УБийца волшебников и Стражница Воды

Запах жареного кунжутного масла, свежего имбиря и тонко нарезанного зеленого лука мог умиротворить даже самого заядлого психопата. На кухне ресторана «Серебряный Дракон» царила почти священная тишина, нарушаемая лишь ритмичным, пулеметным стуком поварского тесака о разделочную доску из белого дуба.

Гарри Поттер двигался плавно, экономно и с пугающей точностью. В его руках тяжелый клинок казался невесомым продолжением кисти: соломка из сладкого перца получалась идеальной толщины — ровно полтора миллиметра, ни больше ни меньше. На плите на слабом огне томился бульон, прозрачный, как слеза феникса, а в стороне сверкали начищенные до зеркального блеска медные сковороды-воки. Ни пятнышка копоти, ни крошки на полу. Для человека, который ещё недавно проектировал мистические патроны и чистил затворы пистолетов в подвалах Англии, поддержание идеального порядка на кухне было сродни медитации.

– Знаешь, Гарри, – раздался мягкий, дребезжащий, но невероятно живой голос из угла кухни.

Старушка Ян Лин сидела за маленьким круглым столиком, неторопливо потягивая чай из тонкостенной фарфоровой чашки. Её лукавые карие глаза с теплом наблюдали за каждым движением юноши.

– Если ты продолжишь так полировать вытяжку, в неё можно будет смотреться вместо зеркала перед выходом в свет. Наши клиенты ослепнут от чистоты ещё на пороге.

Гарри опустил нож, тряхнул непокорной челкой цвета воронова крыла и широко, ослепительно ухмыльнулся, закинув полотенце на плечо в небрежном, чисто театральном жесте.

– Мадам Лин, в кулинарии, как и в баллистике, компромиссы ведут к осечке! – провозгласил он, картинно разведя руками и слегка изогнув бровь. – Идеальная температура вока плюс математическая нарезка ингредиентов равны триумфу вкусовых рецепторов. А ваша внучка, между прочим, опять пыталась сунуть в тесто для пельменей сушеную лаванду. Я вовремя перехватил диверсанта!

– Лаванда придала бы им авангардный дух! – послышался звонкий голос, и в кухню вихрем влетела Хай Лин с альбомом для рисования под мышкой. Её тонкие косички забавно подпрыгивали. – Гарри, ты просто кулинарный консерватор. А вот мой новый эскиз униформы для официантов ты не назовешь скучным! Смотри, здесь эполеты с перьями и пояс с креплением для блокнота…

– И карманы, в которые поместится пара запасных обойм? – подмигнул Гарри, скрестив руки на груди.

– Ну… если ты настаиваешь, то и для обойм, – рассмеялась девочка, плюхнувшись на стул рядом с бабушкой.

Ян Лин тихо усмехнулась, продолжая внимательно изучать парня поверх края чашки. Бывшая Стражница Воздуха обладала слишком острым чутьем, чтобы не заметить: за этой шутовской, бьющей через край энергией, за ужимками нахального франта и виртуозным обращением со сковородками скрывался опаснейший хищник. В движениях Гарри сквозила кошачья настороженность. Он всегда вставал спиной к несущей стене, держал в поле зрения оба выхода и мгновенно фиксировал малейшее изменение сквозняка в коридоре.

И Ян Лин знала почему.

Ещё при их первой встрече, когда израненный, уставший британский беглец появился в портовой части Хизерфилда с двумя чемоданами и холодным, как арктический лед, взглядом, старушка почувствовала за его плечами дыхание смерти. Но вместо подозрительности она предложила ему кров, горячую лапшу и работу в ресторане. А Гарри, в свою очередь, за пару недель превратил кухню заведения в бастион кулинарного искусства, попутно починив протекающую крышу, проводку, вентиляцию и старинные механические часы, которые стояли уже лет сорок.

Он бежал из Англии не потому, что боялся Волдеморта. Он бежал от удушающего, гнилого лицемерия так называемой «семьи».

Воспоминания о том душном июльском вечере на площади Гриммо и в поместье Поттеров до сих пор отдавались во рту привкусом пороховой гари.

«Положи палочку, Гарри. Ради высшего блага ты должен остаться...»

Как же самодовольно звучал голос Джеймса! Лорд Поттер искренне верил, что мир вращается вокруг него, директора Дамблдора и драгоценного младшего близнеца Годрика — «Мальчика, Который Выжил». Годрика, чьей единственной заслугой было то, что ему на лоб прилетел осколок дубовой щепки в виде буквы «V», пока годовалый Гарри неосознанно вымораживал до костей саму душу Темного Лорда древней, проснувшейся магией крови.

Они сделали из Годрика идола. А Гарри? Гарри рос тенью. О нем вспоминали, только когда нужно было убрать за «золотым мальчиком» или отчитать за то, что он посмел косо посмотреть на очередную медаль брата. Но Гарри не плакал по углам. Он учился. Сначала по старинным трактатам в заброшенных секциях фамильной библиотеки, потом — на улицах и у гоблинов, где нашел наставников, не веривших в сказки старика с бородой до пояса. Когда Гарри понял, что на войне магов побеждает не тот, кто красивее выкрикнет латинское слово, а тот, кто быстрее отправит свинец в жизненно важные органы, его жизнь изменилась.

Фильм Джона Ву «Светлое будущее» стал для него откровением. Македонская стрельба, две вороненые «Беретты 92FS», модифицированные руническими цепочками для глушения звука и усиления пробития, тренировки до кровавых мозолей на пальцах...

На том треклятом кладбище в Литтл-Хэнглтоне Воскресший Лорд и его приспешники ждали перепуганного мальчишку. Годрик упал на колени при первых же «Круциатусах», рыдая и моля о пощаде. А Гарри... Гарри просто выхватил стволы.

Грохот выстрелов разорвал кладбищенскую тишину. Макнейр рухнул с простреленным горлом прежде, чем успел поднять палочку. Старший Крэбб и Гойл легли рядом с дырами во лбу. Смертоносные Кэрроу даже не поняли, откуда прилетели пули со смещенным центром тяжести. Люциус Малфой визжал, зажимая раздробленное колено и перебитое запястье, а сам Волдеморт, взбешенный, окровавленный, схлопотавший три пули в брюхо и чудом успевший закрыться стихийным щитом, в панике отдал приказ к отступлению. Волшебники не умели воевать против кинетического оружия, движущегося со скоростью тысячи футов в секунду.

И что в итоге?

Вернувшись, Годрик расправил плечи и соврал. Сказал, что это он прогнал Темного Лорда своей «несгибаемой волей и мощным Экспеллиармусом». И родители поверили ему! Дамблдор смахнул скупую слезу умиления! А когда Гарри попытался сказать правду, Джеймс отвесил ему пощечину, заявив, что зависть к брату очерняет имя Поттеров.

Тот выстрел в плечо Джеймса перед камином не был спонтанным. Это была точка. Жирная, свинцовая точка в их родстве.

– Эй, шеф-повар! – голос Хай Лин выдернул Гарри из пучины мрачных мыслей. – Ты чего завис над лапшой? Смотри, бульон сейчас выкипит!

– Ничего подобного, юная леди, – Гарри мгновенно вернул на лицо свою фирменную самодовольную мину, ловко щелкнув переключателем конфорки. – Я просто вслух размышлял о бренности бытия и о том, что твоя следующая фраза будет: «Гарри, а девочки уже пришли, можно нам порцию спринг-роллов вне очереди?»

Хай Лин открыла рот, округлила глаза и замерла:

– Гарри, а девочки уже пришли, можно нам порцию... – Она осеклась и возмущенно топнула ножкой. – Да как ты это делаешь?! Ты читаешь мысли! Бабушка, скажи ему!

– Он просто слишком хорошо тебя знает, внучка, – добродушно отозвалась Ян Лин, пряча улыбку.

– Зови своих подруг, – усмехнулся Гарри, раскладывая золотистые блинчики по тарелкам. – И передай той рыжей язве, что если она опять капнет соевым соусом на чистую скатерть, я заставлю её отрабатывать посудомойкой до второго пришествия Мерлина.

Колокольчик над входной дверью зазвенел, возвещая о приходе компании. Через несколько минут в зале ресторана раздался нестройный гомон девичьих голосов.

Гарри вышел с большим подносом, балансируя им на кончиках пальцев с грацией циркового артиста. За столиком у окна расположилась вся компания: рыжеволосая Вилл с неизменным напряженным взглядом лидера, элегантная блондинка Корнелия, аккуратная Тарани в очках, Хай Лин и... Ирма Лэр.

Ирма сидела, развалившись на стуле, закинув ногу на ногу и крутя на пальце бумажный зонтик от коктейля. Темно-русые кудри обрамляли круглое, выразительное лицо с россыпью веснушек на носу, а в синих глазах плясали такие черти, перед которыми померкли бы все демоны Кондракара. Рядом с ними скромно примостился темноволосый паренек в потрепанном жилете — Калеб, мятежник из Меридиана, которого девочки не так давно вытащили из ямы Фобоса. Парень все еще дичился земного мира и вздрагивал от шума проезжающих машин, но жадно вдыхал ароматы еды.

– О-о-о, явился наш великий кулинарный ниндзя, – протянула Ирма, окинув Гарри насмешливым взглядом с головы до пят. – Что сегодня на повестке дня, Поттер? Снова рис с секретным ингредиентом в виде твоего непомерного эго?

Гарри плавно опустил поднос на стол, выставил перед ней тарелку с хрустящими роллами и соусник, после чего наклонился чуть вперед, опершись ладонями о край стола. Расстояние между их лицами сократилось до пары десятков сантиметров.

– Твоя следующая фраза, Ирма: «Вообще-то, я надеялась на двойную порцию креветок, но сойдет и это, если ты отстанешь со своими фокусами»!

Ирма на секунду застыла, ее щеки слегка порозовели, но она тут же нахмурилась и выпалила:

– Вообще-то, я надеялась на двойную порцию креветок, но... – Она прикусила язык, сердито сдув со лба выбившуюся прядку. – Поттер! Ты невыносим! Честное слово, когда-нибудь я залью тебя водой из ближайшей пожарной колонки прямо посреди улицы!

– Осторожнее с угрозами, русалочка, – осклабился Гарри, выпрямляясь и задорно подмигивая ей. – От воды у меня волосы становятся слишком пушистыми, и тогда ни одна девушка в радиусе пяти кварталов не сможет устоять перед моим шармом. Ты же не хочешь спровоцировать массовую давку у входа в ресторан?

– Твой шарм не подействует даже на бездомную кошку, – фыркнула Ирма, но уголки ее губ предательски дрогнули в улыбке, пока рука уже тянулась к горячему роллу. – Хм... ладно, признаю, готовишь ты сносно. Для парня с манией величия.

– Сносно?! – Гарри прижал руку к груди, изображая смертельную обиду. – Женщина, ты ранила меня в самое сердце! Моя тонкая душевная организация разрушена! Пойду съем сырой пельмень с горя.

Корнелия закатила глаза:

– Вы двое стоите друг друга. Детский сад, честное слово.

– Зато весело! – хихикнула Хай Лин, передавая Калебу миску с рисом и курицей в кисло-сладком соусе. Мятежник осторожно попробовал кусочек палочками, которые держал как боевой кинжал, и его глаза буквально засияли от восторга.

– В Меридиане... ничего подобного нет, – тихо произнес юноша. – Фобос кормит солдат только пресными похлебками из болотных корней. Спасибо, Гарри.

– На здоровье, лесной партизан, – улыбнулся Гарри уже без всякого паясничания, искренне и тепло. В Калебе он чувствовал родственную душу — воина, который сражался за правое дело, не надеясь на легкие победы. – Ешь больше, восстанавливай силы. Мышцы на одном энтузиазме не растут.

Вилл тем временем сидела непривычно тихая. Она крепко сжимала кулон на шее — Сердце Кондракара пульсировало под ее свитером слабым, тревожным теплом.

– Что-то не так, Вилл? – негромко спросила Тарани, поправив очки.

– Не знаю... – прошептала лидер Стражниц. – Сердце словно гудит. Будто рядом открывается портал, но он нестабильный... и холодный.

Гарри не успел ничего ответить.

Воздух в переулке за черным выходом ресторана внезапно сгустился. Температура резко упала, окна заведения мгновенно покрылись замысловатыми морозными узорами, а с потолка посыпалась тонкая штукатурка. Послышался глухой, вибрирующий утробный рык, от которого задрожали стаканы на столах.

– О нет... – выдохнул Калеб, вскакивая на ноги и роняя стул. – Гончие Седрика. И охотничьи тролли! Они выследили меня через разрыв завесы!

– В Хизерфилде?! – воскликнула Корнелия, побледнев. – Но здесь же полно людей!

Дверь черного хода с оглушительным треском вылетела внутрь, разлетаясь на щепки. В проем ввалилась массивная серокожая туша высотой под три метра. Чудовище с покатыми плечами, заросшими грубой щетиной, слюнявой пастью, полной кривых желтых зубов, и горящими багровыми глазами держало в лапах шипастую дубину размером со ствол молодой сосны. За его спиной в узком переулке визжали еще трое таких же тварей, разрывая железные мусорные баки когтистыми лапами.

– Девочки, назад! – крикнула Вилл, вскидывая руку, готовая призвать силу кристалла. Но ресторан был забит посудой, а главное — трансформация Стражниц требовала секунды, которых у них просто не было: первый тролль уже занес дубину, целясь в хрупкую Ян Лин, застывшую у стойки.

– Бабушка! – истошно закричала Хай Лин.

И в этот момент пространство словно сломалось.

Тот беззаботный, смешливый парень в поварском фартуке исчез. На его месте возник силуэт, сотканный из чистого, отточенного рефлекса выживания.

Гарри не колебался ни доли мгновения. Его руки опустились под фартук, к поясной кобуре скрытого ношения, и в следующий миг в его ладонях возникли две тяжелые армейские «Беретты». Вороненая сталь тускло блеснула в полумраке кухни.

«Один шаг в сторону, поворот корпуса на сорок пять градусов, угол возвышения ствола — ноль», – холодный, расчетливый голос в голове Гарри работал быстрее компьютерного процессора.

Бабах! Бабах!

Громоподобные выстрелы в замкнутом пространстве ударили по барабанным перепонкам. Вспышки дульного пламени осветили оскаленное лицо парня. Две тяжелые экспансивные пули, усиленные рунами кинетического толчка, с чавкающим звуком вошли точно в правый и левый глаз передового тролля.

Тварь взревела от неописуемой боли, слепо взмахнув дубиной и разнеся в щепки висячий шкаф, но Гарри уже не было на месте. Он перекатился по гладкому кафельному полу, оказавшись прямо под занесенной ногой гиганта.

– Твоя следующая фраза, мешок с навозом: «Я раздавлю тебя, мелкий червяк!» – выкрикнул Гарри, взводя курки.

Тролль издал булькающий, нечленораздельный рык:

– Раз-з-давлю... мелкий...

– Не угадал, приятель. Время ледникового периода!

Гарри коснулся ладонью пола.

Его глаза, обычно зеленые, вспыхнули леденящим серебром — тем самым цветом, который четырнадцать лет назад уничтожил физическую оболочку сильнейшего Темного Лорда Британии. Воздух затрещал от статического электричества. Волна абсолютного нуля хлынула из его руки веером, за долю секунды проморозив ноги тролля до состояния хрупкого хрусталя. Лед с чудовищной скоростью побежал вверх по коленям и бедрам чудовища, намертво вмораживая его в фундамент здания.

– Ложись! – рявкнул Гарри, резко вскинув оба пистолета крест-накрест.

Он нажал на спусковые крючки восемь раз подряд. Свинцовый град пробил закоченевшую грудную клетку монстра. Лед не выдержал чудовищного кинетического удара — и трехметровый тролль с оглушительным звоном взорвался на тысячи мелких, неопасных осколков, осыпав кухню морозным градом.

Стражницы онемели.

Вилл застыла с вытянутой рукой, в которой слабо мерцало забытое Сердце Кондракара. Корнелия закрыла рот ладонями, а Калеб с отвисшей челюстью смотрел на гильзы, со звоном падающие на кафель.

Но бой еще не был окончен. В переулке оставались трое. Увидев гибель вожака, тролли взвыли и ломанулись в пролом все вместе, застревая в узком дверном проеме.

– Гарри, осторожно! – закричала Ирма, инстинктивно вскидывая руки. Из ее ладоней вырвалась мощная струя воды, сбивая переднего монстра с ног, но двое других перешагнули через сородича, поднимая каменные топоры.

– Неплохая подача, Лэр! – крикнул Гарри, взлетая на разделочный стол и отталкиваясь от него в акробатическом прыжке. – А теперь отойди, а то забрызгает!

В воздухе он выбросил пустые магазины щелчком больших пальцев, и прежде чем гравитация потянула его вниз, новые обоймы сами влетели в рукояти пистолетов из магнитных держателей на предплечьях. Сухой, хищный щелчок затворов слился в единый звук.

Приземлившись прямо на плечи упавшего тролля, Гарри хладнокровно, в упор всадил по три пули в затылок твари, затем ушел перекатом вправо от летящего топора второго. Оружие монстра врубилось в стену переулка, выбив сноп искр.

– Эй, каменноголовый! Смотри сюда! – крикнул Гарри, картинно покрутив пистолет на указательном пальце, словно герой старого вестерна.

Оставшийся тролль с яростным ревом развернулся к нему, открывая широкую, незащищенную шею. Гарри даже не стал стрелять в упор. Он сделал шаг назад, плавно увел ствол левой «Беретты» чуть в сторону, целясь в массивную железную балку пожарной лестницы позади монстра.

Выстрел!

Пуля с визгом срикошетила от балки под идеальным углом в сорок пять градусов и вошла точно в основание черепа чудовища. Тролль замер, его глаза закатились, и туша рухнула лицом в сырой асфальт переулка, подняв тучу пыли.

Тишина, опустившаяся на улицу, была оглушительной. Лишь дымились стволы оружия в руках парня, да капли растаявшего льда медленно капали с косяка разрушенной двери.

Гарри глубоко вздохнул, плавно опустил курки, крутанул пистолеты в руках с пугающей ловкостью профессионального наемника и загнал их обратно в кобуры под фартуком. После этого он поправил сбившийся воротник рубашки, отряхнул пыль с плеча и обернулся к застывшим в дверном проеме подросткам.

– Ну вот, – печально протянул он, разведя руками. – Я же говорил: дверь на честном слове держалась. А теперь мне еще и штукатурить придется. Мадам Лин, вычтете из моей зарплаты за перерасход патронов?

Старушка Ян Лин лишь покачала головой, но в ее глазах читалось безмерное уважение и спокойствие.

– Нет, Гарри. Я думаю, за спасение семейного антиквариата тебе положена премия. И, возможно, двойная порция свиных ребрышек.

Стражницы медленно вышли в переулок, обходя кучи серого праха и осколки льда. Вилл переглянулась с Калебом. Мятежник осторожно подошел к Гарри и протянул руку:

– Я видел много воинов в Меридиане. Но стрелять сквозь сталь под углом... Это было поразительно. Кто ты такой?

– Просто скромный повар с британским акцентом и тяжелым детством, – ухмыльнулся Гарри, крепко пожав его руку. – Называй меня Гарри.

Корнелия брезгливо перешагнула через кусок дубины, все еще не веря своим глазам:

– Ты... ты убил их обычными магловскими железками? И тем ледяным заклинанием? Подожди, ты что, маг?! Но откуда у тебя пистолеты?!

– Долгая история, принцесса, – отмахнулся Гарри. – Скажем так: в моем родном захолустье некоторые бородатые идиоты считают, что зло нужно побеждать любовью, прощением и леденцами. А я предпочитаю калибр девять миллиметров и стопроцентную гарантию того, что враг больше не встанет. Практика показывает, что пуля в лоб куда эффективнее читает нотации, чем речь Дамблдора о втором шансе.

Ирма подошла ближе всех. Ее руки все еще были влажными от вызванной стихии, а на щеке темнело пятнышко сажи. Она смотрела на Гарри совершенно по-новому: весь ее привычный сарказм на миг отступил, уступив место искреннему, ошеломленному восхищению, смешанному с легкой досадой от того, что этот невыносимый наглец оказался чертовски крут.

– Значит... – протянула она, скрестив руки на груди и слегка склонив голову набок. – Ты не просто умеешь шинковать овощи со скоростью света. Ты еще и ходячая армия в фартуке?

Гарри опустил взгляд на нее. Вблизи ее синие глаза казались огромными, и в них плескалось нечто такое, от чего у него внутри, вопреки привычному ледяному контролю, шевельнулось странное, теплое пламя.

– Заметь, Лэр, – мурлыкнул он, склонившись к ней чуть ближе, так что она почувствовала запах пороха, корицы и свежего имбиря, исходивший от него. – Твоя струя воды была очень вовремя. Если бы не ты, тот громила успел бы задеть кастрюлю с соусом. А испорченный соус — это преступление посерьезнее вторжения из другого измерения.

– Не обольщайся, Поттер, – фыркнула Ирма, но ее голос дрогнул, а щеки предательски запылали румянцем. – Я просто защищала свой будущий обед. И вообще... ты запачкал соусом рукав. Выглядишь нелепо для героя дня.

– О, правда? – Гарри окинул взглядом свой рукав, затем снова посмотрел на нее и ослепительно улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у девчонок обычно перехватывало дыхание. – Тогда, быть может, благородная повелительница воды соизволит помочь пострадавшему ветерану кухни отстирать его за чашкой кофе после смены? Я знаю отличное кафе на набережной, где не подают монстров на закуску.

Вилл, Тарани и Хай Лин дружно захихикали за спиной Ирмы. Корнелия закатила глаза с видом мученицы:

– Ну вот, началось.

Ирма прикусила губу, изо всех сил пытаясь сохранить язвительное выражение лица, но битва была проиграна. На ее губах расцвела лукавая, озорная улыбка.

– Твоя следующая фраза, Поттер: «Я оплачиваю счет, потому что джентльмен всегда платит за даму»!

Гарри моргнул, на секунду сбитый с толку ее точным выпадом, а затем расхохотался — громко, искренне, запрокинув голову к хмурому небу Хизерфилда. Впервые за долгие, мучительные годы ему было по-настоящему легко. Никаких пророчеств. Никаких «золотых» братьев-самозванцев. Никаких предательств.

– Поймала, русалочка, – признал он, шутливо поклонившись и прижав руку к сердцу. – Джентльмен оплачивает счет. В семь вечера у пирса. И только попробуй опоздать — я прикажу чайкам забросать тебя булочками!

– Посмотрим, кто кого забросает, снайпер, – парировала Ирма, и в ее синих глазах зажглись победные искры.

В переулке таял морозный пар. Впереди их ждали загадки Меридиана, козни Фобоса и, возможно, тени из его собственного темного прошлого, которые рано или поздно попытаются найти беглого первенца Поттеров.

Но глядя на эту острую на язык девчонку и ощущая привычную тяжесть верных пистолетов подмышками, Гарри знал наверняка: теперь он больше не был один. А значит, любому, кто посмеет встать у него на пути, придется познакомиться не только с древней магией, но и с парой обойм девятого калибра.