устремлен в окно, но она не видела неоновых вывесок и небоскребов. Все ее мысли были о сыне, которого она не видела четырнадцать лет. Рядом с ней сидел Джеймс Поттер, чья поза выражала нетерпение и легкое высокомерие. Он был уверен, что как только Гарри увидит своих настоящих родителей и величайшего волшебника современности, он без лишних вопросов вернется туда, где ему и положено быть — в семью Поттеров, в волшебную Британию. Завершал эту компанию Сириус Блэк. Его лицо, все еще носившее следы многолетнего заключения в Азкабане, было мрачным, но в глазах горел решительный огонь. Он был здесь, чтобы поддержать друга и вернуть своего крестника, о котором, по правде говоря, почти не вспоминал все эти годы, поглощенный заботами о Годрике.

Наконец такси остановилось у обычного многоквартирного дома в районе Синдзюку. Не самое престижное место, но и не трущобы.

– Мы на месте, – произнес Дамблдор, расплачиваясь с водителем-маглом, который с нескрываемым удивлением разглядывал странных пассажиров.

Они вышли из машины и направились к подъезду. Дамблдор еще раз сверился с адресом, указанным в досье Наземникуса. Квартира 301. Поднявшись на лифте на третий этаж, они оказались перед простой деревянной дверью. Лили глубоко вздохнула, сердце ее колотилось так, словно готово было вырваться из груди. Джеймс положил ей руку на плечо, ободряюще сжав.

– Все будет хорошо, Лили. Он наш сын. Он поймет, – уверенно сказал он.

Дамблдор выступил вперед и нажал на кнопку звонка.

---

В квартире семьи Саэба как раз собирались ужинать. Аромат свежеиспеченной пиццы, которую Каори приготовила по своему особому рецепту, наполнял воздух. Хидэюки и Рё, вымыв руки, уже усаживались за стол, предвкушая трапезу, когда раздался резкий звонок в дверь.

– Эээ, Рё, у нас сегодня есть клиенты? – удивленно спросила Каору, вытирая руки о фартук.

– Вроде нет, да и каких-либо просьб от Саэко не поступало, – ответил Рё, почесывая затылок. На его лице промелькнула тень настороженности. Незваные гости в их профессии редко предвещали что-то хорошее.

Рё и Каору, как по команде, синхронно потянулись за своими револьверами, спрятанными в легкодоступных местах. Хидэюки, усвоивший уроки приемных родителей, не отставал — его рука скользнула в карман, где лежала его волшебная палочка. Они бесшумно, словно тени, подошли к двери. Хидэюки прильнул к глазку.

За дверью стояла странная компания: бородатый старик в нелепом наряде, мужчина с длинными растрепанными волосами и еще одна пара — мужчина и женщина, в чертах которых Хидэюки с неприятным уколом в сердце узнал что-то знакомое.

– Эээ, отец, тетя, мы вызывали сегодня Санта Клауса на ужин? – шепотом спросил он, обращаясь к Рё и Каору.

– Вроде бы нет, – хмыкнул Рё.

– Я тоже не помню, чтобы мы вызывали Санта Клауса, – подтвердила Каору, а затем мягко отстранила Хидэюки. – Дай-ка я посмотрю.

Она заглянула в глазок и увидела ту же картину.

– Хм, да, все как и сказал Хидэюки. Хотя старик больше похож на пародию на Мерлина, – прокомментировала она.

– Ясно. Но зачем они пришли? – спросил Рё, его голос стал серьезным.

– Не знаю. Хотя если рассмотреть эту парочку... я вижу в них черты Хидэюки, – тихо сказала Каору, бросив быстрый взгляд на приемного сына.

– Хм, может, другие родственники? – предположил Рё.

– Я думаю... это его биологические родители, – почти беззвучно произнесла Каору.

– Что? – вырвалось у Хидэюки. Его лицо напряглось.

Рё тоже припал к глазку, внимательно изучая посетителей.

– Хм, да, они похожи, – подтвердил он, выпрямляясь.

– И зачем я им понадобился? – с горечью в голосе спросил Хидэюки.

– Не знаю. Но мы не выясним, пока не спросим, – сказал Рё. Он кашлянул и громко обратился к гостям через дверь: – Вы кто такие?

Снаружи раздался спокойный, бархатистый голос старика.

– Здравствуйте. Мы пришли за мистером Поттером.

– Извините, но Поттеры здесь не живут, – отрезал Рё.

– Простите, но он здесь живет, под именем Хидэюки Саэба, – не сдавался старик.

– Простите, но мы вас не знаем и не хотим вас пускать, – твердо вмешалась Каору.

Наступила короткая пауза, после которой старик заговорил снова, на этот раз его голос звучал более настойчиво.

– Я Альбус Дамблдор, – представился он. – А это Сириус Блэк, крестный отец Хидэюки, и Джеймс и Лили Поттеры, которые являются родителями вашего приемного сына. Мы просто хотим поговорить.

Рё бросил взгляд на Хидэюки. Тот стоял с каменным лицом, но в его глазах читалась смесь гнева и застарелой боли. Рё прекрасно знал, как его сын относится к Поттерам. Он не хотел иметь с ними ничего общего, и Рё его в этом полностью поддерживал. Они сознательно отдали его Дурслям на растерзание. И все же... придется их впустить. Чтобы раз и навсегда расставить все точки над «i».

– Хорошо, мы вас пустим, – сказал Рё, ставя условия. – Но вы не должны ничего трогать.

– Все будет в порядке, – заверил его голос Дамблдора.

Рё убрал руку с револьвера и, повернув замок, открыл дверь.

В квартиру вошла группа волшебников. Они с любопытством оглядели скромное, но чистое жилище, заставленное различной аппаратурой и книгами. Однако взгляды Джеймса и Лили были прикованы только к одному человеку — высокому подростку, стоявшему в глубине комнаты. Он был одет в простую футболку и джинсы, его черные волосы были слегка взъерошены, а глаза, поразительно зеленые, смотрели на них холодно и отстраненно. На нем не было очков, что сразу бросилось в глаза его биологическим родителям.

– Гарри... – выдохнула Лили, и, не в силах сдержаться, шагнула вперед, протягивая руки для объятий.

Но парень легко, почти лениво, уклонился в сторону. Руки Лили обняли пустоту. Она застыла, растерянно глядя на него.

– Гарри? – с вопросом в голосе повторила она.

– Извините, мисс, но меня зовут Хидэюки Саэба, – ровным, лишенным эмоций голосом ответил он. Это простое обращение «мисс» ранило Лили сильнее любого кинжала.

– Нельзя так обращаться со своей матерью, Гарри! – вмешался Джеймс, решив взять на себя роль строгого отца.

– Я тоже так считаю. Ты должен перед своей матерью извиниться, Гарри, – мягко, но с нажимом добавил Дамблдор, пытаясь создать атмосферу семейного воссоединения.

Хидэюки криво усмехнулся. Эта усмешка была точной копией усмешки Рё Саэбы.

– Простите, но я не рос как Поттер и ничего не знаю о вас. Хотя... директриса Йоцуба кое-что рассказала мне про вас, Дамблдор, – сказал он, переводя взгляд на старика.

– И что же она про меня рассказала, мой мальчик? – спросил Дамблдор, ожидая услышать о своих многочисленных регалиях и победах.

Ухмылка Хидэюки стала шире.

– Она рассказала, как вы от скуки пытались выставить ее Темной Леди, трубя на весь мир, что она слишком сильна и ее магию нужно ограничить. А еще она в красках описала ваши бурные отношения с вашим... любовником, Геллертом Гриндевальдом. Говорила, что вы так и не смогли его убить из-за старых чувств. Очень трогательная история, – с издевкой произнес Хидэюки.

Лицо Дамблдора на мгновение утратило свое благодушное выражение. Он не ожидал такого удара.

– Гарри, я не думаю, что ты все знаешь и правильно понимаешь... – попытался он вернуть контроль над ситуацией.

– Тем не менее, я вам все равно не верю. Так же, как и Поттерам, – отрезал Хидэюки.

– Но почему, Гарри? Мы же твоя семья! – с отчаянием в голосе воскликнула Лили.

– Потому что я уже вижу, что вы стали послушными марионетками в руках вашего Альбуса Дамблдора, – с презрением бросил парень.

– Ты не понимаешь, Гарри! Альбус Дамблдор — величайший волшебник нашего времени, он один из самых сильных! – горячо возразил Сириус Блэк, выступая вперед.

– Да, Гарри, и ты должен его уважать, – строго добавил Джеймс.

Хидэюки вскинул бровь.

– Зачем мне уважать того, кто недостаточно силен, чтобы раз и навсегда покончить со своим собственным Темным Лордом? – спросил он. – Возможно, вы сильны в магии, однако как человек, как лидер — вы слабы.

– Я слаб? И почему же? – в голосе Дамблдора прозвучало неприкрытое раздражение.

– У вас не хватает духу уничтожать своих врагов на войне. Вы даете им второй, третий, десятый шанс, вместо того чтобы просто убить их и спасти сотни невинных жизней, – с разочарованием в голосе пояснил Хидэюки.

– Так нельзя думать! Каждый заслуживает второго шанса, возможность искупить свою вину! – нравоучительно произнес Альбус.

– Мой сын прав, – внезапно раздался спокойный баритон Рё, который до этого молча наблюдал за сценой, прислонившись к стене. Все взгляды обратились к нему. – На войне, каким бы ты ни был человеком, ты должен убивать врагов, чтобы выжить самому и защитить тех, кто тебе дорог. Все остальное — лирика для мирного времени.

– А ты кто такой, чтобы судить об этом? – с откровенным неуважением спросил Джеймс, свысока глядя на «магла».

– Я его приемный отец. И меня зовут Рё Саэба, – представился Рё, его взгляд стал ледяным. – И как человек, который прошел не одну войну, я могу полностью подтвердить слова моего сына.

– Тем не менее, мистер Саэба, вы всего лишь магл, и вы не понимаете, как устроено наше общество, – снисходительно сказал Дамблдор.

– Вообще-то, если учитывать японское волшебное сообщество, то особых различий нет. Террористов здесь тоже не жалуют, – вставила свои пять копеек Каору, стоя рядом с Рё.

– А вы кто такая, моя дорогая? – спросил Альбус, переводя на нее взгляд.

– Я Каору Макимура. Помощник Рё и еще один опекун Хидэюки, – представилась она с вежливой, но холодной улыбкой.

– Тем не менее, мисс Макимура, я не одобряю убийства. Я верю, что даже самый закоренелый преступник имеет право на второй шанс, – упорствовал Дамблдор.

– Однако вы выступаете за то, чтобы террористов щадили, тем самым давая им возможность убивать снова и снова, – подвел итог Хидэюки.

– Ты не понимаешь! Если мы будем их убивать, то станем такими же, как они! – воскликнул Джеймс.

– Это детское оправдание. Спасение одного террориста не стоит жизней десятков его будущих жертв, – холодно ответил Хидэюки. – И если отбросить магию, то ваши «принципы» ничем не отличаются от наивных рассуждений людей, никогда не видевших настоящей жестокости.

Дамблдор уже открыл рот, чтобы продолжить этот бессмысленный спор, как вдруг произошло то, чего никто из британских волшебников не ожидал.

Оконное стекло с оглушительным звоном разлетелось на тысячи осколков. В квартиру, кувыркаясь в воздухе, влетел человек в черной мантии и белой маске. За ним, словно рой саранчи, последовали еще десять фигур. Они приземлились на ноги, мгновенно доставая палочки и готовясь атаковать.

Пожиратели Смерти.

Реакция семьи Саэба была молниеносной, отточенной до автоматизма сотнями смертельных передряг.

В то мгновение, когда первый Пожиратель влетел в окно, Рё уже выхватывал свой верный Кольт Питон .357 Магнум. Не целясь, на одних инстинктах, он нажал на спусковой крючок. Грохот выстрела потонул в шуме бьющегося стекла. Пуля вошла точно в грудь одному из нападавших, который только-только поднял палочку. Он беззвучно рухнул на пол.

Бах! Бах! Бах!

Рё стрелял быстро, методично, перемещаясь по комнате и используя мебель как укрытие. Каждый выстрел находил свою цель. Еще трое Пожирателей упали, схватившись за простреленные конечности или головы, не успев произнести ни единого заклинания.

Каору действовала не менее эффективно. Ее револьвер появился в руке словно по волшебству. Она не стала вступать в открытую перестрелку, а метнулась к кухне, откуда вела огонь по тем, кто пытался обойти Рё с фланга. Грохот выстрела — и еще один Пожиратель с криком падает, держась за плечо.

Хидэюки не отставал. Его палочка была уже в руке.

– Протего Максима! – крикнул он, и прозрачный купол накрыл его приемных родителей и ошеломленных гостей, отражая первые заклятия, полетевшие в их сторону.

Дамблдор, Поттеры и Сириус наконец очнулись от ступора. Они были волшебниками, ветеранами войны, но такой яростной и эффективной атаки со стороны «маглов» они не видели никогда. Выхватив палочки, они вступили в бой.

– Сириус, Долохов твой! – крикнул Джеймс, посылая Оглушающее заклятие в сторону Родольфуса Лестрейнджа.

Лили прикрывала мужа, сражаясь с его женой, Беллатрисой, чьи безумные глаза горели фанатичным огнем. Дамблдор же скрестил палочку с Люциусом Малфоем, который возглавлял эту группу.

Квартира превратилась в поле битвы. Воздух наполнился свистом пуль, грохотом выстрелов и треском сталкивающихся заклятий. Цветные вспышки освещали комнату, смешиваясь с пороховым дымом.

Хидэюки, поддерживая щит, не оставался в стороне. Он заметил, как один из Пожирателей готовится метнуть в Каору какое-то темное проклятие.

– Глациус! – короткий взмах палочки, и изо рта Пожирателя вырвался лишь сдавленный хрип, когда острая ледяная сосулька, материализовавшаяся из воздуха, пронзила его горло.

Группа Пожирателей Смерти, понесшая за какие-то полминуты колоссальные потери, дрогнула. Они пришли за мальчишкой, ожидая встретить лишь его и, может быть, пару волшебников из Ордена. Они не были готовы к шквальному огню из магловского оружия, которое убивало быстро и наверняка, не оставляя времени на контрзаклятия. Их товарищи лежали на полу мертвые или тяжело раненые.

Люциус Малфой, увидев, что атака провалилась, и поняв, что они имеют дело не с простыми маглами, а с кем-то куда более опасным, подал знак к отступлению.

– Отходим! – прошипел он, блокируя очередное заклинание Дамблдора.

Оставшиеся в живых Пожиратели, подхватив раненых, бросились к разбитому окну и один за другим аппарировали прочь, исчезая с громкими хлопками.

В квартире воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием участников боя и тихим звоном осыпающихся осколков стекла. Пахло озоном, порохом и кровью.

Рё, не опуская револьвера, медленно подошел к одному из мертвых тел — женщине, которую он застрелил в самом начале. Он носком ботинка перевернул ее и сорвал маску. Под ней оказалось уродливое, искаженное злобой лицо Алекто Кэрроу.

– Фу, ну и уродина, – брезгливо произнес Рё, рассматривая мертвую террористку.

– Да уж, не думала, что найдется кто-то еще уродливее тебя в плохом настроении, – ответила Каору, подходя к нему и перезаряжая свой револьвер.

Джеймс, Лили, Сириус и даже Дамблдор стояли как громом пораженные. Они смотрели то на трупы Пожирателей, то на Рё и Каору, которые с будничным видом осматривали результаты своей «работы». Эти двое только что без малейшего колебания убили нескольких человек. И не просто людей, а темных волшебников. С помощью магловского оружия. Их мир, где магия была высшей силой, а маглы — беспомощными и невежественными существами, которых нужно защищать, только что рухнул.

Дамблдор медленно опустил палочку. Его план, такой простой и элегантный на бумаге, рассыпался в прах. Он собирался забрать послушного, запуганного мальчика из семьи простого магла. А вместо этого нашел хорошо обученного, циничного и смертельно опасного молодого человека, которого защищала не менее смертоносная семья. Семья, которая не признавала его авторитета и считала его идеалы слабостью.

Он посмотрел на Хидэюки, который уже убрал палочку и теперь помогал Каору сметать осколки. На его лице не было ни страха, ни шока. Только холодное, сосредоточенное спокойствие.

Это был не Гарри Поттер, спаситель, которого он хотел вырастить. Это был Хидэюки Саэба. И забрать его из этого дома будет не просто трудно.

Это будет практически невозможно.