Как совратить майора

Снежноград никогда не отличался теплом, но в последние семь дней в их общей квартире воцарилась настоящая вечная мерзлота. И дело было вовсе не в капризах Крио Архонта или неисправности парового отопления. Холод исходил от Валерия.

Митя, привыкший к тому, что его жизнь — это вечный калейдоскоп из пробирок, вспышек вдохновения и бесконечных догонялок с майором по заснеженным переулкам, чувствовал себя брошенным. Валерий всегда был его якорем. Серьезный, высокий, с фиолетовыми глазами, в которых обычно читалось терпеливое обожание, смешанное с легким раздражением от очередной выходки ученого. Но сейчас эти глаза видели только бесконечные колонки цифр и рапорты.

– Валер, а Валер, ты знал, что если смешать экстракт огненной травы с пыльцой туманного цветка в пропорции один к трем, получится идеальная смазка для шестеренок? Или для чего-то более интересного? – Митя заглянул в кабинет, облокотившись о дверной косяк.

Майор даже не поднял головы. Перо в его руке продолжало скрипеть по бумаге с монотонной скоростью.

– Митя, я занят. Отчеты для Дворца не терпят отлагательств. Иди отдыхай.

Ученый фыркнул, скрестив руки на груди. Его светло-белые волосы были растрепаны, а в лиловых глазах плясали искры негодования.

– Отдыхать? В одиночестве? Валера, я ученый, а не отшельник из Ли Юэ! Мне нужно общение, мне нужна... стимуляция!

– Почитай теорию алхимических реакций, – сухо бросил майор, наконец перевернув страницу.

Митя закатил глаза. За неделю он перепробовал всё. Он приносил его любимые медовые пирожные, которые Валерий обычно съедал с тихой улыбкой, – в этот раз они засохли на блюдце. Он сидел в его кабинете часами, надеясь, что его присутствие хоть как-то отвлечет этого сухаря в мундире, но Валерий лишь изредка просил его не шуметь. Даже его коронный номер – побег с рабочего места – не сработал. Вместо статного майора за ним пришел хмурый лейтенант, который сухо сообщил: «Господин майор занят проверкой логистики, приказано доставить вас в лабораторию в целости».

Это было последней каплей.

Вечером, когда Снежноград погрузился в сумерки, а за окном завыла метель, Митя решил, что время дипломатии закончилось. Настало время тяжелой артиллерии. Или, вернее, очень легкой и прозрачной.

В одном из дальних ящиков комода у него хранился наряд, купленный у заезжего торговца из Фонтейна «на особый случай». Комплект состоял из тончайшей белой рубашки, которая едва прикрывала бедра и была почти прозрачной, и белых чулок с ажурными вырезами.

Митя долго прихорашивался перед зеркалом. Он знал, что выглядит чертовски хорошо. Светлая ткань подчеркивала его бледную кожу, а чулки идеально облегали стройные ноги. Чтобы план сработал наверняка, он потратил добрых полчаса на то, чтобы подготовить свое тело, растягивая себя пальцами и представляя, как на их месте окажется нечто гораздо более внушительное.

– Ну что, товарищ майор, посмотрим, насколько крепка ваша дисциплина, – прошептал он своему отражению.

Валерий сидел в спальне за небольшим секретером, который он временно превратил в рабочий стол. Под глазами залегли тени, он устало потер виски, пытаясь сосредоточиться на очередном донесении о поставках руды. Тихий шорох шагов заставил его ухо дернуться, но он не обернулся.

Митя подошел со спины. Его ладони, прохладные и мягкие, легли на широкие плечи майора. Он начал медленно разминать напряженные мышцы, чувствуя, как Валерий под его руками невольно расслабляется. Из груди мужчины вырвался тихий, едва слышный стон усталости.

– Ты всё еще работаешь... – Митя склонился к самому его уху, обжигая кожу горячим дыханием. – А я так скучаю по тебе, когда ты смотришь на эти бумажки, а не на меня.

Валерий замер. Запах Мити – смесь чистого снега и каких-то химических реагентов – ударил в голову сильнее любого вина.

– Митя, подожди... еще пять страниц... – голос майора прозвучал хрипло, но он все еще пытался сопротивляться.

Ученый не собирался отступать. Он уселся на подлокотник массивного стула, продолжая массировать плечи и шею возлюбленного, то и дело задевая губами мочку его уха.

– Пять страниц? – прошептал Митя, его голос стал вкрадчивым и порочным. – А ты знаешь, что я сейчас надену? Вернее... на мне уже почти ничего нет. Только то, что ты так любишь.

Взгляд Валерия все еще был прикован к бумаге, но рука с пером мелко дрожала. Митя понял: крепость дала трещину. Резким движением он выхватил отчет из рук майора и отбросил его на кровать.

– Эй! – Валерий хотел было возмутиться, оборачиваясь к нарушителю спокойствия, но слова застряли у него в горле.

Митя сидел перед ним, вызывающе расставив ноги. Полупрозрачная рубашка не скрывала почти ничего, а кружева чулок на бедрах смотрелись на фоне его кожи вызывающе контрастно. Лиловые глаза смотрели хищно, с вызовом.

Не давая Валерию опомниться, Митя перебрался к нему на колени, оседлав крепкие бедра и преграждая любой путь к столу. Он обхватил лицо майора ладонями и впился в его губы глубоким, требовательным поцелуем.

Валерий сначала сидел неподвижно, его руки бессильно лежали на подлокотниках, словно он все еще пытался цепляться за остатки своего самообладания. Но Митя нежно взял его ладони и переместил их себе на бедра, прямо туда, где начиналась тонкая ткань чулок.

– Ну же, Валера... – прошептал Митя, оторвавшись от его губ. Между ними протянулась тонкая ниточка слюны. – Хватит быть майором. Будь моим.

Валерий сдался. Его пальцы судорожно сжали бедра Мити, сминая нежную кожу и кружево. Он ответил на поцелуй с такой жадностью, будто умирал от жажды. Вся накопившаяся за неделю усталость и напряжение выплеснулись в этом жесте.

– Ты несносен, – выдохнул Валерий ему в шею, оставляя там влажный след.

– Я знаю, – хихикнул Митя, чувствуя, как под ним, в штанах майора, пробуждается внушительный бугорок. – И тебе это нравится.

Митя потянул его за воротник домашней рубашки, увлекая за собой к кровати. Валерий встал, не разрывая контакта, его руки теперь собственнически лежали на талии ученого.

Оказавшись на простынях, Митя раскинул руки, его белые волосы рассыпались по подушке, а на губах играла победная ухмылка. Майор навис сверху, тяжело дыша. В свете единственной лампы наряд Мити казался чем-то неземным, почти призрачным, если бы не жар, исходивший от его тела.

Валерий начал медленно расстегивать пуговицы на своей рубашке, не сводя глаз с Мити.

– Ты сказал, что готовился? – спросил он, его голос вибрировал от сдерживаемой страсти.

– Да... – Митя прикусил губу, его голос стал тише. – Я так хотел тебя, что не выдержал. Я уже готов принять тебя всего, Валера.

Майор замер на мгновение. Мысль о том, что Митя, этот гордый и язвительный гений, сам готовил себя, шепча его имя в пустоте комнаты, ударила по его выдержке сильнее любого оружия.

Он потянулся к белью Мити и одним движением стянул его, оставив на парне только чулки и распахнутую рубашку. Валерий спустился с кровати, встав на одно колено, и притянул Митю за бедра к самому краю.

– Валера? Что ты... – Митя не успел договорить, из его груди вырвался громкий ах, когда горячий язык майора прошелся по его входу.

Валерий действовал уверенно и ласково, вылизывая его, проникая языком внутрь, подготавливая еще тщательнее. Его руки крепко держали бедра Мити, пальцы то и дело цепляли резинки чулок, оттягивая их и заставляя парня вздрагивать. Митя выгибался в пояснице, зарываясь пальцами в темные волосы Валерия, его голос срывался на невнятный лепет.

Наконец, майор поднялся. Он быстро избавился от остатков одежды. Митя, даже несмотря на то, что они были вместе уже полгода, каждый раз с легким трепетом смотрел на его возбужденную плоть.

Валерий взял подушку и подложил ее под поясницу Мити.

– Чтобы потом не жаловался, что спина болит, – коротко бросил он, и в этом жесте было столько привычной заботы, что у Мити на мгновение защипало в глазах.

Майор вошел медленно, лишь на головку, давая обоим привыкнуть. Несмотря на подготовку, мышцы Мити инстинктивно сжались, принимая внушительный объем.

– Больно? – тихо спросил Валерий, целуя его в плечо и лаская соски через тонкую ткань рубашки.

– Нет... просто... боги, Валера, ты такой огромный, – выдохнул Митя, обхватывая его за шею. – Продолжай. Пожалуйста.

Валерий толкнулся глубже, заполняя его больше чем наполовину. Митя вскрикнул, его тело мелко задрожало, а пальцы впились в спину майора, оставляя красные полосы. Еще один толчок – и Валерий вошел на всю длину, выбивая из легких ученого последний воздух.

Давление было невероятным, но оно приносило то самое облегчение, которого Митя жаждал всю неделю. Он чувствовал себя единым целым с этим серьезным, надежным человеком.

– Смотри на меня, – скомандовал Валерий, когда Митя попытался закрыть глаза ладонью от переизбытка чувств.

Майор перехватил его запястье, прижимая руку к подушке. Его фиолетовые глаза сейчас горели темным огнем. Он начал двигаться – сначала медленно, смакуя каждый дюйм, а затем всё быстрее и жестче.

Митя стонал, не переставая, его голос охрип, но он продолжал звать Валерия по имени. С каждым толчком он чувствовал, как внутри него все сжимается в тугой узел. На его животе был отчетливо виден бугорок от движений Валерия – зрелище, которое всегда доводило Митю до исступления.

– Валера, я... сейчас... – прохрипел ученый, закидывая ноги на плечи майора, чтобы тот мог проникать еще глубже, прямо по чувствительной точке.

– Вместе, – выдохнул Валерий, теряя остатки контроля.

Митя кончил первым, с громким криком, его тело выгнулось дугой, а по животу разлилось тепло. Валерий сделал еще несколько мощных, глубоких толчков и, глухо застонав, излился глубоко внутрь, заполняя Митю до краев.

Тишина комнаты нарушалась только их тяжелым дыханием и завыванием метели за окном. Валерий тяжело опустился на Митю, стараясь не раздавить его своим весом, и уткнулся лбом в его плечо.

Прошло несколько минут, прежде чем Митя обрел дар речи.

– Ну и... – начал он своим обычным язвительным тоном, хотя голос все еще подрагивал. – Стоили эти твои отчеты такой задержки, майор?

Валерий тихо рассмеялся – редкий звук, который Митя обожал больше всего на свете. Он приподнялся на локтях и посмотрел в лиловые глаза, в которых теперь светилось умиротворение.

– Нет, Митя. Ни один отчет в Снежной не стоит того, чтобы ты так изводил себя... и меня.

– Вот именно! – Митя попытался принять грозный вид, но лишь нелепо взмахнул рукой. – Если ты еще раз променяешь меня на логистику руды, я... я синтезирую такой реагент, что у тебя все чернила в кабинете превратятся в розовый джем!

Валерий улыбнулся, нежно убирая прилипшую прядь волос с его лба.

– Я обещаю, что постараюсь найти баланс. Но, Митя...

– Что?

– Этот наряд... сохрани его. Он определенно помогает сосредоточиться на главном.

Митя довольно зажмурился, прижимаясь к теплому боку своего майора. Холод Снежнограда больше не пугал его – пока в этом доме горел огонь их общей страсти, никакая зима не была страшна.