Сын Короля Монстров (Японская ветка)

Ночной воздух кладбища в Литтл-Хэнглтоне пах сырой землей, застарелой плесенью и близкой смертью.

Кубок Трех Волшебников с глухим стуком упал на траву, поблескивая синеватыми искрами в лунном свете. Годрик Поттер, второй чемпион от Хогвартса, упал на колени, судорожно хватая ртом воздух. Он дрожал всем телом, сжимая в слабеющих пальцах волшебную палочку.

– Где мы?.. Гарри, черт возьми, куда ты нас затащил?! – визгливо выкрикнул Годрик, озираясь на мрачные надгробия. – Это ловушка! Директор Дамблдор предупреждал…

Гарри Саэгуса даже не посмотрел на своего биологического брата. Стоя посреди полуразрушенных могил, он выпрямился во весь рост. Обычная мантия Шармбатона трещала на его широких плечах. Он не чувствовал страха. Он чувствовал запах.

Запах гнили, темных ритуалов и дешевого человеческого высокомерия.

– Заткнись, Годрик, – спокойно, с низкой вибрацией в голосе произнес Гарри. Его янтарные глаза с вертикальными черными зрачками хищно блеснули в полутьме. – Гости уже здесь.

Из-за памятника ангелу смерти вынырнула сгорбленная фигура в плаще, баюкавшая в руках уродливый сверток. Питер Петтигрю хрипел, волоча за собой тяжелый бронзовый котел.

Ритуал воскрешения начался без промедления. Годрик попытался вскочить, но Петтигрю с неожиданной сноровкой оглушил его заклятием, привязав к надгробному камню Тома Реддла-старшего. Гарри не вмешивался. Он наблюдал. Ему было любопытно. В его жилах текла кровь древнейшего существа планеты, и жалкая магия волшебников казалась ему лишь забавной иллюзией.

– Кость отца, отданная без согласия… плоть слуги, пожертвованная добровольно… кровь врага, взятая силой!..

Хвост метнулся к Гарри с кривым ритуальным кинжалом, целясь в предплечье. Гарри даже не шелохнулся, позволив лезвию рассечь кожу. Но вместо алой человеческой крови из пореза брызнула темная, фосфоресцирующая изумрудно-голубая жидкость. Стальной клинок с шипением начал плавиться прямо в руках Пожирателя Смерти, выделяя едкий пар.

– Ч-что это?.. – взвыл Петтигрю, отбрасывая раскаленную рукоять и спешно капая ядовитую кровь в бурлящее зелье.

Котел взорвался клубами багрового и черного дыма. Жидкое пламя взметнулось к небесам. Из пелены медленно шагнул высокий, змееподобный силуэт с бледной кожей и рубиновыми глазами.

Волан-де-Морт вернулся.

– Наконец-то, – прошелестел холодный, лишенный человеческих нот голос. Темный Лорд оглядел свои тонкие костлявые пальцы, принял из рук скулящего Хвоста палочку и повернулся к надгробиям.

Через мгновение пространство разорвали звуки множественных аппараций. В круг встали слуги в серебряных масках: Малфой, Нотт, Крэбб, Гойл. Они пресмыкались, целовали подол мантии хозяина, пока тот упивался собственным триумфом.

– Мои верные друзья… – раздался шепот Волан-де-Морта. – Тринадцать лет. Но сегодня мы завершим то, что начали. Смотрите, перед нами Годрик Поттер, так называемый Мальчик, Который Выжил. Маленький трус, спасенный случайностью.

Годрик, пришедший в сознание, зарыдал, дергаясь в веревках.

– Но рядом с ним… – взгляд Темного Лорда скользнул к Гарри, и в красных глазах мелькнуло удивление, смешанное с отвращением. – Его брат. Мальчишка, которого сочли ничтожеством и вышвырнули вон. Я чувствую в тебе странную силу, щенок. Но сегодня вы оба сгинете. Волшебный мир признает только одного истинного повелителя!

– Ты слишком много болтаешь, червь, – ровным тоном перебил его Гарри.

Пожиратели Смерти ахнули. Люциус Малфой вскинул палочку:

– Молчать, магл! Ты смеешь говорить с Темным…

– Вы все слепцы, возомнившие себя богами на этой крошечной кучке грязи, – усмехнулся Гарри. В глубине его груди зародился тихий гул, от которого задрожали могильные плиты под ногами волшебников. – Мой отец учил меня, что истинная сила не требует громких речей.

Волан-де-Морт оскалился, его лицо исказила гримаса ярости:

– Твой отец?! Твой отец лежит в земле, мальчишка! А ты… ты даже не представляешь, с чем столкнулся. Я превзошел саму человеческую природу. Я подчинил тайны магии, которые не снились даже Салазару Слизерину!

Темный Лорд раскинул руки в стороны. Черный вихрь окутал его тело. Воздух сжался с чудовищным свистом, земля под кладбищем застонала, трескаясь на сотни метров вокруг.

– Узрите истинное величие! – раздался громовой многоголосый вой.

Тело Волан-де-Морта стало стремительно раздуваться и деформироваться. Плоть рвалась, вытягиваясь в колоссальную чешуйчатую массу. Тьма и зеленый огонь окутали монстра, поднимающегося все выше и выше над холмами.

Через мгновение на кладбище опустилась тень исполина. Сорок пять метров в высоту. Изумрудно-черная чешуя толщиной с танковую броню. Массивное змеиное тело венчали восемь чудовищных голов гигантского Василиска, из пастей которых капал разъедающий гранит яд, а шестнадцать глаз горели смертоносным золотом.

Анимагическая форма, доведенная темными ритуалами до апогея кошмара.

– Мерлин помилуй… – выдохнул Годрик, теряя сознание от ужаса. Пожиратели Смерти попятились, дрожа и закрывая глаза руками, чтобы не погибнуть от взгляда собственного господина.

Восемь пастей разом раскрылись, извергая шипение, от которого заложило уши:

– ЧТО ТЫ ТЕПЕРЬ СКАЖЕШЬ, НАСЕКОМОЕ?!

Гарри Саэгуса лишь медленно покачал головой.

– Ты думаешь, сорок пять метров ядовитого мяса делают тебя королем? – произнес он, и его голос больше не был человеческим. Он звучал так, словно терлись друг о друга тектонические плиты. – Позволь показать тебе, кто на этой планете настоящий хищник.

Гарри сорвал с себя остатки одежды.

Воздух вокруг него наполнился треском статического электричества. Уровень радиации подскочил до критических величин, заставив траповые дозиметры, будь они здесь, зашкалить за доли секунды. Мышцы юноши набухли, разрывая кожу, которая мгновенно зарастала угольно-черной бронированной шкурой кайдзю. Кости с треском удлинялись, перестраиваясь.

Сзади с сокрушительной силой вырвался массивный хвост, крушащий надгробные монументы в щебень. Рост Гарри стремительно перевалил за десять, двадцать, сорок, пятьдесят метров!

На спине чудовища вспыхнули и поднялись к небу гигантские спинные пластины – острые, зазубренные, словно расколотый фиолетовый хрусталь, напоминающий древние лезвия эпохи Миллениум. Пасть наполнилась рядами кинжальных зубов, мощные лапы с когтями, способными вскрывать субмарины, глубоко погрузились в расколотую землю.

Шестьдесят метров титанической первобытной мощи.

Гарри запрокинул массивную голову к грозовым тучам и издал тот самый легендарный звук.

СКРИИИИ-ООООННК!

Металлический, вибрирующий, оглушающий рев Годзиллы прокатился по равнинам Англии, выбивая стекла в домах за десятки миль от Литтл-Хэнглтона.

Восемь голов Василиска отшатнулись назад. Смертоносный взгляд чудовища, убивавший любого смертного, встретился с холодными янтарными глазами Годзиллы. И ничего не произошло. Радиоактивный метаболизм и клетки Короля Монстров мгновенно нейтрализовали проклятие взгляда.

– НЕВОЗМОЖНО! – прошипели пасти Василиска.

Восемь змеиных шей метнулись вперед, пытаясь обвить и разорвать тело гиганта. Три головы впились зубами в плечо Гарри, впрыскивая тонны смертоносного яда. Но яд Василиска просто сгорел в радиоактивной крови молодого кайдзю.

Гарри оскалился. Его правая лапа с чудовищной скоростью метнулась вперед, перехватывая две змеиные шеи, и одним сжатием превратила их в кровавое месиво.

Василиск взвыл от боли, оставшиеся шесть голов забились в конвульсиях.

Гарри сделал шаг вперед, земля сотряслась от удара многотонной стопы. Он развернулся всем корпусом, и его массивный хвост, рассекая воздух со свистом реактивного снаряда, врезался в бок змеиного титана. Сорок пять метров Василиска буквально смело с холма, впечатав в древний склеп, который разлетелся в пыль.

Пожиратели Смерти в панике пытались аппарировать, бросая своего повелителя. Те, кто замешкался, были раздавлены ударной волной от шагов Годзиллы.

Василиск, шипя от ярости и страха, попытался подняться, изрыгая во все стороны потоки ядовитого пламени и кислоты. Но Гарри уже не обращал на это внимания.

Его спинные пластины вспыхнули.

От кончика хвоста до затылка зазубренные гребни налились ослепительным, раскаленным добела оранжево-красным и синеватым ядерным светом. Воздух вокруг нагрелся до температуры доменной печи. Озон трещал, гранит под ногами Гарри плавился, превращаясь в стекловидную лаву.

Гарри открыл пасть.

Тепловой луч чистого атомного пламени прорезал ночное небо.

Поток энергии ударил прямо в скопление змеиных голов. Земля взорвалась огненным смерчем. Три головы испарились мгновенно, превратившись в радиоактивный пепел. Ударная волна колоссального луча пробила гигантскую тушу насквозь, выжигая внутренности темного мага.

Волан-де-Морт понял, что смерть стоит перед ним в полный рост. Теряя остатки жизненных сил и оставшиеся три изувеченные головы, он насильственно прервал анимагическую трансформацию. Окровавленный, обугленный обрубок человеческого тела вывалился из пламени и, издав нечеловеческий стон, судорожно закрутился на месте, спасаясь экстренной аппарацией в неизвестность.

Вместе с ним исчезли жалкие остатки его свиты.

На кладбище воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском горящих надгробий.

Гарри медленно выдохнул клуб радиоактивного дыма. Он перевел взгляд вниз, на потерявшего сознание Годрика Поттера, лежащего среди оплавленных камней. Пластины на спине молодого титана плавно погасли. Очертания чудовища подернулись рябью, и спустя минуту посреди дымящегося кратера вновь стоял юноша, укутанный лишь плотным паром от остывающего тела.

Подойдя к кубку, Гарри поднял его за ручку, схватил брата за шкирку и активировал порт-ключ.

---

Появление победителей на арене Хогвартса вызвало шок.

Вместо триумфального финала зрители увидели дымящуюся воронку на траве стадиона. Годрик Поттер валялся без чувств, покрытый ожогами и сажей, а рядом стоял Гарри Саэгуса – целый, невредимый, с холодным взором хищника, чей авторитет не смеет оспаривать ни одна тварь на земле.

Джеймс и Лили Поттер с воплями бросились к младшему сыну. Дамблдор с побледневшим лицом поспешил навстречу, сжимая в руке Бузинную палочку.

– Гарри!.. Что произошло? Где вы были?! – закричал Джеймс, не решаясь подойти к старшему сыну, от которого ощутимо веяло нечеловеческой угрозой.

– Волан-де-Морт вернулся, – бросил Гарри, не удосужившись взглянуть на биологических родителей. – И он сбежал, поджав свой обрубленный хвост.

Министр магии Корнелиус Фадж, наблюдавший за всем из ложи, побагровел:

– Чушь! Нелепая ложь! Мальчишка сошел с ума! Тот-Кого-Нельзя-Называть мертв! А этот… этот монстр из Шармбатона пытается устроить панику!

Флёр Делакур пробилась сквозь оцепление авроров и бросилась к Гарри, невзирая на крики судей.

– Гарри! Ты не ранен? – Ее пальцы коснулись его плеча, и она с облегчением выдохнула, не почувствовав даже царапины.

– Все кончено, Флёр. Пока кончено, – мягко ответил он на французском, и в его взгляде на мгновение проступило человеческое тепло.

Однако британское Министерство не собиралось мириться с крушением своей иллюзорной безопасности.

---

Спустя три дня после завершения турнира, когда иностранные делегации готовились к отбытию, Министерство магии нанесло подлый удар.

Фадж, подстрекаемый Долорес Амбридж и собственным паническим страхом, решил устранить неудобного свидетеля до того, как тот покинет Британию. Они не понимали природы Гарри, считая его опасным незарегистрированным гибридом-магизоологом, подлежащим уничтожению ради «спокойствия общества».

Ночью, на пустынном берегу Черного озера, куда Гарри вышел прогуляться в ожидании французской кареты, температура резко упала.

Трава покрылась коркой серого льда. Вода в озере застыла, затянутая мутным панцирем. Из темноты Запретного леса бесшумно выплыли две массивные черные тени в гниющих саванах.

Дементоры Азкабана. Секретное распоряжение Министерства: поцелуй на месте, списать на несчастный случай.

Они приближались, вытягивая из мира радость, надежду и тепло. Воздух заполнился шепотом забытых кошмаров.

Гарри остановился. Он даже не достал волшебную палочку – изящный прут из тиса, лежавший в его кармане лишь ради формальностей Шармбатона.

– Вы питаетесь отчаянием смертных? – тихо спросил он, повернувшись к тварям. – Жалкие паразиты. В моем сердце горит огонь, порожденный рождением атома. Вы хотите тепла?

Дементоры замерли, почуяв нечто чуждое. Они попытались отпрянуть, но было поздно.

Гарри поднял руку. Его ладонь мгновенно покрылась черной чешуей, а вены засветились ослепительным лазурным светом. Он не стал призывать глупого серебряного оленя или вызывать воспоминания.

Он просто выпустил импульс.

– Сгиньте.

Из ладони Гарри вырвалась концентрированная волна атомного пламени. Это не была магия – это был чистый термоядерный распад. Твари пустоты даже не успели закричать. Их бесплотные, неуязвимые для обычных заклятий тела вспыхнули ярче солнца и за доли секунды распались на атомы, не оставив после себя даже пепла. Лед на озере растаял, вода мгновенно закипела, поднимая клубы пара.

Прячущийся в кустах сотрудник министерской службы наблюдения выронил блокнот и в ужасе бросился бежать.

---

На следующее утро зал заседаний Визенгамота был переполнен.

Гарри Саэгуса сидел в центре каменного зала, прикованный к стулу зачарованными цепями. Впрочем, цепи были натянуты чисто символически – Гарри держал руки на коленях, и сталь жалобно скрипела всякий раз, когда он слегка шевелил пальцами.

На трибунах сидели чиновники в вишневых мантиях. Во главе судейской коллегии восседал Корнелиус Фадж, рядом с ним слащаво улыбалась Долорес Амбридж. Неподалеку стоял Альбус Дамблдор с непроницаемым выражением лица, а позади, на гостевых скамьях, расположились Джеймс, Лили и перебинтованный Годрик Поттеры.

– Гарри Джеймс Поттер, именующий себя Саэгуса! – визгливо зачитал Фадж. – Вы обвиняетесь в незаконном использовании чудовищной темной магии, уничтожении стражей Азкабана, сокрытии опасного анимагического статуса и попытке дестабилизации магического правопорядка!

– Я не признаю вашу юрисдикцию, Фадж, – спокойно ответил Гарри. – Я гражданин Японии, нахожусь под защитой французского министерства и являюсь официальным лицом международной организации. Ваши обвинения – бред перепуганного чиновника.

– Молчать! – рявкнула Амбридж, поправляя розовый кардиган. – Вы опасное существо, зверь, незаконно проникший в наше общество! Министерство не позволит чудовищам диктовать условия! По закону от 1709 года, опасные магические гибриды подлежат немедленной ликвидации!

Джеймс Поттер поднялся со своего места:

– Директор Дамблдор, неужели ничего нельзя сделать? Он все-таки мой сын… хотя бы частично…

– Увы, Джеймс, – тихо, с притворной скорбью произнес Дамблдор, глядя поверх очков-половинок. – Гарри пошел по пути тьмы. Его ядро заражено силой, превосходящей понимание светлой магии. Ради Высшего Блага… его силы должны быть заблокированы навечно, а сам он должен остаться в закрытом отделении Отдела Тайн. Это для его же безопасности.

Лили закрыла лицо руками. Годрик же злорадно ухмыльнулся, глядя на брата, затмившего его славу на кладбище.

У дверей зала стояли два дежурных аврора: высокая темноволосая женщина с короткими розовыми прядями и темнокожий волшебник с золотой серьгой в ухе.

Нимфадора Тонкс незаметно переглянулась с Кингсли Бруствером.

– Это безумие, Кингсли, – шепнула она по скрытому каналу связи. – Они собираются казнить парня, который спас их национального героя и уничтожил тварей Сам-Знаешь-Кого. Фадж окончательно спятил.

– Не только Фадж, – так же тихо отозвался Кингсли. – Дамблдор боится его силы. Он не может ее контролировать. Но смотри на его часы. Время вышло.

В этот момент Гарри усмехнулся.

– Высшее Благо, директор? Вы так и не поняли. Мир больше не принадлежит старикам с деревянными палочками.

Вдруг стены зала номер десять содрогнулись.

Глубокий, низкий гул, шедший из самых недр земли, заставил вибрировать каменные скамьи. Люстры под потолком жалобно зазвенели. Пыль посыпалась на головы верховных магов.

– Ч-что это?! Землетрясение в Лондоне?! – заверещал Фадж, хватаясь за край стола.

– Нет, министр, – спокойно произнес Гарри. Цепи на его руках с сухим треском лопнули, распавшись на мелкие звенья. – Это мои опекуны. У них закончилось терпение.

Стена зала судебных заседаний взорвалась.

Огромный стальной бур фантастической боевой машины буквально вспорол многовековую гранитную кладку Министерства Магии. С визгом гидравлики переборки разошлись в стороны. В пролом хлынул ослепительный свет прожекторов и густой дым.

В зал стройными рядами, держа на изготовку штурмовые энергетические винтовки типа «Мазер», ворвались бойцы Сил Защиты Земли в черной высокотехнологичной броне. Во главе отряда шел капитан Дуглас Гордон. В длинном кожаном пальто, с неизменной сигарой в зубах и тяжелой японской катаной за спиной, он выглядел так, будто явился завоевывать этот мир лично.

Рядом с ним спешил лейтенант Шиничи Одзаки, держа руку на рукояти пистолета, а следом шла Мики Саэгуса.

– Всем бросить палочки на пол! – прогремел командный голос Гордона, перекрывая шум сирен. – У вас ровно три секунды, пока мои парни не превратили этот подвал в братскую могилу!

– Нападение маглов! Авроры, к бою! – завизжал Фадж, вскакивая на ноги.

Несколько членов Визенгамота и верные министру авроры выхватили палочки, но Тонкс и Кингсли мгновенно среагировали.

– Ступефай! Экспеллиармус! – выкрикнула Тонкс, посылая заклинания в спины министерских палачей.

Кингсли взмахнул палочкой, воздвигая мощный силовой щит «Протего Максима», отсекая паникующих чиновников от ударной группы Сил Защиты Земли.

– Аврорат, сложить оружие! – гаркнул Бруствер, встав плечом к плечу с Одзаки. – Министерство нарушило Женевскую конвенцию и международные протоколы о ненападении! Этот суд незаконен!

– Предатели! – взвыла Амбридж, поднимая палочку на Тонкс, но Гордон сделал один молниеносный шаг вперед.

Раздался свист ножен. Лезвие катаны рассекло воздух в миллиметре от носа жабоподобной чиновницы, аккуратно перерубив ее палочку пополам. Долорес упала на задницу, издав предсмертный писк, и потеряла сознание от ужаса.

– Терпеть не могу розовый цвет, – сплюнул Гордон, выпуская кольцо дыма. Затем он повернулся к Гарри: – Ты долго заставляешь нас ждать, парень. Твоя мать уже извелась.

Мики подошла к Гарри, с нежностью коснулась его плеча и тихо произнесла:

– Ты молодец, Гарри. Но игра закончилась. Взгляни наверх.

Свод Министерства затрещал.

Снаружи, через разбитый купол Атриума, пробивались отблески зеленого и черного огня. Воздух наполнился громоподобным шипением, которое Гарри узнал бы из тысячи.

Волан-де-Морт.

Оставшиеся в живых Пожиратели Смерти провели над своим господином ритуал экстренной регенерации на крови пленных маглов и темных зельях. Зная, что Министерство собралось в полном составе на суд, Темный Лорд решил нанести удар в самое сердце Британии, уничтожив и магов, и маггловскую интервенцию разом.

С потолка посыпались многотонные глыбы. Крыша Визенгамота рухнула, открывая вид на горящий Лондон.

На руинах Атриума возвышался гигантский Василиск. Его тело было изуродовано шрамами, но на месте оторванных голов выросли новые – искаженные, источающие багровый гной и первородное темное пламя.

– ДАМБЛДОР! МИНИСТЕРСТВО! СДАВАЙТЕСЬ ИЛИ ПОГРИБИТЕСЬ В ПЕПЛЕ! – ревели пасти чудовища.

Дамблдор побледнел, поднимая Бузинную палочку.

– Орден Феникса, за мной! Мы должны…

– Стоять на месте, старик, – железная хватка Гордона опустилась на плечо директора. Капитан приставил дуло крупнокалиберного пистолета прямо к виску Альбуса. – Вы здесь больше ничем не командуете. Ваше время вышло. Одзаки, арестовать всех членов так называемого Ордена и министерскую верхушку за пособничество и создание угрозы планете.

– Слушаюсь! – козырнул Шиничи, и бойцы СЗЗ, поддержанные Тонкс и Кингсли, начали брать в кольцо обескураженных волшебников, заковывая их в нейтрализующие наручники.

– Но чудовище!.. Оно уничтожит всех нас! – закричала Лили Поттер, прижимая к себе рыдающего Годрика.

Гарри шагнул вперед, выходя на открытое пространство разрушенного зала.

– Оно не тронет никого, кроме меня, – не оборачиваясь, бросил юноша.

Его фигура окуталась фиолетовым сиянием.

– Гарри, – окликнула его Мики через мысленную связь. – Твой отец наблюдает со дна Ла-Манша. Не подведи его.

– Я знаю, мама, – ответил он.

Перед глазами оцепеневших магов Гарри Саэгуса взмыл в воздух на столбе ядерной энергии и начал стремительно расти.

За секунды разрушенные залы Министерства заполнила колоссальная тень. На обломки Атриума, круша мрамор и золотые статуи, ступила шестидесятиметровая поступь Короля. Зубчатые фиолетовые гребни на спине резали низкие лондонские тучи.

– ТЫ СНОВА ЗДЕСЬ, ОШИБКА ПРИРОДЫ?! – взревел восьмиглавый Василиск, бросаясь на Годзиллу всем весом своего сорокапятиметрового тела.

Битва была яростной, но недолгой.

Василиск попытался применить все свое темное мастерство: из его пастей вырывались потоки адского пламени, смертоносные проклятия, способные стирать города, и океаны кислоты. Но броня Годзиллы Миллениум выдерживала прямое попадание противобункерных ракет и космических лучей. Проклятия темной магии лишь поглощались радиоактивным ядром титана, делая его еще сильнее.

Гарри сделал выпад. Его челюсти сомкнулись на главной шее Василиска. С чудовищным хрустом костей Годзилла оторвал голову предводителя тьмы и отбросил ее в сторону.

Хвост кайдзю снес оставшиеся опоры, и Василиск рухнул на развалины министерского фонтана.

Восемь пастей стонали, истекая черной жижей. Волан-де-Морт впервые в своем бесконечном кошмаре почувствовал не просто поражение – он почувствовал ничтожность своего существования перед лицом первобытной силы Земли.

Спинные пластины Гарри вспыхнули нестерпимым белым светом. Энергия поднялась по позвоночнику, концентрируясь в груди.

Годзилла наступил лапой на хребет поверженного Василиска, прижимая его к земле с силой десяти тысяч тонн, и опустил морду прямо к извивающимся мордам чудовища.

– Ты хотел править пеплом, Том Реддл? – прозвучал низкий резонансный гул. – Стань им.

Атомный луч ударил в упор.

Ослепительная спираль термоядерного огня поглотила Василиска целиком. Не было ни крика, ни взрыва – материя распалась на субатомном уровне за десятую долю секунды. На месте темного лорда остался лишь остекленевший, пылающий кратер глубиной в тридцать метров, на дне которого не сохранилось даже воспоминания о Волан-де-Морте.

Никакие крестражи не могли удержать душу, чье физическое вместилище было дезинтегрировано чистым пламенем ядра планеты.

---

Над Лондоном занимался рассвет.

Гарри, вернувшись в человеческий облик, стоял на краю разлома в потрепанной, но целой форме Шармбатона. Воздух вокруг него очищался благодаря фильтрационным установкам Сил Защиты Земли.

На площади перед разрушенным входом в Министерство стояли на коленях закованные в антимагические кандалы чиновники: Корнелиус Фадж, Долорес Амбридж и весь состав Визенгамота. Чуть поодаль, под конвоем бойцов СЗЗ с мазерами, находился Орден Феникса во главе с Альбусом Дамблдором. Великий светлый маг выглядел постаревшим на сотню лет. Его палочка была изъята и упакована в контейнер для опасных артефактов.

– Гарри… мальчик мой… – попытался заговорить Дамблдор, поднимая усталый взгляд. – Ты не понимаешь… Статут о секретности… баланс сил… без меня начнется хаос…

– Статут мертв, старик, – холодно перебил его подошедший Гордон, пуская дым в лицо чародею. – Как и ваша изоляция. Мир изменился пятьдесят лет назад, когда проснулся первый Годзилла. Вы прятались в своих норах, играли в феодалов и ставили опыты на детях. Отныне так называемый «магический мир» переходит под прямой контроль Сил Защиты Земли и ООН. Все темные артефакты будут утилизированы, а преступники вроде вас пойдут под международный трибунал за создание угроз глобальной безопасности.

– Но Джеймс! Лили! Годрик! – взмолился Фадж. – Скажите им! Вы же герои!

Семья Поттеров стояла в стороне. Джеймс опустил голову, не в силах посмотреть в глаза старшему сыну. Лили плакала, прижимая к себе Годрика, который мелко дрожал и больше никогда в жизни не смел заикнуться о своем избранничестве.

Гарри прошел мимо них, даже не замедлив шага.

– Гарри… сынок… – тихо позвала Лили дрожащим голосом.

Юноша остановился на мгновение.

– Моя мать ждет меня на корабле, миссис Поттер, – не оборачиваясь, произнес он. – А мой отец сейчас возвращается в океан. Живите своей жизнью, если сможете. Вы больше для меня никто.

Он подошел к группе, где его ждали свои.

Тонкс, улыбаясь во весь рот со своими ярко-зелеными теперь волосами, отдала ему шутливую честь:

– Отличная работа, парень. Никогда не видела, чтобы ящерицы так лихо разбирались с глистами.

– Спасибо за помощь, Нимфадора, – с легкой улыбкой ответил Гарри. – Капитан найдет для вас и Кингсли достойное место в штабе.

– О, я уже согласна, только ради формы, – подмигнула метаморфомаг.

К Гарри подбежала Флёр Делакур. Глаза девушки сияли от слез и восхищения. Невзирая на остаточную радиацию, которую уже нейтрализовали специальные поля костюмов, она крепко обняла его за шею.

– Ты сумасшедший, Гарри Саэгуса, – прошептала она ему на ухо. – Но ты самый невероятный монстр, которого я когда-либо встречала.

– Я знаю, Флёр, – Гарри мягко обнял ее в ответ, чувствуя, как в глубине сознания, за тысячи миль отсюда, в темных океанских глубинах удовлетворенно заурчал гигантский древний разум его настоящего отца.

Планета была под защитой. И пока Годзилла и его сын стояли на страже этого мира, ни боги, ни темные маги, ни пришельцы из глубин космоса не смели надеяться на победу.