Метро

Утро в мегаполисе всегда пахло озоном, кофе и бесконечной спешкой. Катя поправила узкие джинсы, чувствуя в заднем кармане привычную тяжесть — крохотную, теплую и живую. Там, среди волокон денима, сидел Антон. Его рост едва достигал десяти сантиметров, и для него этот карман был мягкой, обитой хлопком каютой.

– Ты там как, не раздавила? – шепотом спросила Катя, оглядываясь по сторонам.

– Всё в порядке, Кать, – донесся приглушенный голос снизу. – Тут уютно, только не садись резко.

Катя улыбнулась. Она любила брать его с собой. В мире, где всё было огромным и пугающим, он был её маленьким секретом. Сегодня ей нужно было пересечь город на «Розовой ветке» — уникальной линии метро, созданной исключительно для женщин. Здесь не было мужчин, только бесконечный поток девушек, школьниц, бизнес-леди и старушек.

Турникеты пропустили её с мелодичным звоном. Катя вошла в вагон, сверкающий чистотой и пахнущий дорогим парфюмом. Свободных мест было немного, но ей повезло — одно кресло в самом конце вагона пустовало. Она быстро подошла к нему и начала садиться.

В этот момент джинсы натянулись сильнее, чем обычно. Антон, который как раз пытался выглянуть наружу, чтобы посмотреть на проплывающие мимо огни тоннеля, потерял равновесие. Гладкая ткань заднего кармана сработала как горка. Когда Катя почти коснулась сиденья, Антон выскользнул из своего убежища.

Он не успел даже вскрикнуть. Маленькое тело пролетело несколько сантиметров и приземлилось на соседнее свободное сиденье, обтянутое плотной синтетической тканью.

– Ой, – выдохнула Катя, устраиваясь поудобнее. Она не заметила потери. Музыка в её наушниках заглушила тихий шорох падения.

Антон лежал на спине, тяжело дыша. Для него это падение было сродни прыжку со второго этажа на батут. Он попытался подняться, но вагон качнуло. В этот момент двери на следующей станции открылись, и толпа хлынула внутрь.

– Катя! – закричал он, но его голосок был тише писка насекомого в шуме прибывающего поезда.

Над ним выросла тень. Огромная, необъятная стена из черной ткани. Это была студентка в плотной юбке-карандаш. Она даже не посмотрела вниз, просто развернулась и начала опускаться. Антон замер, глядя, как небо над ним закрывается массивным, обтянутым тканью полушарием.

Удар был не резким, но сокрушительным. Девушка весила, может, пятьдесят килограммов, но для Антона это были тонны живого веса. Его вдавило в мягкую набивку сиденья. Воздух с хрипом вырвался из его легких. Он чувствовал, как каждое движение её бедер, когда она устраивалась поудобнее, перемалывает его кости.

– Простите, это ваша остановка? – услышал он приглушенный голос Кати где-то сбоку.

– Да, выхожу, – ответила Катя.

Двери открылись. Катя встала и вышла, даже не подозревая, что оставляет своего крошечного парня под чужим телом. Антон пытался пошевелить рукой, но плотная ткань юбки прижала его намертво. Он был замурован в тепле и давлении.

Студентка проехала три остановки. Всё это время Антон чувствовал пульсацию её тела. Для него это был кошмар: он был раздавлен, но еще жив. Когда девушка встала, он не успел обрадоваться свободе. Его тело, уже изломанное, осталось лежать в небольшой вмятине на сиденье.

Не успел он сделать и вдоха, как на сиденье буквально рухнула новая пассажирка. Это была школьница с тяжелым рюкзаком. Она плюхнулась с размаху, и Антон услышал отчетливый хруст в собственных ребрах.

– Ох, ну и денек, – пробормотала школьница, ерзая на месте.

Каждое её движение было для Антона пыткой. Она достала телефон и начала что-то активно печатать, при этом постоянно меняя позу. Её ягодицы, обтянутые тонким трикотажем школьных брюк, перекатывались по нему, словно два гигантских валуна. Антон чувствовал, как его внутренние органы протестуют против такого обращения. Лицо его было прижато к сиденью, он в