Огранчитель Поттер

В палате интенсивной терапии больницы Святого Мунго пахло сушёной полынью, стерилизующими зельями и застарелым страхом. За высокими окнами с закопчёнными стеклами шумел душный Лондон, переживавший тридцать первое июля 2022 года, но здесь, на четвертом этаже магического госпиталя, время словно застыло.

Вокруг центральной кровати замерли фигуры в мантиях. Джеймс Поттер, в чьих волосах уже давно пробилась заметная седина, нервно сжимал кулаки. Рядом с ним Лили Поттер не сводила полных слез зелёных глаз с лица лежащего юноши. Чуть поодаль, прислонившись к белой стене, стоял Сириус Блэк, чьё некогда аристократическое лицо покрывали глубокие морщины — следы нервного истощения и бесконечных рейдов. Римус Люпин, усталый и осунувшийся, тихо перебирал пальцами ремешок старой сумки. А во главе этого молчаливого караула возвышался Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор — нестареющий, с мерцающим блеском в глазах за стеклами очков-половинок, хотя на плечах великого мага лежал груз четырех тяжелейших десятилетий.

На койке шевельнулся Годрик Поттер — прославленный Избранный, национальный герой, Мальчик-Который-Выжил.

Вся его жизнь была грандиозным, расписанным по нотам маршем к славе. Всё началось той проклятой хэллоуинской ночью 2001 года в Годриковой Лощине. Тёмный Лорд явился лично, безжалостно оборвал жизни Чарльза и Дореи Поттер, защищавших родовое гнездо до последнего вздоха, но споткнулся о детскую кроватку. Когда пыль осела, среди руин нашли двух младенцев. Однако на лбу Годрика алел глубокий, сочащийся темной магией шрам в форме латинской буквы «V». Дамблдор без колебаний провозгласил его Избранным, победителем Волан-де-Морта.

О втором ребёнке, Гарри, предпочли забыть. Великий Светлый волшебник, исследовав ауру тихого зеленоглазого мальчика, безапелляционно объявил его сквибом — слабым, неспособным к великим свершениям фоном, который будет лишь отвлекать родителей от спасителя магического мира. Лили плакала, но авторитет директора был непререкаем. Джеймс, ослепленный величием подвига первенца, согласился. Малыша Гарри без лишнего шума отправили магловским родственникам — Дурслям, где он должен был затеряться в безликой серости пригорода.

А Годрика ждала золотая клетка славы. Никаких магловских школ — только индивидуальные уроки, лучшие фолианты, тренировки с Дамблдором, основы боевой магии и высшей трансфигурации с пелёнок. К одиннадцати годам он прибыл в Хогвартс уверенным в собственном божественном предназначении. Гриффиндор принял его с распростертыми объятиями. Годрик рос заносчивым, искренне презирал слизеринцев, считая каждого из них скрытым пожирателем, и свысока унижал робких пуффендуйцев.

Его школьные годы походили на авантюрный роман: на первом курсе вместе с верными оруженосцами, Роном Уизли и Гермионой Грейнджер, он остановил одержимого Квирелла. На втором — когда таинственный Наследник Слизерина начал обращать студентов в камень, Годрик проявил поразительную бдительность, случайно обнаружив заколдованный черный дневник у первокурсницы Джинни Уизли, и тут же передал артефакт Дамблдору, прекратив нападения в зародыше. Третий курс принес побег Питера Петтигрю из Азкабана и дементоров у ворот школы; тогда Годрик едва не разбился на квиддичном поле, но чудом выжил.

Четвёртый курс стал испытанием медными трубами. Кубок Огня выбросил его имя, сделав четвёртым чемпионом. Семья и крестный Сириус осыпали его поддержкой, хотя половина школы открыто завидовала и ненавидела Избранного за то, что тот вновь украл чужое сияние. На первом задании венгерская хвосторога подпалила Годрику метлу, мантию и задницу, спалив половину волос, но золотое яйцо он вырвал. На Святочном балу он гордо вышагивал с юной Джинни Уизли, едва не подравшись с Виктором Крамом из-за того, что Гермиона посмела пойти с иностранцем. На втором испытании на дне Черного озера, наглотавшись жаброслей от Невилла, Годрик спас Джинни, но демонстративно оставил на глубине маленькую Габриэль Делакур — Избранный не тратит силы на чужих заложников. Этот эгоистичный поступок охладил пыл многих поклонников, и даже Дамблдор с грустью заметил в юноше худшие черты молодого, спесивого Джеймса.

А в финале турнира в лабиринте погиб Седрик Диггори. Питер Петтигрю хладнокровно зарезал барсука, взял кровь Годрика, плоть слуги и кость отца, проведя ужасный ритуал. Возрожденный Волан-де-Морт устроил дуэль, в которой опыт ветерана сокрушил дерзость юнца. Годрик спасся лишь чудом, ухватившись за Кубок вместе с телом товарища.

Последовали мрачные годы. Фадж и «Ежедневный пророк» развязали против Поттеров травлю, пятый курс отравила розовая жаба Долорес Амбридж, пока грандиозная битва в Отделе тайн наконец не заставила Министерство признать очевидное. Но война, наступившая после окончания школы, оказалась кошмаром. Тёмный Лорд действовал из подполья, нанося точечные, безжалостные удары. Дамблдор свято верил в спасение заблудших душ и запрещал Ордену Феникса использовать летальные проклятия. В результате гибли лучшие молодые волшебники, а уцелевшие уходили, разочарованные бессилием старика.

Четыре долгих года после школы длилась кровавая бойня. И вот, три дня назад, в полуразрушенном атриуме Министерства Магии сошлись двое. Годрик Поттер и Лорд Волан-де-Морт.

Битва титанов сотрясала фундамент Лондона. Годрик, ведомый яростью и годами упорных тренировок, нанес решающий трансфигурационный удар, разорвавший тело чудовища. Но за долю секунды до распада Волан-де-Морт оскалился в предсмертной ухмылке. С кончика его белой тисовой палочки сорвался вибрирующий, гнилостно-фиолетовый луч. Невербальное древнее проклятие вонзилось прямо в низ живота Годрика. Герой рухнул без сознания, а мир праздновал победу.

И вот теперь веки героя дрогнули.

– Годрик! – вскрикнула Лили, бросаясь к кровати и стискивая сына в объятиях.

– Мам... задушишь... воздуха нет, – прохрипел Годрик, чье лицо стремительно наливалось пунцовым цветом.

– Ох, прости, милый, прости! – всхлипнула она, выпуская его.

– Ничего, мам, – криво усмехнулся юноша, пытаясь сесть. – Мы победили? Он сдох?

– Окончательно и бесповоротно, сын мой, – Джеймс с гордостью хлопнул парня по плечу. – Ты сотворил историю. Весь волшебный мир пьет за Поттеров уже третьи сутки!

– Только... странно как-то, – Годрик нахмурился, положив ладонь на живот. – Будто внутри всё выжжено ледяным огнем. Ноги ватные.

– Мы пригласили лучших специалистов Мунго, мальчик мой, – мягко проговорил Дамблдор, поглаживая бороду. – Раны победителя затянутся. Главное — Свет восторжествовал во имя Высшего Блага.

Дверь скрипнула, и в палату вошел главный целитель отделения тяжелых магических травм, целитель Сметвик. Лицо его было бледнее больничной простыни, а пальцы сжимали пергаментный свиток так, словно тот был ядовитой змеей.

– Целитель, – с облегчением выдохнул Сириус. – Ну что там? Когда наш жеребец сможет покинуть эту богадельню и закатить настоящий пир у меня на Гриммо?

– Сметвик, не томите, – с теплой улыбкой добавил Римус. – Мальчик вне опасности?

– С точки зрения витальных функций... да, – медленно начал целитель, избегая смотреть в глаза Джеймсу. – У меня есть две новости. Хорошая заключается в том, что физической жизни мистера Годрика Поттера ничто не угрожает. Мы нейтрализовали остаточный некроз тканей. Он сможет ходить, колдовать и жить полноценной светской жизнью.

– Ну вот и славно! – радостно хохотнул Годрик. – Значит, мы с Джинни сможем сыграть свадьбу к Рождеству. Я обещал ей, что как только разделаюсь со змеемордым, мы заведем целый выводок маленьких львят. Дом в Годриковой Лощине уже ждет!

– Боюсь... здесь вступает в силу плохая новость, – голос Сметвика упал до шепота. – Мы провели шесть комплексных диагностик родовых каналов. Проклятие, которое использовал Тёмный Лорд перед гибелью, относится к категории древнейшей темной магии крови. Оно называется «Иссушение корня».

В комнате повисла тяжелая тишина. Лили первой почувствовала неладное.

– Что это значит, целитель? Объясните понятнее.

– Это значит, миссис Поттер, что половая система вашего сына подверглась необратимому клеточному и магическому коллапсу. Сперматозоиды полностью уничтожены, регенерация тканей невозможна. Магия этого проклятия сплавила семенные протоки на эфирном уровне. Мистер Годрик Поттер абсолютно, бесповоротно стерилен. Ни зелья, ни ритуалы, ни магия времени здесь бессильны.

Слова упали подобно ударам могильного молота.

– Что вы несете?! – взревел Джеймс, хватая целителя за грудки. – Вы понимаете, о ком говорите?! Это Годрик Поттер! Избранный! Наш род ведет начало от Певереллов!

– Мне бесконечно жаль, лорд Поттер, – Сметвик не отвел взгляда, хотя голос его дрожал. – Но медицина здесь бессильна. Род Поттеров по прямой линии прервется на Годрике. Детей у него не будет никогда.

Годрик застыл с открытым ртом. Глаза его расширились от дикого, животного ужаса:

– Нет... Альбус! Директор! Вы же можете всё! Скажите ему! Это бред! Я должен дать наследника! Я обещал Джинни! Я Поттер!

– Увы, мальчик мой... – Дамблдор впервые за многие годы выглядел по-настоящему растерянным. Его очки съехали на кончик носа. – Магия Жизни и Смерти тонка. Если сама сущность семени сожжена первородной Тьмой... даже слезы феникса не создадут жизнь из пепла.

Катастрофа. Это была абсолютная, сокрушительная катастрофа.

Джеймс рухнул на стул, обхватив голову руками. Он мечтал о поколениях гриффиндорцев, о продолжении славы, о внуках, которые будут с гордостью носить герб с золотым львом и оленем. Лили беззвучно рыдала, уткнувшись в плечо Люпина. Сириус грязно выругался, с силой пнув тяжелую тумбочку.

Дамблдор мысленно лихорадочно перебирал варианты. Его грандиозная шахматная партия дала критический сбой. Поттеры были его главным тараном. Он потратил десятилетия, вытравливая из них нейтральный серый прагматизм предков и прививая фанатичную приверженность идеям Света. Без наследников контроль над гигантскими сейфами, родовыми библиотеками и голосами Поттеров в Визенгамоте после смерти Джеймса и Годрика уплывет в руки дальних родственников, возможно даже темных фракций. Этого допустить было нельзя. Высшее Благо требовало продолжения династии!

Внезапно тяжелая дубовая дверь распахнулась без стука.

На пороге стоял гоблин в безупречно сшитом темно-бордовом костюме-тройке. В когтистых лапах он держал тяжелую серебряную папку с гербом банка «Гринготтс».

– Прошу прощения за вторжение, дамы и господа, – скрипуче произнес Крюкохват, окинув скорбную процессию острым, насмешливым взглядом. – Но дела наследства не ждут даже в дни великих трагедий.

– Крюкохват, пошел вон! – прорычал Сириус, выхватывая палочку. – Не до твоих счетов сейчас! У нас горе! Род Поттеров угасает!

– О, неужели? – гоблин оскалился, обнажив острые желтые зубы. – А вот архивы Гринготтса утверждают обратное, лорд Блэк. У меня для лорда и леди Поттер есть новости. Крайне любопытные.

– Если ты пришел издеваться над моим сыном, нечисть... – прошипел Джеймс, поднимая тяжелый взгляд.

– Вовсе нет, достопочтенный лорд, – поклонился гоблин с едва скрытым сарказмом. – Я пришел уведомить вас об автоматическом изменении статуса ветвей древа. Ваш второй сын, Гарольд Джеймс Поттер, жив, здравствует и ровно год назад вступил в законный брак. А пять месяцев назад стал счастливым отцом тройни. Родовая магия Поттеров среагировала на угасание наследника Годрика и автоматически признала старшего из новорожденных сыновей Гарольда прямым наследником первой очереди!

Слова гоблина разорвали скорбный воздух палаты почище взрывного проклятия.

– Что?! – Лили вскочила на ноги, ее лицо побелело. – Гарри? Но он... он же сквиб! Мы оставили его у Петуньи! Он живет где-то в Суррее обычной жизнью...

– Сквиб? Обычной жизнью? У Дурслей? – Крюкохват зашелся сухим, лающим смехом. – Какое восхитительное невежество, леди Поттер! Ваш младший сын не провел у маглов и сорока восьми часов. Его забрали оттуда сразу же после того, как ваш великий наставник оставил корзинку на пороге.

Альбус Дамблдор медленно выпрямился, его взгляд стал острее бритвы:

– Кто забрал мальчика, мистер Крюкохват? Защитные чары крови должны были скрыть его от посторонних.

– Чары крови бессильны против древних союзных договоров лорда Чарльза Поттера, директор, – осклабился гоблин. – Его забрали законные союзники дома Поттер. Семья Мэйбли.

В глазах Дамблдора промелькнуло редкое для него замешательство:

– Мэйбли? Магловские аристократы из Европы? Но при чем тут магический род?

– Магловские? – Крюкохват снова хохотнул. – Для невежественной магической Британии они маглы, верно. Но в остальном мире эта фамилия значит куда больше, чем все ваши министерства вместе взятые. Гарольд Поттер был воспитан как элитный Ограничитель. Он прошел через адские сражения с Новами — тварями из другого измерения, перед которыми ваши Пожиратели смерти показались бы ясельной группой. Год назад он взял в жены леди Элизабет Мэйбли, известную миру как «Несравненная Императрица», сильнейшую Пандору Европы и Западной Генетики. И теперь они подарили жизнь троим крепким, магически и физически совершенным детям.

Джеймс шумно выдохнул, его лицо озарила безумная надежда:

– Дети... У Гарри есть дети! Тройня! Значит, наш род не погиб! Альбус, ты слышишь?! Род продолжается!

Мозг Дамблдора заработал с бешеной скоростью, выстраивая новую, безупречную схему. Гарри жив. У него есть дети. Мальчик, безусловно, обижен, что его оставили, но он же Поттер! Кровь не водица. Достаточно мягко надавить на сыновний долг, объяснить высшую цель победы над Тьмой. Они призовут Гарри обратно в Англию. Один из его сыновей будет взят на воспитание Годриком и Джинни! Провести ритуал кровного усыновления — заменить материнскую кровь этой чужачки Мэйбли на кровь Джинни Уизли, освятить брак, и законный наследник Света продолжит линию Годрика под чутким присмотром Ордена! Если же непутевый младший сын заупрямится... что ж, во имя Высшего Блага Министерство имеет законы об обязательной опеке над несовершеннолетними наследниками древних родов.

– Это великое знамение, – торжественно изрек Дамблдор, поднимая руку. – Магия сама нашла путь. Гарри заблуждался в чужих землях, но пришло время вернуть его домой, в лоно семьи. Джеймс, Лили, Сириус — собирайтесь. Мы лично отправимся за моим заблудшим учеником и его потомством.

– На ком, ты говоришь, он женился? – с сомнением переспросил Сириус у гоблина. – На Пандоре? Это что, девчонка с магловскими пушками?

– Попробуйте сказать ей это в лицо, лорд Блэк, – осклабился Крюкохват. – Искренне советую перед отбытием обновить завещание.

---

Академия Западной Генетики, расположенная на неприступном побережье Японии, поражала своим размахом. Это был футуристический гигант из титана, бетона и защитных силовых барьеров, где воспитывали живое оружие человечества — Пандор, генетически модифицированных девушек, способных использовать стигматы для борьбы с внепространственными захватчиками Новами, и их напарников-Ограничителей.

Шестеро магов из Англии материализовались на внешней террасе главного жилого комплекса офицерского состава. Дамблдор, облаченный в парадную фиолетовую мантию с серебряными звездами, держал наготове Старшую палочку. За его спиной стояли взволнованные Джеймс и Лили, настороженный Сириус, хмурый Римус и бледный, но высокомерный Годрик, чью мантию украшал новенький Орден Мерлина первой степени.

– Директор, вы уверены, что аппарация была законной? – тихо спросил Люпин, озираясь на гигантские датчики, следящие за ними холодными синими объективами. – Мы вторглись на закрытый международный военный объект.

– Магия выше законов маглов, Римус, – снисходительно бросил Годрик. – Мы здесь ради будущего Поттеров. Мой братец должен быть счастлив, что о нем вообще вспомнили. Мы заберем детей в Британию, где они вырастут настоящими волшебниками, а не прислугой у железяк.

– Тише, мальчик мой, – мягко остановил его Дамблдор. – Проявим терпение и пастырскую заботу.

Автоматические створки бронированных дверей бесшумно разъехались. На залитую солнцем террасу вышли люди, и от их ауры воздух вокруг магов внезапно стал густым и тяжелым, словно ртуть.

Впереди шел молодой мужчина двадцати одного года. Высокий, широкоплечий, в строгой темной форме Ограничителя высокого ранга. Его темные волосы были коротко острижены, открывая точеные, волевые скулы. Никаких очков — изумрудные глаза смотрели холодно, расчетливо и абсолютно спокойно. На его безымянном пальце сверкало платиновое кольцо.

Рядом с ним шла женщина, чья красота заставила Джеймса и Сириуса затаить дыхание, а Лили — инстинктивно сжаться. Ослепительно светлые, золотистые волосы струились по плечам, идеальная осанка королевы, холодные синие глаза и аура такой сокрушительной, подавляющей мощи, что воздух вокруг нее дрожал от спонтанных микроразрядов энергии Вольт. Это была Элизабет Мэйбли — Несравненная Императрица.

А за их спинами полукругом замерли девушки, чьи имена гремели по всем военным базам планеты: улыбающаяся, но источающая ауру абсолютного монстра президент студсовета Шифон Фэйрчайлд; суровая «Неприкасаемая королева» Сателайза эль Бриджит; смуглая воительница Рана Линчен; насмешливая, поигрывающая изогнутыми кинжалами Арнетт Макмиллан; невозмутимая Тиси Фенил и строгая Ингрид Бернштейн. Каждая из них являлась крестной матерью для новорожденных наследников семьи Мэйбли-Поттер.

– Гарри... – ахнула Лили, делая шаг вперед и протягивая дрожащие руки. – Сынок... Это правда ты?

Мужчина даже бровью не повел. Его изумрудный взгляд скользнул по ней, как по пустому месту, и остановился на фигуре Дамблдора.

– Мистер Поттер, миссис Поттер, директор Дамблдор, – голос Гарри звучал ровно, как отсчет часового механизма. – Вы незаконно пересекли закрытое воздушное пространство суверенной базы Чевалье и частную территорию семьи Мэйбли. Назовите причину, по которой системы ПВО и отряды AST не превратили вас в пыль еще на подлете.

– Гарри, как ты смеешь так разговаривать с матерью?! – возмутился Джеймс, надуваясь от праведного гнева. – Мы твоя семья! Мы прилетели через полмира, чтобы исправить старую ошибку! Твой брат Годрик спас волшебный мир, победил Волан-де-Морта, но ценой великой жертвы! Он не может иметь детей.

Годрик выступил вперед, задрав подбородок:

– Слышь, братец. Я не виню тебя за то, что ты вырос среди маглов. Но долг крови зовет. Ты отдашь двоих своих детей нам с Джинни на воспитание. Мы дадим им фамилию Поттер, введем в Высшее общество Англии. Ты должен гордиться, что твое семя послужит возрождению величайшего рода победителей!

По террасе прокатился тихий, леденящий душу смешок.

Арнетт Макмиллан опперлась на перила, с издевкой разглядывая Годрика:

– Ой, девочки, вы только послушайте этого пудинга. Он считает, что дети Элизабет и нашего Гарри должны осчастливить его заплесневелый остров.

– Дерзкая девчонка! – рявкнул Сириус, вскидывая палочку. – Молчать, когда говорят лорды!

Воздух взорвался.

Гарри даже не поднял руки. Его глаза вспыхнули чистым, слепящим зеленым светом.

– Замораживание, – негромко произнес он.

Пространство рухнуло. Все физические законы террасы были перечеркнуты в миллисекунду. Волна «Фризинга» накрыла британских магов. Ни Джеймс, ни Сириус, ни Годрик не успели даже вздохнуть — их тела, гравитация, движение воздуха и даже течение магии в их венах застыли в стазисе абсолютного паралича. Они замерли, как нелепые восковые куклы с перекошенными лицами.

Только Дамблдор, призвав всю чудовищную мощь Старшей палочки и выставив вокруг себя трещащий серебряный кокон, с колоссальным трудом удержался на ногах, хрипя от нечеловеческого давления чужой воли.

– Что это за чары... – прохрипел старик, глядя на Гарри с неподдельным ужасом. – Ты... ты не можешь быть сквибом! Твоя сила...

– Я Ограничитель класса S, Дамблдор, – холодно ответил Гарри, медленно подходя ближе. – Я держу поле абсолютного контроля, в котором ваши жалкие трюки с деревянными палочками не стоят даже бумаги, на которой написаны ваши министерские законы.

Элизабет Мэйбли грациозно встала рядом с мужем, положив руку ему на плечо. Ее взгляд пронзил Дамблдора насквозь.

– Вы явились сюда, в мой дом, – в ее голосе звенела сталь, заставлявшая дрожать стены базы. – Вы бросили моего мужа на пороге магловского дома, как бродячую собаку, сочтя его бесполезным. Мой дед и отец воспитали его великим воином, равным которому нет среди мужчин этого мира. Мы проливали кровь в битвах за выживание всего человечества, пока вы играли в войнушки в своих замках. А теперь, когда ваш избалованный индюк оказался бесплоден, вы смеете требовать МОИХ детей? Наследников рода Мэйбли?

– Леди Мэйбли, послушайте голос разума! – взмолился Дамблдор, обливаясь потом под давлением поля. – Это необходимо во имя Высшего Блага! Род Поттеров — оплот Света! Мы можем договориться! Мы проведем кровное усыновление, мальчик станет частью великой истории...

– Убирайтесь, – отрезал Гарри.

Он сжал кулак, и поле Замораживания схлопнулось с оглушительным звуковым ударом. Магов отбросило назад. Сириус и Джеймс кубарем покатились по плитке, Годрик заскулил, держась за отбитый бок, а Лили разрыдалась от ужаса и бессилия.

– Если хоть один волшебник из Британии посмеет приблизиться к моим детям или переступить порог нашей резиденции, – тихо добавил Гарри, – я перестану сдерживать Пандор. И поверьте, ваш хваленый магический мир сгорит дотла за сорок восемь часов. Вон.

Дамблдор, сжав зубы от ярости и унижения, схватил Джеймса и Годрика за мантии и, активировав аварийный портключ, исчез в вихре перемещения.

---

Но Альбус Дамблдор не умел проигрывать. В его сознании, закаленном победами над Гриндевальдом и Волан-де-Мортом, не укладывалась мысль, что кто-то посмел бросить вызов Высшему Благу.

Вернувшись в Лондон, он развил бешеную деятельность. Используя весь авторитет Победителей, Поттеры и директор созвали экстренное заседание Визенгамота. Дамблдор произнес пламенную речь о «темных маглах-сектантах», захвативших в заложники законного сына рода Поттер и его потомство, о генетических экспериментах, оскверняющих чистую магию крови, и о долге каждого истинного мага спасти невинных младенцев.

Министерство Магии во главе с безвольным Фаджем объявило Чевалье экстремистской организацией. Была объявлена всеобщая мобилизация. Весь цвет британского Аврората — более сотни лучших боевых магов, остатки Ордена Феникса, отряды невыразимцев и наемников под предводительством лично Дамблдора, Джеймса и Сириуса — приготовились к беспрецедентной силовой операции. Был разработан ритуал массового взлома пространственных щитов.

– Мы вернем детей силой! – вещал Дамблдор перед строем авроров в Министерстве. – Мы спасем их души! Это битва за будущее магии!

Спустя три дня над нейтральными водами близ тихоокеанского форпоста Чевалье разорвалось гигантское пространственное окно. Сотня авроров на зачарованных метлах и с боевыми щитами вывалилась в реальный мир, намереваясь штурмом взять посадочные площадки центрального комплекса.

Но их уже ждали.

Вместо растерянных «маглов» в небе их встретили не птицы. С оглушительным ревом турбин воздух вспороли истребители поддержки AST (Anti-Siren Tactical), а на платформах замерли отряды специального назначения, оснащенные тяжелыми импульсными орудиями.

– Нарушители вошли в зону поражения, – раздался в эфире спокойный голос командира отряда. – Разрешено применение оружия категории «Анти-Нова».

– В атаку! Оглушить их! Конфундус! Ступефай! – истошно орал Джеймс Поттер, летя в авангарде.

Тысячи разноцветных лучей устремились к платформе.

Но навстречу им шагнула шестерка девушек.

– Пора преподать этим клоунам урок манер, – оскалилась Арнетт Макмиллан.

В ее руках материализовались ее Вольт-оружия — парные сверкающие клинки. Рядом с ней Клео Бранд распахнула свои боевые проекции. Сателайза, Ингрид и Тиси сорвались с места на скоростях, недоступных человеческому глазу.

«Ускоренный поворот!» (Accel Turn).

Для магов бой превратился в сущий кошмар. Женщины двигались быстрее звука, оставляя за собой оптические фантомы. Защитные чары «Протего» и даже сложнейшие родовые щиты лопались, как мыльные пузыри, при первом же соприкосновении с высокочастотными лезвиями Вольт-оружия. Пандоры не убивали — Гарри отдал строгий приказ не устраивать бойню, чтобы не пачкать руки, — но они калечили метлы, выбивали палочки и размазывали элитных авроров по бетонным перекрытиям с грацией разъяренных валькирий.

Шифон Фэйрчайлд, с мягкой, неизменной улыбкой на лице, одним движением ладони создала ударную волну воздуха, сдувшую сразу двадцать магов в океан, где их моментально вылавливали катера береговой охраны.

Дамблдор в ужасе понял, что его армия разбита за три минуты. Великие маги древнейшей цивилизации выглядели как дети, бросившиеся с прутиками на бронепоезд.

– Отступаем! Немедленно активировать аварийные... – начал командовать директор, вскидывая Бузинную палочку, собираясь обрушить на платформу пламя Адского огня.

– Куда собрался, дедуля? – раздался насмешливый голос над самым его ухом.

Арнетт Макмиллан возникла из воздуха за его спиной. Один удар ноги в бронированном сапоге выбил реликвию Смерти из рук величайшего светлого мага, сломав ему запястье. Дамблдор охнул и рухнул на колени. С другой стороны подошла высокая, атлетичная Клео Бранд, с хрустом разминая пальцы.

– Слушай, Арнетт, – задумчиво протянула Клео, поднимая с пола старинную, покрытую затейливой ре