Приёмный помощник Джеймса Рейнора

– Он женился на докторе Ариэль Хэнсон, – невозмутимо повторил Грипхук, слегка шевельнув когтистыми пальцами, сжимавшими пергаментный свиток с гербовой печатью Гринготтса. – И, согласно родовым книгам магии, признан полноправным родителем троих здоровых наследников. Два мальчика и девочка. Все трое несут чистейшую кровь Поттеров, сколь бы причудливым образом она ни видоизменилась под светом чужих звезд.

В палате больницы Святого Мунго повисла такая плотная тишина, что было слышно лишь прерывистое дыхание Годрика и мерное бульканье восстанавливающих зелий в зачарованных склянках.

Джеймс Поттер замер, приоткрыв рот. Его лицо, еще минуту назад серое от отчаяния, исказилось целой гаммой противоречивых чувств: неверием, внезапной надеждой и глубоко запрятанной, колющей виной. Лили судорожно прижала ладонь к груди, ее зеленые глаза наполнились влагой.

– Гарри?.. – прошептала она, словно само это имя было древним, полузабытым заклинанием. – Мой… мой маленький мальчик жив? Но как? Альбус, вы же говорили… вы сказали тогда, в девяносто первом, что защитные чары вокруг Литтл-Уингинга пали, и маглы… что Дурсли погибли во взрыве бытового газа, а тело Гарри просто не нашли!

Альбус Дамблдор не ответил сразу. Его проницательные голубые глаза за очками-половинками на долю секунды сузились, потеряв привычный благодушный блеск. В голове старого чародея шестеренки планов завертелись с бешеной скоростью.

Гарри Поттер. Ребенок, которого когда-то сочли безнадежным сквибом, обузой для Избранного, помехой для тренировок великого героя — Годрика. Его отдали маглам, чтобы не путался под ногами, чтобы Годрик рос в лучах славы и родительской любви, не отвлекаясь на ущербного брата. Потом мальчишка исчез. Дамблдор списал это на несчастный случай или проделки остатков темных сил и быстро замял дело ради спокойствия четы Поттеров.

И вот теперь…

– Гарри жив, – медленно произнес Дамблдор, поглаживая серебристую бороду. – Воистину пути магии неисповедимы. Мальчик выжил и даже обзавелся потомством. Это… благословение свыше в наш темный час, друзья мои.

– Какое еще к черту благословение?! – внезапно сорвался Годрик. «Мальчик-который-выжил» дернулся на кровати, сминая шелковые простыни. На его круглом, холеном лице проступили красные пятна ярости. – Этот убогий недоумок посмел плодить детей, пока я проливал кровь за этот мир?! Пока я спасал Британию от Волан-де-Морта и лишился всего?! Вы слышали, что сказал целитель?! Я не могу иметь детей! А этот… сквиб посмел?!

– Успокойся, сын, – Джеймс положил тяжелую ладонь на плечо Годрика, хотя в голосе старшего Поттера тоже проскользнули властные нотки. – Не забывайся. Кем бы ни был Гарри, он твой брат. И если у него есть сыновья, то долг перед родом Поттеров обязывает его передать одного из них нам. В конце концов, имя Поттеров принадлежит тебе по праву победителя.

– Совершенно верно, Джеймс, – мягко, но с железной непреклонностью в голосе поддержал Дамблдор. – Годрик принес великую жертву ради всего магического сообщества. Долг Гарри — помочь своей семье. Магическое усыновление, древний ритуал с кровью Джинни… Дитя вырастет в величии, станет истинным наследником великого рода. Гарри, будучи разумным молодым человеком, безусловно, поймет необходимость такого шага. Ради Высшего Блага.

Грипхук издал странный звук, похожий на сдавленный кашель, но при ближайшем рассмотрении оказавшийся презрительным оскалом.

– Боюсь, достопочтенные волшебники, вы абсолютно не представляете, о чем говорите, – холодно произнес гоблин, постучав длинным ногтем по свитку.

– Что ты имеешь в виду, уважаемый поверенный? – нахмурился Сириус Блэк, до этого молча стоявший у окна, скрестив руки. В его голосе не было спеси Джеймса, лишь настороженность старого боевика.

– Гарри Поттер больше не принадлежит вашему миру, – ответил Грипхук. – Магия мальчика не была мертва. Когда маглы, которым вы его сбыли, попытались в очередной раз «выбить из него дурь», на грани гибели произошел колоссальный спонтанный выброс. Но он не сломал мебель и не поджег шторы. Он пробил ткань пространства и времени. Мальчишка провалился сквозь бездну и очутился в месте столь далеком, что свет звезд оттуда еще не долетел до Земли. В секторе Копрулу. В эпохе, отстающей от нашей на сотни лет вперед.

– Чушь какая-то! – фыркнул Годрик. – Будущее? Другие планеты? Гоблинские сказки! Он просто трус, который прятался, пока шла война!

– Помолчи, Годрик, – тихо, но властно оборвал Римус Люпин, внимательно смотревший на гоблина. – Продолжай, Грипхук. Что с ним стало?

Грипхук скривился в подобии усмешки:

– Он попал в сиротский приют на шахтерской планете Мар-Сара во времена тирании Конфедерации Терранов. Вырос на улицах, пропахших пылью, гарью и тяжелым машинным маслом. В пятнадцать лет он нанялся помощником к местному маршалу — человеку по имени Джеймс Рейнор. И с этого момента жизнь вашего сына перестала походить на жизнь обычного человека.

Гоблин развернул пергамент шире, сверяясь с выписками из родового реестра, куда магический контракт семьи Поттеров смутно и отрывочно заносил великие вехи жизни сородича.

– Он прошел через падение Конфедерации, – мерным, зловещим тоном вещал Грипхук. – Он держал оборону против Роя зергов — бесконечных орд живых хищных машин, которые пожирают целые миры. Он сражался против протоссов — древней расы псионических воителей. Гарри воевал плечом к плечу с Рейнором и наемником Тайкусом Финдли. Эти двое выковали из вашего «сквиба» человека из литой стали. Его магия переродилась в то, что там называют пси-способностями высшего ранга, но в бою он предпочитал крупнокалиберную винтовку и плазменные гранаты. Он выжил при падении Тарсониса, штурмовал Чар — вулканический ад и гнездо Королевы Клинков.

Лили побледнела так, словно вот-вот упадет в обморок. Джеймс сглотнул ком в горле.

– Потом, – продолжал Грипхук, – разразилась война против Амуна — павшего бога, желавшего стереть всю вселенную. Гарри стал одним из ведущих полевых командиров Доминиона Терранов. Он командовал крейсерами класса «Горгона», вел в бой эскадрильи «Викингов» и бригады осадных танков. Его товарищ Мэтт Хорнер теперь адмирал флота, а сам Гарри… Сам Гарри осел на планете-колонии Хейвен. Именно там он когда-то помог Рейнору спасти колонистов от заражения и флота протоссов. И именно там он сошелся с лидером колонии — доктором Ариэль Хэнсон.

– Доктором?.. – пролепетала Лили. – Маглой?

– Ученым-генетиком галактического уровня, – отрезал гоблин. – Они поженились после окончания Великой войны. Сейчас Гарри Поттер — герой Доминиона, человек, чье имя высечено на мемориале в столице Корхала. И у него растут трое детей. Но если вы думаете, что сможете просто прийти и потребовать от него ребенка, как мешок картошки… Что ж, я советую вам заранее заказать самые дорогие гробы в лавке Горбина.

– Довольно, – холодно произнес Альбус Дамблдор, поднимаясь во весь свой внушительный рост. Его мантия заколыхалась, в воздухе палаты запахло озоном. – Никакие магловские машины и космические сказки не могут стоять выше законов Древней Магии и долга перед родом. Гарри — наш заблудший сын. Он был воспитан жестокими людьми в жестоком окружении, его разум, должно быть, ожесточен. Наша обязанность — вернуть его в лоно Света. И спасти род Поттеров.

– Альбус прав! – решительно заявил Джеймс, вскинув подбородок. – Я его отец! Он обязан подчиниться воле главы рода! Мы заберем ребенка. Мы дадим ему настоящее воспитание, воспитание волшебника, а не какого-то там солдата с железками!

– Я пойду с вами, – упрямо заявил Годрик, пытаясь встать с кровати, несмотря на протестующий вскрик Лили. – Я хочу посмотреть в глаза этому выскочке. Я — Избранный! Я уничтожил величайшего темного мага в истории! Он должен склониться передо мной!

– Нет нужды горячиться, мальчик мой, – улыбнулся Дамблдор, хотя в глазах плясали опасные огоньки. – Мы пойдем туда не одни. Министерство в долгу перед нами. Министр Фадж и Скримджер предоставят нам ударную роту лучших авроров. С помощью древней Арки Пространства в Отделе Тайн и крови Джеймса мы настроим переход прямо к нашему блудному сыну. Мы придем с миром… но с достаточной силой, чтобы наше предложение не было отвергнуто.

Сириус Блэк нахмурился, глядя на Дамблдора с непривычным сомнением:

– Альбус, ты уверен? Гоблин сказал, что он воевал против чудовищ, стирающих миры. Обычные люди не выживают в таких мясорубках.

– Сириус, мой мальчик, – мягко укорил его старец. – Маглы остаются маглами, сколько бы железа они на себя ни навесили. Перед силой истинной магии и Высшего Блага все их игрушки рассыплются в прах.

---

Планета Хейвен. Сектор Копрулу.

Воздух здесь пах цветущей синей травой, влажной землей и легким ароматом озона от работающих вдалеке атмосферных генераторов. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небосвод в густые пурпурные и янтарные тона.

На веранде уютного белого дома, построенного из композитных термопанелей, сидел мужчина. На вид ему было около двадцати восьми лет. Широкие плечи, коротко стриженные черные волосы с ранней проседью на висках, трехдневная щетина и глубокий шрам, пересекавший левую скулу — след от осколка зерговского шипа.

На нем были простые армейские штаны Доминиона, заправленные в тяжелые пыльные ботинки, и расстегнутая серая куртка поверх черной майки. В зубах он держал толстую, ароматную сигару, выпускавшую кольца сизого дыма, а в руке покоился граненый стакан с янтарным скотчем со льдом.

Рядом, в плетеном кресле, сидела женщина в легком лабораторном халате поверх простого платья. Доктор Ариэль Хэнсон с мягкой, усталой улыбкой наблюдала за лужайкой перед домом, где на мягкой траве возились трое карапузов в легких комбинезончиках.

– Ты сегодня тихий, Гарри, – мягко произнесла Ариэль, коснувшись его огрубевшей, покрытой мозолями и старыми ожогами руки. – Опять вспоминаешь Корхал?

Гарри Поттер медленно затянулся, выпустил струйку дыма и усмехнулся — низко, с хрипотцой, поразительно напоминая старого пьяницу и вояку Тайкуса Финдли.

– Да не, детка. Вспоминаю, как старина Джим учил меня не совать пальцы в плазменный резак. И как Мэтт вечно нудел по поводу устава, пока мы вычищали очередной сектор от муталисков. Черт… тихо здесь. Слишком тихо. Иногда мне кажется, что я всё еще сплю в десантной капсуле перед высадкой.

– Война закончилась, дорогой, – Ариэль сжала его пальцы. – Амун мертв. Рой ушел в дальние секторы под началом Загары. Здесь только мы, наши колонисты и наши дети. Джеймс, Тайкус и маленькая Лили…

Гарри хмыкнул, услышав имена. Назвать сына в честь Рейнора было делом чести. Второго — в честь сурового мерзавца Тайкуса, который закрыл Гарри собой от огня конфедератов, когда тот был еще зеленым сопляком. А дочь… Дочь он назвал в честь смутного, почти стертого воспоминания о женщине с зелеными глазами, которая когда-то пела ему колыбельную, прежде чем бросить на растерзание чудовищам в человеческом обличье.

Внезапно воздух над лужайкой задрожал.

Гарри среагировал мгновенно, на чистых, вбитых годами войны рефлексах. Сигара полетела в траву, стакан с грохотом встал на стол. В долю секунды его рука скользнула под куртку, извлекая тяжелый крупнокалиберный пистолет C-10 «Каннистер», способный пробить легкую броню голиафа. Глаза вспыхнули тусклым, опасным сине-фиолетовым псионическим огнем.

– Детей в дом. Немедленно, – отрезал он голосом, не терпящим возражений.

Ариэль, не тратя времени на вопросы и панику — она была ветераном Хейвена и знала цену секундам — подхватила на руки сразу двоих, свистнула третьему и метнулась за бронированные гермодвери дома, захлопнув их за собой.

Прямо посреди ухоженной лужайки пространство разорвалось пульсирующей воронкой золотисто-голубого пламени. Из нее повалил густой, сладковатый дым благовоний, чуждый этому миру.

Через миг из портала стройными рядами начали выходить люди.

Их было около сорока. Впереди вышагивали авроры в тяжелых мантиях из драконьей кожи, с палочками наголо, державшие круговую оборону. За ними шествовали Джеймс и Лили Поттеры, рядом хромал Годрик, опираясь на резную трость и с высокомерной брезгливостью оглядывая композитные постройки. Возглавлял процессию Альбус Дамблдор в ослепительно-пурпурной мантии, расшитой серебряными полумесяцами, и со Старшей палочкой в руке.

Гарри стоял на ступеньках веранды, не опуская тяжелый ствол. Он окинул незваных гостей холодным, оценивающим взглядом бывалого коммандера.

«Клоуны в халатах. Палочки в руках — дерево, сердцевина… волшебники. Твою мать. Земля. Прошлое».

– Гарри! – вскрикнула Лили, делая шаг вперед, ее лицо озарилось слезами. – Сынок! Боже мой, это правда ты!

– Стоять на месте, – гаркнул Гарри. Его голос, усиленный псионикой, ударил по барабанным перепонкам магов, как раскат грома. – Пересечете периметр — прострелю колено. Всем. Кто такие, какого хрена забыли на охраняемой территории Доминиона?

Авроры мгновенно напряглись, направляя палочки на одинокого мужчину.

– Опустите оружие, молодой человек! – рявкнул капитан аврората. – Вы говорите с Верховным чародеем Визенгамота и вашими родителями!

Гарри сплюнул на траву. Медленно вынул из пачки новую сигару, зажал в зубах и щелкнул армейской зажигалкой.

– Родителями? – он криво, страшно усмехнулся. – Мои родители подохли пятнадцать лет назад, когда сдали шестилетнего пацана семейке садистов, чтобы он не мешал их драгоценному выродку купаться в лучах славы. Моим отцом был Джим Рейнор, старик. А матерью — холодная сталь осадного танка. Так что повторю для глухих: что вам здесь надо?

Джеймс Поттер побагровел от гнева.

– Как ты смеешь так разговаривать с нами, щенок?! – закричал он, выступая вперед. – Мы пришли спасти тебя из этой дыры! Мы простили тебе твои обиды! Война с Темным Лордом окончена, Годрик победил его! Но Годрик… Годрик пострадал. Он не может иметь детей. Род Поттеров в опасности!

Гарри медленно выдохнул клуб дыма, переводя взгляд с отца на пухлого, самодовольного парня с уродливым шрамом на лбу.

– И?.. – протянул он с ледяным спокойствием.

– Что значит «и»?! – взвился Годрик, стукнув тростью о землю. – Ты обязан отдать одного из своих сыновей мне! Ты — никчемный сквиб, сбежавший от судьбы! А я спас мир! Твой сын станет Поттером, он вырастет волшебником, займет место в высшем обществе! Ты должен благодарить меня на коленях за то, что твое семя будет возведено в ранг истинной знати!

На веранде воцарилась тишина. Лишь мерно гудел кондиционер дома.

Гарри посмотрел на брата так, словно тот был особо мерзкой личинкой зерга. Затем запрокинул голову и расхохотался. Это был громкий, лающий, издевательский смех, от которого у авроров побежали мурашки по коже.

– Слышь, герой недоделанный, – сквозь смех проговорил Гарри, и в его голосе зазвенела чистая сталь. – Ты хоть знаешь, что такое война? Ты видел, как твоих друзей заживо переваривает кислота бейлингов? Ты слышал, как орет человек, когда ему вспарывает брюхо ультралиск? Ты захлебывался собственной кровью в вакууме, зажимая пробитый скафандр руками?! Ты пришел в мой дом… после того, как вы выбросили меня, как сломанную игрушку… и требуешь моего сына?!

– Гарри, мальчик мой, послушай голос разума, – мягко, с вкрадчивой силой заговорил Дамблдор, делая шаг вперед и слегка поводя Старшей палочкой, на кончике которой замерцал ненавязчивый серебристый свет — легкое внушающее чародейство. – Мы понимаем твою боль. Ты ожесточен. Этот мир грязен и полон машин, лишенных души. Но магия зовет тебя домой. Отдай нам дитя добровольно. Это необходимо ради Высшего Блага. Не вынуждай нас применять силу. Против волшебства магловское оружие бессильно.

Гарри даже не шелохнулся под действием внушения. В его сознании, закаленном псионными штормами протоссов и шепотом падшего бога Амуна, чары Дамблдора разбились, как сухая ветка о танковую броню.

– «Высшее Благо»? – Гарри оскалился. – Старик, я таких благодетелей, как ты, пачками в шлюзы выбрасывал. Арктур Менгск тоже пел про великое благо, пока скармливал зергам миллиарды жизней. Пошел нахер с моей земли. Портал открыли — и свалили в темпе вальса. Даю тридцать секунд.

– Дерзкий сопляк! – взревел Джеймс. – Авроры, оцепить дом! Забрать детей силой! Остолбене…

Джеймс не успел договорить.

Гарри не стал колдовать. Он просто нажал на спуск своего C-10.

Грохот выстрела был подобен взрыву ручной гранаты. Тяжелая пуля калибра 12,7 мм с урановым сердечником ударила в землю ровно в двух дюймах от носка ботинка Джеймса, вырвав кусок грунта размером с арбуз и осыпав старшего Поттера комьями земли. Ударная волна сбила лорда с ног.

– Первое и последнее предупреждение, – холодно бросил Гарри.

– Взять его! – в панике взвизгнул Годрик, прячась за спины охраны. – «Ступефай»! «Инкарцеро»!

Дюжина красных и веревочных лучей метнулась к Гарри. Но бывший коммандер Доминиона даже не моргнул. Вокруг него вспыхнул ослепительный, переливающийся бирюзовый купол — персональный пси-щит высшего ранга. Заклинания волшебников с шипением разбились о психокинетическую броню, не оставив даже царапины.

– Моя очередь, – тихо сказал Гарри.

Он вскинул левую руку, сжал кулак, и трое передовых авроров взмыли в воздух, сдавленные невидимой кинетической удавкой, после чего с хрустом костей разлетелись по сторонам, врезавшись в силовые столбы ограждения.

Но в этот момент земля под ногами содрогнулась.

Это не было землетрясением. Это был ритмичный, нарастающий подземный гул, сопровождаемый отвратительным, влажным скрежетом сотен сочлененных лап.

Гарри замер, его лицо мгновенно стало предельно сосредоточенным. Он бросил взгляд на сканер на своем запястье — голографический экран яростно мигал красным.

– Твою мать… – выдохнул он. – Вы, идиоты в платьях… Ваш портал. Пространственный разрыв. Фоновое излучение пробило глубинные пласты!

– Что? О чем он говорит?! – завопила Лили, пытаясь поднять перепуганного Джеймса.

– О диких зергах, тупая ты сука! – рявкнул Гарри. – Вы разбудили спящий выводок!

Не успел эхо его крика затихнуть, как земля на дальнем конце лужайки вспучилась. С оглушительным ревом, фонтанами выбрасывая черную землю и камни, на поверхность вырвались твари.

Их было не меньше сотни. Зерглинги — твари размером с крупного волка, покрытые костяными пластинами, с серповидными когтями и пастями, источающими едкую слюну. А позади них вздымались массивные, трехметровые тела гидралисков — змееподобных чудовищ с чешуйчатыми капюшонами, усеянными тысячами ядовитых игл.

– Д-демоны! – истошно завопил капитан авроров. – Нечисть! «Авада Кедавра»! «Бомбарда Максима»!

Маги открыли беспорядочный огонь. Зеленые лучи смерти и взрывные заклятия ударили по передовым рядам Роя. Пара зерглингов разлетелась на куски, один гидралиск повалился с пробитой головой. Но для Роя потеря двух особей была ничем.

Они не знали страха. Они не знали сомнений. Они были идеальными машинами для убийства.

– В атаку! – взревели гидралиски, издавая визг, разрывающий перепонки.

Один залп. Десятки костяных игл длиной с человеческую руку, разогнанных мышечным спазмом до сверхзвуковой скорости, полоснули по рядам авроров.

Магические щиты «Протего» лопнули, как мыльные пузыри, не рассчитанные на кинетическую энергию плотного залпа. Четверых авроров буквально разорвало на куски, пригвоздив ошметки тел к земле. Воздух наполнился воплями агонии и запахом свежей крови.

– Назад! К порталу! – в ужасе кричал Дамблдор. Его Старшая палочка метала потоки адского пламени, сжигая тварей, но на место одного сожженного зерглинга из провала выскакивали трое новых.

– Годрик! Беги! – рыдал Джеймс, пытаясь толкать вперед парализованного от ужаса «героя». Годрик бросил свою трость, его штаны потемнели от мочи, он спотыкался, скулил и полз на четвереньках к затухающему сиянию воронки.

Гарри не смотрел на эту жалкую панику. Он нажал кнопку на поясе:

– База, говорит коммандер Поттер! Код «Красный», вторжение дикого Роя в секторе 4! Активировать турели периметра! Вызвать «Осадных танков» и ударное крыло!

В ту же секунду из скрытых под землей гнезд вокруг дома с тяжелым гидравлическим шипением поднялись автоматические спаренные турели «Гаусс». Загрохотали крупнокалиберные пулеметы, разрезая наступающих тварей свинцовым шквалом. Гарри, вскинув винтовку, методично, с ледяным спокойствием отстреливал гидралисков, метя точно в нервные узлы под капюшонами. Каждый его выстрел разносил голову очередной твари. Псионическим ударом он сминал группы зерглингов, превращая их внутренности в кашу.

А вот магам повезло куда меньше.

Они бежали в панике, сбивая друг друга с ног. Дамблдор, пытаясь удержать строй, вышел вперед, сотворяя колоссальную огненную бурю.

– Изыдите, порождения тьмы! Во имя Света!..

Из-под земли прямо под ногами великого чародея вырвался скрытень — подземный убийца зергов. Огромные шипы пробили почву снизу вверх. Дамблдор успел лишь вскрикнуть, когда костяное лезвие прошло сквозь его бедро, подбросив в воздух. В следующий миг тройка зерглингов набросилась на беспомощного старика. Старшая палочка отлетела в траву и была с хрустом раздавлена когтистой лапой.

Великий манипулятор, вершитель судеб магического мира Альбус Дамблдор закончил свои дни не в лучах славы, а в качестве корма для диких тварей далекого сектора, истошно вопя, пока челюсти зергов рвали его плоть и мантию, расшитую звездами.

– Альбус! – в ужасе закричала Лили, но Римус Люпин, единственный сохранивший подобие рассудка, схватил ее за шкирку и силой поволок к порталу:

– Уходим! Мы ничего не сделаем! Уходим, Лили!

Джеймс отстал. Он споткнулся о тело разорванного аврора, обернулся — и замер.

Прямо перед ним возвышался гидралиск. Желтые фасеточные глаза твари смотрели на человека без ненависти — лишь с голодным расчетом. Огромная костяная коса взметнулась вверх.

– Н-нет… Пожалуйста… – прохрипел Джеймс Поттер.

Коса опустилась. Раздался мокрый, чавкающий звук. Лезвие гидралиска начисто отсекло правую ногу Джеймса выше колена. Бывший мародер взвыл от нечеловеческой боли, зажимая хлещущий обрубок руками. Тварь уже занесла челюсти, чтобы размозжить ему череп, а отсеченную ногу жадно подхватил и сожрал подскочивший зерглинг.

Выстрел крупного калибра с веранды снес гидралиску половину черепа. Зеленая сукровица окропила лицо Джеймса.

Гарри опустил дымящийся ствол C-10. Его взгляд, брошенный на корчащегося в пыли отца, был абсолютно пустым.

– Сириус! Забирай это дерьмо и убирайтесь вон, – холодно бросил Гарри сквозь грохот орудий.

Сириус Блэк, бледный как смерть, под огнем турелей бросился вперед, подхватил воющего от шока Джеймса под мышки и, оставляя за собой кровавый след, поволок его к порталу. Следом, задыхаясь от слез и ужаса, прополз Годрик.

– Портал нестабилен! – крикнул Римус, заталкивая Лили внутрь.

Остатки ударного отряда авроров — меньше десяти искалеченных, полубезумных человек из сорока — ввалились в мерцающую воронку. Сириус с окровавленным Джеймсом прыгнул последним.

В небе над колонией раздался оглушительный гул реактивных двигателей. На бреющем полете пронеслись два «Викинга», поливая остатки зергов шквалом ракет. Из-за холма выкатился осадный танк «Крусио», с металлическим лязгом разложился в осадный режим, и его чудовищное орудие калибра 120 мм послало снаряд в самую пасть подземного разлома.

Взрыв сотряс землю, окончательно погребая под завалами логово диких тварей.

Воронка магического портала с тихим хлопком схлопнулась, развеяв последние искры земного чародейства.

Тишина опустилась на лужайку. Лишь потрескивали горящие остовы турелей да дымились кратеры.

Тяжелая гермодверь дома с шипением открылась. На веранду вышла Ариэль. В руках она держала плазменную винтовку, но, увидев, что всё кончено, опустила оружие.

– Они ушли? – тихо спросила она, подходя к мужу и глядя на кровавые пятна на траве и оторванную человеческую плоть.

– Ушли, – Гарри выплюнул окурок сигары и тяжело выдохнул. – И больше никогда сюда не вернутся. Портал схлопнулся навсегда, их координаты стерты.

Ариэль подошла ближе, положила голову ему на плечо.

– Кто это был, Гарри?

Гарри помолчал, глядя в пурпурное небо Хейвена, где уже зажигались первые, холодные и прекрасные звезды чужого сектора. Мира, который стал ему настоящим домом.

– Никто, детка, – мягко произнес он, обнимая жену за плечи и впервые за вечер тепло улыбнувшись. – Просто призраки из дурного сна. Пойдем в дом. Дети, наверное, проголодались.

---

Больничный отсек Министерства Магии Британии тонул в стонах, запахе крови и безысходности.

Скримджер и оставшиеся чиновники в немом шоке смотрели на то, что вернулось из экспедиции.

Великий Альбус Дамблдор был мертв — разорван на части и пожран неведомыми чудовищами, от него не осталось даже тела для погребения. Две трети элитного аврората были уничтожены за считанные минуты.

Джеймс Поттер, бледный как полотно, лежал без сознания, пока целители с трудом останавливали кровотечение из чудовищно изуродованного обрубка ноги. Магия зерговского яда не позволяла отрастить конечность заново никакими зельями — лорд Поттер остался калекой на всю жизнь.

Лили сидела в углу на полу, обхватив голову руками и безостановочно раскачиваясь, повторяя лишь одно имя: «Гарри… сынок… что же мы наделали…»

А в центре палаты, сжавшись в комок, сидел Годрик Поттер. «Мальчик-который-выжил», великий победитель Волан-де-Морта, сломленный, дрожащий, потерявший рассудок от первобытного ужаса перед мощью далеких звезд. Он больше не требовал наследников. Он больше не кричал о величии. Он лишь тихо скулил каждый раз, когда кто-то громко закрывал дверь, чуя в этом звуке скрежет жвал тех, кто не знает жалости к магам.

Род Поттеров в этом мире был обречен угаснуть.

А далеко-далеко, сквозь бездны пространства и времени, под светом трех лун планеты Хейвен, звучал звонкий, счастливый детский смех. Там подрастал маленький Джим Поттер — будущий пилот звездного флота, сын человека, который выбрал свою собственную судьбу среди железа, огня и настоящей свободы.