Переполох

Дворец Хозяев Огня всегда казался Буми местом, где само время застыло в янтаре традиций. Красные знамена, тяжелые пагоды и запах озона, вечно висящий в воздухе. Он спрыгнул со спины Уги, чувствуя, как суставы неприятно хрустнули. Старость — штука паршивая, особенно когда твой младший брат, Тензин, умудряется выглядеть так, будто он только что вышел из медитации, а не пролетел полмира.

– Буми, веди себя прилично, – прошипел Тензин, поправляя свои шафрановые одежды. – Мы здесь по официальному делу. Новые маги воздуха в Стране Огня — это вопрос государственной важности.

– Расслабься, братишка, – хохотнул Буми, похлопав себя по животу. – Я и приличие — это две параллельные прямые. К тому же, я уверен, Изуми по мне соскучилась.

Корра, стоявшая чуть позади, с интересом наблюдала за ними. Она знала, что Буми когда-то служил в Объединенных Силах, но редко слышала, чтобы он говорил о Хозяйке Огня так фамильярно.

Двери тронного зала распахнулись. Изуми сидела на возвышении, окруженная завесой пламени, которая послушно присела при их появлении. Она была воплощением сдержанности: высокая, с идеальной осанкой, волосы уложены в сложную прическу, скрепленную золотыми шпильками. Ее взгляд, холодный и пронзительный, скользнул по Тензину, по Корре и, наконец, замер на Буми.

На мгновение — лишь на краткий миг — уголок ее губ дрогнул.

– Генерал Буми, – ее голос прозвучал как удар колокола. – Я слышала, вы вышли в отставку. И, судя по всему, обрели... способности.

– Хозяйка Огня, – Буми отвесил шутливый, но глубокий поклон. – В отставке я только на бумаге. А магия? Ну, теперь я могу портить воздух не только в переносном смысле.

Тензин закрыл лицо рукой. Изуми же лишь слегка приподняла бровь.

– Ваши поиски будут поддержаны, – произнесла она, вставая. – Мои люди составят списки всех, кто проявил странные способности после Гармонического Сближения. А пока — вы мои гости.

Прошло тридцать лет. Угольный остров казался сном: горячий песок, молодость и безумная страсть, которая не должна была случиться. Дочь Зуко и сын Аанга — это был скандал, который они решили избежать, просто разойдясь в разные стороны. Она — к короне, он — к битвам.

Ночью дворец преобразился. Тени стали длиннее, а шепот фонтанов — громче. Корра не спалось; энергия в этом месте была слишком плотной. Она решила прогуляться по садам, но, проходя мимо личных покоев Хозяйки Огня, услышала звук, который заставил ее замереть в тени колонны.

Это не был звук официального приема. Это был рык.

– Ты всё такой же невыносимый старый дурак, Буми, – голос Изуми, обычно ледяной, сейчас дрожал от едва сдерживаемой ярости... или чего-то иного.

– А ты всё такая же застегнутая на все пуговицы мегера, – ответил Буми. Его голос был непривычно низким, лишенным всякого шутовства. – Тридцать лет, Изуми. Ты хоть раз вспоминала тот берег?

Корра прижалась к стене, понимая, что подсматривать плохо, но ноги словно приросли к полу. В приоткрытую дверь было видно, как Изуми, сбросившая тяжелое парадное одеяние и оставшаяся в тонком шелковом нижнем платье, стоит в центре комнаты. Буми стоял напротив. Между ними буквально искрило.

– Я вспоминала, как ты бросил меня ради своего флота, – прошипела она, сокращая дистанцию.

– Я бросил? – Буми шагнул вперед, его лицо исказилось. – Ты сама сказала, что долг важнее любви. Так ешь свой долг на завтрак, Хозяйка Огня!

Изуми не выдержала. Она вскинула руку, и тонкая струя голубого пламени — редчайший дар, унаследованный от деда — лизнула воздух в дюймах от лица Буми.

– Не смей так со мной разговаривать, – выдохнула она.

– О, так вот она, настоящая Изуми, – Буми перехватил ее запястье. Его новые рефлексы мага воздуха позволили ему двигаться с невероятной скоростью. – Хочешь поджарить меня? Давай.

Вместо удара последовал поцелуй. Это не было нежностью. Это было столкновение двух стихий, копивших давление десятилетиями. Буми вжал ее в стену, его руки, грубые и мозолистые, вцепились в ее волосы, вырывая золотые шпильки. Изуми ответила с яростью, кусая его губы, смешивая вкус крови со вкусом старой обиды.

– Ты старый, вонючий пес, – прошептала она в его рот, срывая с него рубашку.

– А ты властная сука, которая жаждет, чтобы ей командовали, – оскалился Буми.

Он подхватил ее под бедра, и Изуми обхватила его ногами, не заботясь о достоинстве. Они рухнули на огромную кровать, застеленную красным шелком. Корра, широко открыв глаза, не могла пошевелиться. То, что происходило дальше, не имело ничего общего с благородными легендами о героях.

Буми действовал грубо, почти по-звериному. Он сорвал с нее шелк, обнажая тело, которое, несмотря на годы, сохранило властную красоту. Его пальцы впивались в ее кожу, оставляя красные следы.

– Смотри на меня, – приказал он, и Изуми, верховная правительница нации, подчинилась. Ее глаза горели золотым огнем. – Ты хочешь этого? Скажи это.

– Да, черт тебя дери, – выдохнула она, выгибаясь под ним. – Возьми меня, Буми. Разрушь меня.

Воздух в комнате начал вибрировать. Буми неосознанно использовал свою новую магию, создавая вокруг них вакуум, усиливающий каждое прикосновение. Когда он вошел в нее, Изуми вскрикнула, и из ее ладоней вырвались искры, опаляя простыни.

– Твоя киска такая же горячая, как твое проклятое пламя, – прохрипел Буми, двигаясь внутри нее мощными, рваными толчками. – Ты так долго строила из себя ледяную королеву, но внутри ты просто течная девка, ждущая своего генерала.

– Заткнись и трахай меня, – прорычала она, впиваясь ногтями в его спину. – Сильнее, ты, никчемный маг воздуха!

Звуки плоти, ударяющейся о плоть, заполняли комнату. Корра видела, как капли пота блестят на широкой спине Буми, как Изуми запрокидывает голову, теряя контроль. Это было грязно, это было громко. Они не стеснялись в выражениях, выплескивая всю ту горечь и жажду, что копились тридцать лет.

– О да... да, так, – Изуми стонала, ее голос сорвался на хрип. – Больше... я хочу чувствовать всё.

Буми не сдерживался. Он перевернул ее, заставляя встать на четвереньки, и вошел сзади, одной рукой крепко сжимая ее за горло — не чтобы задушить, а чтобы зафиксировать этот момент абсолютной власти.

– Чья ты Хозяйка? – прорычал он ей в ухо, двигаясь в безумном темпе.

– Твоя... – всхлипнула она, ее тело содрогалось. – Только твоя, Буми...

В момент пика магия огня и магия воздуха сплелись в единый вихрь. Комнату озарила ослепительная вспышка, когда Изуми, содрогаясь в мощнейшем оргазме, непроизвольно выпустила волну жара, а Буми ответил резким порывом ветра, удерживающим их обоих на грани обморока. Биологические жидкости — пот, смазка, семя — смешались на простынях, блестя в лунном свете.

Они лежали в тишине, тяжело дыша. Буми уткнулся лицом в ее шею, вдыхая запах дыма и жасмина.

– Я ненавижу тебя, – прошептала Изуми, поглаживая его по седеющим волосам.

– Я знаю, – ответил он, целуя ее в плечо. – Поэтому я и прилетел.

Корра тихо отступила в тень коридора. Ее сердце колотилось как сумасшедшее. Она пришла сюда искать магов воздуха, а нашла нечто гораздо более древнее и мощное — человеческую страсть, которую не могли потушить ни короны, ни годы, ни долг.

Утром на завтраке Изуми снова была безупречна. Ни один волосок не выбился из прически, а ее голос был холоден, когда она передавала Тензину свитки с именами. Только Буми, сидевший с довольной ухмылкой и поглощавший острые колбаски, и Корра, старательно смотревшая в свою тарелку, знали, что скрывается за этим ледяным фасадом.

Страна Огня умела хранить секреты, но пепел былого романа сегодня ночью превратился в настоящий пожар. И, судя по тому, как Изуми едва заметно коснулась руки Буми, когда они прощались, этот огонь не собирался гаснуть еще очень долго.