Гари Поттер пилот ТНИ и муж сестры Сёгуна

Палата на четвертом этаже больницы Святого Мунго утопала в густом, приторном запахе заживляющих зелий и сушеного бадьяна. За высокими стрельчатыми окнами сияло яркое июльское солнце 2008 года, но здесь, в полумраке зачарованных штор, время словно застыло.

На широкой кровати лежал Годрик Поттер. На его бледном лбу все так же багровел шрам в форме латинской буквы «V» — знак, который семнадцать лет назад заставил весь магический мир склонить голову перед годовалым младенцем.

Вокруг постели победителя Темного Лорда собрались те, кто вершил судьбы магической Британии. Джеймс Поттер, заметно поседевший, но по-прежнему державший подбородок высоко, положил руку на плечо своей рыжеволосой супруги. Лили тихо всхлипывала, сжимая в ладонях тонкое больничное одеяло сына. Чуть в стороне стоял Сириус Блэк, нервно крутя в пальцах палочку, а рядом с ним Римус Люпин с застарелой тревогой во взгляде смотрел на фигуру у изголовья.

Альбус Дамблдор казался воплощением мудрости и спокойствия. Его серебристая борода струилась по расшитой звездами мантии, а в полуприкрытых глазах мерцало торжество, смешанное с глубоким расчетом.

Победа была достигнута. Несколько дней назад в атриуме Министерства Магии развернулась битва, достойная древних легенд. Годрик Поттер, Избранный, взращенный величайшими умами Ордена Феникса, сошелся в последнем поединке с Волан-де-Мортом. Четыре долгих года после окончания школы ушли на изнурительную партизанскую войну, в которой Дамблдор запрещал убивать, надеясь вернуть заблудшие души Пожирателей к свету. Орден нес потери, многие уходили, разочаровавшись в догматах «Высшего блага», но финал все же наступил. Темный Лорд пал, испепеленный собственной отрикошетившей яростью.

Но перед самым концом Волан-де-Морт успел сотворить последнее злодеяние. Сгусток мерзкого фиолетового пламени сорвался с тисового дерева и ударил Годрика прямо в низ живота.

Веки лежащего на подушках юноши дрогнули. Он медленно открыл карие глаза.

– Годрик! – вскрикнула Лили, бросаясь вперед и сжимая сына в объятиях так крепко, что затрещали больничные простыни.

– Мам… задушишь же, – прохрипел Годрик, чье лицо стремительно наливалось пунцовым оттенком.

– Ох, прости, мальчик мой, прости! – Лили торопливо отстранилась, отирая слезы шелковым платком.

– Ничего страшного, – с вымученной, но привычно снисходительной улыбкой отозвался Годрик.

Годы всеобщего поклонения не прошли даром. Он вырос именно таким, каким его лепили: гордым, уверенным в своем неоспоримом величии, презирающим слизеринцев и искренне считающим, что весь мир существует лишь как декорация к его подвигам.

– Как самочувствие, сын? – Джеймс с гордостью сжал плечо своего первенца. – Ты сокрушил его. Ты освободил нас всех.

– Вроде бы нормально, пап, – Годрик поморщился и осторожно коснулся ладонью живота под пижамой. – Только тянет как-то странно. Будто внутри все выжгли ледяным железом.

– Не волнуйся, мальчик мой, – мягко проговорил Дамблдор, подходя ближе. В его голосе звучала непоколебимая уверенность. – Мы дождемся вердикта целителей, но я не сомневаюсь, что магия победы способна исцелить любые раны. Скоро ты вернешься домой, к почестям, которые заслужил по праву.

– Конечно, – самодовольно осклабился Годрик. – Ведь теперь я наконец смогу сыграть свадьбу с Джинни. Мы говорили об этом… Большая семья, куча ребятишек. Все, как подобает истинным гриффиндорцам.

Дверь палаты тихо скрипнула. В комнату вошел главный целитель Мунго, почтенный волшебник в лимонно-желтой мантии. В руках он держал тяжелую папку с пергаментами, и выражение его лица заставило замолчать даже Сириуса, собравшегося было отпустить очередную казарменную шутку.

– Добрый день, лорд Поттер, директор, – сухо произнес целитель, останавливаясь у изножья кровати. – У меня есть для вас вести. Начнем с хорошей: жизни национального героя ничто не угрожает. Темные эманации рассеяны, жизненные соки циркулируют стабильно, физически мистер Поттер полностью восстановится через пару недель.

– Слава Мерлину! – выдохнул Сириус, широко оскалившись. – Значит, празднику быть!

– Я был уверен в тебе, сын, – Джеймс облегченно выдохнул.

– Однако, – целитель тяжело вздохнул и опустил взгляд в пергамент, – новости на этом не заканчиваются. Проклятие, поразившее мистера Поттера перед гибелью Сами-Знаете-Кого, относилось к разряду редчайших видоизмененных родовых порч древней Ассирии.

Лили побледнела:

– О чем вы говорите? Что с ним?

– Луч поразил репродуктивную систему, – отчеканил целитель, не решаясь смотреть в глаза матери. – Произошла необратимая деградация семенных каналов и полный некроз зародышевой ткани. Сперматогенез остановлен навсегда. Говоря простым языком: мистер Годрик Поттер абсолютно и безнадежно бесплоден. Никакие зелья, ритуалы или кровные трансфигурации здесь бессильны.

В палате повисла такая оглушительная тишина, что стало слышно, как за окном бьется о стекло шальная муха.

– Что… что вы сказали? – голос Годрика сорвался на визгливый фальцет. – Это бред! Я Избранный! Я победил Волан-де-Морта! Я обещал Джинни пятерых детей! Вы шарлатаны! Исцелите меня немедленно!

– Годрик, успокойся… – начал было Римус, но его лицо посерело.

– То есть… – Сириус шагнул вперед, сжимая кулаки, – вы хотите сказать, что род Поттеров…

– Прервется на Годрике, – безжалостно закончил целитель. – Мне искренне жаль.

Слова упали подобно могильным плитам. Джеймс отшатнулся, словно его ударили под дых. Все, о чем он мечтал втайне от Ордена — возрождение древнего рода, слава новой чистокровной ветви истинных гриффиндорцев, бесчисленные внуки с фамилией Поттер, правящие Визенгамотом, — рассыпалось в прах. Лили беззвучно рыдала, уткнувшись лицом в ладони.

Дамблдор замер, и его глаза за очками-половинками превратились в две ледяные щели. План, выстраиваемый десятилетиями, рушился на глазах. Поттеры должны были стать абсолютным бастионом его влияния, образцовой семьей Света, управляемой через Годрика и юную Уизли. Без наследников влияние семьи растает со смертью Годрика, а магия рода угаснет.

– Директор… – взмолился Годрик, в глазах которого плескался первобытный ужас. – Скажите ему! Вы же знаете магию лучше всех! Вы же можете вернуть мне… вернуть все назад?!

– Увы, мальчик мой, – тихо и горько проронил старец. – Есть законы мироздания, которые не переломить даже мне. Темная магия Тома была направлена на то, чтобы наказать нас после своей смерти.

Тишину, полную отчаяния и похоронного смрада рухнувших надежд, нарушил резкий, звонкий хлопок. Прямо посреди палаты из вихря искр материализовался гоблин. На нем был строгий черный костюм-тройка, а под мышкой он сжимал толстую кожаную папку с золотым тиснением Гринготтса.

– Приветствую благородных волшебников, – скрипучим, лишенным всякого сочувствия голосом произнес Крюкохват. – Лорд Поттер. Леди Поттер. Директор Дамблдор.

– Крюкохват? – Джеймс посмотрел на него мутным взглядом. – Убирайся. Сейчас не до золота. Наш род… погиб.

– Именно поэтому я здесь, лорд Поттер, – осклабился гоблин, обнажив острые желтоватые зубы. – В банке стало известно о постигшем вас несчастье. Однако фиксаторы родовой мантии в наших глубоких хранилищах зафиксировали событие, которое может заинтересовать умирающий дом Поттеров.

– О чем ты говоришь, мерзкое отродье? – прорычал Годрик с кровати.

Гоблин даже бровью не повел на оскорбление, лишь его улыбка стала еще более ядовитой:

– О том, юный герой, что древо Поттеров не усохло. У лорда Джеймса есть еще один сын.

– Гарри? – опешила Лили. Она подняла заплаканное лицо, в ее глазах мелькнуло забытое, смутное воспоминание.

Маленький мальчик в углу детской. Тихий, незаметный, без единого признака стихийной магии. Дамблдор тогда, в 1991 году, сразу после трагедии и гибели Карлуса и Дореи, покачал головой и твердо заявил: ребенок — сквиб. Зависть к силе великого брата отравит его душу, он станет обузой, мишенью для недобитых слуг Тьмы. Его нужно отдать маглам, стереть следы, защитить. И Джеймс с Лили, полностью поглощенные тренировками Годрика, согласились. Они не вспоминали о нем семнадцать лет.

– Но он же сквиб! – воскликнул Джеймс. – Пустышка!

– Магия распорядилась иначе, лорд Поттер, – Крюкохват раскрыл папку и вынул пергамент, мерцающий лазурным светом. – Гарри Поттер жив. Более того, ровно год назад он вступил в законный брак. А пять месяцев назад стал отцом сразу троих детей. Все трое несут в себе мощнейшую кровь Поттеров.

– Трое?! – ахнул Сириус. – Сразу трое пацанов?

– Двое мальчиков и девочка, – уточнил гоблин.

В глазах Альбуса Дамблдора внезапно вспыхнул знакомый расчетливый огонь. Мозг великого манипулятора заработал с чудовищной скоростью. Гарри! Забытый, брошенный ребенок, не знающий магического мира. Он наверняка сломлен, живет в нищете или банальной серости магловской жизни. Его будет так легко подчинить! Нужно просто найти его, явить отцовскую и материнскую милость, потребовать отдать одного из сыновей Годрику и Джинни. Провести древний ритуал кровного усыновления — заменить в младенце кровь неизвестной магловской девки на кровь чистокровной Уизли, объявить ребенка чудом возрожденного рода Поттер-Гриффиндор! А самого Гарри, если вздумает упрямиться, можно мягко обработать чарами подчинения или вовсе изолировать.

– Это благословение небес! – проникновенно произнес Дамблдор, поднимая руку к груди. – Магия никогда не ошибается. Мальчик сохранил семя рода для своего великого брата. Джеймс, Лили, мы должны немедленно вернуть заблудшего сына в лоно семьи.

– Да… да! – Лили судорожно закивала, ее лицо озарилось надеждой. – Он отдаст ребенка! Он должен понять! Ведь Годрик спас мир, Годрик заслужил быть отцом!

– Крюкохват, где эта женщина, на которой он женился? – нетерпеливо спросил Джеймс. – Какая-нибудь магловская секретарша? Или дочь бакалейщика? Мы выплатим ей щедрую компенсацию. Золото решит все вопросы.

Гоблин тихо, утробно рассмеялся:

– Боюсь, лорд Поттер, ваши галеоны для нее значат меньше, чем пыль под сапогами. Гарри Поттер женился на женщине, чей род по влиянию, силе и ресурсам превосходит всех ваших британских лордов вместе взятых. Ее зовут Мэйя Мицуруги.

– Японка? – нахмурился Сириус. – Из восточных чистокровных кланов?

– Она не ведьма в вашем понимании, – Крюкохват сощурился. – Но она правительница по праву крови и глава боевого подразделения ТНИ. А мир, в котором они находятся… скажем так, лорд Поттер, там не слышали о Волан-де-Морте. Там идут совсем другие войны.

– Не имеет значения, – властно оборвал Дамблдор, доставая из складок мантии Фоукса, дремавшего в золотом футляре в виде броши. – Долг перед родом и высшим благом превыше любых мирских законов. Крюкохват, дай координаты пространственного перехода. Орден Феникса вернет законного наследника.

---

Гарри не помнил Тисовой улицы. Ему было едва ли три года, когда тупая ярость дяди Вернона вызвала первый и единственный стихийный выброс магии в его детстве. Но выброс этот не надул тетушку Мардж и не разбил стекла. Он разорвал ткань пространства, швырнув маленького, истощенного мальчика сквозь бездну вероятностей в мир, где небо не знало покоя с 1973 года.

Его подобрали на пепелище одной из префектур Японии, на руинах военного приюта. Там никого не волновало, кто его предки. В мире, осажденном БЕТА — бессмысленным, ненасытным космическим кошмаром, пожирающим планету метр за метром, — ценились лишь твердость руки, холодная реакция и способность синхронизироваться с кабиной тактического наземного истребителя.

Гарри рос на военных пайках, вдыхая запах машинного масла и пороха. Он стал пилотом. Лучшим в выпуске. Судьба привела его в элитный 207-й взвод, где плечом к плечу с ним сражалась девушка с фиолетовыми волосами, безупречной самурайской выправкой и холодным взглядом человека, потерявшего слишком многое, — Мэйя Мицуруги.

Они спасали друг друга из челюстей Танк-классов, делили скудный паек в ледяных ангарах Хирадо, хоронили павших товарищей под вой сирен. Их дружба была выкована в аду, а затем переплавилась в любовь — глубокую, молчаливую и прочную, как броня «Такэмикадзути». Год назад они поклялись друг другу в верности перед лицом рушащегося мира, а пять месяцев назад Мэйя родила троих детей. Чтобы защитить малышей, их передали в закрытый научный бункер под личный надзор профессора Юко Кодзуки. Война требовала родителей обратно на фронт.

И сейчас этот фронт горел.

31 июля 2008 года. Корейский полуостров. Окрестности Сеульского улья БЕТА.

Земля содрогалась от непрерывных артиллерийских залпов. Небо над равниной было грязно-серым от дыма, разорванным следами тяжелых ракет и лазерными дугами. Рокот многотонных шагоходов ТНИ сливался с чудовищным, хтоническим скрежетом сотен тысяч лап и жвал.

Вспышка пространственного портала посреди этого кромешного ада выглядела как неуместный фокус дешевого ярмарочного мага.

С легким хлопком на каменистую почву, изрытую воронками, ступила группа в мантиях: Альбус Дамблдор с высоко поднятой палочкой, Джеймс Поттер, Сириус, Римус и дюжина опытнейших мракоборцев из личной гвардии Ордена.

– Ну вот, – провозгласил Джеймс, озираясь по сторонам сквозь клубы вонючего черного дыма. – Кажется, мы на месте. Где этот неблагодарный щенок?

– Воздух… он пахнет смертью, – пробормотал Римус, его волчье чутье взвыло от ужаса. Земля под ногами ходила ходуном.

– Спокойно, друзья мои, – величественно произнес Дамблдор, поправляя мантию. – Очевидно, Гарри попал в зону магловского конфликта. Мы быстро найдем его, наложим чары подчинения и вернемся.

Ответа не последовало. Из густой завесы пыли в ста метрах от них с громоподобным ревом вырвалась первая тварь.

Она была размером с двухэтажный автобус. Серо-бурое сочлененное тело Грапплер-класса опиралось на чудовищные серповидные наросты, а две массивные передние клешни были покрыты запекшейся человеческой кровью и ошметками бронеплит. Следом за ним, взрывая землю, накатывала лавина тварей поменьше — Танк-классы с огромными зубастыми пастями и суетливые, омерзительные Солдат-классы, формой напоминавшие изломанных безглазых гуманоидов с клешнями вместо рук.

– Что это за чертовщина?! – взвизгнул Сириус, вскидывая палочку. – Бомбарда Максима!

Взрыв магии ударил в панцирь Грапплера, отколов лишь пару осколков хитина. Тварь даже не замедлила бег. Ее клешня со свистом рассекла воздух. Один из авроров не успел отскочить — его перерубило пополам вместе с выставленным щитом Протего, и внутренности брызнули на сапоги Джеймса.

– А-а-а-а-х! – закричал волшебник, пятясь назад.

– Инсендио! Авада Кедавра! – в панике орали маги. Смертоносные лучи убивали отдельных тварей, но на место одного павшего БЕТА из дыма вываливались сотни других.

Магическая гордыня испарилась за секунды. Это был не цирк с Пожирателями Смерти, прячущимися за масками. Это была абсолютная мясорубка, биомасса, не знающая страха, боли или пощады.

Внезапно с неба, взрывая воздух ревом турбин, рухнула исполинская тень.

Шестнадцатиметровый мех Type-00 «Такэмикадзути» ослепительно белого цвета врезался в землю прямо перед паникующими магами. Ударная волна сбила Дамблдора с ног, заставив выронить палочку в грязь. Прежде чем Грапплер успел взмахнуть лапой, гигантский углеродный клинок боевого робота с чудовищной скоростью рассек монстра от затылка до брюха, залив поле едкой желтой жижей.

Рядом приземлилась вторая боевая машина — темно-синий «Сирануи». Из спаренных 36-миллиметровых автопушек на манипуляторах ударил сплошной свинцовый шквал, разрывая наступающих Танк-классов в кашу из плоти и хитина.

Внешние громкоговорители белого меха ожили. Голос, звучавший из них, был холодным, механически модулированным, но невероятно знакомым:

– Неопознанные пехотинцы в зоне поражения сектора «Дельта». Вы находитесь на линии огня Сеульского наступательного фронта. Отступайте к эвакуационным точкам, иначе будете уничтожены вместе с БЕТА.

Кокпит белого меха с шипением гидравлики распахнулся. На узкую внешнюю площадку ступила женщина в облегающем бронекостюме пилота. Ее фиолетовые волосы трепал ветер, пропахший гарью, а на бедре висел армейский пистолет. Следом за ней показался молодой мужчина. Темные волосы, подтянутая фигура, холодные зеленые глаза и тонкий, выцветший шрам на скуле — результат ранения осколком бронестекла.

– Гарри?.. – Джеймс, стоя на четвереньках в грязи, поднял безумный взгляд. – Гарри! Сын!

Мужчина посмотрел вниз. В его глазах не было ни тепла, ни узнавания — лишь жесткая оценка потенциальной угрозы.

– Вы кто такие? – резко спросил он на безупречном английском. – Как гражданские оказались в эпицентре прорыва Улья?

– Мальчик мой! – Дамблдор, тяжело опираясь на локоть, поднялся и торопливо подобрал свою палочку. Его борода была измазана слизью БЕТА, но старик попытался вернуть себе привычный наставнический тон. – Мы нашли тебя! Я — Альбус Дамблдор, а это твой отец, Джеймс Поттер! Твоя семья пришла за тобой!

Гарри даже не моргнул. Он положил ладонь на рукоять табельного оружия.

– Моя семья осталась на базе в Хирадо. Моя жена — лейтенант Мэйя Мицуруги, – он кивнул на стоявшую рядом женщину, которая смотрела на странных людей в халатах с неприкрытым презрением и настороженностью. – А вас я вижу впервые. И если вы не объясните, как проникли через периметр ООН, вас расстреляют как диверсантов.

– Замолчи, щенок! – взревел Джеймс, чья чистокровная спесь пересилила даже недавний ужас. – Как ты смеешь так разговаривать с отцом?! Твой брат, Годрик, спас мир! Он Избранный! Но из-за темного проклятия он не может иметь детей. Твой долг перед родом Поттеров — немедленно передать нам одного из твоих сыновей! Мы проведем кровный ритуал, и он станет наследником великого рода! Ты должен гордиться, что твое жалкое семя послужит Свету!

Мэйя Мицуруги медленно повернула голову к мужу:

– Гарри. Эти безумцы требуют наших детей?

– Да, Мэйя, – тихо и глухо отозвался Гарри.

– Они знают, через что проходит человечество? Знают, сколько крови пролито, пока они прятались в своих шелках?

– Похоже, они живут в сказке, – Гарри перевел взгляд на Дамблдора. – Вы опоздали на семнадцать лет, господа волшебники. Мои дети останутся со мной и моей женой. А ваш род Поттеров может сгнить прямо здесь. Убирайтесь обратно в свою нору, пока живы.

– Гарри, мальчик мой, ты ослеплен гневом, – Дамблдор сделал шаг вперед, его палочка нацелилась прямо в грудь пилота. Голубые глаза старца полыхнули опасной сталью. – Но Высшее благо требует жертв. Твои дети принадлежат магии Британии. Если ты не понимаешь этого по доброй воле… Империо!

Невидимая ментальная волна ударила в Гарри.

В мире магов это заклятие ломало волю лордов и героев. Но Гарри Поттер прошел через ад психологических симуляций кадетского корпуса, через ужас вида разрываемых заживо товарищей и непреклонную ментальную связь пилота ТНИ. Его разум был монолитной стеной из стали и боли.

Заклятие разбилось о его сознание, словно сухая ветка о танковую броню. Гарри даже не шелохнулся.

– Ты навел оружие на пилота Объединенных Наций при исполнении, – холодно констатировал он.

Мэйя среагировала мгновенно. Ее армейский пистолет вылетел из кобуры. Три сухих, оглушительных выстрела прозвучали как щелчки хлыста. Пули калибра 9-мм пробили щит Дамблдора — кинетическая энергия зачарованного свинца оказалась слишком концентрированной для стандартного маговского барьера. Одна пуля раздробила старику плечо, вторая оторвала мочку уха.

Дамблдор взвыл от вполне человеческой, жгучей боли, роняя палочку во второй раз.

– Директор! – взвизгнул Сириус. – В атаку! Взять мальчишку силой!

Оставшиеся авроры вскинули палочки, готовясь обрушить шквал огня на кабину меха. Но они забыли, где находятся.

Шум пальбы, вспышки магии и запах свежей человеческой крови сработали как маяк. Из подземного разлома в пятидесяти метрах позади волшебников раздался утробный, дрожащий рев.

– Контакт! – рявкнул Гарри в рацию шлема. – Прорыв подземной группы! БЕТА класса Солдат и Танк! Всем бортам взвода «Валькирии» — огонь на подавление! Назад в кокпит, Мэйя!

Пилоты скользнули внутрь, и люки «Такэмикадзути» захлопнулись с глухим ударом.

А за спинами магов разверзся ад.

Земля лопнула, и из провала хлынула волна двухметровых тварей Солдат-класса. Безглазые, мускулистые чудовища с серой кожей и массивными трехпалыми клешнями двигались с чудовищной скоростью.

– Назад! Аппарируйте! – в ужасе заорал Римус Люпин, хватая Сириуса за шиворот. – Здесь пространственные помехи, заклятия расщепляет! Уходите порталом!

Авроры пытались активировать порт-ключи, но было поздно. Первый Солдат-класс сбил с ног молодого волшебника, и прямо на глазах у Джеймса чудовищная пасть твари раскрылась вертикально, с хрустом дробя череп мага вместе с его защитными амулетами.

– Прочь! Редукто! – орал Джеймс, отстреливаясь на бегу.

Он споткнулся о брошенную сумку с артефактами. Этот миг стал роковым.

Один из Солдатов прыгнул сверху. Удар тяжелой когтистой лапы пригвоздил Джеймса к земле. Прежде чем лорд Поттер успел вскрикнуть, жвала твари сомкнулись на его бедре.

Хруст кости потонул в диком, нечеловеческом визге. Тварь одним рывком оторвала правую ногу Джеймса Поттера по самый пах и тут же, не обращая внимания на хлещущую кровь, с жадным чавканьем проглотила ее целиком, уставившись белесыми буграми на лице на свою бьющуюся в агонии жертву.

– Джеймс! – Сириус, плача от ужаса, бросил дымовую шашку, подскочил, волоком схватил друга за воротник и активировал аварийный авалонский камень возврата. Пространство вокруг них скрутилось, выдергивая изувеченного, визжащего лорда обратно в Мунго.

Дамблдор остался один. Раненая рука висела плетью. Величайший волшебник столетия пытался нашарить палочку в липкой грязи, но перед ним выросла туша Танк-класса.

Монстр напоминал чудовищного плоского жука шириной в восемь метров с массивной челюстью, способной перекусить легкий танк. Дамблдор поднял здоровой рукой остатки магии, формируя сияющий золотой купол:

– Во имя Высшего блага… Я есть Свет…

Челюсти Танк-класса сомкнулись на золотом щите. Магическая сфера лопнула, как мыльный пузырь, осыпавшись бесполезными искрами. Раздался глухой хруст костей и расшитой звездами ткани. Тварь даже не заметила сопротивления, втянув тело Верховного Чародея в свою бездонную глотку и продолжая слепо ползти вперед, перемалывая гусеницеподобными лапами остатки орденских мантий.

Сверху обрушился огонь.

Гарри Поттер методично и хладнокровно вжимал гашетку штурмовой пушки. Снаряды разрывали БЕТА на куски, превращая тварь, только что сожравшую Дамблдора, в дымящийся кратер.

– Сектор чист, – доложил Гарри по внутренней связи. – Неизвестные нейтрализованы или отступили. Возвращаюсь в строй взвода.

– Принято, лейтенант Поттер, – отозвался спокойный, уверенный голос Мэйи в наушниках. – Держи строй. Дома нас ждут дети.

– Так точно, командир.

Белый «Такэмикадзути» развернулся, взревел форсажными двигателями и унесся в серые небеса навстречу новому бою за выживание человечества.

---

В палате Святого Мунго стоял запах мочи, застарелой крови и рвоты.

Джеймс Поттер выжил, но остался жалким калекой — темная скверна челюстей БЕТА не позволила приживить даже серебряный протез, и культя непрерывно ныла гнилостной болью. Он сидел в инвалидном кресле, пуская слюну и бессмысленно глядя в стену. Сириус заперся на Гриммо, заливая ужас увиденного литрами огневиски.

Годрик Поттер, оставшийся без армии, без отца, без наставника и без будущего, сидел на кровати, сжимая в руке единственную оставшуюся бумагу — официальный отказ из Гринготтса. Семья Мицуруги через международный трибунал заблокировала любые попытки магических запросов, пригрозив британскому Министерству полным стиранием с лица земли силами регулярной армии ООН в случае повторного нарушения границ.

Род Поттеров угас. Их высокомерие захлебнулось в крови того мира, который они посчитали недостойным своего величия.

А за миллионы световых лет и сквозь ткань измерений, на базе в Хирадо, двадцатилетний лейтенант Гарри Поттер держал на руках своих сыновей, пока его жена кормила их маленькую