Имперский офицер

Ночной туман над холмами Годриковой Лощины рассеялся не постепенно, как это бывает перед рассветом, а мгновенно — со свистом, треском и тяжелым металлическим гулом, от которого содрогнулись древние камни поместья Поттеров.

Воздух пахнул не влажной травой и ночными цветами, а раскаленным озоном, оружейным нагаром, синтетическим машинным маслом и резким привкусом перегруженных силовых генераторов.

Ритуальный круг, начертанный кровью и рунами Альбуса Дамблдора на обширном газоне перед особняком, не просто вспыхнул — он лопнул, ослепив присутствующих ветвистым веером лазурных и багровых молний. Старый волшебник отшатнулся, заслоняя лицо расшитым рукавом мантии, а Джеймс Поттер инстинктивно вскинул палочку, прикрывая собой бледную, взволнованную Лили и растерянного четырнадцатилетнего Годрика.

Однако то, что возникло на месте пустого ночного луга, заставило даже ветерана десятков дуэлей Аластора Грюма замереть с открытым ртом, а его волшебный глаз закрутился с бешеной, панической скоростью.

Это не был испуганный, потерянный мальчик-сквиб в обносках.

Вместе с холодным морским ветром, чуждым этим широтам, прямо на холмах Суррея и долины материализовалась целая передовая оперативная зона. Огромные модульные конструкции из матово-белого и золотистого нанокомпозита Империи Восходящего Солнца с угловатыми, словно лезвия бритвы, скатами крыш врезались прямо в холмистый пейзаж, переплетаясь с полевыми укреплениями и генераторами Альянса, выполненными из синей броневой стали. В темноте гудели охладительные турбины. На вершине пологого склона разворачивалась орудийная платформа «Волнорез», ее фокусирующие кольца мерцали зловещим изумрудным светом, накапливая заряд, а чуть поодаль, скрипя гидравликой, замер патрульный мех «Страйкер-VX», чьи сенсорные сенсоры уже сканировали сектор наведения.

А прямо перед разорванным ритуальным кругом, посреди аккуратно перенесенного куска мощеной террасы из вулканического туфа, стоял низкий столик для чаепития. За ним сидели трое.

Две женщины и молодой мужчина.

Одна из них, одетая во французский офицерский мундир Альянса с белоснежными перчатками и золотыми эполетами, держала фарфоровую чашку, ее аккуратное лицо с живыми глазами выражало легкую досаду. Вторая — темноволосая имперка в облегченной кирасе поверх элегантного темно-алого хаори — уже положила узкую ладонь на эфес короткого клинка.

Но взгляды всех членов Ордена Феникса приковал к себе мужчина.

Ему было не больше восемнадцати. Он был строен, широк в плечах и держался с той пугающей, выверенной неподвижностью, которая свойственна лишь хищникам высшего порядка или прирожденным мастерам меча. Черные, как вороново крыло, волосы были забраны в традиционный хвост, перехваченный стальным зажимом. На нем было темное хаори с гербом клана Симадзу — крестом в круге, нанесенным тончайшей серебряной нитью. Лицо — резкое, собранное, с фамильными чертами Поттеров, но начисто лишенное той мальчишеской мягкости, которую помнили Джеймс и Лили.

И глаза. Изумрудные глаза Лили, но сейчас в них не было детского тепла. Они горели холодным, пульсирующим внутренним огнем — светом пробужденных магических цепей, пронизывающих все его естество вместо обычного круглого ядра, привычного британским колдунам.

На его коленях покоилась катана в лакированных черных ножнах.

Секунду царила мертвая, звенящая тишина, прерываемая лишь равномерным свистом турбин и далеким металлическим лязгом шагов имперских воинов.

Затем клинок с тихим шелестом покинул ножны на пару дюймов, сверкнув лазерной заточкой на свету нано-ламп.

– Периметр нарушен, – ровным, глубоким голосом произнес молодой человек на чистейшем японском, а затем, окинув взглядом мантии и палочки магов, перешел на безупречный, холодный английский: – Вы кто такие? Советские диверсанты? Каким образом вам удалось применить технологию квантового смещения без ведома объединенного штаба?

– Гарри?.. – выдохнула Лили. Ее голос дрожал, пальцы судорожно сжались на запястье мужа. – Боже мой… Гарри, сынок, это ты?

Юноша даже не моргнул. Его взгляд скользнул по ее лицу, задержался на мгновение на чертах Джеймса, скользнул по золотисто-алому шарфу Годрика и уперся в высокую фигуру Дамблдора. В этих глазах не вспыхнуло ни радости, ни боли узнавания. Лишь аналитический расчет полевого командира, оценивающего потенциальные угрозы.

– Мальчик мой… – Дамблдор мягко шагнул вперед, поднимая руки ладонями вверх в миролюбивом жесте, хотя его небесно-голубые глаза за очками-половинками лихорадочно метались, оценивая исполинские машины и незнакомую архитектуру. – Мы не враги тебе. Произошла великая ошибка, но теперь она исправлена. Я — Альбус Дамблдор, а это твоя семья. Ты вернулся домой.

– Прекратите нести чушь, – сухо бросила Лизетт Ханли, аккуратно поставив чашку на блюдце. Она поднялась с кресла с грацией пантеры, и в ту же секунду в ее руке возник служебный автоматический пистолет тяжелого калибра. Затвор лязгнул с сухим, однозначным звуком. Ствол уперся прямо в переносицу замершего Дамблдора. – Руки туда, где я их вижу, старик. И спрячь эту палку, если не хочешь, чтобы твоя черепная коробка украсила этот газон.

– Лизетт, спокойнее, – негромко, но властно произнес Тоёхиса. Он не поднял голоса, однако командующая силами Альянса послушно опустила оружие на несколько сантиметров, хотя палец остался на спусковом крючке.

– Тоёхиса-сама, системы контроля докладывают о потере спутникового сигнала, – доложила Такара Сато, подняв запястье с голографическим проектором. Над ее рукой мерцала карта местности: – Геопозиция не определяется по координатам Кюсю. Мы на чужой территории. Атмосферное давление, радиофон… все не соответствует Японии. И… здесь фиксируются мощные электромагнитные аномалии.

– Нас выдернули из нашего пространства-времени, – сделал вывод Тоёхиса, медленно поднимаясь со своего места.

Его рост и осанка подавляли. Позади него, словно из ниоткуда, бесшумно выросли четыре фигуры в белых полимерных доспехах имперских воинов. В их руках хищно тускнели кинетические карабины, а на бедрах покоились тепловые мечи. С другого фланга зазвучал тяжелый топот: отделение миротворцев Альянса в бронежилетах из кевлара и титана встало в цепь, вскинув тактические дробовики со встроенными генераторами подавляющих волн.

Орден Феникса оказался в полукольце профессиональной, вооруженной до зубов регулярной армии.

– Опустите оружие! – рявкнул Джеймс Поттер, кровь бросилась ему в лицо. Привыкший к авторитету старшего аврора и главы благородного рода, он не терпел неповиновения, тем более от маглов или тех, кого считал таковыми. – Вы находитесь на территории суверенного поместья рода Поттер! Гарри, немедленно прикажи своим людям отставить оружие! Я твой отец!

Тоёхиса медленно повернул голову к Джеймсу.

Этот взгляд заставил старшего Поттера поперхнуться собственным криком. Так смотрят не на родителей. Так не смотрят даже на заклятых врагов. Так смотрят на пустое место, на досадную помеху на тактической карте.

– Моего отца зовут Симадзу Тадахиса, – отчеканил юноша. Голос его звучал как удары ледяных молотов. – Он — тридцать второй глава клана Симадзу, верный вассал императорского престола и человек чести. А ты, существо, стоявшее в стороне, пока твоего первенца сбрасывали в подвал, словно сломанную куклу… ты для меня никто. Пыль под сапогами моих солдат.

– Гарри, как ты смеешь так говорить с отцом?! – взвился Годрик. Четырнадцатилетний герой магической Британии, избалованный восторгами «Ежедневного пророка», пирогами матери и постоянным потаканием Сириуса, сделал шаг вперед, гордо вздернув подбородок. На его лбу тускло алел знаменитый шрам в форме буквы V. – Мы пришли спасти тебя! Сам Дамблдор провел ритуал, чтобы вернуть тебя из магловского мира! Ты должен благодарить нас на коленях, а не наставлять пушки на собственную семью!

Тоёхиса окинул брата беглым, пренебрежительным взглядом.

– Стойка слабая. Вес на пятках. Пальцы на палочке дрожат. Мышечный корсет не развит. Реакция нулевая, – монотонно перечислил он дефекты Годрика. – Ты бы не прожил и тридцати секунд на передовой в боях под Осакой, мальчик. И это существо называют героем? Смешно.

– Ах ты!.. – Годрик вскинул палочку, его лицо залила краска слепой ярости. – Экспеллиармус!

Красный луч заклинания сорвался с кончика палочки.

Маги Ордена ожидали чего угодно: крика, падения обезоруженного юноши, звона выбитого меча.

Но произошло невозможное.

Тоёхиса даже не шелохнулся. Вдоль его правой руки, прямо под тканью рукава, вспыхнули изумрудные светящиеся борозды — сеть магических цепей, созданных из осколков его расколотого некогда ядра. Клинок вылетел из ножен с нечеловеческой скоростью. Раздался резкий свист рассекаемого воздуха.

Лезвие катаны, напитанное концентрированной маной древнего стиля Дзиген-рю и усиленное искусством Онмёдо, встретило чары в полуметре от тела юноши. Раздался звон разбитого хрусталя. Заклинание не просто отразилось — оно было буквально разрублено надвое, разорвано на искры и рассеяно в воздухе без малейшего вреда для мечника.

Катана замерла, ее острие указывало точно в кадык Годрика, остановившись в миллиметре от кожи. Младший брат застыл, смертельно бледный, не в силах даже сглотнуть. Он почувствовал смертоносный холод зачарованной стали.

– Еще одно враждебное движение, щенок, – тихо произнес Тоёхиса, – и твоя голова скатится на этот ковер раньше, чем старик успеет моргнуть.

– Довольно! – Голос Дамблдора громыхнул, наполненный древней мощью. Магическая аура Верховного чародея взметнулась вокруг него волной тяжелого, давящего золотистого пламени. Ветер затрепал полы его мантии. – Опусти меч, Гарри! Ты во власти опасных заблуждений! То, чему тебя научили маглорожденные дикари на востоке, оскверняет твою душу! Мы действовали во имя Высшего блага, чтобы защитить тебя и твоего брата!

– Высшего блага? – вмешалась Лизетт, ее губы искривились в ледяной усмешке. – Знакомая риторика. Именно эти слова бормотали советские комиссары, когда выжигали термоядерными зарядами целые города в Европе, прежде чем мы выбили их обратно за Урал. Высшее благо — это всегда оправдание для трусов, которые не способны отвечать за последствия своих ошибок.

– Молчать, женщина! – рявкнул Сириус Блэк, выступая вперед с палочкой наготове. – Вы не понимаете, во что вмешиваетесь! Гарри — наш крестник, он часть нашего мира, волшебник!

– Волшебник? – подала голос Такара Сато, сделав шаг вперед. Ее узкие карие глаза сузились. – Вы бросили его за ненадобностью, решив, что его сила иссякла. Вы отдали дитя на растерзание плебеям, даже не удосужившись проверить состояние его внутренней структуры. В Империи за подобное преступление против крови весь ваш род был бы лишен чести и приговорен к сэппуку. А теперь вы смеете заявлять на него права, когда клан Симадзу выковал из искалеченного ребенка великого полководца?

– Мы не знали! – крикнула Лили, слезы градом катились по ее щекам. Она протянула руки к Тоёхисе, игнорируя наведенные на нее стволы карабинов. – Гарри, клянусь тебе, мы не знали, что Петунья… что они так поступят! Дамблдор заверил нас, что ты будешь расти в безопасности, вдалеке от войны! Нам нужно было уберечь Годрика, на нем лежало пророчество!

– Вы не знали? – Тоёхиса медленно опустил клинок и с тихим щелчком вернул его в ножны. Его изумрудные глаза обожгли мать презрением такой силы, что Лили отшатнулась, словно от физического удара. – Вы оставили четырехлетнего ребенка у дверей дома холодной октябрьской ночью. Вы ни разу за шесть лет не прислали проверки. Вы ни разу не посмотрели мне в глаза.

Он шагнул ближе. Каждый его шаг отдавался глухим металлическим звоном походных наголенников.

– Я помню каждую ночь в чулане под лестницей. Я помню запах плесени, пауков, падающих на лицо, и голодную боль в желудке. Я помню удары сковородой, пряжкой ремня, кулаками Вернона за то, что суп остыл или трава на газоне выросла слишком быстро. Вы не знали? Нет, Лили Поттер. Вам просто было плевать. У вас был сияющий спаситель мира, а разбитый сосуд можно было выбросить на помойку.

– Сынок… – всхлипнула Лили, закрывая лицо руками.

– Я перестал быть вашим сыном в тот момент, когда моя мать заперла за мной дверь чулана, – отрезал Тоёхиса. – Когда мое ядро разрушилось, пытаясь сдержать проклятие, которое должно было убить этого дурака, ни один из вас не помог мне. Сама Магия вырвала меня из того ада и отдала тем, кто имел право называть себя родителями. Они собрали меня по кускам. Они вылечили мои кости. Они научили меня искусству меча, стратегии и чести. Мое имя — Симадзу Тоёхиса. Командующий Тихоокеанским экспедиционным корпусом Империи Восходящего Солнца, кавалер Ордена Золотого Коршуна. Запомните это имя. Ибо Гарри Поттер умер в том чулане много лет назад.

– Довольно речей, – глухо произнес Северус Снейп, шагнув из тени Дамблдора. Его черный плащ колыхался, словно крылья нетопыря. Он не смотрел на фантастическую технику, его темные глаза были устремлены исключительно на Тоёхису. – Альбус, мальчик нестабилен. Его разум отравлен милитаристской пропагандой маглов. Нам нужно обездвижить его, нейтрализовать этих чужаков чарами забвения и вернуть его в сознание в безопасном месте.

Снейп вскинул палочку, концентрируя мощь для ментального удара:

– Легилименс!

Невидимый таран ментальной магии устремился прямо в сознание Тоёхисы. Снейп ожидал встретить хаотичные мысли подростка, возможно, барьеры необученного сквиба, которые легко ломаются легким нажатием воли мастера окклюменции.

Но то, во что он врезался, не было человеческим разумом в привычном понимании.

Снейп издал сдавленный, хриплый вопль, схватился за виски и рухнул на колени, из его носа и ушей брызнула алая кровь. В его сознание ворвался рев сотен нанотехнологических реакторов, холодная пустота пустоты Онмёдо, ледяной шепот древних боевых духов клана Симадзу и безжалостный огонь магических цепей, спаливший ментальный щуп дотла в доли секунды.

– Пытаться проникнуть в разум самурая, прошедшего очищение пламенем и ритуалы защиты разума императорских магов? – Тоёхиса посмотрел на корчащегося на траве зельевара с неприкрытым отвращением. – Ты так же жалок, как и твои заклинания, шпион.

– Северус! – воскликнул Дамблдор, и в его голосе впервые прорезались панические нотки. – Гарри, остановись! Ты применяешь темные искусства! Это магия подчинения и разрушения!

– Это не темная магия, старик. Это порядок, – спокойно ответил Тоёхиса.

– Сэр! – внезапно раздался треск рации на плече у Лизетт. Из динамика пробился взволнованный голос оператора базы Альянса: – Генерал Ханли, наши радары дальнего обнаружения засекли множественные воздушные цели! С востока к нашей зоне приближается крупная группа неопознанных объектов. Скорость низкая, сигнатуры тепла минимальные. Высота — триста метров!

– С востока? – Лизетт мгновенно переключилась в боевой режим. – Такара, что говорит ваш пассивный сонар?

– Это не машины, – быстро ответила японский командир, глядя на данные планшета. – Биологические объекты на летающих шестах… и странные черные фигуры, излучающие аномальный мороз. Их около сотни. Они движутся прямо на нас.

Маги Ордена побледнели.

– Пожиратели смерти, – прошептал Римус Люпин, сжимая палочку побелевшими пальцами. – И… дементоры. Волан-де-Морт каким-то образом почувствовал всплеск ритуальной магии такого масштаба! Они пришли сюда!

– Они пришли за Гарри! – вскричала Лили. – Альбус, защитные чары поместья не выдержат такой массы! Здесь дементоры!

– Вот и решение нашего спора, – ядовито усмехнулся Годрик, хотя его колени предательски подрагивали. – Сейчас твое железо превратится в металлолом, братец! Против дементоров магловское оружие бессильно! Их может остановить только Патронус, а ты даже искры из палочки высечь не способен!

Тоёхиса медленно повернулся в сторону приближающейся угрозы.

Ночное небо над лесом действительно начало затягиваться противоестественной, липкой мглой. Температура воздуха стремительно падала. Трава покрывалась инеем. Из темноты доносился свистящий, леденящий душу хрип сотен тварей, питающихся отчаянием, а над ними, оставляя черные шлейфы дыма, неслись Пожиратели смерти на метлах, выкрикивая ликующие проклятия.

– Воздушные цели классифицированы как враждебные, – произнес Тоёхиса в миниатюрный микрофон на воротнике хаори. Его голос разнесся по громкоговорителям всей объединенной базы: – Базам Альянса и Империи: боевая тревога. Протокол совместной обороны «Сёгун-Альфа». Уничтожить приближающиеся силы противника.

– Принято, командир, – отозвалась Лизетт, доставая рацию тактической связи. – Батареям крио-легионеров и танкам «Гризли» — открыть огонь по наземным целям при пересечении рубежа. «Буранам» Альянса — обеспечить зенитное прикрытие!

– Ракетным установкам «Тэнгу» — режим перехвата! – скомандовала Такара, ее пальцы порхали над консолью.

То, что произошло в следующие несколько секунд, навсегда разрушило представление магов Ордена Феникса о возможностях немагического мира и силе объединенных технологий.

В ночное небо с оглушительным, ревущим ревом взмыли десятки реактивных истребителей-трансформеров «Меха-Тэнгу». Сменив форму прямо в воздухе с шагающих роботов на хищные стреловидные перехватчики, они пронеслись над холмами, вспарывая облака двойными инверсионными следами.

Пожиратели смерти, летевшие на метлах в полной уверенности, что имеют дело со старыми противниками из Ордена, даже не успели осознать, что произошло.

Воздух взорвался тысячами лазерных очередей. Скорострельные импульсные пушки Тэнгу перечеркнули строй летающих магов с математической точностью бортовых компьютеров. Метлы разлетались в щепки, тела темных волшебников, охваченные пламенем лазерных ожогов, падали на землю сотнями обломков. Никакие «Протего» не могли выдержать шквальный огонь автоматического оружия двадцать первого века, стреляющего плазменными сгустками.

– Что это за магия?! – в ужасе кричал Сириус, пригибаясь к земле, когда над их головами на гиперзвуке пронесся истребитель «Аполло» Альянса, выпустив веер тепловых ловушек.

А затем подошли дементоры.

Твари Азкабана хлынули сплошной серой стеной, источая холод небытия. Цветы на лугу увядали, воздух замерзал, превращаясь в ледяную корку. Годрик попытался взмахнуть палочкой, судорожно выкрикивая:

– Экспекто Патронум! Экспекто!..

Из его палочки вырвался лишь жалкий клочок серебристого дыма, который тут же растаял под волной всепоглощающего ужаса.

– Они бессмертны! – кричал Джеймс, вставая рядом с сыном. – Их нельзя убить оружием! Альбус, уводи детей!

Тоёхиса лишь усмехнулся.

– Бессмертны? Во вселенной нет ничего, что нельзя было бы уничтожить, расщепив на атомы или лишив энергии.

Он повернулся к стоящей неподалеку башне Тесла-излучателя Альянса и гигантскому накопителю «Волнореза» Империи.

– Крио-орудия, залп. Зафиксировать молекулярную решетку, – скомандовала Лизетт в микрофон.

Два массивных орудия на синей платформе Альянса повернулись в сторону наступающей орды нежити. Вместо пламени или пуль из их жерл вырвались ослепительно белые, искрящиеся лучи концентрированного абсолютного нуля.

Когда луч крио-пушки коснулся передовых дементоров, произошло то, чего магический мир не видел никогда за всю свою тысячелетнюю историю.

Твари, сотканные из магии и отчаяния, не смогли поглотить холод, превышающий космический вакуум. Их неосязаемые, призрачные саваны мгновенно покрылись кристаллами сверхплотного льда. Движение тварей замедлилось, их леденящий душу вой сменился глухим треском замерзающей материи. Целая стена дементоров буквально остекленела на лету, превратившись в причудливые, уродливые ледяные скульптуры, зависшие в воздухе под действием антигравитационных полей наномашин.

– А теперь — очищение, – тихо произнес Тоёхиса.

Он шагнул вперед, выхватил катану обеими руками и поднял ее к небу.

Магические цепи на его теле вспыхнули так ярко, что его силуэт превратился в сияющий зеленый факел. Древние руны Онмёдо, начертанные на стали клинка, отозвались резонансом с главным генератором имперской базы. За его спиной исполинский шагающий мех «Царь Они» направил луч своих оптических глаз прямо в острие меча своего командира, передавая колоссальный заряд энергии.

– Стиль Дзиген-рю: Рассечение Небесных Демонов!

Тоёхиса обрушил клинок вниз.

Чудовищная дуга концентрированной изумрудной плазмы, усиленная магической энергией цепей и мощью термоядерного реактора, сорвалась с лезвия. Она прочертила борозду в земле глубиной в три метра и врезалась в застывших дементоров.

Раздался взрыв невероятной силы.

Замерзшие твари Азкабана разлетелись на триллионы мельчайших ледяных осколков, которые тут же испарились в бушующем пламени плазменного шквала. Ни единого следа, ни единого клочка тьмы не осталось на сотни метров вокруг. Небо над Годриковой Лощиной очистилось, явив яркие, холодные звезды.

Грохот орудий стих так же внезапно, как и начался.

В воздухе пахло озоном, горелым железом и абсолютной победой. Истребители Тэнгу, плавно снижая скорость, перешли в режим патрулирования, их двигатели едва слышно гудели на высоте птичьего полета. Солдаты Альянса методично проверяли периметр, а имперские воины уже собирали трофейные обломки метел для анализа в лабораториях.

Весь бой занял ровно две минуты и сорок секунд.

Члены Ордена Феникса стояли на коленях или опирались друг на друга, парализованные абсолютным, нечеловеческим шоком.

Годрик сидел на траве, глядя на то место, где только что бушевала армия дементоров, и из его пальцев выпала палочка. Джеймс стоял, опустив руки, его лицо постарело на двадцать лет. Лили беззвучно рыдала, прижав ладонь ко рту. Аластор Грюм тяжело опирался на свой посох, его деревянная нога скрипела, а волшебный глаз замер, уставившись на Тоёхису так, словно перед ним стояло древнее божество войны.

Один лишь Дамблдор нашел в себе силы выпрямиться, хотя его лицо было белым, как мел, а пальцы, сжимавшие Бузинную палочку, мелко дрожали.

– Что… что вы наделали?.. – прошептал старый волшебник. – Это… это нарушает все законы магии. Вы уничтожили дементоров… вы применили магловское оружие такой разрушительной силы… Это путь к полному уничтожению нашего мира! Ты привел в наш дом чуму, Гарри!

Тоёхиса медленно стряхнул невидимую каплю энергии с клинка и убрал его в ножны. Щелчок гарды прозвучал в ночной тишине, как приговор.

– Ваш мир сам призвал нас, старик, – спокойно ответил молодой командующий. – Вы хотели вернуть мальчика, над которым можно было бы ставить эксперименты во имя вашего «Высшего блага». Вы хотели получить послушного сквиба, мученика, пешку в вашей мелкой, мышиной возне с местечковым террористом. Но вы ошиблись в расчетах.

Он подошел к столу, взял свою чашку с остывшим чаем и сделал глоток. Лизетт и Такара встали по обе стороны от него, олицетворяя собой мощь двух сверхдержав другого мира.

– Вы привели сюда не жертву. Вы открыли врата для передового корпуса двух величайших военных машин иной реальности. За моей спиной — дисциплина Империи Восходящего Солнца и передовые технологии Альянса. Мы вели войны за планетарное господство, пока вы прятались в своих замках, размахивая деревянными палочками.

Тоёхиса посмотрел на Дамблдора в упор.

– Передайте вашему «Темному Лорду», если кто-то из его слуг выжил в этой бойне: эта земля больше не принадлежит ему. Она не принадлежит и вашему Министерству. До тех пор, пока наши инженеры не найдут способ открыть обратный пространственный туннель, эта зона объявляется совместным протекторатом Объединенных Сил Альянса и Империи.

– Ты не имеешь права! – крикнул Джеймс, в отчаянии делая шаг вперед. – Это Британия! Это наш дом! Ты наш сын!

Тоёхиса даже не удостоил его взглядом.

– Генерал Ханли, – обратился он к Лизетт. – Разверните сенсорные вышки третьего поколения по всему периметру графства. Любой объект, использующий магическую маскировку или перемещение в пространстве без согласования с нашим штабом, сбивать на подлете.

– Будет исполнено, командир Симадзу, – с легкой улыбкой козырнула Лизетт. – Мои крио-танки как раз нуждались в полигонных испытаниях в условиях умеренного климата.

– Такара, – продолжил Тоёхиса. – Свяжись с инженерным корпусом. Пусть начнут развертывание нано-казарм и сборщиков ресурсов. Нам понадобится руда для пополнения боекомплекта. Местные шахты подойдут идеально.

– Хай, Тоёхиса-сама! – четко поклонилась девушка.

Тоёхиса наконец снова посмотрел на семью Поттеров и замерших членов Ордена.

– У вас есть десять минут, чтобы покинуть периметр моей базы, – холодно произнес он. – Забирайте вашего «героя», вашего шпиона и убирайтесь. Если через шестьсот секунд хоть один из вас останется на этой земле, вас интернируют как военнопленных до выяснения обстоятельств.

– Гарри, умоляю тебя… – протянула руку Лили, ее голос сорвался на крик отчаяния. – Не прогоняй нас! Дай нам шанс все исправить! Позволь мне хотя бы быть твоей матерью!

Тоёхиса остановился на пороге возведенного модульного командного центра. Он не повернулся. Лишь на мгновение его плечи напряглись, а пальцы крепче сжали эфес катаны.

– Моя мать ждет меня в Кагосиме, Лили Поттер, – не оборачиваясь, произнес он. – Она каждый день молится в храме за мое возвращение. Она научила меня любить жизнь, защищать слабых и презирать предателей. А вы… вы сделали свой выбор тринадцать лет назад, когда захлопнули дверь перед четырехлетним ребенком. Живите с этим.

Двери командного центра с шипением закрылись, отрезая его от прошлого.

Над Годриковой Лощиной завыли сирены, извещая о начале возведения тяжелых защитных энергощитов. Солдаты в синей и белой броне заняли позиции по всему фронту.

Дамблдор тяжело вздохнул, его плечи поникли, а в глазах погас многолетний насмешливый блеск. Он медленно подошел к рыдающей Лили, положил руку ей на плечо и тихо, так, чтобы слышали только свои, произнес:

– Уходим. Мы разбудили дракона, которого не способны обуздать.

И пока маги исчезали в ночи чередой панических хлопков трансгрессии, над британскими холмами, впервые за всю их древнюю историю, вздымались гигантские механические башни с гербами Восходящего Солнца и золотыми звездами Альянса, возвещая о начале новой, невиданной эпохи.