начало

Массивная арка из черного, сочащегося сизым конденсатом базальта осталась позади. Под ногами тихо хрустнула крошка мертвого сланца.

Граница безопасной зоны ощущалась почти физически: по темно-багровой коже рук пробежал легкий покалывающий разряд, а в левом верхнем углу обзора вспыхнула и тут же погасла тусклая пиктограмма перечеркнутого щита. Защита новичков в Хельхейме кончилась. Любой урон здесь становился фатальным, а смерть означала не просто возрождение на точке спавна, но и потерю пяти уровней персонажа вместе с частью снаряжения. На первом уровне это грозило полным обнулением до статуса бродяги.

Я остановился в тени выщербленного утеса, напоминавшего скорчившуюся химеру. Привычка, вбитая под обстрелами в прошлой жизни: никогда не выходи на открытую местность, пока не оценил рельеф, секторы обзора и пути отхода.

Хельхейм за стенами цитадели представал мрачной пустошью. Земля здесь была цвета запекшейся золы, испещренная глубокими расселинами, из которых лениво поднимались струйки зеленоватого болотного газа. Растительности почти не существовало — лишь редкие, узловатые наросты окаменевшего кустарника, похожего на переплетенные кости. В пятистах метрах впереди виднелись очертания оврага, откуда доносилось мерное, глухое клацанье.

Я открыл меню умений, развернув древо призывателя.

– Навык: «Призыв низшего существа первого круга».

Мана в синей полоске под полосой здоровья мгновенно просела на пятнадцать пунктов из семидесяти доступных. Ладонь обдало сухим жаром, воздух перед грудью зарябил, закручиваясь черной спиралью. Из возникшей воронки с мерзким чавкающим звуком вывалился сгусток плоти размером с крупную собаку.

Существо расправило конечности, покрытые блестящей угольной хитиновой коркой, зашипело и уставилось на меня тремя парами слепых молочно-белых буркал.

【Низший падальщик Бездны (Уровень 1). Тип: Призванный зверь. Время существования: 299 сек.】

Я мысленно потянулся к связи с существом. Интерфейс откликнулся мгновенно: появилась полупрозрачная командная сетка — атака, следование, удержание позиции, пассивный режим. Время отклика составляло доли секунды. Хорошо. В условиях дешевого нейрошлема клуба сетевой лаг мог стать смертным приговором, но протоколы Иггдрасиля обрабатывали прямые мысленные команды практически без задержки.

– Следуй за мной на три шага сзади. Не издавать звуков, – скомандовал я шепотом, проверяя голосовое распознавание.

Тварь прижалась к земле, издав приглушенный клекот, и послушно встала за правым плечом.

Первой целью я выбрал одиночную тень, бродившую на краю оврага.

Приблизившись перебежками от одного базальтового валуна к другому, я активировал базовую идентификацию.

【Чумной скелет-землекоп (Уровень 2). Нежить. Слабость: Дробящий урон, магия Света. Устойчивость: Колющий урон, яд.】

Два метра ростом, истлевшие лохмотья на желтых костях, в руках — ржавая железная кирка. Классический стартовый противник для гринда. Одиночный боец ближнего боя с предсказуемой траекторией движения.

– Падальщик, – отдал я мысленный приказ, зафиксировав взгляд на коленном суставе мертвеца. – Обход слева. Атака опорной ноги. Захват.

Хитиновый зверь метнулся вперед бесшумной черной молнией. Скелет среагировал лишь тогда, когда челюсти падальщика сомкнулись на его берцовой кости. Раздался сухой треск. Нежить глухо взвыла скрипучим загробным звуком и занесла кирку, но вес призванного зверя сбил ее баланс.

Я не стал тратить время на любование. Выдернув из-за пояса костяной фокус, я шагнул вперед, сокращая дистанцию, и всадил острие палочки прямо в глазницу черепа, активируя простейший импульс кинетического удара новичка:

– Толчок!

Сухой всплеск серой энергии разворотил височную кость. Скелет забился, уронил кирку и рассыпался грудой пористых желтых костей, которые тут же подернулись белым пламенем системного распада.

【Получено 25 очков опыта.】

На месте гибели моба остались лежать тусклые пиксели добычи. Я нагнулся, сгребая предметы в инвентарь:

【Ржавое железное лезвие (хлам) — 1 шт.】 【Осколок кости нежити — 2 шт.】 【Медные монеты — 7 шт.】

Семь медных монет. Семь сотых серебряной. Примерно тридцать пять рублей по курсу черного рынка.

Я усмехнулся про себя, но усмешка вышла холодной. Тридцать пять рублей за сорок секунд работы. В реальности, на сборочном конвейере, за сорок секунд ручного монтажа на морозе платили меньше трех рублей. Математика уже начинала работать в мою пользу, но масштабы требовались совершенно иные. Чтобы спасти отца, нужны были десятки тысяч рублей ежедневно, а не жалкая мелочь.

– В одиночку этот темп не вытянуть, – подвел я черту, отзывая истаивающего падальщика, чей таймер подошел к концу. – Нужна группа. И локация с плотным респауном.

Словно в ответ на мои мысли, из глубины оврага донеслись звуки ожесточенного боя: звон стали, шипение заклинаний и отборный русский мат.

Я поднялся на гребень скалы, прижался грудью к камню и посмотрел вниз.

В узком тупике между двумя каменными обрывами отбивалась четверка игроков. Их прижали к стене трое Пещерных трупоедов — массивных четвероногих тварей третьего уровня, напоминающих помесь гиены и личинки, с пастями, усеянными рядами острых игл.

Состав группы был пестрым, типичным для новичков, начавших играть в первый день:

Впереди держал щит коренастый боец в начальных латах. Никнейм над головой горел белым: Ярослав. Раса — получеловек, зверолюд с чертами вепря. Он упрямо блокировал удары передней лапы монстра, но полоска его выносливости стремительно таяла.

Рядом, перехватив короткие кинжалы, кружил верткий парень — Алексей, гуманоид-инсектоид с тонкими сегментированными конечностями. Он пытался зайти с фланга, но скользкий сланец не давал набрать скорость.

Сзади суетились двое: худой чародей в темной мантии — Дмитрий, судорожно кастовавший простейшие стрелы тьмы, которые лишь раздражали мобов, и девушка-клирик — Ксения, судя по серой коже и крошечным крыльям за спиной, суккуб или младший теневой дух. Ее полоска маны была пуста, она судорожно сжимала пустой флакон из-под зелья.

– Ярослав, держи левого, твою мать! – срывая голос, кричал Алексей. – У меня откат переката!

– Не могу, щит трещит! – рявкнул зверолюд. – Дима, вливай урон в центрового, он сейчас Ксюху достанет!

– Маны нет, три секунды до кулдауна! – паниковал маг.

Классическая картина потери управления. Никакого фокуса цели, хаотичный расход ресурсов, нулевая позиционная дисциплина. Еще тридцать секунд — и трупоеды разорвут фронт, доберутся до тряпичников, а затем догрызут уставшего танка.

Я поднялся в полный рост на краю обрыва.

– Танк, шаг назад под сорок пять градусов вправо! – мой голос, усиленный расовым демоническим тембром, хлестнул по оврагу подобно удару бича. – Закрой чародея корпусом!

Ярослав дернулся от неожиданности, но солдатский рефлекс подчинения уверенной команде сработал быстрее мысли: он сместился именно туда, куда я указал, отсекая прыжок центральной твари от Дмитрия.

– Призыв низшего существа! – выбросил я руку вперед.

Черная воронка раскрылась прямо над головой третьего трупоеда. Мой призванный падальщик рухнул монстру на спину, вцепляясь когтями в незащищенные сочленения шеи. Тварь завизжала, закружилась на месте, пытаясь сбросить паразита, и строй нападавших окончательно сломался.

Я спрыгнул с трехметрового уступа, амортизируя приземление согнутыми ногами демона.

– Рогатый, бей правого в глаз! – крикнул я Алексею, стремительно сближаясь с центральным мобом. – Маг, копи ману на один направленный удар, не спамь автоатакой!

Алексей, оценив открывшуюся брешь, скользнул под лапу дезориентированного монстра и вогнал оба кинжала точно под хитиновый щиток. Критический урон подсветился жирными желтыми цифрами. Трупоед рухнул, забившись в агонии.

Я же в два шага приблизился к твари, зажатой Ярославом. Костяной фокус вспыхнул.

– Ментальный укол!

Слабое демоническое заклинание оглушило монстра на долю секунды, но этого хватило. Ярослав с глухим ревом всадил широкий меч в открытую пасть чудовища, впечатывая его тушу в камень.

Последнего трупоеда добил скоординированный залп: оправившийся Дмитрий выдал сгусток концентрированной тьмы, а мой падальщик догрыз шейные сухожилия.

В овраге воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым, прерывистым дыханием четверых игроков.

Трупы чудовищ осыпались искрами. В воздухе зависли системные сообщения о распределении опыта.

Ярослав опустил щит, с которого стекала черная слизь, вытер пот со лба мохнатой рукой и уставился на меня круглыми карими глазами.

– Ты… ты откуда свалился, земляк?

– Сверху, – коротко ответил я, пряча фокус за пояс и сбрасывая призыв, чтобы сэкономить остатки времени действия. – Вы бы легли здесь через десять секунд. Кто держит строй полукругом в узком ущелье? Вы сами зажали своего мага в угол, лишив его сектора обстрела.

Алексей спрятал кинжалы в ножны, с интересом разглядывая мои обсидиановые рога и багровую кожу.

– Жестко ты командуешь. Словно сержант на плацу.

– Просто умею считать вводные, – отозвался я, встречая его взгляд тяжелым, немигающим взором золотисто-алых глаз. – Меня зовут Вестник.

– Ярослав, – танк протянул широкую мозолистую ладонь. – Это Леха, он же Тень_Без_Штанов, только ник сократил. Сзади — Диман, наш артиллерист недоделанный, и Ксения. Мы со старта вместе в капсулах сидим, в одном клубе на Автозаводской.

Я отметил эту деталь. Реальный клуб в промзоне Москвы. Значит, такие же работяги или студенты, пытающиеся ухватить свой кусок пирога.

– Зачем полезли в овраг без разведки? – спросил я.

– Лут жирный обещали, – виновато буркнул Дмитрий, поправляя съехавшие круглые очки на бледном, усыпанном веснушками лице. – На форуме писали, что в этой расщелине сундук каравана спавнится. А тут эта падаль из щелей полезла.

– И сколько вы подняли за два часа этой возни? – прищурился я.

Ребята переглянулись.

– Медяков сорок на брата, – вздохнула Ксения, пряча пустые склянки в суму. Голос у нее был приятный, но уставший, с легкой хрипотцой. – И пара кусков кожи. Даже на ремонт доспехов Ярославу не хватит, если сейчас в город вернемся.

– Бессмысленная трата машинного времени, – отрезал я.

– А ты, я погляжу, шибко умный? – насупился Алексей. – Сам-то первого уровня, одет в тряпье. Чего один по пустошам шаришься? Тебя любой хуман из светлых миров прихлопнет ради забавы, если сюда рейд зайдет.

– Именно поэтому я предлагаю объединиться, – я сделал шаг вперед, становясь в центр круга.

В прошлой жизни мне сотни раз приходилось брать под контроль деморализованные группы. Неважно, были ли это менеджеры отдела продаж, провалившие квартальный план, или взвод резервистов, потерявший связь со штабом. Людям в кризисе не нужны уговоры. Им нужна понятная, безальтернативная структура.

– Вы действуете как банда оборванцев, – спокойно, без оскорбления, но с абсолютной непререкаемостью произнес я. – Танк не контролирует агрогенерацию, дамагеры бьют вразнобой, хилер сливает ресурсы на превентивное лечение там, где достаточно было сделать шаг назад. Я предлагаю контракт.

– Какой еще контракт? – моргнул Ярослав.

– Временная группа под моим тактическим управлением. Цель — зачистка нижнего яруса костяных катакомб до конца игрового часа. Весь дроп делится строго по долям: двадцать процентов в общий пул на расходники, остальное поровну. Я гарантирую рост темпа фарма в три раза и отсутствие смертей. Если кто-то нарушает команду — штраф из доли. Согласны?

Дмитрий нервно хихикнул:

– Слышь, Вестник, ты в корпорации пересидел? Мы вообще-то поиграть зашли, расслабиться после смены…

– Ты здесь, чтобы расслабиться, парень? – я подошел к нему вплотную. Разница в росте между низкорослым импом и долговязым теневиком была невелика, но аура подавления, шедшая от моего взгляда, заставила его отступить на полшага. – Если бы ты хотел расслабиться, ты бы пил дешевое пиво на лавке в спальном районе. Ты здесь, потому что аренда капсулы жрет твои последние рубли. Потому что за дверью клуба — серая мгла, холод и копеечные зарплаты. И ты надеешься урвать здесь реальные деньги. Я прав?

Дмитрий сглотнул и опустил глаза.

– Прав, – глухо уронил Ярослав. Он посмотрел на свой помятый щит, затем на меня. – У меня мать на химиотерапии. Второй курс оплачивать через две недели. Если не наскребу сотку кусков до понедельника — выпишут в хоспис.

Я кивнул. Знакомая музыка. Тот же ритм вымирания, что и у меня дома.

– Значит, договорились. Кидайте инвайт.

Перед глазами всплыла панель группы:

【Ярослав (Воин-щитовик, ур. 2) — лидер передает полномочия игроку Вестник.】 【Состав группы: Вестник (Призыватель, ур. 1), Ярослав (ур. 2), Алексей (Следопыт, ур. 2), Дмитрий (Стихийный маг, ур. 2), Ксения (Темный клирик, ур. 2).】

– Первый приказ, – произнес я, разворачивая карту локации, которую успел набросать в памяти по рельефу. – Ярослав — держишь позицию только в узких коридорах. Никаких открытых пространств. Алексей — твоя задача не набивать урон, а вешать замедление на вторую цель. Мой призыв принимает на себя третий удар и держит фланги. Дмитрий — бьешь только по моей метке. Ксения — ману беречь, лечить только танка и только тогда, когда его здоровье упадет ниже сорока процентов. В остальных случаях он пьет базовую регенерацию. Вперед.

Следующие три часа превратились в методичный, холодный конвейер смерти.

Я не позволял им импровизировать. Каждая стычка просчитывалась как математическая задача. В узких проходах костяных катакомб, куда я завел группу, чудовища Хельхейма не могли реализовать численное преимущество. Они натыкались на щит Ярослава, получали порцию яда от Алексея, после чего в них влетал мой падальщик, вскрывая уязвимые точки, а Дмитрий добивал их точечными заклинаниями.

Я управлял боем, словно шахматной партией. Мой собственный расовый класс импа давал повышенную ловкость и восприятие, позволяя видеть замахи врагов за долю секунды до удара. Я вовремя отдавал команды на отход, перехватывал агро мобов призывом-смертником, когда у Ярослава трещал блок, и постоянно следил за таймингами откатов способностей каждого бойца.

Через сорок минут непрерывного боя в глазах ребят исчезла паника. Появилась та самая злая, уверенная слаженность, которую я когда-то видел у ветеранов штурмовых рот. Они перестали оглядываться по сторонам. Они просто делали свою работу, зная, что за спиной стоит командир, который видит все поле боя.

Вспышка золотистого света окутала мое тело один раз, затем второй, третий.

【Поздравляем! Ваш уровень повышен: 2… 3… 4…】

К концу третьего часа, когда мы зачистили логово Костяного паука-патриарха на глубине катакомб, системное окно выдало финальный аккорд рейда:

【Поздравляем! Ваш уровень повышен: 5!】 【Вы достигли порога базовой специализации. Доступно распределение очков навыков.】 【Навык «Призыв низшего существа» повышен до уровня II. Максимальное число одновременных призывов: 2.】

Я тяжело оперся спиной о холодную стену склепа. Виртуальное тело не знало усталости, но мозг, вынужденный ежесекундно перерабатывать гигабайты тактической информации через древние интерфейсы клубного шлема, гудел как перегруженный трансформатор.

В центре площадки догорал труп паука. Вокруг него лежала россыпь кристаллов, редкие элементы экипировки и мешочки с монетами.

Алексей рухнул на каменные плиты, тяжело дыша и глядя в потолок безумными, счастливыми глазами.

– Мать твою… Пятый уровень за три часа. Пятый! Да люди на форумах пишут, что до пятого два дня ковыряются!

Дмитрий дрожащими руками перебирал системный лог:

– Парни… гляньте лут. С босса упал посох синего грейда. «Костяной шип». Он на аукционе минимум полторы сотни серебра стоит!

Ксения молча подошла к куче монет, пересчитала и подняла на меня глаза, в которых сквозило настоящее благоговение:

– Чистыми монетами… тридцать восемь серебряных и больше четырехсот медных. Плюс шкуры, руда и посох. Вестник… это почти две золотые монеты, если все скинуть скупщикам прямо сейчас.

Сто тысяч рублей.

Две монеты. Сто тысяч рублей за один вечер в сыром подвале на окраине Москвы.

Холодный расчет внутри меня мгновенно подвел баланс: аренда шлема окупилась десять раз. Доля каждого составит около двадцати тысяч рублей чистыми. Моя доля с учетом лидерского процента — около тридцати пяти.

Этого еще не хватало на полный курс для отца, но это было в три раза больше, чем я зарабатывал за неделю каторжного труда на складах. Стена безысходности, давившая меня двадцать два года, дала первую, едва заметную, но глубокую трещину.

Ярослав поднялся на ноги, подошел ко мне и молча положил тяжелую руку в латной перчатке мне на плечо.

– Мы бы сдохли на первом паке, если бы не ты, Вестник. Я в жизни не видел, чтобы так играли. Ты кто вообще такой в реале?

Я посмотрел на свои темно-багровые демонические когти, затем перевел взгляд на лица этих ребят — вымотанных, голодных, но впервые за долгое время увидевших свет в конце бесконечного тоннеля.

– Я тот, кто не собирается подыхать в канаве, Ярослав, – тихо ответил я. – Как и вы.

Я открыл окно таймера сессии. До конца оплаченного времени оставалось семь минут. Шлем в клубе скоро начнет процедуру принудительного отключения.

– Продаем весь лут оптом на городской бирже Хельхейма, – скомандовал я, собирая группу в круг. – Деньги выводим на привязанные счета немедленно. Никаких покупок шмота на радостях. Завтра в двадцать ноль-ноль сбор у тех же ворот.

– А дальше что? – спросил Алексей, подавшись вперед. В его взгляде больше не было насмешки — только жадный, голодный интерес человека, нащупавшего золотую жилу.

Я посмотрел вверх, сквозь своды подземелья, туда, где за толщей камня сияло нарисованное, но бесконечное небо Хельхейма.

– Дальше мы перестанем быть бродягами, – произнес я, и каждое слово падало весомо, как свинцовая пломба. – Мы наберем еще людей. Прокачаемся до двадцатого уровня. Захватим рудную жилу в Черных скалах. И зарегистрируем клан.

– Гильдию гетероморфов? – ахнула Ксения. – Нас же разорвут топовые кланы людей, как только мы выйдем на светлые сервера!

– Пусть попробуют, – я холодно оскалился, обнажая острые клыки импа. – В этом мире убивать монстров разрешено всем. Но никто не сказал, что монстры не могут охотиться в ответ.

Таймер мигнул красным.

【Внимание! Время сессии истекает. До отключения: 60… 59…】

– Завтра в восемь, – повторил я. – Не опаздывать.

Мир вспыхнул белизной, распадаясь на пиксели.

Через мгновение тяжелый, душный шлем сдавил виски. Ноздри забило запахом машинного масла, дешевого табака и сырости подвального клуба. Тело снова налилось свинцовой усталостью двадцатидвухлетнего парня из трущоб.

Я медленно снял шлем, положил его на кронштейн и посмотрел на экран терминала.

На счету висело уведомление о входящей транзакции через серый криптовалютный шлюз: +34 800 рублей.

Я вытер капли пота со лба, встал с кресла и зашагал к выходу на заснеженную, задыхающуюся в смоге улицу.

Первый шаг был сделан. Система начала работать.