Семья

В гостиной особняка Сон Джинву пахло озоном, паленой шерстью и металлом. Тишина, наступившая после бури, казалась оглушительной. На дорогом персидском ковре, который Юми так тщательно выбирала для их общего дома, теперь зияли проплешины от магических разрядов, а стены украшали глубокие борозды, оставленные теневой энергией и всплесками чистой маны.

Джинву лежал на спине, тяжело дыша. Его серые глаза, обычно холодные и спокойные, как грозовая туча перед ударом молнии, сейчас были затуманены. Пот градом катился по высокому лбу, теряясь в иссиня-черных волосах. Его мощное тело атлета, рост в сто девяносто два сантиметра которого обычно внушал трепет врагам, сейчас казалось неподъемным грузом.

Рядом с ним, едва касаясь его плеча, лежала Юми. Ее небесно-голубые глаза, всегда напоминавшие Джинву о чистом утреннем небе, были широко распахнуты и полны боли и непонимания. Фарфоровая кожа, обычно безупречная, была покрыта ссадинами и копотью.

Всего десять минут назад они пытались убить друг друга.

Теневой Монарх, повелитель смерти, и его единственная слабость, его жена — они сошлись в схватке, которую не мог предсказать ни один оракул. Причиной тому был небольшой, пульсирующий мягким розовым светом кристалл, лежащий сейчас прямо между ними. Артефакт Иллюзии и Раздора.

— Юми... — прохрипел Джинву, пытаясь пошевелить рукой, но конечности налились свинцом.

— Не... не подходи, — выдохнула она, и в ее голосе слышались слезы. — Почему ты... почему ты сказал те слова?

— Я не... я не говорил, — Джинву с трудом сфокусировал взгляд на потолке. — Это был не я.

Магия артефакта начала стремительно угасать. Розовое марево, окутывавшее комнату и искажавшее их восприятие друг друга, таяло, обнажая суровую реальность. Чары, наложенные коварным предметом, спадали, оставляя после себя лишь горечь и осознание того, как легко их подтолкнули к краю пропасти.

Входная дверь, выбитая с петель еще в начале их «дуэли», жалобно скрипнула. В проеме показался силуэт.

Ча Хэ Ин стояла на пороге, тяжело дыша, но в ее глазах не было раскаяния. Только фанатичный, почти безумный блеск. Она знала, что дети — десятилетний Юкио, так похожий на отца черными взъерошенными волосами, но унаследовавший от матери фарфоровую кожу и голубые глаза; восьмилетний Сухо и маленькая шестилетняя Миджун, точные копии Джинву — сейчас находились у дедушки с бабушкой. Это был ее единственный шанс.

Она хотела разрушить этот брак. Она верила, что Джинву, великий Теневой Монарх, заслуживает кого-то «своего круга», кого-то, кто понимает тяжесть системы и бремя силы. Она верила, что Юми — лишь досадная помеха, хрупкая кукла, которой не место рядом с богом.

— Джинву... — Хэ Ин шагнула в комнату, переступая через обломки мебели. — Ты видишь теперь? Она не для тебя. Она чуть не убила тебя. Она боится твоей тени.

Джинву попытался подняться, но магическое истощение после воздействия артефакта было слишком велико.

— Ты... — его голос прозвучал как рык раненого зверя. — Это был твой подарок. Тот артефакт «для укрепления семейных уз»...

Хэ Ин подошла ближе, игнорируя Юми, которая лежала неподвижно. Она опустилась на колени рядом с Джинву, протягивая руку, чтобы коснуться его лица.

— Это было необходимо, чтобы ты прозрел. Мир теней не терпит слабости, Джинву. Я могу дать тебе то, что она никогда не сможет.

В этот момент воздух в комнате похолодал на десяток градусов. Юми, которая казалась едва живой, медленно, с пугающей грацией начала подниматься. Ее небесно-голубые глаза больше не были полны слез. В них застыл лед, более древний и опасный, чем любая магия охотников S-ранга.

— Ты пришла в мой дом, — голос Юми был тихим, но от него по спине Хэ Ин пробежал мороз. — Ты накормила моего мужа ложью. Ты заставила моих детей едва не остаться сиротами.

Хэ Ин резко обернулась, выхватывая меч, но она была слишком медленной. Юми, чей рост в сто шестьдесят три сантиметра всегда заставлял окружающих недооценивать ее, двигалась с быстротой молнии.

Раздался сухой, мерзкий хруст.

— А-а-а-а! — вскрикнула Хэ Ин, когда Юми одним точным движением перехватила ее запястье и вывернула его под неестественным углом. Меч со звоном упал на пол.

Юми не остановилась. В ней проснулась та самая первобытная ярость защитницы очага, которая бывает страшнее легионов теней. Она нанесла удар ногой, ломая коленную чашечку Хэ Ин, заставляя ту рухнуть на ковер.

— Ты думала, что если я не сражаюсь в подземельях, то я беззащитна? — Юми схватила Хэ Ин за волосы, заставляя ту смотреть себе в глаза. — Ты думала, что можешь войти в постель к моему мужу, просто подбросив нам проклятую безделушку?

Джинву, к которому начали возвращаться силы благодаря пассивным навыкам регенерации, смотрел на свою жену с долей ужаса и восхищения. Он всегда знал, что Юми — особенная, но сейчас она выглядела как мстительное божество.

Юми протянула руку и схватила тот самый артефакт, который все еще слабо мерцал на полу.

— Тебе так нравится эта магия, Хэ Ин? — Юми сдавила горло женщины, заставляя ту широко открыть рот в попытке вдохнуть. — Тебе так хотелось, чтобы она изменила чью-то жизнь?

— Юми, подожди... — слабо произнес Джинву, приподнимаясь на локтях.

Но Юми не слушала. С ледяным спокойствием она сжала кулак, в котором был зажат артефакт, и с силой запихала его в глотку Хэ Ин, буквально вколачивая магический предмет внутрь.

Хэ Ин захрипела, ее глаза закатились. Магия артефакта, соприкоснувшись с живой тканью и кровью, сдетонировала внутри. Иллюзия, которую она пыталась навязать другим, обернулась против нее самой, запирая ее разум в бесконечном лабиринте собственных кошмаров.

Юми оттолкнула обмякшее тело женщины и брезгливо вытерла руки о подол своего разорванного платья. Она тяжело дышала, ее маленькая грудь бурно вздымалась.

Тишина снова воцарилась в особняке, но теперь она была другой. Очищающей.

Юми повернулась к Джинву. Ее взгляд смягчился, лед в глазах начал таять, уступая место бесконечной усталости и любви. Она подошла к нему и бессильно опустилась рядом, утыкаясь лбом в его плечо.

— Джинву... — прошептала она. — Никогда больше не слушай никого, кроме меня.

Теневой Монарх обнял свою жену, прижимая ее к себе так крепко, словно боялся, что она исчезнет. Его огромные ладони гладили ее черные волосы, успокаивая.

— Обещаю, — его голос вибрировал от сдерживаемых эмоций. — Я уничтожу любого, кто посмеет встать между нами. Даже если это будет сама судьба.

— Нам нужно убраться здесь до возвращения детей, — Юми подняла голову, глядя на разрушенную гостиную. — Юкио уже достаточно взрослый, чтобы задавать вопросы, а Сухо и Миджун испугаются.

Джинву бросил взгляд на бессознательную Хэ Ин, чье тело подергивалось от внутренних судорог.

— Игрис. Бера, — негромко позвал он.

Из теней мгновенно соткались две мощные фигуры. Рыцарь и муравей склонились в глубоком поклоне.

— Уберите это, — Джинву указал на Хэ Ин. — В самую глубокую темницу тени. Пусть она видит там всё, что хотела причинить нам. И приведите дом в порядок. У вас есть час.

Теневые солдаты приступили к работе с пугающей эффективностью. Джинву помог Юми встать. Несмотря на недавнюю битву, он подхватил ее на руки, словно она ничего не весила.

— Ты была великолепна, — прошептал он ей на ухо, когда они поднимались по лестнице в уцелевшую часть дома.

Юми слабо улыбнулась, закрывая глаза.

— Я просто защищала то, что принадлежит мне.

Через час, когда у ворот особняка припарковалась машина родителей Джинву, дом сиял чистотой. Ничто не напоминало о недавней бойне.

Десятилетний Юкио первым выскочил из машины. Его взъерошенные волосы смешно топорщились, а голубые глаза искали родителей.

— Папа! Мама! — закричал он, вбегая в дом. — А дедушка разрешил мне попробовать управлять его старым культиватором!

За ним вбежали Сухо и маленькая Миджун, наперебой рассказывая о своих приключениях.

Джинву и Юми стояли в холле, держась за руки. На них была свежая одежда, а лица светились спокойствием. Никто из детей не заметил, что у отца чуть подрагивают пальцы, а у матери на шее остался едва заметный след от ожога маной, который она искусно скрыла воротником.

— Добро пожаловать домой, — улыбнулась Юми, приседая, чтобы обнять Миджун.

Джинву смотрел на свою семью — на своих детей, в которых смешалась его мощь и красота его жены, и на Юми, которая была сердцем этого мира. Он знал, что Ча Хэ Ин больше никогда не появится в их жизни. И он знал, что его жена — единственное существо во всех мирах, способное приручить Монарха и, если потребуется, стать страшнее него самого ради их любви.

Грозовая туча в его глазах окончательно рассеялась, уступая место теплому свету домашнего очага. Битва была окончена. Семья была в безопасности.