Смерт

Бескрайнее измерение, скрытое от глаз смертных за плотной завесой небытия, тонуло в вечных сумерках. Здесь не существовало смены дня и ночи, не пели птицы и не шелестела листва. Однородное, тяжелое темно-серое небо нависало над землей, словно застывшая перед ударом буря, готовая обрушиться потусторонним шквалом. В воздухе клубились плотные, вязкие клочья черного дыма и ледяного тумана, внутри которых пульсировали, извиваясь причудливыми змеями, вихри ядовито-фиолетового свечения.

В самом сердце этой безмолвной пустоты вздымался величественный Замок Смерти. Его монолитные стены из черного камня уходили в бесконечность, а бесчисленные залы хранили тишину, древнее самого мироздания.

В глубине цитадели располагалась Великая Библиотека. Бесконечные ряды массивных стеллажей терялись во мраке под сводчатыми потолками. На этих полках покоились не трактаты и не поэмы. Там стояли миллионы, миллиарды книг — толстых и тонких, ветхих и совсем новых. Каждая книга хранила в себе судьбу одного смертного человека: от первого прерывистого вздоха младенца до предсмертного хрипа старика. В них было записано всё: ошибки, триумфы, сокровенные мысли и заранее отмеренный срок.

Перед одним из стеллажей замер хозяин этого места.

Юки. Бог смерти, первородный жнец, истинный синигами. Он не просто повелевал гибелью — он сам был Смертью во плоти, абсолютной и неизбежной. Бессмертный свидетель угасания вселенных.

Несмотря на древность своего существования, внешне он выглядел как молодой парень, поражающий своей мрачной, гипнотической красотой. Высокий — сто девяносто два сантиметра чистого, смертоносного изящества, — он стоял прямо, устремив взор на один из кожаных корешков. Короткие смоляно-черные волосы дерзко торчали в разные стороны, создавая легкий беспорядок, резко контрастировавший с его безупречной осанкой. Его фарфорово-бледная кожа казалась почти полупрозрачной в окружающем полумраке, а черты лица были тонкими и резкими. Но ярче всего выделялись глаза — пронзительные, чистейшие, небесно-голубые. Этот цвет ледяного зимнего неба резал сумрак, сияя странным, потусторонним светом из-под густых теней от ресниц.

Юки был одет в обтягивающую черную футболку с короткими рукавами, выгодно подчеркивавшую его мускулистый торс, и простые темно-серые брюки. В левом ухе металлическим блеском поблескивали несколько черных серег: изящные кольца и тонкая цепочка с подвеской в виде острого креста, тихо покачивавшаяся при каждом его движении.

Его бледную кожу густо покрывали черные татуировки, каждая из которых обладала сакральной силой. На шее и затылке сплетались острые, хищные, абстрактные узоры, напоминающие сложенные вороньи крылья; они плавно спускались по ключицам и переходили на плечи. На левой руке, от плечевого сустава и до самого локтя, чернел невероятно детальный рисунок человеческого черепа, объятого клубами темного пламени и острыми геометрическими орнаментами.

Рядом с ним, едва касаясь пола острым наконечником, покоилась его верная спутница — гигантская боевая коса, рассекавшая пространство по диагонали мрачным, подавляющим силуэтом.

Оружие было выковано в готическом, откровенно демоническом стиле из тяжелого темно-серого, почти антрацитового металла. Длинное древко обвивали рельефные шипастые элементы, плавно сужаясь к обоим концам. Нижний его край венчал массивный металлический шип, предназначенный для добивания жертв. Верхнюю часть древка украшала сложная литая гарда, усеянная острыми наростами, из которых свисали тонкие звенья металлических цепей разной длины, образующие изящные петли и тихо звенящие от неощутимого ветра.

Навершие оружия представляло собой ужасающий рогатый череп древнего демона. Из его пустых, провальных глазниц и распахнутой в беззвучном вопле пасти непрерывно изливалось пульсирующее, густое фиолетовое сияние. Огромное, тяжелое лезвие косы изгибалось широким полумесяцем вверх и влево. Внутренняя режущая кромка была объята потрескивающими фиолетовыми разрядами, сыпавшими искрами, которые таяли в черном дыму, окутывающем лезвие.

Один взмах этого клинка мог разрезать само полотно пространства и оборвать нить жизни любого существа.

Юки медленно провел бледными пальцами по корешку одной из раскрытых книг. Законы его измерения были строги: бог смерти не имел права вмешиваться в мир смертных без крайней надобности. Он был лишь сборщиком, тем, кто закрывает глаза усопшим и ведет их души во тьму. Но в последнее время баланс истончился. Появление Врат, магии, существ из других миров и чудовищных чужих энергий в мире людей создавало слишком много хаоса. Смерти стало слишком много, но хуже всего было то, что некоторые души ускользали от положенного им финала.

– Нарушители порядка... – глухим, бархатным голосом произнес Юки, и его ледяные глаза блеснули холодным огнем. – Они играют с границами, о которых не имеют ни малейшего понятия.

Он сделал шаг вперед, и фиолетовые молнии на лезвии его косы жадно затрещали, разгоняя окрестную мглу. Синигами уже несколько раз спускался на Землю, чтобы лично взглянуть на то, что происходит. И каждый раз после его присутствия в воздухе оставался неистребимый запах озона и бездны.

---

В то же самое время, за бесчисленными измерениями от мрачной обители жнеца, в сверкающем огнями вечернем Сеуле царила иная атмосфера.

В просторном, минималистично обставленном кабинете гильдии «Аджин» стояла тишина, нарушаемая лишь мерным гулом вентиляции. За массивным столом из темного дерева сидел человек, чье имя заставляло содрогаться монархов, правителей и охотников по всей планете.

Сон Джинву. Теневой Монарх.

Он сидел, откинувшись на спинку кожаного кресла, сцепив длинные пальцы в замок перед лицом. Мужественный, исключительно красивый, ростом ровно в сто девяносто сантиметров, он излучал ауру такой сокрушительной силы, что тени в углах комнаты сами собой сгущались и вибрировали, повинуясь малейшему изменению его настроения. Короткие черные волосы мягко спадали на лоб, а глубокие серые глаза, похожие на грозовые громовые тучи, были задумчиво устремлены в панорамное окно, за которым мерцал огнями ночной мегаполис.

В обществе давно ходили слухи. Пресса, охотничье сообщество, даже его близкие друзья и родные — все втайне, а порой и вслух, сводили его с Ча Хэ Ин. Сильнейшая мечница Кореи, великолепный охотник S-ранга, грациозная и безупречно красивая девушка. Многие считали их идеальной парой, логичным союзом двух великих сил.

Но внутри Джинву ничего не откликалось.

Он признавал, что Хэ Ин прекрасна. Она была честной, благородной, преданной своему долгу и невероятно сильной для человека. Но он не чувствовал к ней влечения как к женщине. В его сердце не разгоралось пламя, когда она находилась рядом. Став владыкой теней, бессмертным повелителем целой армии мертвецов, Джинву ощущал колоссальную бездну, пролегшую между ним и смертными людьми.

Она была слишком хрупкой. Слишком человечной. Ему не нужна была женщина, о которой нужно было тревожиться на поле боя или которую следовало оберегать от дуновения ветра судьбы. Его древняя, переродившаяся сущность требовала иного. Ему нужен был равный. Тот, кто сможет выдержать тяжесть его истинной натуры, кто не сломается под леденящим дыханием бездны, кто будет смотреть на него не снизу вверх с благоговением, а на равных — глаза в глаза.

Тихий стук прервал ход его мыслей.

Дверь приоткрылась, и на пороге появилась Ча Хэ Ин. На ней был строгий охотничий костюм, подчеркивающий подтянутую фигуру, короткие светлые волосы аккуратно уложены, а лицо выражало крайнюю степень сосредоточенности и тревоги.

– Джинву, ты свободен? – спросила она, сделав шаг в кабинет.

– Да. Проходи, Хэ Ин, – спокойно ответил он, выпрямляясь в кресле. Его серые глаза сфокусировались на вошедшей. – Что-то случилось?

– Более чем, – она подошла к его столу быстрым, решительным шагом. В руках у нее была плотная папка с грифом высшей секретности от Ассоциации Охотников. – Это касается серии недавних инцидентов. Рейды, обрушения подземелий, загадочные смерти высокоранговых монстров и даже нескольких преступников из гильдий.

Джинву слегка приподнял бровь, жестом предлагая продолжать.

Хэ Ин раскрыла папку и с легким шорохом веером разложила перед ним глянцевые фотографии.

– Джинву, посмотри сюда, – ее голос звучал непривычно напряженно.

Теневой Монарх опустил взгляд на снимки.

Фотографии были сделаны камерами наблюдения, нагрудными регистраторами погибших рейдовых групп и спутниковой оптикой в высоком разрешении. Разные локации: разрушенные улицы у врат A-ранга в Инчхоне, заброшенный карьер в провинции Кёнгидо, переулок в центре Сеула, где недавно был зафиксирован аномальный выброс магической энергии.

И на каждом снимке присутствовал один и тот же человек.

Парень высокого роста. На снимках отчетливо читалась его худощавая, но мощная стать. Черные волосы, стоящие торчком во все стороны, бледная кожа. Облегающая черная футболка, серые брюки. Черные татуировки, обвивающие шею подобием демонических крыльев и спускающиеся на плечи. Крупный череп на левом предплечье. Черные кольца и подвеска-крест в ухе.

Но более всего привлекало внимание лицо. На одной из фотографий парень смотрел почти прямо в объектив камеры видеонаблюдения, расположенной под козырьком разрушенного здания. Его пронзительные ярко-голубые глаза пылали неестественным светом, словно смеясь над попытками людей запечатлеть его тень.

А за его спиной в клубах фиолетового дыма едва угадывался колоссальный силуэт жуткого серповидного лезвия, объятого молниями.

– На всех местах странных происшествий замечен один и тот же человек, – произнесла Ча Хэ Ин, постучав аккуратным ногтем по фотографии, где парень стоял посреди дымящихся обломков. – Он не зарегистрирован ни в одной базе данных мира. Ни в Корее, ни в США, ни в Китае. У него нет ранга, нет имени, нет гражданства. Он появляется из ниоткуда и исчезает за секунду до прибытия спасательных отрядов.

Джинву не отвечал. Он медленно взял в руки один из снимков, внимательно изучая черты лица незнакомца.

– Мы провели анализ, – продолжала Хэ Ин, в ее голосе прозвучали жесткие нотки боевого охотника. – В каждом месте, где он был замечен, тела монстров или людей не имели стандартных ран от магии или оружия. Их жизненная сила просто выгорала до основания. Будто у них вырвали душу. Это не охотник, Джинву. Это чудовище нового типа. Мы должны выяснить, кто это. Если он причастен ко всем этим смертям... если он враг человечества, мы должны избавиться от него немедленно, пока он не нанес масштабный удар.

Ча Хэ Ин замолчала, ожидая от Джинву привычного холодного согласия, приказа развернуть тени на поиски или готовности лично уничтожить угрозу.

Однако Теневой Монарх молчал.

Его пальцы сжали снимок чуть сильнее. Джинву смотрел на этого парня — на Юки, имени которого он еще не знал. Но внутри Монарха проснулось древнее, первобытное чувство, которого он не испытывал со времен финальной битвы против других правителей.

Обычные охотники смотрели на фото и видели опасного бродячего пробужденного или монстра-гуманоида. Но Джинву видел сквозь пиксели и бумагу.

Его собственная тьма, дремавшая под кожей, внезапно заволновалась. Теневые солдаты в его бездонной тени затихли, не решаясь издать ни звука. Они чувствовали то же, что и их господин.

От этого запечатленного на фото незнакомца не исходило маны. Там не было привычной энергии охотников. От него веяло чистейшей, первородной Смертью. Не теневой магией воскрешения, которой владел Джинву, а истинным покоем, вечным забвением, силой столь древней и могущественной, что перед ней померкли бы даже древние Владыки.

И этот взгляд. Небесно-голубые глаза смотрели с бумаги холодно, уверенно и абсолютно без страха. Словно этот темноволосый парень с татуировками на шее сам держал в ладонях жизни всех живущих на этой планете.

Сердце Джинву пропустило неожиданный, тяжелый удар.

Впервые за долгие месяцы томительной рутины, в которой он задыхался среди смертных проблем, серые глаза Теневого Монарха вспыхнули ярким, потусторонним фиолетово-синим пламенем. Губы тронула едва заметная, хищная полуулыбка.

– «Избавиться»? – негромко переспросил Джинву, и от звука его голоса температура в комнате мгновенно упала на несколько градусов.

Ча Хэ Ин невольно вздрогнула, отступая на полшага. Она редко видела его таким. Этот взгляд... это был взгляд хищника, встретившего в бескрайней тайге равного себе зверя.

– Джинву?.. – неуверенно позвала она.

– Ты ошибаешься, Хэ Ин, – он медленно положил фотографию обратно на стол, поднялся во весь свой внушительный рост и оправил рукава черного пиджака. – Ты не сможешь от него избавиться. Ни ты, ни вся Ассоциация, ни все охотники S-ранга вместе взятые.

– О чем ты говоришь? Ты знаешь, кто он?

– Пока нет, – ответил Джинву, повернувшись к окну, где в отражении стекла мерцали его светящиеся глаза. – Но я знаю одно. Это существо пришло не из подземелий. И уж точно не людям решать его судьбу.

Он глубоко вдохнул, расправляя плечи. Тени под его ногами зашевелились, готовые по первому слову разорвать ткань пространства в поисках следа этого таинственного жнеца. Одиночество, сжимавшее грудь Монарха долгие месяцы, вдруг рассеялось, уступив место дикому, обжигающему азарту.

– Оставь материалы мне, – спокойно, но с непререкаемым авторитетом произнес Джинву, не оборачиваясь. – И передай Ассоциации строжайший приказ: никому не приближаться к нему. Если кто-то из людей встанет на его пути — они погибнут, даже не осознав, как это произошло.

– Но Джинву, что ты собираешься делать? – с тревогой в голосе спросила Хэ Ин.

Теневой Монарх слегка повернул голову, и в его грозовом взгляде плеснулась тьма вечности.

– Я найду его сам, – тихо ответил он. – И спрошу, что богу смерти понадобилось в моих владениях.