Дракон молнии

Быть бессмертным владыкой мертвых и одновременно беспомощным комком черной шерсти — шутка судьбы, которой я не пожелал бы даже заклятым врагам из числа правителей.

Мне двадцать шесть лет. Мой рост — сто девяносто два сантиметра, мои плечи привыкли нести тяжесть миров, а в серых, словно грозовая туча, глазах застыла вечность. Я — Сон Джинву, Теневой монарх, чье имя заставляет содрогаться целые измерения. Но две недели назад шальное, древнее проклятие запечатало мою силу и исказило форму. Я стал массивным черным котом, а моя девушка, Ча Хэ Ин, превратилась в изящную белоснежную кошку.

Нас подобрали на улице. И приютил нас не обычный человек, а Окумура Алекс.

Ему было всего восемнадцать, но этот полукровка — наполовину русский, наполовину японец — не имел ничего общего с обычными подростками. Высокий, под сто восемьдесят восемь сантиметров, с гибким и плотным телом прирожденного бойца, он нес в себе кровь короля драконов Акнологии. Громовой убийца драконов. В свободное время он слушал тяжелую музыку в наушниках, листал мангу, делал наброски в скетчбуке или чистил сладкие персики, роняя капли сока на столешницу. В его правом ухе поблескивали черные гвоздики и кольца, на шее висела тонкая цепочка с прямоугольным кулоном, а светлые взъерошенные волосы вечно падали на лоб. Но главным были его татуировки. Сложные черные узоры покрывали правую руку и торс: растительные мотивы на плече перетекали в плотную геометрию, а по груди и боку вились языки абстрактного пламени.

Каждый день он тренировался до седьмого пота, и влажный блеск на рельефных мышцах его пресса казался почти неестественным в свете ламп.

Все эти две недели мы жили под его крышей, соблюдая шаткий нейтралитет. Алекс кормил нас, иногда насмешливо поглядывая на меня своими ярко-синими, пронзительными глазами, в которых плясали молнии. Но сегодня грань между терпением и инстинктом стерлась. Я забыл, в чьем доме нахожусь. Я забыл, кто стоит передо мной.

Теплый солнечный свет мягко разливался по дубовому паркету, пятном ложась у дивана, где свернулась клубочком Хэ Ин. Алекс только что вышел из своей комнаты. Его темная рубашка была небрежно спущена с плеч и удерживалась на локтях, обнажая влажный, мускулистый торс. Он остановился в шаге от спящей кошки, наклонив голову набок, и на его губах появилась ленивая полуулыбка. Он смотрел на нее слишком долго. Слишком открыто.

Внутри меня вскипела ярость. Монарх не терпит чужих взглядов на то, что принадлежит ему.

Внезапный, удушающий холод затопил гостиную, вытесняя полуденное тепло. Из густых теней, сгустившихся вокруг ножек дивана, вспыхнули недобрые багровые огни. Я едва удосужился поднять тяжелую морду со скрещенных лап и лишь звонко, лениво зевнул, обнажая острые клыки.

Рядом со мной сонно моргнула Ча Хэ Ин, почувствовав неладное. В тот же миг дюжина призрачных зверей вырвалась из мрака. Чернильные, сотканные из чистого небытия тени оскалили пасти, яростно зашипели и взяли парня в кольцо, готовые разорвать его на куски при малейшей попытке сделать шаг к белоснежной кошке.

Мое глубокое, глухое мурлыканье тяжело завибрировало в воздухе, разносясь мысленным приказом прямо в его голове:

«Почему ты стоишь там и смотришь на нее так, словно хочешь умереть? Думаешь, я позволю тебе подойти? Убирайся прочь, пока мои тени не разорвали тебя на части».

Алекс не отступил ни на дюйм. Его ярко-синие глаза весело блеснули, а контуры бровей чуть дернулись. Он тихо хихикнул — искренне, с превосходством хищника, встретившего обнаглевшую добычу.

– Серьёзно? – протянул он низким, вибрирующим голосом. – Смеешь угрожать мне в моем же собственном доме?

Воздух в комнате мгновенно наэлектризовался, запахло озоном и жженой сталью.

– Что ж, котик, – его губы растянулись в хищном оскале, – пора проучить наглого гостя.

Он двигался со скоростью удара молнии. Я даже не успел отдать команду теням атаковать — пространство разорвалось лазурным треском. Рука Алекса, обвитая электрическими разрядами, схватила меня за загривок железной хваткой. Пальцы сжались, и чудовищный поток драконьей маны хлынул сквозь мою шерсть, ломая матрицу наложенного на меня проклятия грубой, первобытной силой.

Боль от внезапной трансформации обожгла каждую клетку. Мое тело вытянулось, кости с хрустом встали на свои места. Через долю секунды на полу передо мной стоял уже не кот, а я сам — взрослый мужчина с широким разворотом плеч и темными волосами. Но вернуть контроль я не успел.

– Лежать, – прорычал Алекс.

Прежде чем я смог воззвать к армии, из его ладони вырвались толстые цепи синего пламени и молний. Они с грохотом обвили мои запястья за спиной, захлестнули лодыжки и намертво пригвоздили меня к полу. Электрический ток парализовал нервную систему, лишая возможности призвать оружие из пространственного кармана. Один из разрядов хлестнул по лицу, запечатывая голос, превращая любые попытки отдать приказ в хрип.

– Ты слишком зазнался, владыка, – раздался его насмешливый шепот над самым моим ухом. – Посмотрим, как ты будешь сопротивляться сейчас.

Он резко наступил коленом мне между лопаток, прижимая меня лицом к нагретому солнцем паркету. Цепи натянулись до предела, выгибая мои руки назад. Я дернулся всем телом, пытаясь сбросить его с себя весом своих ста девяноста двух сантиметров, но драконья кровь наделяла его непостижимой, титанической мощью.

Алекс с силой вжал меня в пол, удерживая за волосы и заставляя запрокинуть голову. Его влажный торс прижался к моей спине, обжигая нестерпимым жаром. Впервые за долгие годы меня побеждали физически. Кто-то подобрался вплотную, сломал мою защиту и взял силой, подчиняя каждое движение.

– Смотри, – прошептал Алекс, и в его голосе звенела неприкрытая доминация. – Смотри, как твоя хваленая армия и твоя ненаглядная Ча Хэ Ин смотрят на то, как ты беспомощно извиваешься подо мной.

Белая кошка в ужасе прижала уши, отступив на спинку дивана. Ее глаза расширились от шока: ее непобедимый монарх, владыка теней, бог смерти лежал прижатый к полу, не в силах вырваться из захвата восемнадцатилетнего полукровки. Мои тени бились о невидимый электрический барьер, рассыпаясь искрами.

Алекс надавил сильнее, сминая мою гордость, подчиняя каждый мускул. Его движения были резкими, властными, не оставляющими ни шанса на сопротивление. Ярость во мне смешалась с внезапным, чудовищным потрясением: электрические разряды прошивали плоть, посылая волны незнакомого, дикого жара прямо к позвоночнику. Это было насилие над моей волей, грубое сокрушение статуса, но вместе с тем внутри просыпалось нечто темное, первобытное.

Я задыхался, цепляясь пальцами за гладкие доски, пока парень позади меня с жестоким упорством заставлял мое тело подчиняться его ритму. Он управлял мной, как взбесившийся грозовой фронт управляет ветром. Глухой стон вырвался из моего горла вопреки всем попыткам сдержаться — хриплый, надломленный звук, эхом отразившийся от стен тихой квартиры.

– Вот так, – выдохнул Алекс, обжигая шею горячим дыханием, и его пальцы жестче перехватили мои темные пряди. – Стони громче. Пусть все знают, чья эта территория.

Я выгибался под его хваткой, теряя ощущение реальности. Никогда прежде я не испытывал ничего подобного. С Хэ Ин все всегда было мягким, выверенным, сдержанным уважением. Но здесь не было места деликатности. Это была сокрушительная, животная стихия, где более сильный хищник ломал хребет сопернику, и, к моему собственному ужасу, эта всепоглощающая власть заставляла кровь в моих жилах кипеть от яростного, запретного восторга.

Цепи звенели при каждом толчке, молнии плясали по коже, оставляя фантомные следы ожогов. Солнечный свет продолжал заливать гостиную, но для меня весь мир сузился до тяжести его тела на моей спине, до невыносимой силы рук, сковавших мои плечи, и синих драконьих глаз, наблюдавших за каждым моим вздохом.

Когда хватка наконец ослабла, а цепи растворились в воздухе сизым дымом, Алекс небрежно поднялся на ноги. Он поправил темную куртку на локтях, стер тыльной стороной ладони капли пота со лба и окинул меня насмешливым, тяжелым взглядом сверху вниз.

– В следующий раз, котик, – бросил он, подбирая со стола недоеденный персик, – трижды подумай, прежде чем шипеть на хозяина дома.

Я остался лежать на полу, тяжело дыша и глядя в потолок потемневшими серыми глазами. В тишине раздавалось только испуганное дыхание Хэ Ин и мерные шаги уходящего вглубь коридора полукровки, оставившего на моем теле неизгладимый след драконьего пламени.