Колониальный морпех Поттер

Пламя Кубка Огня всегда завораживало тех, кто жаждал славы. В Большом зале замка Хогвартс воздух дрожал от духоты, аромата восковых свечей и неуемного тщеславия. Во главе стола Гриффиндора, откинувшись на спинку скамьи, сидел четырнадцатилетний Годрик Поттер. На его лбу криво алел шрам в форме молнии — знак избранности, сделавший его живой легендой магической Британии. Рядом сидел его отец, Джеймс Поттер, приглашенный гость и попечитель школы, поглаживавший начищенную волшебную палочку и с самодовольной ухмылкой оглядывавший зал.

Годрик был копией отца: вздернутый нос, надменный взгляд, небрежно взлохмаченные темные волосы. Он уже видел себя чемпионом, абсолютным триумфатором, который затмит и шармбатонцев, и суровых парней из Дурмстранга. Никто даже не вспоминал о его брате-близнеце. Гарри Поттере, слабом, якобы почти лишенном магии ребенке, которого тринадцать лет назад сослали к магловским родственникам, чтобы не мешал сиять великому наследнику. О Гарри не было ни слуху ни духу уже много лет; шептались, что мальчишка сгинул в безвестности, да и кому до него было дело?

– Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам! – гремел голос Альбуса Дамблдора под сводами зала.

Зал взорвался аплодисментами. Следом были названы Флёр Делакур и Седрик Диггори. А затем синее пламя вновь взвилось к закопченному потолку, выбросив четвертый обугленный пергамент.

– Годрик Поттер! – торжествующе провозгласил директор.

Зал взревел от восторга. Джеймс Поттер победно вскинул кулак, а юный Годрик, кривя губы в ухмылке победителя, лениво поднялся с места. Но не успел он сделать и двух шагов, как древний артефакт затрясся с оглушительным скрежетом. Огонь из лазурного превратился в ядовито-алый, взметнулся под самый потолок, опаляя иллюзорное звездное небо, и выплюнул пятый кусок пергамента.

Дамблдор поймал его скрюченными пальцами. Его благообразное лицо на мгновение застыло, утратив маску безмятежной мудрости.

– Гарри Поттер, – прошептал старик, но в наступившей мертвой тишине этот шепот прозвучал как удар набата.

– Что за глупости? – фыркнул Джеймс Поттер, поднимаясь с места. – Этот сквиб давно сдох в какой-нибудь сточной канаве! Кубок ошибся!

Договорить лорд Поттер не успел.

Снаружи, прямо над территорией замка, пространство с треском разорвалось. Это не был тихий хлопок аппарации или мягкое мерцание портала. Это был вой чудовищной силы — грохот схлопнувшегося пространственно-временного континуума, словно саму ткань мироздания вспороли тупым штыком. Задрожали вековые каменные стены Хогвартса, по полу покатились кубки, разбились витражи в высоких стрельчатых окнах.

– К оружию! – взвизгнул Годрик, выхватывая палочку.

Ученики бросились к окнам, расталкивая друг друга. То, что предстало их глазам на широкой равнине между замком и Запретным лесом, не укладывалось ни в какие сказки волшебного мира.

Там, где секунду назад была лишь сырая шотландская трава, клубились густые облака перегретого озона и выхлопных газов. На поле стояла тяжелая боевая техника угловатых хищных форм, окрашенная в темно-оливковый камуфляж: массивные бронетранспортеры М577 с низким профилем и спаренными турелями, штурмовые челноки класса «Шайенн», тяжело осевшие на гидравлические опоры. Вокруг мгновенно занимал круговую оборону целый батальон Колониальной морской пехоты США.

Черная композитная броня, глухие шлемы, бронежилеты с креплениями для боеприпасов. В руках солдат хищно блестели импульсные винтовки М41А, а двое пулеметчиков на сервоприводах уже вели стволами тяжелых смартганов по опушке Запретного леса, откуда в панике бежали кентавры. В тишине ночи мерно, размеренно и зловеще пищали датчики движения: «Тюк... тюк... тюк...»

– Сектор чист! Периметр блокирован! – разнесся над поляной хриплый, усиленный радиосвязью голос командира. – Проверить системы связи! Где, мать твою, мы оказались?

Из головного бронетранспортера с глухим стуком откинулась бронированная аппарель. На землю первым ступил офицер с шевронами капитана — суровый латиноамериканец с иссеченным шрамами лицом, капитан Круз. Следом за ним, держа винтовку на ремне через плечо в расслабленной, но готовой к мгновенному выстрелу позе, спустился молодой мужчина.

На вид ему было не больше двадцати. Короткий ежик темных волос, холодные, внимательные серо-зеленые глаза, тонкий след шрама на щеке и на грудной пластине бронежилета грубо нацарапанная краской надпись: «Рожден для охоты». К поясу у него был приторочен старый магловский помповый дробовик со спиленным прикладом, а на бедре висел тяжелый пистолет. Движения его были экономными, выверенными, до краев наполненными той обманчивой ленивой грацией, которой обладают лишь ветераны десятков кровавых мясорубок.

Это был Гарри. Человек, которого случайный выброс магии когда-то выдернул из чулана под лестницей и швырнул через столетия прямиком на дальний рубеж галактики — в трущобы колониального сектора, затем в суровый приют, а оттуда — в горнило Колониальной морской пехоты. Он прошел сквозь ад заброшенных рудников на LV-426, отбивал колонии у биомеханических кошмаров с кислотой вместо крови, видел, как сдирают кожу с людей двухметровые инопланетные охотники из глубин космоса, и не раз плевал в лицо жадным ублюдкам из корпорации «Вейланд-Ютани». Он перенял спокойную, нерушимую стойкость капрала Дуэйна Хикса — никогда не паниковать, держать дистанцию и беречь патроны.

Следом за Гарри на землю легко спрыгнула женщина. Стройная, с жестким взглядом карих глаз, в потертом летном комбинезоне инженера и легком тактическом жилете, с дробовиком за спиной и сканером на запястье. Аманда Рипли-Поттер. Женщина, пережившая кошмар станции «Севастополь», встретившая Гарри на одной из фронтирных колоний и прошедшая с ним плечом к плечу сквозь огонь, кислоту и предательство. Их любовь была выкована в стычках с ксеноморфами и узаконена полевым капелланом под грохот орудий.

– Ну и дыра, – негромко произнесла Аманда, втягивая ночной шотландский воздух и сверяясь с показаниями карманного анализатора атмосферы. – Высокая влажность, кислород двадцать один процент. Загрязнений нет. Это явно не рудники и не орбита Фиорины. Гарри, где мы?

Гарри медленно поднял взгляд на громаду замка, озаренного огнями факелов. В его памяти всплыли смутные, полузабытые видения из далекого детства: крики толстого дяди, холод чулана и сказки о замке с волшебниками, которые мать читала его брату, пока Гарри вытирал пыль под плинтусом.

– Похоже, старый должок настиг меня, Аманда, – спокойно ответил Гарри, придерживая винтовку. Голос его звучал ровно, без тени волнения. – Земля. Прошлое. То самое место, откуда меня вышвырнуло к чертовой матери.

– Гарри! – крикнул подошедший капитан Круз, сплевывая на траву. – Наши приборы зафиксировали локальный гравитационный всплеск, который привязался к твоему биокоду. Какая-то сволочь выдернула нас с базы на перевалочном пункте. Вон из того кирпичного сарая выдвигается группа неизвестных. Оружие странное. Палки в руках. Прикажешь открыть огонь на подавление?

– Отставить огонь, капитан, – мягко остановил его Гарри. – Не тратьте свинец. Держите периметр, пусть бронетехника греет моторы. Если кто-то вздумает дернуться — бейте под ноги. Я пойду поздороваюсь.

Двери замка распахнулись, и на поле торопливо высыпала процессия волшебников: Дамблдор с развевающейся бородой, взволнованная Минерва Макгонагалл, раздувшийся от спеси Джеймс Поттер и взвинченный Годрик, за которыми следовали преподаватели и мракоборцы.

– Именем Министерства магии! Стоять на месте! – завопил Джеймс, наставляя палочку на строй морпехов. – Кто вы такие? Сложите эти железки, магловское отродье, иначе мы сотрем вас в порошок!

Гарри даже не моргнул. Он медленно шагнул вперед, с легким металлическим щелчком поставив палец вдоль спусковой скобы винтовки.

– Убери палочку, Джеймс, – произнес Гарри ровным, глуховатым голосом. – Ты целишься в людей, которые убивали тварей пострашнее всего, что водится в твоих сказках. Сними палец со спуска, пока один из моих ребят не снес тебе башку крупным калибром с двухсот ярдов.

Джеймс осекся, вглядываясь в лицо молодого морпеха. Черты лица, упрямый подбородок, форма носа... Это было словно отражение в кривом зеркале, но взгляд... У юного Годрика взгляд был глупым и хвастливым, а у этого человека глаза были мертвыми и холодными, как открытый космос.

– Гарри?.. – выдохнул лорд Поттер, побледнев. – Не может быть... Ты жив?

– Как видишь. Хотя вашей заслуги в этом нет ни на гран, – хмыкнул Гарри. Он повернулся к Дамблдору, который буравил его взглядом своих выцветших глаз из-под очков-половинок. – Выдернули меня посреди увольнительной, директор? Нарушили законы времени и пространства? Зачем?

– Мальчик мой... – начал было Дамблдор елейным тоном, протягивая руку. – Ты вернулся домой. Магия сама призвала тебя. Кубок Огня избрал тебя четвертым чемпионом в Турнире Трех Волшебников. Это великая судьба, испытание, которое...

– Засунь эту сказку обратно себе в бороду, старик, – оборвал его Гарри, не повышая голоса, но в его тоне звенел свинец. – «Мальчик мой» остался подыхать в чулане у Дурслей тринадцать лет назад. Перед тобой капрал Колониальной морской пехоты. И если этот твой Кубок решил поиграть со мной в игры, я пройду его по своим правилам. Но сначала — вопросы задаю я.

– Да как ты смеешь так разговаривать с Великим Светлым волшебником?! – взвился Годрик, выступая вперед и тыча волшебной палочкой прямо в лицо Гарри. – Жалкий сквиб! Вернулся в каких-то железных обносках с кучкой маглов и думаешь, что стал кем-то? Я — Победитель Волан-де-Морта! Я — Мальчик-Который-Выжил! Ты должен ползать на коленях передо мной и отцом за то, что тебя вообще пустили на порог!

Гарри даже не шелохнулся. Он лишь слегка наклонил голову, глядя на брата с легкой смесью скуки и жалости, словно на незрелого лицехвата, выпавшего из разбитого яйца.

Движение Гарри было неуловимо быстрым. Он не стал доставать палочку — он просто перехватил запястье Годрика, выкрутил его с сухим щелчком сустава, заставив братца взвыть от неожиданной боли, и выбил палочку ногой прямо в руки подошедшей Аманде. Второй рукой Гарри коротко, поставленным армейским ударом двинул Годрику прикладом импульсной винтовки под дых.

Избранный согнулся пополам, захлебываясь воздухом и падая на колени в шотландскую грязь.

– Первый урок выживания, сопляк, – холодно произнес Гарри, глядя на корчащегося брата сверху вниз. – Никогда не сокращай дистанцию с противником, если не умеешь драться руками. И никогда не размахивай оружием, если не готов убивать в ту же секунду.

– Мерлин великий! Нападение на Избранного! – заверещал Джеймс, взмахивая палочкой: – Экспелли...

БАМ!

Громоподобный выстрел дробовика Аманды Рипли разорвал воздух. Сноп дроби взрыл дерн в дюйме от начищенных драконьих туфель Джеймса, осыпав его землей и пороховой гарью. Старший Поттер в ужасе отпрянул, споткнулся и плюхнулся задом в грязь рядом с сыном. Десятки морпехов синхронно передернули затворы импульсных винтовок. Характерный многоголосый лязг металла заглушил любые попытки волшебников возразить.

– Следующий выстрел будет на фут выше, мистер Поттер, – спокойно предупредила Аманда, опуская дымящийся ствол и становясь плечом к плечу с мужем. – Держите свои щепки при себе.

– Кто эта женщина?! – просипел Джеймс, хватаясь за сердце.

– Моя жена, – отрезал Гарри. – И поверь мне, она убивала чудовищ, от одного вида которых твой хваленый Годрик наложил бы в свои шелковые штаны. Капитан Круз!

– На связи, капрал! – отозвался офицер.

– Разверните лагерь на этом холме. Технику в кольцо, турели на автоматический режим по внешнему контуру. Никого не подпускать ближе пятидесяти ярдов без моего личного разрешения.

– Принято. Эй, парни, шевелите задницами! – заорал Круз в рацию. – Установить датчики движения! Запустить генераторы! Мы в средневековье, мать вашу, обеспечьте себе нормальный свет!

– Но... замок! Вам приготовлены комнаты в замке! – попыталась вмешаться ошеломленная профессор Макгонагалл, глядя на Гарри широко распахнутыми глазами, полными вины и потрясения.

– Мы привыкли спать на броне, мэм, – ответил Гарри чуть мягче, отдавая дань уважения ее возрасту. – В замке слишком много углов и слепых зон. Хреновая тактическая позиция. Доброй ночи.

---

Первое испытание Турнира превратилось в показательное выступление совсем другой эпохи.

Когда трибуны взревели, ожидая, как чемпионы будут уклоняться от пламени Венгерской Хвостороги с помощью метел или хитрых чар, Годрик Поттер вышел на арену первым. Брат Гарри долго выделывался перед публикой, посылая воздушные поцелуи фанаткам, а затем едва не сгорел заживо, когда драконица хлестнула хвостом и спалила его метлу в щепки. Захлебываясь слезами и с обожженной мантией, Избранный сумел лишь кое-как приманить яйцо Акцио, заработав презрительные смешки дурмстранговцев.

Затем наступила очередь Гарри.

Он не взял с собой метлу. Он не надел мантию. На Гарри была стандартная полевая форма, разгрузочный жилет и шлем с опущенным визором целеуказателя. В руках он держал тяжелый импульсный пулемет на подвесе. Рядом с трибунами, у входа на арену, стояла Аманда с портативным сканером и капитан Круз, наблюдавший за действом в бинокль.

Хвосторога, разъяренная запахом пороха и чужаков, поднялась на задние лапы, раздувая зоб для чудовищного огненного смерча. Трибуны замерли в ужасе. Джеймс на ВИП-ложе злорадно оскалился, ожидая гибели непокорного отпрыска.

Гарри даже не прибавил шагу. Спокойно, методично, как на учебных стрельбах на полигоне базы «Шанхай», он скорректировал прицел.

– Огонь по сочленениям и сенсорам, – пробормотал он в микрофон гарнитуры.

ТА-ТА-ТА-ТА-ТА-ТА!

Оглушительный, яростный треск десятимиллиметровых разрывных пуль с титановым сердечником разорвал тишину стадиона. Струя трассеров ударила точно по скалистым наростам на морде ящера, вдребезги разнося чувствительные ноздри и ослепляя тварь. Драконица взвыла от нестерпимой боли, захлебнулась собственным пламенем и рухнула на брюхо, мотая окровавленной башкой. Гарри спокойно подошел к кладке, сменил опустевший короб на новый с четким металлическим щелчком, подхватил золотое яйцо под мышку и, даже не взглянув на оцепеневших судей, пошел обратно к выходу.

Весь процесс занял ровно сорок три секунды.

Трибуны молчали. Даже судьи забыли выставить баллы. Это не было «магическим искусством». Это была холодная, безжалостная и безупречная эффективность солдата, привыкшего уничтожать идеальных хищников Вселенной.

– Неплохая зверюшка, – бросил Гарри, проходя мимо побледневшего Дамблдора. – Напоминает преторианца на стероидах. Но реакция слабовата.

---

Настоящая буря грянула в лагере морпехов вечером того же дня.

В полевой медпункт, развернутый прямо в десантном отсеке бронетранспортера, под охраной двух солдат доставили Лили Поттер. Мать Гарри и Годрика все эти дни не появлялась на публике, живя в фамильном шатре у края Черного озера. Когда Гарри впервые увидел ее издали, что-то в ее поведении показалось ему неестественным: стеклянный, расфокусированный взгляд, заторможенная речь, странное подобострастие, с которым она смотрела в рот мужу.

Аманда лично провела полное биохимическое сканирование Лили с помощью армейского медицинского анализатора «Вейланд-Ютани», предназначенного для выявления синтетических наркотиков, нейротоксинов и спор внеземных паразитов.

Когда на голографическом дисплее вспыхнули алые спирали молекулярного анализа, Аманда помрачнела.

– Гарри, иди сюда, – позвала она мужа, не отрывая взгляда от монитора.

Гарри вошел в отсек, сняв шлем. Лили сидела на раскладной койке, кутаясь в тонкую шаль. Ее глаза блуждали по незнакомым приборам, в них читался дикий, панический страх пополам с тяжелым дурманом.

– Что там, дорогая? – спросил Гарри, подходя к жене и кладя руку ей на плечо.

– Это не просто зелье, Гарри. Это тяжелейшая химическая и магическая интоксикация долговременного действия, – жестко произнесла Аманда, указывая стилусом на графики. – В ее крови запредельная концентрация мощного алкалоида, подавляющего центры воли и вызывающего искусственную эйфорическую привязанность к конкретному объекту. Местные называют это «Амортензией», но тут состав усилен блокаторами памяти. Она накачивалась этим дерьмом систематически. Минимум четырнадцать лет. Каждую неделю.

В отсеке повисла звенящая тишина. Снаружи мерно гудел дизель-генератор, доносились команды часовых. Челюсти Гарри сжались так, что на скулах заходили желваки. Его спокойствие Хикса дало трещину, обнажив кипящую ярость бойца, чью семью осквернили самым мерзким образом.

Он подошел к Лили и опустился перед ней на одно колено. Она испуганно вжалась в переборку.

– Тише, мэм... мама, – тихо сказал Гарри. – Вы знаете, кто я?

– Гарри?.. – ее губы задрожали, в глазах мелькнула мучительная вспышка боли. – Я... я должна идти к Джеймсу. Джеймс ждет. Он любит меня... Я люблю Джеймса... Мой мальчик Годрик... голова так болит... где Джеймс?

– Джеймс — ублюдок, который держал вас на поводке, – жестко сказала Аманда, набирая в шприц-пистолет прозрачный состав из полевой аптечки. – Это военный универсальный детоксикант широкого спектра с блокатором опиатов. Мы чистили им шахтеров на рудниках после выбросов нейрогаза. Будет больно, миссис Поттер. Но зато вы вспомните, кто вы есть на самом деле.

Пневмоинъектор с шипением вонзился в шею Лили.

Женщина выгнулась дугой, из ее горла вырвался хриплый крик. Зрачки расширились на весь глаз. Аманда удерживала ее за плечи, пока Гарри сжимал ее холодные пальцы. Вены на шее Лили вздулись черным, словно по ним потек мазут, а затем ее вырвало на металлический пол отвратительной пенистой жижей с резким запахом приторных духов.

Она тяжело дышала, хватая ртом воздух, словно вынырнула из ледяной полыньи. Взгляд ее постепенно очищался. Муть спадала, обнажая бездонную, чистую зелень глаз — точно таких же, как у Гарри.

– Боже... – прошептала Лили, оглядывая свои дрожащие руки. Слезы хлынули из ее глаз потоком. – Джеймс... Он подливал это в чай. Каждый день после выпуска из школы... Мой Гарри... Он заставил меня согласиться отдать тебя Вернону... Он сказал, что ты бракованный... Что Годрику нужно все наше внимание... Мерлин, что я наделала?! Что он со мной сделал?!

Она зарыдала в голос, бросившись на шею сыну. Гарри обнял ее крепко, по-военному надежно, прижимая к своей броне.

– Все кончено, мама, – тихо произнес он, глядя поверх ее головы на Аманду, чьи глаза полыхнули беспощадным огнем. – Ты больше к нему не вернешься. Круз!

– Здесь! – в дверях вырос капитан.

– Переведи миссис Поттер на борт шаттла. Приставить круглосуточную охрану. Если Джеймс Поттер или кто-то из его шавки посмеет приблизиться на расстояние плевка — стрелять на поражение без предупреждения.

– Будет исполнено, капрал.

---

Развязка наступила на Третьем испытании.

Лабиринт, выстроенный организаторами, морпехи проигнорировали в принципе. Капитан Круз просто поднял в воздух штурмовой челнок «Шайенн» с мощными прожекторами, превратив лабиринт в открытую, как на ладони, арену.

Когда Гарри и Годрик одновременно вошли внутрь (Годрик шел под конвоем двух морпехов, чтобы не сбежал), хваленый Избранный едва не сломал ноги о живые изгороди. В центре лабиринта стоял сверкающий Кубок.

– Это моя победа! Моя! – завизжал Годрик, бросаясь вперед и хватаясь за ручку Кубка обеими руками.

Гарри успел лишь крикнуть:

– Назад, идиот, это ловушка!

Но магия портала сработала мгновенно, затягивая обоих братьев в воронку. Аманда, дежурившая у выхода из лабиринта, успела лишь заметить вспышку и тут же заорала в рацию:

– Круз! Засечь пространственные координаты смещения! Готовь ударную группу! Они увели Гарри!

---

Старое кладбище Литтл-Хэнглтона утопало в промозглом тумане.

Годрик валялся в грязи, привязанный к могильной плите Тома Реддла чарами Питера Петтигрю. Избранный хныкал, размазывая сопли по щекам и умоляя о пощаде. Перед огромным котлом суетился Хвост, а из бесформенного свертка на земле раздавался шипящий, мерзкий голос:

– Кровь брата... кровь близнеца подойдет ничуть не хуже... Возьми ее, Хвост...

Гарри приземлился на ноги в десятке метров от них. Перемещение сквозь пространство было дезориентирующим, но рефлексы колониального десантника сработали мгновенно. Он перекатился за массивный каменный склеп, вскидывая верную М41А.

– Кто здесь?! – взвизгнул Петтигрю, выхватывая палочку и занося кинжал над воющим Годриком.

Ответом был не заклинание. Ответом была короткая очередь калибра 10 миллиметров. Пули превратили кисть Петтигрю с зажатым в ней кинжалом в кровавое месиво. Крысоподобный анимаг забился на земле, истошно вопя.

– Контакт! – скомандовал сам себе Гарри, выходя из-за укрытия.

Из котла уже поднималось черное варево. Сгусток первобытного зла, питаемый темной магией, обретал форму. Безносое бледное существо с алыми змеиными глазами восстало из пара, натягивая черную мантию.

– Гарри Поттер... – прошипел возродившийся Волан-де-Морт, упиваясь своей силой. – Ты опоздал. Я вернул себе плоть! Я — Лорд Волан-де-Морт, величайший темный маг в истории! Преклони колени перед своей смертью!

Он взмахнул тисовой палочкой, на кончике которой вспыхнуло смертоносное зеленое пламя:

– Авада Кед...

Гарри даже не дослушал. В мире, где за каждым углом тебя может подстерегать тварь с кислотной кровью, способная пробить череп языком за десятую долю секунды, никто не слушает предсмертные монологи противника.

Гарри нажал на подствольный гранатомет винтовки.

БАМ-КЛИК.

Тридцатимиллиметровая фугасная граната с таймером мгновенного подрыва влетела прямо в раскрытый рот Темного Лорда и разорвала его верхнюю половину тела на миллионы мелких ошметков еще до того, как зеленая искра успела сорваться с кончика палочки. Останки величайшего мага столетия шлепнулись на могильные плиты дымящимся пеплом.

– Слишком много треплешься, урод, – хладнокровно сплюнул Гарри.

В этот момент воздух вокруг кладбища затрещал десятками хлопков аппарации. Пожиратели Смерти, призванные меткой, появились на кладбище в масках и балахонах, готовые пасть ниц перед хозяином. Но вместо триумфатора они увидели лишь обугленный котел, куски плоти и одинокого солдата в композитной броне.

– Что... где Темный Лорд?! – вскрикнул Люциус Малфой.

– Он демобилизован, – ответил Гарри и нажал на спусковой крючок.

В ночи загремел шквал автоматического огня. Разрывные пули шили темных магов насквозь вместе с их щитовыми чарами, которые просто не были рассчитаны на кинетическую энергию полубронебойного боеприпаса, летящего со скоростью три Маха. Руки, ноги, куски черепов разлетались в темноте. Оставшиеся в живых в панике попытались аппарировать, но с неба с ревом спустился «Шайенн».

Бортовые орудия челнока дали два залпа зажигательными ракетами по периметру кладбища. Огненная стена напалма поглотила остатки свиты Реддла, превратив культистов в вопящие факелы.

Аппарель челнока коснулась земли, и оттуда первой выскочила Аманда с дымящимся дробовиком.

– Гарри! Ты цел?!

– Порядок, Рипли, – устало улыбнулся он, подходя к ней. – Пара паразитов раздавлена. Заберите вон того скулящего щенка и уходим.

Они загрузили перепуганного до полусмерти, испачканного во всем, чем только можно, Годрика в десантный отсек и взмыли в шотландское небо, оставив за собой лишь пепелище.

---

Финал развернулся перед парадными воротами Хогвартса, где собралась вся школа во главе с Дамблдором и вне себя от ярости Джеймсом Поттером.

Когда десантный челнок приземлился, подняв вихрь пыли, на траву выволокли рыдающего Годрика. Следом вывели освобожденную, спокойную и прекрасную Лили Поттер, одетую в полевую куртку морпеха. Ее держала за руку Аманда.

– Лили! – взревел Джеймс, бросаясь вперед с палочкой. – Отойди от них! Лили, вернись ко мне, я твой муж!

– Ты не муж мне, Джеймс, – ее голос звучал чисто и отчетливо, разносясь над притихшей толпой. – Ты насильник и подлец, который украл четырнадцать лет моей жизни. Я все вспомнила. Каждую каплю зелья. Каждую ложь. Между нами все кончено.

– Нет! Ты принадлежишь мне! Империо! – в безумии выкрикнул Поттер-старший, направляя палочку на жену.

Выстрел прозвучал сухо.

Гарри не целился долго. Пуля из его верного помпового дробовика снесла Джеймсу Поттеру правое плечо вместе с рукой, держащей палочку. Бывший мародер с диким воем рухнул на колени, зажимая хлещущую кровь обрубком.

– Довольно! – грянул голос Дамблдора.

Старик шагнул вперед, и вокруг него взметнулась аура колоссальной магической мощи. Воздух сгустился, грозя раздавить технику и людей. В руке директора сверкала Бузинная палочка.

– Ты зашел слишком далеко, Гарри! Ты принес в наш мир разрушение, магловское оружие и раскол! Ты убил чистокровных волшебников! Ты разорвал священные узы брака! Ради Высшего Блага я вынужден лишить тебя разума и заточить там, где ты больше никому не навредишь!

Дамблдор взмахнул палочкой, собираясь обрушить сокрушительное заклятие абсолютного подчинения.

Гарри даже не дрогнул. Он просто посмотрел на капитана Круза.

– Огонь по готовности, капитан.

Спаренная двадцатимиллиметровая турель бронетранспортера М577, наведенная компьютерной системой слежения, не знала понятий «Высшее Благо» и «Великий Светлый маг». Она знала только скорость наведения в сорок градусов в секунду и скорострельность две тысячи выстрелов в минуту.

Очередь бронебойно-зажигательных снарядов разорвала Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора на части вместе с его радужными мантиями, защитными барьерами и Бузинной палочкой в долю секунды. Камни замковых ворот позади него превратились в крошево, окрашенное багровым.

Над Хогвартсом повисла мертвая, парализующая тишина. Ни один волшебник, ни один мракоборец не посмел даже пошевелить пальцем. Они смотрели на двухсотлетнюю легенду, стертую в порошок технологией будущего, и в их душах поселился первобытный ужас.

Гарри повернулся к корчащемуся на земле брату. Годрик смотрел на него снизу вверх, трясясь от страха, потеряв всю свою надменность, весь лоск Избранного.

– Живи с этим, братец, – тихо сказал Гарри. – Живи в этом замке, гордись своим шрамом и помни: ты ничто. Пустышка, раздутая двумя мертвецами. Если я когда-нибудь узнаю, что ты или кто-то из твоих дружков попытался найти нас — мы вернемся. И тогда мы просто сбросим на этот замок ядерную бомбу с орбиты. Это единственный надежный способ очистить территорию.

Гарри развернулся, обнял за плечи Лили и Аманду и повел их к трапу челнока.

– Сворачиваемся, капитан, – бросил он Крузу. – Портальный маяк готов?

– Координаты прыжка зафиксированы, капрал! – гаркнул Круз. – Возвращаемся