Убийца Волшебников в гостинице Юраги

Утренний туман над префектурой Канагава медленно таял, уступая место мягкому весеннему солнцу. В воздухе пахло влажной хвоей, цветущей сакурой и чем-то неуловимо древним — чистой природной маной, которую в Японии привыкли называть духовной энергией.

Гарри Бяченов остановился у подножия каменной лестницы, ведущей к старинному традиционному комплексу. Его пальцы привычным, едва заметным жестом проверили скрытую кобуру под просторным темным пальто. На правом бедре под подкладкой покоился модифицированный пистолет-пулемет, во внутреннем нагрудном кармане лежал массивный «Томпсон Контендер», а на поясе — зачарованные ножи из черненой стали. В руке он держал потрепанный кожаный саквояж, внутри которого пространства было достаточно, чтобы разместить арсенал небольшой пехотной роты.

«Юраги-соу». Гостиница с горячими источниками.

Гарри медленно выдохнул, позволяя взгляду скользнуть по деревянным карнизам, заросшим мхом каменным фонарям и полуразрушенным синтоистским вратам тории на заднем дворе. Его магические цепи, вживленные Ириной сквозь невыносимую боль и пот много лет назад, отозвались тихим гулом. Место буквально сочилось духовной силой. Барьеры здесь были сплетены грязно, но прочно — так обычно строили независимые экзорцисты, не признававшие бюрократию Международной Конфедерации Магов.

– Ну и дыра, – негромко пробормотал он на русском языке, привычном для размышлений. – Если Гарандо действительно решит возродиться здесь, ему хотя бы будет где искупаться перед смертью.

Поднявшись по скрипучим ступеням, Гарри переступил порог гэнкана. Внутри царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь мерным перестуком бамбуковой трубки шиши-одоши во внутреннем саду. Запах пороха, въевшийся в его кожу за последние годы миссий на Ближнем Востоке и в Восточной Европе, казался здесь кощунственным святотатством.

– Извините за вторжение, – произнес Гарри на чистом японском, которому его терпеливо обучали наставники из Махотокоро.

Шорох раздался внезапно, но Гарри не вздрогнул. Его правая рука лишь плавно сместилась на пару сантиметров ближе к лацкану.

Из-за угла коридора, перебирая ножками в белых носочках-таби, выскользнула крошечная фигурка. Девочка с каштановыми волосами, заплетенными в два пучка, и в традиционном фартуке поверх кимоно уставилась на него огромными темными глазами. На вид ей было не больше десяти, но аура... Аура от нее исходила плотная, древняя и теплая. Домашний дух. Дзасики-вараси.

– Ой! – пискнула девочка, склонив голову набок. – Ты, должно быть, Гарри-сан? Человек от Харудеры-сан из Европы?

– Да. Гарри Бяченов, – он вежливо, по-деловому склонил голову, соблюдая местный этикет, но не выпуская из поля зрения дверные проемы. – Госпожа Накаи Титосэ, полагаю?

– Хи-хи, просто Титосэ! – Хозяйка гостиницы лучезарно улыбнулась и прижала ладошки к щекам. – Надо же, Юри-тян сказала, что пришлет кого-то серьезного, но ты выглядишь так, будто только что спустился с гор после охоты на медведей! Проходи, проходи скорее. Разувайся, вот тапочки.

Гарри снял тяжелые армейские ботинки с зачарованными подошвами, поглощающими звук шагов, и надел предложенные войлочные тапочки, чувствуя себя в них непривычно уязвимым.

– Твоя комната готова, – щебетала Титосэ, ведя его по длинному деревянному коридору. По пути Гарри механически фиксировал узкие места, углы обстрела и слепые зоны. – Юри-тян объяснила ситуацию. Ты будешь числиться учеником старшей школы Юкэмури со следующей недели. Документы уже там. И... она упомянула, что платить за проживание ты будешь по особому тарифу, если согласишься на Четвертую комнату.

– Ту самую, где обитает привидение? – ровным тоном уточнил Гарри.

– Ты знаешь? – Титосэ заговорщически подмигнула. – Большинство людей бегут оттуда в ужасе в первую же ночь. Полтергейст, летающие тарелки, холод по спине... Но Юри-тян сказала: «Этого парня скорее напугает отсутствие патронов, чем мертвая девочка». Это правда?

– В некотором роде, – Гарри едва заметно усмехнулся уголком губ. – Призраки предсказуемы. В отличие от фанатиков с поясами шахидов или немецких некромантов. Если она не станет портить мое снаряжение, мы поладим.

Они остановились перед раздвижной дверью с табличкой «4».

– Ванные работают круглосуточно, горячая вода из подземного источника великолепна! Обед в шесть вечера, ужин в восемь. Добро пожаловать в Юраги, Гарри-сан!

Поклонившись, хозяйка упорхнула, оставив его наедине с тишиной.

Гарри постоял несколько секунд, прислушиваясь. За дверью ощущалось едва заметное колебание эктоплазмы. Никакой темной жажды крови, никакой гнили, свойственной инферналам или мстительным духам проклятых мест. Просто остаточный след души.

Он толкнул дверь в сторону.

Комната оказалась просторной: восемь татами, низкий столик, стенной шкаф осиирэ и большое окно, выходящее на пышный сад. Посреди комнаты, свернувшись калачиком прямо в воздухе в нескольких дюймах от пола, спала полупрозрачная девушка.

Белое кимоно со свободными рукавами, длинные пепельно-русые волосы и крошечные призрачные огоньки-хитодама, лениво кружащие вокруг ее головы. На вид ей было не больше шестнадцати.

Гарри не стал кричать. Он даже не сменил темп дыхания. Закрыв за собой дверь, он прошел к углу комнаты, поставил саквояж и достал из кармана три серебряные иглы с нанесенными рунами удержания. Логика солдата требовала обезопасить периметр.

Скрип половицы под его ногой нарушил хрупкий покой.

Девушка вздрогнула, потерла кулачками глаза и медленно приподнялась, зависнув вертикально. Ее взгляд сфокусировался на незваном госте.

– А?.. – выдохнула она, моргая. – Уже утро?.. Подождите... вы кто?!

– Гарри. Новый жилец, – спокойно ответил он, доставая из саквояжа набор для чистки оружия и блокнот.

– Н-новый жилец?! – Призрак округлила глаза, в которых мгновенно заплескалась паника. – Н-но это моя комната! Я же привидение! Я Юна! Юна Юнохана! Земной дух!

– Я заметил. Плотность спиритического тела средняя, привязка к локации через фундамент или личную вещь, – сухо констатировал Гарри, садясь на татами и скрещивая ноги. – Мне сказали, что ты здесь живешь. Меня это устраивает, пока ты не шумишь по ночам.

Юна замерла с открытым ртом. Обычно люди, видя ее, либо истошно вопили и бросались вон, роняя чемоданы, либо пытались бросать в нее соль, либо... вели себя крайне неприлично. Этот же парень смотрел на нее так, будто она была частью казенного интерьера — вроде неудобного стула или старого торшера.

– В-вы... вы меня не боитесь? – растерянно спросила она, опускаясь ближе к полу.

– Я видел, как черные маги скармливали заживо целые деревни химерам в Конго, – спокойно произнес Гарри, раскладывая на столе шомпол и ветошь. – Симпатичная девочка, летающая над полом, не входит в список моих кошмаров.

Юна вспыхнула до самых кончиков ушей.

– С-симпатичная?! Что вы такое говорите с таким каменным лицом?! И вообще, что это у вас в руках?! Это... пистолет?! Настоящий?!

– Инструмент работы, – Гарри убрал детали оружия в чехол, решив не нервировать призрака в первые же полчаса. Он поднялся и потянулся. Тело после многочасового перелета и душных пересадок отчаянно требовало горячей воды. – Я иду в источники. Если попытаешься подглядывать или устроить полтергейст с моими вещами — поставлю по периметру барьер из праха белого ясеня. Тебе будет больно. Договорились?

– Я бы никогда не стала подглядывать! Это вы... вы беспардонный грубиян! – возмущенно надула губы Юна, но огоньки вокруг нее замерцали как-то смущенно.

Гарри лишь покачал головой, взял полотенце и вышел из комнаты.

---

Воздух в купальне был густым от белого пара. Пахло серой, минералами и бамбуком. Огромный резервуар из натурального камня, частично уходящий под открытое небо, манил кристально чистой водой, в которой клубился жар.

Гарри аккуратно сложил одежду в плетеную корзину. Взглянув на свое отражение в запотевшем зеркале у кранов, он поморщился. Тело четырнадцатилетнего подростка выглядело так, словно принадлежало ветерану десятка локальных конфликтов.

Бледная кожа была исполосована старыми следами. Тонкие белые линии от ремней и пряжек Дурслей на спине давно померкли, перекрытые более серьезными отметинами: рваный шрам от осколка гранаты на правом плече, круглый след от касательного пулевого ранения на ребрах, и тончайшие, похожие на татуировки линии магических цепей, проступающие бледно-голубым светом под ключицами. На лбу, скрытый челкой, виднелся едва заметный штрих — остаток той ночи в Годриковой Впадине, о которой он почти не помнил.

Сполоснувшись под горячим душем, Гарри медленно погрузился в воду источника.

Тепло мгновенно проникло в мышцы, вытягивая усталость, копившуюся неделями. Впервые за долгие месяцы ему не нужно было вслушиваться в радиоэфир, ждать приказа от Юри или высчитывать поправку на ветер для трехсотого патрона «Винчестер Магнум».

Ирина всегда говорила: «Тот, кто умеет только убивать, рано или поздно пустит пулю себе в висок от скуки. Умей находить тишину, мальчик».

Гарри прикрыл глаза, откинув голову на гладкий край валуна. Тишина. Настоящая, глубокая...

Внезапно шелест ветра за бамбуковой изгородью изменился. Воздух сгустился, словно перед грозой. Духовное давление подскочило вверх с такой силой, что вода вокруг него пошла мелкой рябью.

«Враг?»

Инстинкты, вбитые наемницей Бяченовой и выкованные в засадах Ронапура, сработали прежде, чем разум успел проанализировать ситуацию. Гарри не стал вылезать из воды — это сделало бы его легкой мишенью. Он бесшумно скользнул к тени нависающей скалы, удерживая дыхание.

С деревянного настила женской половины донеслись легкие, пружинящие шаги. Дверь скрипнула, и сквозь пелену пара показался девичий силуэт.

– Странно... – раздался прохладный, сосредоточенный голос. – Печать у входа в купальню дрогнула. Неужели в Юраги опять пробрался бродячий ёкай?..

Гарри замер.

Из тумана появилась девушка его возраста. Длинные темно-зеленые волосы были собраны в высокий практичный хвост, а ее взгляд — резкий, фиолетовый, полный стальной решимости — методично сканировал пространство. Но что сразу бросилось Гарри в глаза, так это ее стойка. Низкий центр тяжести, ладони открыты, но пальцы согнуты так, чтобы в долю секунды извлечь скрытое оружие.

Она была одета только в короткое белое полотенце, едва прикрывавшее стройное, подтянутое тело, но в ее движениях не было ни грамма легкомыслия. Это была походка подготовленного убийцы.

Ниндзя. Точнее, боевой экзорцист.

И в этот момент ее фиолетовые глаза встретились с его изумрудными.

Секунда тишины показалась вечностью.

– Т-ты... – воздух в купальне словно оледенел. – Мужчина?! В женские часы?!

– По расписанию на входе сейчас общее время, – абсолютно спокойным, ровным голосом ответил Гарри, оставаясь по плечи в воде. – И если ты собираешься напасть, советую сначала надеть халат. Снижает аэродинамическое сопротивление и защищает от ожогов.

Щеки девушки мгновенно залило густой краской, но вместо того, чтобы закричать и убежать, как поступила бы любая нормальная школьница, она издала яростный шипящий звук. Из складок ее полотенца — Гарри даже не успел заметить, откуда именно — в ее правую руку скользнул короткий духовный клинок, сочащийся пурпурной чакрой.

– Извращенец! Лазутчик! – прошипела она. – Я, Амэно Сагири из клана Тюдзицунайрейкун, уничтожу тебя на месте!

Она сорвалась с места без единого всплеска. Скорость была феноменальной — обычный маг даже не успел бы вытащить палочку из кармана. Ее техника шага напоминала скольжение призрака. Духовный кинжал метил не на поражение насмерть, но в точку паралича на шее.

Гарри не колебался. Жалость к красивой девушке на поле боя — верный способ оказаться в цинковом гробу.

«Магические цепи — включение. Исток: Время».

Кровь в его жилах мгновенно закипела, превращаясь в жидкий огонь. Мир вокруг замедлился. Капли воды, взметнувшиеся от движения Сагири, зависли в воздухе, словно хрустальные бусины. Ее яростный выпад стал плавным, тягучим.

– Time Alter: Double Accel, – шепнули его губы.

Тело Гарри взорвалось движением, преодолевая сопротивление плотной воды. Он не стал блокировать клинок с духовной энергией — соприкосновение с чужой маной всегда непредсказуемо. Вместо этого он ушел корпусом вправо, пропуская острие в миллиметре от ключицы, и его мокрая ладонь с силой захлопнулась на тонком запястье Сагири.

– Что?! – успела выдохнуть девушка, когда нормальный ход времени вернулся с сокрушительным хлопком воздуха.

Она попыталась провести подсечку свободной ногой, но Гарри уже перенес вес. Классический прием самбо, отточенный сотнями спаррингов с безжалостной Валмет: резкий рывок на себя, разворот бедра, контроль сустава.

Сагири потеряла равновесие. Вода вокруг взорвалась брызгами, когда Гарри увлек ее за собой, но вместо жесткого броска на камни он просто перехватил ее вторую руку, прижал к борту бассейна и зафиксировал всем своим весом, навалившись сверху. Кинжал с тихим звоном выскользнул из ее пальцев и ушел на дно.

– Бой окончен, – выдохнул Гарри ей прямо в ухо.

Они тяжело дышали. Вода стекала по их лицам. Сагири была прижата спиной к теплому гладкому камню, а руки ее были намертво заблокированы над головой его железной хваткой. Их тела разделяло лишь тонкое, совершенно промокшее полотенце, которое теперь липло к ее коже, скрывая гораздо меньше, чем следовало.

Фиолетовые глаза ниндзя пылали смесью шока, унижения и первобытного страха воина, которого одолели за полторы секунды.

– Ты... как ты это сделал?.. – прошептала она, тщетно пытаясь шевельнуть хоть одним мускулом. Хватка парня была идеальной — он пережимал нервные узлы, лишая ее возможности использовать чакру. – Твоя скорость... это не дзюцу...

– Это биомеханика и управление собственным временным потоком, – холодно отозвался Гарри. Его взгляд оставался совершенно профессиональным, сканируя ее лицо на предмет скрытой агрессии, хотя близость девичьего тела заставила бы любого другого парня его возраста потерять рассудок. – А теперь послушай меня внимательно, Амэно-сан. Я не лазутчик и не извращенец. Меня зовут Гарри Бяченов. Я оперативник Международной Конфедерации, направленный сюда по согласованию с вашим бюро. И я все еще настаиваю, что согласно графику Титосэ, с одиннадцати до двенадцати здесь мужской час.

Сагири замерла. Краска с ее лица отхлынула, сменившись растерянностью.

– О-оперативник?.. Из Европы?.. Тот самый наемник, о котором предупреждал штаб?..

– Похоже на то, – Гарри медленно ослабил хватку, но остался настороже. – Мы можем закончить эту бессмысленную потасовку? Вода остывает.

Она резко вырвала руки, едва он позволил это сделать, и оттолкнула его, отступая на шаг назад и судорожно прижимая мокрое полотенце к груди. Ее дыхание сбивалось, а взгляд метался от его лица к многочисленным шрамам на его плечах и груди. Воин в ней мгновенно распознал следы настоящей, грязной войны — не ритуальных поединков кланов, а кровавой бойни.

– Ты... ты чудовище, – процедила она, пытаясь вернуть своему голосу былую твердость, но предательский румянец выдавал ее с головой. – Ты воспользовался запрещенными техниками! И вообще... ты видел меня... в таком виде!

– Я видел анатомический атлас и противника, представляющего потенциальную угрозу, – не моргнув глазом, соврал Гарри. На самом деле девушка была поразительно красива, но признать это вслух означало дать слабину. – Впредь сверяйся с часами, ниндзя.

– Я тебе это припомню, иностранец! – выкрикнула Сагири, развернулась и с невероятной грацией перемахнула через бамбуковую перегородку, исчезнув в клубах пара, словно ее и не было.

Гарри остался один. Он медленно опустился обратно в воду, потер ноющую шею — резкое ускорение времени всегда отзывалось тяжестью в мышцах — и тихо усмехнулся.

– Спокойный отдых, значит? Спасибо, тетушка Юри. Ты как всегда подобрала идеальное место.

---

К вечеру гостиница «Юраги» ожила так, как Гарри не мог себе представить даже в самых смелых отчетах разведки.

Общая столовая, застеленная новенькими татами, утопала в ароматах жареной рыбы, мисо-супа и свежего риса. Но куда более насыщенной была палитра духовных сущностей, собравшихся вокруг низкого стола.

Слева от Гарри сидела Нонко Арахабаки — женщина с роскошными формами, одетая в распахнутое домашнее юката, которая уже успела приговорить третью бутылку сакэ и теперь громко хохотала, подперев щеку ладонью. От нее разило первобытной, сокрушительной мощью. Древний Они. Демон чистой силы, маскирующийся под пьяницу-мангаку.

Напротив, свернувшись клубком прямо на подушке, дремала Фусигуро Яя — девочка-кошка с настоящими пушистыми ушами, которая время от времени приоткрывала один янтарный глаз, с подозрением принюхиваясь к запаху оружейного масла, исходившему от Гарри.

Юна, призрачная соседка по комнате, левитировала у потолка, с искренним восторгом наблюдая за сменой блюд, хотя сама есть не могла.

И, наконец, прямо напротив него сидела Сагири Амэно.

Она уже сменила промокшее полотенце на строгую школьную форму с черными чулками и теперь буравила Гарри взглядом, способным плавить броневую сталь. Палочки для еды в ее тонких пальцах опасно потрескивали.

– Итак! – радостно хлопнула в ладоши Титосэ, ставя в центр стола огромное блюдо с тэмпурой. – Раз уж все в сборе, давайте еще раз поприветствуем нашего нового жильца! Гарри-сан приехал к нам издалека и будет учиться вместе с Сагири-тян в одном классе!

Сагири поперхнулась чаем.

– В одном классе?! – выпалила она, стукнув чашкой по столу так, что фарфор жалобно звякнул. – Титосэ-сан! Вы в своем уме?! Этот человек — наемник! От него пахнет порохом и кровью за версту! Мой клан категорически против присутствия неконтролируемых западных боевиков в черте города!

– Ой, брось, Сагири-тян, – лениво протянула Нонко, наливая себе очередную чарку сакэ. – Парень выглядит куда надежнее тех хлюпиков, что бегают вокруг тебя в школе. К тому же... – Демоница прищурилась, и в ее глазах на мгновение вспыхнул опасный золотой блеск истинного Они. – У него отличные мускулы. И рука не дрогнет, если придется свернуть кому-нибудь шею. Мне он нравится. Эй, малой, будешь выпивать?

– Мне четырнадцать, – сухо ответил Гарри, аккуратно разделывая рыбу палочками. – И алкоголь притупляет реакцию на ноль целых четыре десятых секунды. На моей работе это смертельно.

Нонко захохотала, хлопнув себя по бедру:

– Слышали?! Настоящий зануда-профессионал! Обожаю таких!

– Это не повод расслабляться! – не сдавалась Сагири, ее щеки снова начали розоветь, стоило ей вспомнить инцидент в источниках. – Он опасен! Днем в купальне он использовал неизвестную технику ускорения! Он напал на меня!

– Технически, это ты напала на меня с боевым клинком в руках, нарушив правила общего пользования источниками, – парировал Гарри, даже не поднимая глаз от тарелки. – Я лишь провел задержание без нанесения телесных повреждений. Твой выпад в третью точку шеи был открыт для контратаки снизу. Тебе не хватает массы в нижнем поясе, ты слишком полагаешься на духовный клинок.

– Ч-что?! Моей массе всего хватает! – взвилась Сагири, окончательно теряя самурайское самообладание. – Ты смеешь критиковать стиль Тюдзицунайрейкун?!

– Я критикую твою привычку бросаться в бой без оценки боевого потенциала цели, – отрезал Гарри. Он поднял взгляд, и его зеленые глаза блеснули тем холодным, расчетливым светом, который обычно заставлял замолкать европейских террористов перед допросом. – Если бы на моем месте был настоящий лазурчик Синдиката или оживший сикигами Гарандо, твое горло было бы перерезано прежде, чем твой кинжал коснулся воды. Гордость убивает быстрее пуль, Амэно-сан. Запомни это.

В комнате повисла тяжелая тишина.

Даже пьяная Нонко перестала улыбаться, оценивающе глядя на иностранного подростка. Яя навострила ушки, а Юна испуганно прижала руки к груди. В словах Гарри не было хвастовства — только сухой, выжженный опыт человека, видевшего слишком много смертей.

Сагири сжала губы в тонкую линию. Ее пальцы побелели, вцепившись в ткань юбки. Она хотела возразить, бросить вызов, потребовать поединка по всем правилам клана... но глубоко внутри, как опытный воин, она знала: он был абсолютно прав. Тот неуловимый маневр в воде... он действительно мог убить ее. Легко. Но не стал.

– Спасибо за ужин, – тихо сказала Сагири, поднимаясь из-за стола. – Я пойду готовиться к занятиям.

Она поклонилась Титосэ, демонстративно проигнорировала Гарри и стремительно вышла из столовой.

– Ух, как холодно стало, – поежилась Юна, спускаясь чуть ниже. – Гарри-сан, вы были с ней слишком строги... Сагири-тян очень старается защищать всех нас.

– В реальном бою за ошибки не ставят плохих оценок, Юна. За них платят жизнью, – Гарри допил свой зеленый чай и поднялся. – Титосэ-сан, ужин был превосходным. Я пойду к себе. Мне нужно закончить настройку оборудования.

---

Полночь накрыла гостиницу Юраги мягким бархатным плащом.

В комнате номер четыре горела лишь одна маленькая настольная лампа. Юна тихо дремала, свернувшись в воздухе над своим углом — призракам не требовался сон, но привычка человеческой жизни брала свое.

Гарри сидел у раскрытого окна, вглядываясь в темные кроны сосен. На его коленях лежал разобранный «Томпсон Контендер». Пальцы с методичной точностью протирали масляной салфеткой затвор и нарезной ствол. Рядом стояла деревянная коробочка, обитая бархатом. Внутри ровными рядами лежали массивные патроны калибра .30-06.

Не простые боеприпасы. Каждый из них был изготовлен вручную Ириной Бяченовой, а последние шесть Гарри доделывал сам, сплавляя свинец с измельченными костями темных магов и запечатывая рунами прерывания магии. Истоковые пули. Оружие, способное разорвать магические цепи любого чародея, превратив его собственную ману в смертоносный яд, разрывающий тело изнутри.

«Один выстрел — одна жизнь», – звучал в его голове глуховатый голос Ирины, прерываемый кашлем. – «Мы не герои, Гарри. Мы санитары леса. Но даже санитару нужно помнить, ради чего он чистит грязь».

Гарри аккуратно загнал патрон в патронник, закрыл казенник с глухим механическим щелчком и поставил оружие на предохранитель.

Краем глаза он уловил легкое движение на крыше противоположного флигеля.

Там, в свете полной луны, сидела Сагири. Ее длинный хвост покачивался на ночном ветру. Она держала в руках деревянный тренировочный меч, задумчиво глядя на ночной город у подножия холма, и время от времени делала короткие, выверенные выпады в пустоту — отрабатывая то самое движение, которое Гарри так безжалостно раскритиковал днем.

Она училась. Она не сломалась от его слов, а приняла их как вызов.

Гарри тихо усмехнулся про себя, пряча пистолет под подушку футона.

В Англии, в его прошлой, почти забытой жизни, родственники ломали его за малейшее проявление силы, а великий белый маг счел его бесполезным мусором. В Европе и на Ближнем Востоке его окружали только кровь, порох и смерть.

Но здесь... среди призраков, демонов, пьяниц и упрямых девочек-ниндзя... возможно, это задание действительно станет чем-то большим, чем просто очередная охота.

– Спокойной ночи, Юна, – тихо произнес он в полумрак комнаты.

– Спокойной ночи, Гарри-сан, – сонно пробормотал парящий дух.

Гарри закрыл глаза, позволив тьме укрыть его. До первого школьного звонка оставалось шесть часов, и это утро обещало быть чертовски интересным.