sprunki прыжки в высоту

Утро на стадионе Спрункилэнда началось не с привычного мелодичного гула или ритмичного бита, а с глухого, вибрирующего треска, от которого содрогались даже трибуны. Это Пинки уже в сотый раз за утро приземлялась на бетонные плиты тренировочной площадки. Её розовые кроличьи уши стояли торчком, вибрируя от напряжения, а во взгляде больших глаз горело пламя неистовой решимости.

В углу площадки, на импровизированном пьедестале, красовался большой плакат. С него высокомерно улыбалась Венда — белоснежная кошечка с тонкими, грациозными ушками. В лапах она сжимала сияющий золотой кубок — прошлогоднюю награду за звание абсолютной чемпионки по вертикальным прыжкам.

– В этот раз ты не будешь стоять на вершине, кошка, – прорычала Пинки, вытирая пот со лба и поправляя плотную ткань своего комбинезона.

Её новый костюм был настоящим инженерным чудом: ультрамариново-синий, с массивными ярко-красными наплечниками и широкой алой стрелкой на груди, указывающей строго вверх. Стрелка символизировала её единственную цель — подняться выше неба. Костюм был невероятно тугим, сжимающим тело подобно стальному корсету, но Пинки верила, что аэродинамика и компрессия мышц принесут ей долгожданную победу. Она тренировалась день и ночь: приседания с утяжелителями, прыжки через гигантские преграды, растяжка до хруста в связках. Всё ради того, чтобы превзойти действующую чемпионку.

Наконец над ареной прогремел сигнал горна. Загорелись прожекторы, трибуны взорвались аплодисментами, свистом и битбоксом разношёрстной публики Спрунки.

В центр арены вышел судья и торжественно указал на колоссальный металлический столб, уходивший вертикально в небеса. Его верхушка терялась где-то среди перистых облаков, а по всей длине горела неоновая шкала с миллионом делений.

– Правила предельно просты! – разнёсся над трибунами усиленный микрофоном голос. – Никакого разбега! Прыжок строго с места! Победит тот, кто коснётся наивысшей отметки на шесте! Претенденты, на старт!

Первой к шесту неспешно подошла Винерия. Её зелёные листья лениво покачивались на ветру, а во взгляде читалась глубочайшая отрешённость от всего мирского. Казалось, её вообще вытащили на этот турнир прямо из полуденного сна среди корней и мха.

– Ну давай, покажи им класс, – лениво пробормотала она сама себе.

Винерия слегка присела, её стебли слегка напряглись, и она совершила нечто среднее между зевком и подскоком. Раздался глухой хлопок. Неоновые датчики у основания столба моргнули тусклым жёлтым светом.

– Ноль целых семь десятых метра! – объявил судья с неприкрытым разочарованием. – Винерия выбывает из состязания за самый низкий прыжок в истории нашего турнира!

Винерия лишь пожала плечами, сонно махнула листом публике и побрела обратно в тень трибун, совершенно не расстроившись.

Второй к измерительному шесту вышла Аква. Голубая малышка-спрунки с забавной полосатой трубочкой на голове выглядела чуть более собранной. В её глазах плескалась прозрачная морская вода, а трубочка ритмично покачивалась в такт её дыханию.

– Главное — поймать волну, – весело булькнула Аква.

Она сделала глубокий вдох, согнула колени и вытолкнула себя вверх. Из трубочки с тихим свистом вырвался фонтанчик брызг, оставляя за ней сверкающий водяной след. Аква взлетела, коснулась столба ладошкой и грациозно спланировала обратно вниз, мягко шлёпнувшись на лапки.

Цифровое табло замигало синим цветом.

– Полтора метра! – громыхнул голос комментатора. – Неплохая попытка для новичка, но, увы, этого недостаточно! Аква покидает турнир!

Аква звонко рассмеялась, поправила трубочку на макушке и запрыгала к выходу, помахав зрителям, которые проводили её тёплыми аплодисментами.

На площадке воцарилась звенящая, напряжённая тишина. Все понимали: разминка окончена. Остались только двое — прошлогодняя чемпионка и разъярённая претендентка.

Венда вышла в круг с грацией хищницы. На ней были облегающие матово-чёрные спортивные штаны, выгодно подчёркивающие сильные бёдра, и лаконичная фиолетовая майка. Её белые кошачьи ушки слегка подёргивались, улавливая малейшие колебания воздуха. Она лениво покрутила в лапе блестящий кубок и передала его ассистенту.

– Не волнуйся, я скоро его заберу обратно, – бросила Венда, скользнув насмешливым взглядом по фигуре Пинки. – Ну что, крольчонок, готова поплакать?

– Смейся, пока можешь, кошка, – процедила сквозь зубы Пинки, выходя вперёд. – Сегодня этот кубок уйдёт ко мне.

Они встали по обе стороны от гигантского столба. Воздух между ними заискрил от немого соперничества.

– Финальный раунд! – закричал судья. – Начали!

Венда даже не напряглась. Мягкий присед, взмах хвоста — и она легко, словно пушинка, взмыла вверх. Три метра!

Пинки тут же сжала зубы, её синие наплечники скрипнули. Прыжок! Пять метров! Она ударила по столбу, оставив Венду внизу.

– Неплохо, – мурлыкнула Венда, приземляясь на четыре лапы и тут же отталкиваясь от земли с удвоенной силой.

Она взмыла на десять метров, сделав в воздухе изящное сальто.

Пинки зарычала. Её кроличьи задние лапы налились тяжестью, мышцы превратились в тугие пружины. Толчок! Земля под ней треснула, подняв клуб пыли. Двадцать метров! Тридцать!

Они больше не опускались на землю для отдыха. Стоило им коснуться резинового настила, как они рикошетом отлетали обратно в небеса, беря всё новые и новые высоты. Шест гудел от непрерывных ударов лап. Пятьдесят метров! Сто метров! Они пробили нижний слой облаков, оставив далеко внизу восторженно вопящий стадион.

Ветер свистел в ушах ледяным шквалом. Венда летела вверх с нечеловеческой кошачьей ловкостью, её фиолетовая майка трепетала на ветру, а на губах играла самодовольная усмешка.

– Ты на пределе, Пинки! – крикнула она сверху, легко преодолевая отметку в триста метров. – Твой дурацкий костюм тебя только тормозит!

И в этот момент послышался тонкий, зловещий звук: хр-р-р-к.

Пинки похолодела. Плотная синяя ткань на её спине дала трещину. Шов на груди, прямо под красной стрелкой, начал медленно расходиться. Невероятное давление мышц и напор воздуха рвали сверхпрочную материю.

«Плевать! Мне плевать на костюм!» – взвыла про себя Пинки.

Она снова согнула ноги и выстрелила собой вверх. Четыреста метров! Она обогнала Венду, оказавшись на пару корпусов выше. Ткань на рукавах с треском лопнула, обнажая розовую шерсть.

Но Венда не собиралась сдаваться. Её зрачки сузились, превратившись в тонкие вертикальные щёлочки. Белая кошка сжалась в комок прямо в воздухе, словно оттолкнулась от невидимой опоры, и взмыла ещё выше — пятьсот метров! Шестьсот! Она снова оставила Пинки позади, снисходительно помахав ей лапкой из стратосферы.

В этот момент в голове у Пинки что-то щёлкнуло. Ярость, копившаяся месяцами тренировок, обида от прошлогоднего поражения и дикая жажда победы слились в один пылающий огненный шар внутри её груди.

– Нет... – прохрипела она, зависнув в воздухе на мгновение. – НЕТ! ТЫ НЕ ВЫИГРАЕШЬ!

Пинки буквально затрясло от неописуемой злости. Воздух вокруг неё начал дрожать и вибрировать от исходящей энергии. Её глаза вспыхнули алым светом, кроличьи уши вытянулись струной. Она собрала воедино абсолютно все свои силы — каждую каплю энергии, каждый скрытый резерв своего тела.

Она не просто прыгнула. Она взорвалась, словно межконтинентальная баллистическая ракета.

Звуковой барьер разорвало в клочья с громоподобным грохотом, эхо которого докатилось до земли, выбивая окна на стадионе. Пинки выстрелила вертикально вверх с такой чудовищной скоростью, что плотный компрессионный костюм просто не выдержал чудовищных перегрузок.

ТРЕ-Е-ЕСК! БАМ!

Синяя ткань с красными наплечниками разлетелась на миллионы мельчайших лоскутов, которые мгновенно сгорели от трения об атмосферу. Пинки осталась парить в одном только простом белом лифчике и белых хлопковых трусиках.

И тут открылась шокирующая правда, о которой никто даже не догадывался.

Оказалось, что этот ультра-тугой синий комбинезон всё это время работал как титанический утягивающий корсет. Без сдерживающей ткани, попав в условия разреженного воздуха, а затем и полного космического вакуума, анатомия розовой зайчихи повела себя самым невероятным, абсурдным образом.

Пинки пробила стратосферу, миновала мезосферу и вылетела в открытый космос, установив абсолютный рекорд высоты — добрых триста километров над поверхностью планеты. Шест давно остался где-то далеко внизу, едва заметной иголкой на теле вращающегося шара.

Вокруг сияли холодные звёзды, отражаясь в её потрясённых глазах.

– Ой... – только и успела выдохнуть Пинки, глядя на саму себя.

В космическом вакууме, лишённая сдерживающего давления костюма, её грудь под белым лифчиком начала стремительно раздуваться. Она росла каждую секунду, подобно гигантским космическим подушкам безопасности. Сначала размер удвоился, затем утроился, а через несколько секунд перед Пинки вздымались две колоссальные, невероятно пышные розовые сферы, которые натянули тонкую белую ткань лифчика до прозрачности и стали больше, чем сама зайчиха!

Гравитация наконец победила инерцию взлёта. Пинки замерла в апогее своей немыслимой космической дуги.

– Упс, – пискнула она, почувствовав, как её неудержимо тянет обратно.

Она начала падать.

В это время Венда, уверенная в своём триумфе, плавно планировала вниз на высоте примерно трёхсот метров над стадионом. Она уже примеряла в мыслях, куда поставит кубок на этот раз, и самодовольно ухмылялась:

– Жалкий кролик, наверняка упала где-нибудь в лесу...

Внезапно небо над Вендой потемнело. Солнечный свет перекрыла гигантская, округлая розовая тень. Воздух завыл, словно падала тяжёлая авиабомба.

Венда задрала мордочку вверх и в ужасе распахнула глаза.

Прямо из космоса, объятая ореолом пламени от входа в плотные слои атмосферы, падала полуголая Пинки, перед которой неслись две монументальные, титанические розовые полусферы, занимавшие половину горизонта.

– ЧТО ЭТО ТАКО... – только и успела взвизгнуть белая кошка.

БУ-У-У-У-УХ!

Звук приземления напомнил взрыв цистерны с пухом. Пинки на гиперзвуковой скорости рухнула прямо на Венду, впечатав прошлогоднюю чемпионку в мат и погребя её под невероятно мягкой, огромной и сокрушительной массой своей раздувшейся груди.

Ударная волна прокатилась по всему стадиону, сдув трибуны, судью и опрокинув флагштоки. Поднялось гигантское облако пыли.

Когда пыль наконец осела, перед онемевшими зрителями предстала сюрреалистичная картина.

Посреди дымящегося кратера лежала Венда. Её кошачьи глаза кружились спиралями, лапы были распластаны в форме морской звезды, а язык безжизненно вывалился набок. Она была полностью дезориентирована и расплющена.

А прямо на ней сидела тяжело дышащая Пинки. Её белый лифчик каким-то чудом уцелел, а гигантская грудь, вернувшись в земную атмосферу, начала с громким свистящим звуком медленно сдуваться до нормальных, привычных размеров.

Пинки помотала головой, отряхивая розовые уши от пыли, и перевела взгляд на упавшую рядом золотую награду. Она медленно подняла кубок над головой.

– Девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять метров! – дрожащим голосом прохрипел из-под стола судья, поднимая треснувшую табличку. – П-победитель... и новая чемпионка... ПИНКИ!

Стадион взорвался оглушительным рёвом. Винерия в тени деревьев лениво приоткрыла один глаз и показала большой палец. Аква радостно захлопала в ладоши, пуская фонтанчики воды из своей трубочки.

Пинки посмотрела вниз на поверженную, расплющенную соперницу и победоносно ухмыльнулась:

– Ну что, кошечка... Кто теперь стоит на вершине?