Наруто

Ночной Конохагакуре дышал прохладой, но внутри резиденции Седьмого Хокаге воздух казался густым и перенасыщенным ароматами мускуса, дорогих духов и пота. Наруто Узумаки стоял в тени дверного проёма, прислонившись плечом к косяку. Его глаза, сохранившие пронзительную синеву, внимательно следили за происходящим в центре просторной спальни.

На широкой кровати, залитой лунным светом, Хината — его верная, любящая жена и мать его детей — отдавалась двум шиноби из Облака. Её тело, обретшее с годами соблазнительную зрелость и мягкость, которую принято называть формами «милфы», изгибалось в экстазе. Она тяжело дышала, её бледная кожа раскраснелась, а глаза Бьякуган были подернуты дымкой неистового желания.

Наруто чувствовал, как внутри него вскипает привычная волна возбуждения. Это не была ревность в обычном понимании. Это было нечто иное — глубокое, первобытное признание её сексуальной власти и их общего, извращенного доверия. Хината была верна ему душой и сердцем, но её тело требовало большего, чем мог дать один мужчина, даже обладающий неисчерпаемой чакрой Курамы.

– О, боги, ещё... – простонала Хината, впиваясь пальцами в простыни.

Один из мужчин попытался податься вперед, чтобы закончить внутри неё, но Хината резко отстранилась, её голос прозвучал властно и твёрдо даже в моменты страсти.

– Нет. Не в меня. Только не внутрь.

Это было их незыблемое правило. Семя чужаков никогда не должно было осквернить её чрево, принадлежащее только Хокаге. Наруто довольно усмехнулся. Она знала границы. Она всегда их знала.

Тихий шорох шелка позади заставил его обернуться. Темари, чей визит из Суны в этот раз затянулся, стояла прямо за ним. На ней был лишь короткий халат, едва прикрывающий бедра, а её взгляд, обычно холодный и расчетливый, сейчас горел нескрываемым голодом.

– Смотришь на свою жену, Наруто? – её голос был низким, с хрипотцой. – Или ждешь, когда она закончит, чтобы заняться делом самому?

Наруто развернулся к ней всем телом. Его либидо, усиленное годами тренировок и природной выносливостью, отозвалось мгновенно. Темари не стала ждать ответа. Она подошла вплотную, проводя ладонью по его груди, и её пальцы спустились ниже, к тому месту, где под тканью штанов отчетливо проступало его внушительное достоинство.

– Ты ведь знаешь, что мне всегда мало, – прошептал Наруто, подхватывая её за талию и притягивая к себе.

– Именно поэтому я здесь, – Темари дерзко улыбнулась, кусая губу. – Твоя выносливость — это легенда, которую мне хочется проверять снова и снова.

Они переместились в соседнюю комнату, где на диване уже ждала Анко. Бывшая ученица Орочимару никогда не отличалась скромностью. Она сидела, широко расставив ноги, и медленно облизывала губы, наблюдая за их приближением.

– Наконец-то, – фыркнула Анко, сбрасывая с плеч сетчатую кофту. – Я уж думала, вы там уснете, любуясь на Хинату. Наруто, иди сюда. Мне нужно, чтобы ты выбил из меня всю эту дневную скуку.

Наруто не заставил себя ждать. Его огромный член, ставший предметом восхищения и трепета среди избранного круга женщин Конохи, требовал выхода. Когда он вошел в Анко, та издала громкий, почти животный крик, запрокидывая голову.

– Да... вот так... – прохрипела она, вцепляясь ногтями в его плечи.

Темари, не желая оставаться в стороне, опустилась на колени перед Наруто, помогая ему справляться с неуемным аппетитом Анко, и одновременно лаская себя. В этой комнате не было места стыду — только чистая, концентрированная похоть шиноби, привыкших жить на грани жизни и смерти.

Через час, когда Анко и Темари лежали в изнеможении, дверь в комнату тихо скрипнула. Вошла Сакура. Её медицинский халат был расстегнут, открывая вид на кружевное белье, которое совершенно не вязалось с образом строгого главврача госпиталя.

– Я слышала крики из коридора, – сказала Сакура, поправляя розовые волосы. – Наруто, ты снова переусердствовал?

– Разве это возможно? – Наруто поднялся, его тело лоснилось от пота, а возбуждение никуда не исчезло.

Сакура подошла к нему, её глаза сузились. Она была одной из немногих, кто знал о тайной жизни четы Узумаки, и сама давно стала её частью. Её похоть была тихой, но глубокой, как океан.

– Куренай уже ждет внизу, – добавила Сакура, прижимаясь к нему. – Она сказала, что иллюзии больше не помогают ей справляться с одиночеством. Ей нужно что-то настоящее. Что-то... крупное.

Наруто обхватил лицо Сакуры ладонями.

– Мы не заставим её ждать. Но сначала ты.

Их близость была яростной. Сакура, обычно сдержанная, превращалась в настоящую фурию в его руках. Она требовала жесткости, требовала, чтобы он заполнял её до предела, и Наруто с удовольствием подчинялся.

Позже, спустившись в гостиную, они встретили Куренай. Вдова Асумы выглядела великолепно. Материнство лишь добавило ей шарма, а долгие годы воздержания превратили её желание в раскаленную лаву.

– Наруто-кун, – Куренай поднялась с кресла, её голос дрожал от предвкушения. – Я видела Хинату, когда уходили те мужчины из Облака. Она выглядит такой... удовлетворенной.

– Хината знает, как брать от жизни всё, – ответил Наруто, подходя к ней. – Как и ты, Куренай.

– Ты сегодня особенно неутомим, – заметила Куренай, глядя на него снизу вверх. – Говорят, твоё либидо растет вместе с твоей силой Хокаге.

– Хочешь проверить? – Наруто усмехнулся, увлекая её в глубокий поцелуй.

В это время Хината, уже приведшая себя в порядок и облаченная в легкое домашнее кимоно, вошла в гостиную. Она выглядела спокойной и умиротворенной. Подойдя к мужу, она нежно поцеловала его в щеку, игнорируя тот факт, что он только что ласкал Куренай.

– Ты был великолепен сегодня, дорогой? – спросила она с мягкой улыбкой.

– Как и всегда, Хината, – Наруто приобнял её за талию. – Тебе понравилось?

– Они были старательны, – Хината слегка покраснела, вспоминая недавние часы. – Но никто не сравнится с тобой. Ты ведь знаешь, я принадлежу только тебе.

– Я знаю, – Наруто прижал её к себе сильнее. – Именно поэтому я позволяю тебе играть.

– Но не забывай о своих обязанностях, Седьмой, – Хината лукаво посмотрела на Сакуру, Анко и Темари, которые собрались в комнате. – Эти дамы тоже жаждут твоего внимания. И я... я бы тоже не отказалась от «десерта», который можешь дать только ты.

Наруто окинул взглядом женщин, собравшихся вокруг него. Каждая из них была сильной, опасной и невероятно похотливой. Каждая из них хотела частичку его легендарной мощи.

– Ночи в Конохе длинные, – Наруто расплылся в своей фирменной улыбке, в которой сейчас читалось нечто хищное. – Уверен, чакры хватит на всех.

Хината опустилась на диван, наблюдая, как её муж начинает новый раунд с Сакурой и Анко. Она чувствовала гордость. Её Наруто был солнцем, вокруг которого вращались все эти женщины, и она была единственной, кто владел его сердцем. Она была его верной женой, его опорой, его шлюхой-милфой, которая знала, как удержать этот огонь, не сгорая в нем дотла.

– Наруто, – позвала она тихо, когда он на мгновение отвлекся. – Помни. Никаких наследников на стороне.

– Только в тебя, Хината, – ответил он, тяжело дыша. – Только в тебя.

И это было единственным обещанием, которое имело значение в их странном, порочном и абсолютно счастливом мире. В мире, где границы морали стерлись под напором вечной страсти величайшего шиноби и его преданной королевы.