Магистр Дьявольского культа

Мир вокруг Лиама схлопнулся в одну ослепительную точку в тот самый момент, когда его палец коснулся холодного стекла планшета. Яркие краски аниме «Магистр дьявольского культа» не просто вспыхнули — они затянули его внутрь, словно водоворот. Вместо привычного запаха пыли и разогретого пластика в легкие ворвался аромат озерной воды, цветущих лотосов и чего-то неуловимо древнего.

Когда зрение прояснилось, Лиам обнаружил себя стоящим на деревянном причале. Его привычная одежда сменилась на легкие шелковые одежды нежно-кремового цвета, а когда он взглянул в отражение воды, то едва не вскрикнул. Его светлые волосы теперь отливали мягким персиковым оттенком и спускались до самых плеч, а ярко-зеленые глаза, обрамленные светлыми ресницами, казались двумя изумрудами на фоне непривычно бледной, фарфоровой кожи.

– Что за чертовщина... – прошептал он, и его голос прозвучал мелодично, как звон колокольчика.

– Кто это здесь ошивается без разрешения?! – Громовой голос заставил Лиама вздрогнуть и резко обернуться.

К нему стремительной походкой шел мужчина в фиолетовых одеждах. Резкие, изящные черты лица, тонкие брови, изломанные в гневе, и миндалевидные глаза, в которых, казалось, плясали настоящие молнии. Цзян Ваньинь выглядел так, будто готов был испепелить незнакомца на месте. Но стоило ему подойти ближе и встретиться взглядом с этим странным юношей, как его рука, уже потянувшаяся к рукояти Цзыдяня, замерла.

Цзян Чэн застыл. Перед ним стояло нечто... невозможное. Хрупкое, светлое, совершенно не вписывающееся в суровый пейзаж Юньмэна. Ярость в его груди вдруг сменилась странным, болезненным уколом беспокойства.

– Ты... кто такой? – Его голос все еще был резким, но в нем уже не было прежней жажды атаковать. – Как ты пробрался в Пристань Лотоса?

Лиам не успел ответить. С крыши ближайшего павильона спрыгнула черная тень.

– Цзян Чэн, ну зачем так орать? Ты распугаешь всех фазанов в радиусе... – Вэй Усянь осекся на полуслове. Он приземлился мягко, поправив красную ленту в волосах, и уставился на Лиама. Его лицо, обычно озаренное озорной ухмылкой, вдруг стало серьезным, а в глазах промелькнул неподдельный интерес, смешанный с восхищением. – Ого. А я и не знал, что у нас в гостях небожители.

– Закрой рот, Вэй Усянь! – рявкнул Цзян Чэн, хотя его уши заметно покраснели. – Это подозрительный субъект. Я должен его допросить.

– Допросить? – Вэй Усянь мгновенно оказался рядом с Лиамом, бесцеремонно нарушая личное пространство. – Ты посмотри на него. Он же бледный, как снег на пике в Гусу, и дрожит. Какой из него шпион? Скорее потерявшийся дух цветов.

– Отойди от него, – раздался холодный, как лед, голос.

Лань Ванцзи появился словно из ниоткуда. Его белые одежды сияли белизной, а лобная лента была безупречно ровной. Он смотрел на Лиама своими светлыми глазами, и в этом взгляде, обычно лишенном эмоций, Лиам внезапно прочитал нечто ошеломляющее — глубокое, мгновенное признание. Ханьгуан-цзюнь не просто смотрел, он словно пытался запомнить каждый изгиб лица юноши с персиковыми волосами.

– Лань Чжань! И ты туда же? – Вэй Усянь рассмеялся, но в его смехе послышались ревнивые нотки. Он собственнически положил руку на плечо Лиама. – Я нашел его первым.

– Убери руки, – одновременно произнесли Цзян Чэн и Лань Ванцзи. Воздух между тремя величайшими заклинателями мгновенно наэлектризовался.

Лиам почувствовал себя так, будто оказался между молотом и наковальней. Он попытался отступить назад, но наткнулся на кого-то еще.

– Ой, простите! – Лань Сычжуй придержал его за локоть, предотвращая падение. Его лицо выражало крайнюю степень вежливости, но пальцы сжали рукав Лиама чуть крепче, чем требовали приличия. – Вы не ушиблись?

– Да он просто в шоке от вашего вида! – Лань Цзинъи выскочил из-за спины друга, его лицо было недовольным, но взгляд не отрывался от зеленых глаз незнакомца. – Эй, ты откуда такой взялся? У нас в Гусу таких красивых... то есть, таких странных адептов точно нет!

– Цзинъи, соблюдай правила, не кричи, – мягко осадил его Сычжуй, но сам продолжал смотреть на Лиама с такой нежной улыбкой, что у того перехватило дыхание.

В этот момент к группе подошел Цзинь Лин. Его золотые одежды сверкали на солнце, а алая точка на лбу казалась особенно яркой. Он выглядел гордым и вспыльчивым, как и подобает наследнику Ланьлин Цзинь.

– Что тут за сборище? Дядя, почему ты... – Он замолчал, увидев Лиама. Его лицо мгновенно залилось краской, доходящей до самых кончиков ушей. – Это... это еще кто? Почему он так выглядит? Дядя, он что, пленник? Если так, я сам буду его охранять!

– Еще чего, – фыркнул Цзян Чэн, сжимая кулаки. – Ты еще слишком мал для этого, Цзинь Лин. Иди тренируйся.

– Я не мал! – выкрикнул юноша, но его взгляд продолжал возвращаться к персиковым волосам Лиама.

Ситуация становилась все более сюрреалистичной. Лиам стоял в центре круга из самых влиятельных и опасных мужчин этого мира, и каждый из них смотрел на него так, будто он был величайшим сокровищем Поднебесной.

– Какая прелестная сцена, – раздался мягкий, вкрадчивый голос.

Из тени павильона вышел Цзинь Гуанъяо. Его лицо украшала неизменная вежливая улыбка, но глаза оставались острыми и расчетливыми. Однако, когда он подошел ближе, его маска на мгновение дрогнула. Он замер, рассматривая Лиама с таким видом, будто прикидывал, в какую золотую клетку лучше всего поместить это дивное создание.

– Верховный заклинатель приветствует гостя, – он изящно поклонился. – Юноша, ваше появление столь внезапно, что вызывает трепет. Не желаете ли проследовать в мои покои, где мы могли бы обсудить ваше происхождение в более спокойной обстановке?

– В твои покои? – Вэй Усянь преградил ему путь. – Ну уж нет, Мэн Яо. Он пойдет со мной. Мы будем пить «Улыбку императора» и...

– Он пойдет в Облачные Глубины, – отрезал Лань Ванцзи, делая шаг вперед. Его рука легла на рукоять Бичэня, давая понять, что дискуссия закончена.

– Он останется в Юньмэне! – Цзян Чэн едва не сорвался на крик. – Это моя территория!

Пока великие главы орденов и прославленные заклинатели спорили, Лиам почувствовал, как кто-то легонько потянул его за край одежды. Обернувшись, он увидел Не Хуайсана. Тот прятал лицо за изящным веером, но его светло-карие глаза блестели отнюдь не от испуга. В них читалась хитрая, почти хищная радость.

– Ох, какой шум, какой шум, – прошептал Не Хуайсан, склонившись к самому уху Лиама. – Не слушайте их, господин. Они слишком грубы. Пойдемте со мной, я покажу вам свою коллекцию вееров и птиц. Обещаю, со мной вам не придется выбирать между этими... безумцами.

Лиам хотел было согласиться, лишь бы уйти от назревающей драки, но путь им преградил человек, чей облик заставил сердце уйти в пятки.

Сюэ Ян стоял, прислонившись к колонне, и подбрасывал в руке конфету. Его красные глаза горели нездоровым блеском, а детское лицо исказила дерзкая ухмылка, обнажающая клыки.

– Ух ты, какая куколка, – протянул он, облизывая губы. – Эй, мелочь, если пойдешь со мной, я не буду отрезать тебе пальцы. Может быть. Зато я научу тебя, как заставлять людей кричать от боли так красиво, что это станет музыкой.

– Отойди от него, Сюэ Ян, – Сяо Син Чэнь выступил вперед, заслоняя Лиама собой. Его белые одежды казались воплощением чистоты, а лицо, даже скрытое бинтами, излучало мягкость. – Ты пугаешь его.

– О, наш святой даош проснулся! – захохотал Сюэ Ян. – Неужели ты тоже почувствовал, как сладко пахнет этот парень? Даже твоя слепота не мешает тебе хотеть его, верно?

Сяо Син Чэнь проигнорировал издевку, повернувшись к Лиаму. Он протянул руку, едва коснувшись его ладони. Его прикосновение было прохладным и нежным.

– Не бойтесь, – прошептал он. – Я защищу вас. В этом мире много зла, но я не позволю ему коснуться вас.

Лиам стоял, не зная, что делать. Вокруг него разворачивалась настоящая битва эго. Цзян Чэн и Вэй Усянь уже начали переругиваться, Лань Ванцзи стоял неприступной стеной, Цзинь Гуанъяо плел словесные кружева, пытаясь манипулировать всеми сразу, а молодежь — Цзинь Лин, Сычжуй и Цзинъи — сцепились в споре о том, кто первый предложит гостю обед.

– Хватит! – Лиам наконец обрел голос. Все мгновенно замолчали. Десять пар глаз — гневных, влюбленных, расчетливых, безумных и нежных — уставились на него.

– Я... я просто потерялся, – Лиам сглотнул, глядя на них. – Я не знаю, как здесь оказался.

– Это не имеет значения, – Вэй Усянь первым нарушил тишину, его голос стал непривычно мягким. – Теперь ты здесь. И я не отпущу тебя, даже если придется перевернуть весь этот мир вверх дном.

– Тебе придется пройти через меня, – холодно бросил Лань Ванцзи.

– И через меня! – рявкнул Цзян Чэн.

Лиам понял, что его жизнь только что превратилась в самый опасный и захватывающий сюжет, который он когда-либо мог себе представить. Эти люди, легенды его любимого аниме, теперь смотрели на него не как на персонажа, а как на смысл своего существования. И, судя по тому, как Сюэ Ян перехватил свой нож, а Цзинь Гуанъяо поправил шапочку с ледяным блеском в глазах, борьба за его сердце обещала быть долгой и кровавой.

– Кажется, я попал, – пробормотал Лиам, чувствуя, как краснеют его щеки под пристальным взглядом Сяо Син Чэня.

– Вы попали домой, – тихо отозвался Не Хуайсан, закрывая веер с характерным щелчком. – В мир, где каждый из нас готов на все, чтобы вы остались.

В воздухе над Пристанью Лотоса висело напряжение, готовое в любой момент взорваться вспышкой духовной энергии. Но среди этой бури Лиам вдруг почувствовал странное тепло. Возможно, этот мир, полный опасностей и ненависти, подготовил для него нечто иное. Нечто, начавшееся с одного случайного прикосновения к экрану.

– Ну что, идем? – Вэй Усянь протянул ему руку, и в этом жесте было столько надежды, что Лиам невольно улыбнулся.

И в тот же миг десять сердец, закаленных в боях и интригах, пропустили удар. Битва за юношу с персиковыми волосами только начиналась.