Семья

Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо Сеула в мягкие персиковые и багряные тона. Воздух в парке был наполнен ароматом цветущей вишни и безмятежностью, которую так редко можно было встретить в мире, разрываемом порталами и монстрами. Я шел неспешно, подстраиваясь под шаг идущей рядом женщины.

Мой рост в сто девяносто два сантиметра всегда заставлял людей оборачиваться, но сейчас взгляды прохожих были прикованы не ко мне. Рядом со мной, едва доставая мне до плеча своим ростом в сто шестьдесят два сантиметра, шла Юми. Моя жена. Моя единственная.

Ее фарфоровая кожа казалась почти прозрачной в лучах заходящего солнца, а иссиня-черные волосы мягкими волнами спадали на плечи. Но больше всего я любил ее глаза — небесно-голубые, глубокие, как океан, и холодные, как вековые ледники, когда она смотрела на врагов. Юми была Монархом Льда. Не тем безумным существом, с которым я сражался в прошлом, а той, кто прошла со мной через ад перерождений, сохранив человечность и любовь.

Она была единственной, чье тело могло выдержать мощь Монарха Теней. Единственной, кто понимала тяжесть моей короны без лишних слов. И сейчас она несла в себе наш самый ценный дар — нашего сына.

Юми была на восьмом месяце беременности. Мы уже выбрали имя: Сон Юкио. Мой маленький Юки.

– Джинву, смотри, фисташковое! – Юми улыбнулась, указывая на киоск с мороженым.

Я посмотрел на нее, и мое сердце, привыкшее к ритму бесконечных битв, пропустило удар. Она была ослепительно красива. В свободном светлом платье, подчеркивающем ее округлившийся живот, она казалась самым хрупким и одновременно самым могущественным существом во вселенной.

– Тебе нельзя много холодного, Юми, – притворно строго заметил я, уже доставая кошелек.

– Я Монарх Льда, дорогой, – она хитро прищурилась, слизывая каплю подтаявшего шарика с рожка. – Холод — это моя стихия. Юкио тоже нравится.

Мы присели на скамейку в тени раскидистого дерева. Я осторожно обнял ее за плечи, чувствуя, как внутри ее живота происходит легкое движение. Мой сын. Охотник S-ранга, Теневой Монарх — для всего мира я был богом или монстром, но здесь, в этом парке, я был просто мужем и отцом.

Я сознательно скрывал существование Юми от ассоциации и других охотников. Моя личная жизнь не была достоянием общественности. Я не хотел, чтобы политики или журналисты лезли в наш мир. Для них Сон Джинву был одиноким волком.

Но тишина длилась недолго.

– Охотник Сон Джинву?

Голос был резким, знакомым и пропитанным изумлением, которое мгновенно сменилось чем-то болезненным. Я обернулся. В нескольких метрах от нас стояла Ча Хэ Ин.

Ее лицо побледнело, а глаза, обычно полные решимости, сейчас метались между мной и рукой, которой я обнимал Юми. Хэ Ин давно проявляла ко мне интерес, я это знал. Но я никогда не давал ей повода надеяться на что-то большее, чем профессиональное уважение.

– Охотник Ча, – холодно произнес я, не убирая руки с плеча жены.

– Кто... кто это? – голос Хэ Ин дрогнул. Она смотрела на живот Юми так, будто это была граната с выдернутой чекой. – Джинву, что это значит?

– Это моя жена, Сон Юми, – ответил я просто. – Мы гуляем. Надеюсь, на этом вопросы закончены.

Но Хэ Ин будто сорвалась с цепи. Годы сдерживаемых чувств и иллюзий, которые она сама себе настроила, выплеснулись наружу в одно мгновение.

– Жена?! – закричала она, привлекая внимание прохожих. Люди начали замедляться, доставая телефоны. – Какая еще жена? Я была рядом! Я поддерживала тебя, я всегда была на твоей стороне! Я люблю тебя, а ты... ты женился на какой-то никчемной девке?!

Я почувствовал, как воздух вокруг нас начал стремительно остывать. Тень у моих ног задрожала, готовая выпустить Клыка или Игриса, чтобы заставить эту женщину замолчать, но Юми мягко положила ладонь мне на грудь.

– Стой, – тихо сказала она. Ее голос был подобен звону льда.

Юми медленно встала. Несмотря на тяжелую походку, в каждом ее движении сквозило величие, перед которым меркли любые титулы охотников S-ранга. Она подошла к Хэ Ин, которая продолжала истерику, выкрикивая оскорбления.

– Ты... ты просто воспользовалась им! – визжала Ча Хэ Ин. – Он величайший охотник, а ты просто...

Договорить она не успела. Юми, с абсолютно спокойным лицом, перевернула свой рожок с мороженым прямо на голову «звезде» корейских охотников. Липкая зеленая масса медленно потекла по золотистым волосам Хэ Ин.

Послышался звонкий хлопок. Юми дала ей пощечину — не с силой Монарха, которая бы снесла голову, а с силой женщины, чей дом пытаются осквернить.

– Угомонись, истеричка бешеная, – холодно произнесла Юми.

Хэ Ин застыла, хватая ртом воздух. Вокруг уже собралась толпа, десятки камер снимали позор лучшей охотницы страны.

– Ты видела, тупая? – Юми сделала шаг вперед, и Хэ Ин невольно отступила. – Что-то я не припомню, чтобы мой муж оказывал тебе хоть какие-то знаки внимания. Не смей говорить, что ты была с ним. Ты ничего о нем не знаешь.

– Я... я заботилась... – пролепетала Хэ Ин, вытирая лицо.

– Ты просто понюхала воздух рядом с ним, решила что-то в своих куриных мозгах и нафантазировала себе целую историю любви, – отрезала Юми. – Мой муж прошел через такие страдания, которые тебе и в кошмарах не снились. Пока ты наслаждалась славой S-ранга, он умирал и воскресал. И я была той, кто держал его за руку в пустоте. А ты? Ты просто фанатка, возомнившая себя главной героиней.

Я смотрел на свою жену с гордостью. Она не нуждалась в моей защите. Она была Монархом, повелевающим ледяными драконами и армиями северных волков. Ее клинки могли расколоть континент, но сейчас ее главным оружием была правда.

– Если я еще раз услышу, что ты оскорбляешь нашу семью или моего ребенка, – Юми понизила голос до ледяного шепота, от которого у всех присутствующих поползли мурашки по коже, – я превращу твой мир в вечную мерзлоту. И никакой Сон Джинву тебя не спасет, потому что он будет тем, кто подаст мне меч.

Юми повернулась ко мне, и ее взгляд мгновенно потеплел.

– Джинву, пойдем домой. Здесь стало слишком шумно, а Юкио не любит криков.

Я подошел к ней, обнял за талию и бросил последний взгляд на Ча Хэ Ин. Та стояла раздавленная, в окружении смеющихся и шепчущихся людей. Завтра все газеты будут пестрить заголовками о крахе репутации «Богини Охотников».

– Как скажешь, дорогая, – улыбнулся я.

Мы шли к выходу из парка, и я чувствовал, как тени ласково касаются подола платья Юми. Мы были Монархами, существами вне человеческого понимания, но в этот вечер мы были просто семьей, идущей домой.

– Знаешь, – задумчиво произнесла Юми, когда мы уже подходили к машине, – фисташковое все-таки было вкусным. Жаль, что оно закончилось на ее голове.

Я рассмеялся, притягивая ее к себе.

– Мы купим тебе целый холодильник фисташкового, когда Юкио родится. Обещаю.

В небе над Сеулом зажглись первые звезды, и в их холодном блеске я видел отражение глаз моей жены — моей ледяной королевы, моей единственной опоры в этом и во всех других мирах.