оля и андрей

Тяжелая дубовая дверь захлопнулась, отсекая гул ночного города, и в прихожей повисла плотная, почти осязаемая тишина, нарушаемая только их прерывистым дыханием.

Оля не успела даже сбросить туфли на тонких каблуках. Андрей шагнул вперед, мгновенно сокращая дистанцию, и прижал ее к холодной стене. Разница в их росте и комплекции сейчас ощущалась острее, чем когда-либо: высокая, мощная фигура Андрея полностью заслоняла свет тусклой лампы, оставляя ее в густой тени. Его ладони, широкие и горячие, легли на стену по обе стороны от ее головы, намертво блокируя любые пути к отступлению.

Оля вскинула подбородок. В ее взгляде вспыхнула привычная дерзость — защитная броня, которую она выстраивала годами.

– И что это за показательные выступления? – насмешливо бросила она, хотя предательский румянец уже заливал ее щеки, выдавая смущение. Сердце колотилось где-то в горле, выдавая ее возбуждение с головой.

– А ты думала, мы продолжим играть в вежливость? – Андрей усмехнулся низким, бархатным голосом, в котором сквозила неприкрытая угроза. – Ты весь вечер испытывала мое терпение. Стреляла глазками, задирала юбку, язвила за столом. Думала, я не вижу, как ты течешь от каждого моего взгляда?

– Ты слишком высокого мнения о себе, – выдохнула она, пытаясь оттолкнуть его за широкие, обтянутые тонкой тканью рубашки плечи.

Мышцы под ее пальцами были каменными. Это прикосновение только разожгло Андрея. Он перехватил ее запястья одной рукой, поднял их над ее головой и прижал к обоям, лишая малейшей возможности двигаться. Другой рукой он жестко схватил ее за подбородок, заставляя смотреть прямо в потемневшие от желания глаза.

– Дерзишь, детка. Все еще пытаешься казаться взрослой и недоступной, – прошептал он ей в самые губы, обжигая дыха