Убийца Волшебников и Чёрный Тигр

Холод в Годриковой Лощине всегда ощущался иначе. Он не просто покалывал щёки морозной сыростью увядающего октября — он проникал под рёбра, оседая там мерзким предчувствием беды. Но тридцать первого октября восемьдесят первого года этот холод стал абсолютным.

В тот вечер рухнули вековые стены коттеджа Поттеров. Чарлус Поттер, старый воин с глазами цвета грозового свинца, сражался как разъярённый дракон, заставляя Тёмного Лорда отступать шаг за шагом. Но случайный рикошет, вспышка нечестивого изумрудного пламени — и сердце старого дуэлянта перестало биться. На втором этаже, очерчивая собственной кровью сложнейшие руны древнего ритуала дома Блэк, стояла Дорея.

Она не молила о пощаде. Женщина, в чьих жилах текла первородная ярость темнейшего британского рода, встретила Тома Реддла ядовитым оскалом. Она знала его тайны, помнила выцветшие школьные табели и презирала само его существование. Дуэль на пороге детской была яростной и безжалостной: трансфигурированные стены обращали смертоносные проклятия в прах, а воздух плавился от концентрированной ненависти. Дорея пала лишь тогда, когда старческое тело исчерпало последние крохи сил, уступив молниеносному выпаду змееликого выродка.

А затем Волан-де-Морт вошёл в детскую комнату.

Перед ним были двое младенцев. Годрик хныкал, цепляясь крошечными ручонками за бортик кроватки, а Гарри… Гарри смотрел прямо в щелевидные алые зрачки убийцы своими серыми, пугающе неподвижными глазами. И когда тиран взмахнул палочкой, предвкушая триумф, в воздухе не прозвучало ни слова из запретных книг.

Вместо этого раздался хруст. Нечеловеческий, первобытный холод — наследие давно забытой, стёртой из родословных ветви предков — вырвался на свободу. Лёд родился из ничего. Он не таял от пламени «Инсендио», не крошился под ударами «Бомбарды». Безупречная, хрустальная корка за секунду сковала ноги Тёмного Лорда, поползла вверх по мантии, обращая плоть и кости в застывшую скульптуру, а в следующее мгновение — сдетонировала чудовищной волной морозной энтропии.

Взрыв разнёс половину мансарды. Острый щебень и щепки раскрошенного стула полоснули Годрика по лбу, оставив кривую ссадину в форме буквы «V». Дух разорванного на куски Реддла с диким воем вылетел в разбитое окно, а частица его мерзкой сущности чисто случайно вцепилась в свежую рану визжащего от боли Годрика. Гарри же, истратив все жизненные соки до последней капли, рухнул на ковер, погружаясь в ледяную кому.

Появившийся спустя четверть часа Дамблдор увидел то, что хотел увидеть.

– Годрик Поттер стал Мальчиком-Который-Выжил, – торжественно возвестил старик, поглаживая серебристую бороду и не замечая лежащего в тени первенца.

Лили рыдала от облегчения, прижимая к груди кричащего «героя». Джеймс с гордостью расправлял плечи, уже видя в младшем сыне спасителя магической Британии.

Так началась ложь.

Для Гарри этот дом так и не стал родным. Годрика купали в лучах славы, ему нанимали лучших учителей, его капризы исполнялись по первому щелчку пальцев. Гарри же достались скрипучие половицы чердака, объедки с праздничных столов, молчаливое сочувствие домовиков да пыльные фолианты предков. Именно там, в заброшенных уголках библиотеки Блэков и Поттеров, среди портретов циничных предков, мальчик усвоил главный урок: если ты не защитишь себя сам, никто не придёт на помощь.

К четырнадцати годам он уже не питал иллюзий. Когда Годрик учился бросаться помпезными «Экспеллиармусами», Гарри, сбегая через каминную сеть с помощью нанятых за карманные гроши гоблинов, тренировался в стрельбе. Он заказывал инструкции, чертежи, магловские пособия спецназа. Фильмы Джона Ву стали для него откровением: македонская стрельба, молниеносные перекаты, плотный свинцовый шквал. Магия была прекрасна, но свинец летел быстрее звука, и никакое «Протего» не спасало от крупнокалиберной пули, зачарованной рунами пробития.

Перелом случился двадцать первого июля две тысячи пятнадцатого года.

Турнир Трёх Волшебников обернулся кровавой бойней на кладбище Литтл-Хэнглтона. Волан-де-Морт возродился, взяв кровь обоих братьев. Годрик, ослеплённый дамблдоровскими сказками о «великом добре» и запрете на убийство, был смят за считанные секунды. Тёмный Лорд ломал его кости «Круциатусом», насмехаясь над нелепыми попытками мальчика отбиться школьными чарами.

А потом Реддл перевёл взгляд на Гарри.

Это стало его роковой ошибкой.

Вместо палочки в руках старшего Поттера сверкнули два модифицированных вороненых ствола. Гарри не произносил речей. Он двигался как демон: низкий уход под луч смертельного проклятия, синхронный грохот патронов сорок пятого калибра, усиленных гравитационными чарами. Макнейр рухнул с разнесённой головой раньше, чем успел поднять топор. Крэбб и Гойл-старшие захлебнулись собственной кровью, когда зачарованная картечь разорвала их защитные мантии в клочья. Близнецы Кэрроу легли бок о бок, а Люциус Малфой, взвыв от ужаса, остался без кисти руки и коленной чашечки.

Сам Волан-де-Морт, получив три пули в плечо и бедро, едва успел раствориться в клубах чёрного дыма, не веря, что магловские «игрушки» способны срывать древнейшую тёмную защиту.

Вернувшись на поляну с потерявшим сознание Годриком и кубком-порталом, Гарри надеялся… хотя бы на крупицу правды. Но стоило Годрику очнуться в лазарете, как полились привычные россказни. Младший брат, захлёбываясь от самодовольства, врал напропалую: якобы это он призвал призраков предков, он обратил Пожирателей в бегство, а Тёмный Лорд бежал, устрашившись мощи его святого света.

Дамблдор аплодировал. Лили с Джеймсом рыдали от умиления. А когда Гарри попытался сказать правду, отец влепил ему пощёчину.

– Не смей завидовать брату, ничтожество! – прорычал Джеймс. – Ты прятался за могильными камнями, пока Годрик спасал твоё жалкое существование!

В тот миг внутри Гарри что-то окончательно перегорело. Надежда сдохла, оставив после себя лишь горький пепел.

---

Два массивных чемодана глухо стукнулись о паркет холла особняка Поттеров. Гарри, одетый в идеально подогнанный тёмный костюм, белую рубашку с узким чёрным галстуком и лёгкое пальто, поправил манжеты. В одном чемодане лежали вещи первой необходимости, во втором — мобильная мастерская, где хранились его чертежи, мистические коды, станки и разобранные механизмы.

– Гарри? Куда ты собрался? – Из гостиной вышла Лили, встревоженно глядя на багаж.

Следом за ней неторопливо шёл Джеймс, потягивая огневиски из хрустального бокала.

– Я ухожу. Навсегда, миссис Поттер, – спокойно произнёс подросток, даже не обернувшись к камину.

– Прекрати этот цирк! – поморщился Джеймс, сделав глоток. – Опять твои детские истерики? Я всё понимаю, тебе тяжело осознавать, что Годрик — герой нации, а ты… ну, просто обычный парень. Но устраивать драму накануне войны глупо. Директор ясно дал понять: Волдеморт может использовать тебя как заложника.

Гарри медленно повернул голову. На его губах заиграла ленивая, издевательская ухмылка в духе Данте, приправленная безграничным презрением.

– Заложника? Джеймс, ты серьёзно веришь, что твой ненаглядный избалованный щенок прогнал Волдеморта? Человек, который не способен без подсказки завязать шнурки, разогнал десяток Пожирателей с помощью «Экспеллиармуса»?

– Не смей оскорблять брата! – вспыхнул Джеймс, шагнув вперёд. – Годрик — Избранный! Дамблдор учит нас милосердию! Если мы начнём убивать врагов, мы станем такими же ублюдками, как они!

– Тогда вы сдохнете, – припечатал Гарри холодным, бритвенно-острым тоном. – Потому что Пожиратели смерти не играют по правилам старого маразматика. Это война, идиот. Здесь либо стреляешь ты, либо хоронят тебя. Вы четырнадцать лет делали вид, что меня не существует. Меня кормили эльфы, воспитывали мёртвые предки на холстах, а деньги на патроны и еду я зарабатывал сам, выполняя заказы гоблинов и подпольных синдикатов. Семья? У меня её никогда не было.

– Замолчи! – Лили побелела, прижав руки к щекам. – Как ты смеешь так говорить?! Мы любим тебя! Просто… Годрику нужно было больше внимания…

– Избавь меня от дешёвой сентиментальности, женщина, – оборвал её Гарри. – Слишком поздно. Лет эдак на десять.

Он наклонился за ручками чемоданов, но сухой щелчок взведённого магического щита заставил его замереть. Джеймс стоял перед ним, целясь палочкой прямо в грудь старшего сына. Лицо отца перекосило от бешенства и упрямства.

– Ты никуда не пойдёшь. Как глава рода Поттер, я приказываю тебе оставаться в поместье до окончания боевых действий. Ты отдашь свои магловские игрушки, принесёшь извинения брату и поступишь в распоряжение Ордена Феникса. Сложи оружие и положи палочку на стол. Немедленно!

– Джеймс, не надо! – вскрикнула Лили, заметив, как опасно сузились глаза Гарри.

– Молчи, Лили! Ради общего блага мы должны проявить твёрдость!

Гарри вздохнул. На его лице мелькнуло выражение глубочайшей, почти философской вселенской скуки — точно такое же, с каким Саката Гинтоки смотрит на неоплаченные счета за аренду.

– Ладно, ладно. Папочка решил включить строгого командира… – протянул Гарри.

Он медленно вынул из рукава палочку из остролиста и небрежно бросил её на полированную столешницу.

– А теперь пистолеты, – потребовал Джеймс, слегка расслабляя плечи в предвкушении победы.

Но Гарри даже не думал разоружаться.

Движение было смазанным. Для человеческого глаза это выглядело так, словно парень просто качнулся вперёд. Но под полами пальто уже щёлкнули кобуры. За доли секунды, нарушая все законы классической дуэльной дистанции, в руках старшего Поттера материализовались две модифицированные чернёные «Беретты 92FS».

Бах!

Грохот выстрела разорвал тишину поместья, заглушая испуганный вскрик Лили. Пуля девятого калибра, покрытая гравировкой подавления магии, вошла Джеймсу точно в правое дельтовидное плечо, раздробив сустав и выбив палочку из его пальцев.

Лорд Поттер с глухим стоном рухнул на колени, зажимая хлещущую рану. Кровь мгновенно запачкала дорогой персидский ковёр.

– Джеймс! – взвизгнула Лили, инстинктивно выхватывая собственную палочку.

Второй ствол Гарри уставился ей точно в переносицу. Палец парня лежал на спусковом крючке с пугающей, профессиональной стабильностью.

– Брось. На пол. Быстро, – скомандовал Гарри, и в его голосе зазвучал такой ледяной металл, от которого у Лили перехватило дыхание.

Дрожащими руками женщина разжала пальцы. Палочка со стуком покатилась по полу.

– Гарри… ты… ты выстрелил в родного отца?! – прошептала она, глядя на первенца с суеверным ужасом, словно увидела чудовище.

– Я выстрелил в вооружённого человека, угрожавшего моей свободе, – парировал Гарри, крутанув левый пистолет на указательном пальце с небрежным изяществом Реви из «Чёрной Лагуны» и пряча его в наплечную кобуру. Правый ствол всё ещё держал родителей на мушке. – Скажи спасибо, что я целился в мясо, а не в его тупую башку. Ты хотела драмы, Джеймс? Ты её получил. Запомните оба: с этого мгновения вы для меня — пустое место. Если кто-то из вашей секты пернатых маразматиков или слуг Волан-де-Морта встанет на моём пути… я стреляю на поражение без предупреждения.

Он подобрал свою палочку, спрятал её во внутренний карман, подхватил чемоданы и не оборачиваясь зашагал к гигантскому камину.

– Гарри, постой! Прости нас… мы всё исправим! – задыхаясь от боли, прохрипел Джеймс с пола. – Научи… научи Годрика так стрелять! Помоги нам спасти мир!

Гарри замер у границы очага, бросил горсть летучего пороха под ноги и повернулся вполоборота. Его зелёно-серые глаза пылали презрением.

– Поцелуй меня в зад, «папочка». И сдохните с миром.

Изумрудное пламя взметнулось до потолка, поглощая фигуру юноши без остатка.

---

– Значит, солнечная Япония, мистер Поттер? – скрипучий голос Грипхука эхом разнёсся по подземному кабинету банка Гринготтс. Гоблин с явным уважением разглядывал ровные стопки документов, подтверждавших перевод многомиллионных активов на секретные счета за пределами юрисдикции Министерства.

– Именно так, старый друг, – Гарри лениво развалился в кожаном кресле, потягивая холодный чай из термоса. – Англия провоняла нафталином, старыми бородами и дешевой моралью. Мне нужно место, где можно спокойно доучиться, выпить хорошего кофе и не слушать бредни про пророчества.

– Вы уверены, что хотите бросить всё здесь? – гоблин оскалился. – С вашими навыками вы могли бы перебить половину Пожирателей и потребовать кресло Министра. Ученик таких личностей, как мистер Чанг из Триады Гонконга и Владилена Васильевна из «Отеля Москва»… о вас на континенте уже слагают легенды. «Ученик Убийцы Магов». «Свинцовый жнец». Звучит солидно.

Гарри лишь поморщился, вспоминая жёсткую школу Майи Хисау и суровые спарринги с бойцами Балалайки:

– Избавь меня от пафоса, Грипхук. Быть героем — самая неблагодарная работа в мире. Ни страховки, ни выходных, а в конце тебя всё равно обольют грязью. Я выбрал город Боньяри. Тихий, провинциальный уголок. Поживу на съёмной квартире, похожу в местную старшую школу, закончу нормальное магловское образование. Никакой магии на публике. Только тишина, покой и… может быть, клубничное парфе.

– Как пожелаете, сэр. Документы готовы. Теперь вы официально — независимый студент по обмену, Гарри Поттер. Удачи в стране восходящего солнца.

– Удача нужна неудачникам, Грипхук, – усмехнулся парень, поднимаясь. – Мне хватит пары полных обойм.

---

Весна в городе Боньяри пахла цветущей сакурой, жареным тофу и катастрофой.

Для Гарри этот городок стал настоящим спасением. Он поселился в тихом районе, обустроил подвал под скромную оружейную мастерскую и мастерски освоил искусство «быть абсолютно бесполезным элементом общества». В школе он моментально заработал репутацию парня, который может починить сломанный проектор с помощью скрепки и заклинания незаметности, приготовить в кабинете домоводства обед ресторанного уровня, но при этом способен проспать три урока подряд, натянув пиджак на голову.

И всё было бы идеально, если бы не его новые школьные знакомые.

Раку Ичиджо — наследник клана якудза Сюэй-гуми, мечтающий стать госслужащим и безумно влюблённый в милую, скромную Косаки Онодэру. Читогэ Кирисаки — взрывная блондинка-полукровка, дочь босса мафии «Улей», обладающая силой гидравлического пресса и повадками дикой гориллы.

Гарри мгновенно сошёлся с этой парочкой неудачников, а также с местным ловеласом Шу Майко и циничной подругой Онодэры — Рури Миямото. Будучи циником со стажем, Гарри сразу раскусил главную тайну города: чтобы банды не устроили на улицах Боньяри кровавую мясорубку, Раку и Читогэ были вынуждены изображать пламенных возлюбленных.

– Эй, Гарри, ты опять спишь на уроке литературы? – прошептал Шу, ткнув Поттера локтем на перемене. – Сенсей Сенмия скоро начнёт кидаться в тебя мелом!

– Мел летит по параболической траектории со скоростью не более двенадцати метров в секунду, – не открывая глаз и сладко потягиваясь, пробормотал Гарри, закинув ноги на парту в фирменной манере Данте. – Я могу перехватить его зубами, не просыпаясь. Шу, отстань. Я вчера до трёх ночи калибровал нарезку ствола… в смысле, играл в приставку.

– Ты безнадёжен, Поттер-кун, – покачала головой подошедшая Косаки, застенчиво улыбаясь и ставя на его стол коробочку с домашним печеньем. – Но… вот, я испекла немного больше, чем нужно. Если хочешь, угощайся.

Гарри мгновенно распахнул глаза. Его лень испарилась, сменившись театральным благоговением в стиле Джозефа Джостара:

– О, мисс Онодэра! Вы — ангел, спустившийся в эту юдоль скорби и контрольных работ! Ваша доброта способна растопить даже сердца чиновников Министерства! Я готов поклясться вам в вечной верности прямо здесь, на глазах у этого бестолкового мафиози!

– Эй! Перестань флиртовать с Онодэрой, придурок! – взревел Раку, густо краснея и хватая Гарри за шиворот.

– Завидуй молча, Ичиджо, – хмыкнул Поттер, ловко стащив печенье и отправив его в рот. – У тебя уже есть прекрасная горилла с золотыми локонами. Не жадничай.

– Кого ты назвал гориллой, очкарик-переросток?! – зарычала сидевшая неподалёку Читогэ, с хрустом ломая пластиковую линейку.

– Тебя, дорогая, тебя, – ласково отозвался Гарри. – И поверь, в устах бывшего ликвидатора это высший комплимент твоим физическим данным.

Обычный школьный день катился по накатанной колее балагана и абсурда. Пока в школу не перевёлся новый ученик.

---

Сэйширо Цугуми появилась в классе подобно грозовой туче.

Идеальная осанка, короткие иссиня-чёрные волосы, пронзительный взгляд рубиново-красных глаз и синий мужской школьный костюм, сидевший на её стройной фигуре с безупречной элегантностью. Весь её облик буквально кричал об армейской выправке, скрытой угрозе и абсолютной дисциплине.

«Чёрный Тигр». Элитный киллер мафии «Улей», приёмный воспитанник Клода.

Гарри хватило одного взгляда, чтобы оценить нового «парня».

Смещённый центр тяжести. Две наплечные кобуры под пиджаком, скрывающие короткоствольные пистолеты. Нож на внутренней стороне бедра. Мышечные зажимы, выдающие готовность к рывку в любую секунду. И… лёгкая, едва уловимая девичья грация в походке, которую Цугуми отчаянно пыталась скрыть за нарочито грубыми жестами.

– Ого, – тихо присвистнул Гарри, наблюдая, как новенький с ледяным высокомерием игнорирует попытки одноклассников познакомиться. – Шу, держи свои шуточки при себе. Этот «мальчик» пристрелит тебя раньше, чем ты успеешь сказать «панцу».

– Да брось, он просто заносчивый красавчик! – отмахнулся Шу.

Но Гарри знал лучше. Он чувствовал этот запах. Запах пороха, оружейного масла и крови, въевшийся под ногти. Точно такой же запах сопровождал самого Гарри все последние четыре года.

К полудню ситуация накалилась. Клод, одержимый безопасностью Читогэ, отправил Цугуми с конкретной директивой: проверить искренность чувств «слизняка» Ичиджо. И если этот молокосос посмеет оскорбить юную госпожу — ликвидировать его без суда и следствия.

После уроков Гарри лениво направлялся к школьному автомату с напитками, когда его тонкий слух уловил подозрительную возню за спортивным складом во внутреннем дворе.

– Слушай сюда, червь, – раздался холодный, резкий голос Цугуми. – Я знаю, что ты замышляешь. Ты пользуешься невинностью госпожи Читогэ. Такие, как ты, заслуживают лишь пули в лоб.

– Д-да о чём ты говоришь?! – панически вопил Раку, прижатый к кирпичной стене склада.

Цугуми стояла в шаге от него. Её правая рука уже скользнула под полу пиджака, извлекая воронёный пистолет. Палец лёг на спуск. В глазах киллера горела слепая преданность и готовность устранить угрозу.

– Исчезни из её жизни. Навсегда.

– Эй-эй, полегче на поворотах, красавчик. Оружие детям не игрушка, можно ведь и глаз кому-нибудь выбить.

Голос прозвучал неожиданно, прямо над ухом Цугуми.

Киллер среагировала мгновенно: резкий разворот, шаг назад для разрыва дистанции, ствол пистолета вскинут на уровень глаз незнакомца. Но цель уже исчезла.

– Что за?.. – выдохнула Цугуми, ощутив, как чья-то ладонь мягко, но непререкаемо легла поверх затворной рамы её оружия.

– Плохой хват, приятель, – Гарри стоял сбоку, держа в зубах баночку с холодным кофе и лениво ухмыляясь. – При таком угле отдачи гильза может отскочить тебе прямо в лоб. Тебя что, в детстве инструкторы не учили базовой механике? Или в Америке патроны раздают бесплатно всем желающим?

– Ублюдок! Отпусти ствол! – прошипела Цугуми.

Она попыталась вырвать руку и одновременно нанести сокрушительный удар ногой с разворота в челюсть наглеца. Удар был поставлен идеально — быстрый, убийственный, способный сломать шею взрослому мужчине.

Но Гарри даже не напрягся.

Используя приёмы рукопашного боя, вбитые в него Су Ли во время Турнира, и акробатическую плавность Майи Хисау, он просто отклонил корпус назад, пропуская каблук Цугуми в миллиметре от своего носа. Одновременно с этим его пальцы нажали на кнопку сброса магазина на пистолете Сэйширо. Магазин с глухим стуком упал на траву, а резкое движение кисти Гарри сдёрнуло затвор, выбрасывая патрон из патронника прямо в воздух.

Гарри поймал крутящуюся гильзу той же рукой, которой держал банку кофе, и подмигнул ошарашенному киллеру:

– Опаньки. Минус один патрон. Раку, хватай свои манатки и вали отсюда, пока этот юный маньяк не вспомнил, что у него есть запасной магазин.

– Г-Гарри?! – Раку с круглыми от ужаса глазами отлип от стены. – Он… он настоящий убийца!

– Я заметил, – зевнул Поттер. – Беги, Ромео. Я прикрою твой побег.

Раку не заставил себя просить дважды и с воплем припустил по дорожке прочь из школьного двора.

Цугуми осталась стоять посреди пустой поляны, тяжело дыша. Её щёки пылали от ярости и унижения. Никто — абсолютно никто — за всю её карьеру в «Улье» не смел так легко разоружить «Чёрного Тигра»!

– Кто ты такой? – прорычала она, отбрасывая бесполезный пистолет и выхватывая из-под пиджака сразу два компактных автомата с глушителями. – Тебя подослал клан Сюэй-гуми? Ты их наёмник?!

– Обижаешь, сладкий, – Гарри сделал большой глоток кофе, смял жестяную банку одной ладонью и с идеальной точностью забросил её в урну в двадцати метрах от себя. – Я простой иностранный студент, мечтающий о тихой пенсии. Но когда передо мной начинают размахивать железом посреди бела дня… моё профессиональное эго начинает дико чесаться.

– Тогда сдохни!

Воздух разорвало треском очередей. Цугуми двигалась как призрак: зигзагообразные перебежки, идеальный прицельный огонь, срезающий ветки кустарника. Пули ложились кучно, перекрывая все пути к отступлению. Любой обычный человек превратился бы в решето за полторы секунды.

Но Гарри Поттер давно перестал быть обычным человеком.

Его фигура размылась в воздухе. Он не уклонялся по прямой — он танцевал. Свинцовый танец Реви, где каждый шаг был выверен до миллиметра, а инерция тела использовалась для скольжения по самой грани поражения. Земля взрывалась фонтанчиками грязи у его ног, пули свистели возле висков, срывая пряди чёрных непослушных волос, но парень лишь смеялся — дико, азартно, с безумием истинного дуэлянта.

– Неплохо! Очень неплохо! – крикнул он сквозь грохот выстрелов. – А теперь моя очередь!

Из-под длинных рукавов его расстёгнутой школьной формы выскользнули рукояти любимых «Беретт».

Щёлк. Щёлк.

Гарри не стрелял на поражение. Он стрелял с дьявольской, пугающей точностью мастера Карен Лоу.

Бах-бах!

Первая пуля выбила дульный тормоз на правом автомате Цугуми. Вторая — чиркнула по затвору левого, заклинив механизм подачи патронов. Сэйширо инстинктивно отбросила оружие, выхватывая боевой нож и бросаясь на противника в ближний бой.

Дистанция сократилась до нуля.

Лезвие рассекло воздух в опасной близости от горла Гарри. Парень перехватил запястье Цугуми, закручивая его в болевой приём, но нападавший оказался невероятно гибок: Сэйширо извернулась, нанося удар локтем снизу вверх. Гарри заблокировал выпад предплечьем, почувствовав под тканью костюма неожиданно тонкую, хрупкую кость.

– Сдавайся, парень, ты проиграл! – выдохнула Цугуми, пытаясь достать его коленом.

– Парень? – Гарри насмешливо вскинул бровь. В пылу рукопашной схватки он оказался прижат к Цугуми почти вплотную. Его рука, скользнув в захвате, случайно задела плотную грудную клетку противника… и наткнулась на нечто совершенно не соответствующее анатомии юноши.

Туго затянутые бинты не смогли скрыть мягкую, упругую округлость.

Гарри замер. На его лице отразилась целая гамма эмоций: шок, осознание, а затем — фирменная ухмылка Рё Саэбы, дополненная бесстыдным блеском в глазах.

– О-о-о… – протянул Гарри, не убирая ладони. – А «парень»-то оказался с секретом. Причём с весьма… выдающимся секретом. Третий размер, если я не ошибаюсь в баллистических расчётах?

Цугуми застыла на месте, словно в неё ударила молния. Её рубиновые глаза расширились до невероятных размеров. Краска мгновенно залила её бледные щёки, уши и шею, превращая опасного наёмника в помидор максимальной спелости.

– Т-т-т… ТЫ-Ы-Ы-Ы?! – раздался тонкий, совершенно девичий, полный паники и смертельной ярости визг.

– Спокойно, красавица! – расхохотался Гарри, мгновенно разрывая дистанцию и вскидывая руки ладонями вперёд. – Я просто констатировал тактический факт! И вообще, прятать такую фигуру под мужским мешковатым костюмом — это преступление против человечества! Клод что, совсем ослеп на старости лет?

– ИЗВРАЩЕНЕЦ! УМРИ-И-И-И!

Смущение Цугуми вылилось в шквал слепых, яростных атак. Она забыла про огнестрел, забыла про ножи, нападая на Гарри с кулаками, как обычная рассерженная девчонка. Поттер легко уклонялся от ударов, посмеиваясь и отступая к школьному крыльцу:

– Эй, полегче! Мы ведь можем всё обсудить за чашечкой чая! Я, между прочим, отлично готовлю карри!

– Я вырву твой поганый язык! Я сотру тебя в порошок! Забудь то, что ты сейчас потрогал! Слышишь, забудь немедленно!

– Забыть такое сокровище? – Гарри приложил руку к сердцу, изображая трагическую мину. – Мадемуазель, вы раните меня прямо в душу! Мои руки помнят всё!

– А-А-А-А-А-А!

Сэйширо споткнулась о бордюр и неловко полетела вперёд. Гарри, сработав на рефлексах джентльмена, шагнул навстречу и поймал её за талию, прижимая к себе.

На секунду мир замер.

Они стояли под сенью цветущей вишни. Розовые лепестки медленно кружились в воздухе, падая на их плечи. Цугуми, уткнувшись носом в тёмный пиджак Гарри, чувствовала тепло его тела, запах пороха и лёгкий аромат бергамота. Парень смотрел на неё сверху вниз — без насмешки, без издевательства, с неожиданной, обезоруживающей нежностью в зелёно-серых глазах.

– Знаешь, – тихо, с хрипотцой произнёс Гарри, аккуратно убирая выбившуюся чёрную прядь с её пылающего лица. – Тебе чертовски идёт этот румянец, Сэйширо. Куда больше, чем маска безжалостного убийцы.

Цугуми сглотнула. Сердце в её груди колотилось как бешеное — и вовсе не от усталости после боя. Это было незнакомое, пугающее чувство, заставившее грозного «Чёрного Тигра» задрожать как осиновый лист.

– О-отпусти… дурак… – еле слышно пискнула она, не в силах поднять взгляд.

– Как прикажете, миледи, – улыбнулся Гарри и плавно разжал объятия, сделав шаг назад и шутливо поклонившись. – Меня зовут Гарри Поттер. И, кажется, мои скучные школьные будни только что подошли к концу.

Цугуми торопливо поправила сбившийся пиджак, изо всех сил пытаясь вернуть лицу суровое выражение, но предательская краска всё ещё горела на щеках.

– Я… я ещё вернусь за тво