Внучка

Тишина в моем доме всегда была относительной. Став Теневым Монархом, я привык к шепоту тысяч солдат в моей тени, к гулу маны, пульсирующей в воздухе, и к вечному холоду, который сопровождал мою силу. Но этот дом, скрытый от глаз мира, был моим святилищем. Здесь я не был правителем мертвых. Здесь я был просто отцом.

Я стоял у окна, глядя на ночной город. Отражение в стекле казалось чужим: высокий мужчина с резкими чертами лица, черными, как сама бездна, волосами и глазами цвета грозовой тучи. Рост в сто девяносто два сантиметра и широкие плечи делали меня внушительным, но сейчас я чувствовал лишь усталость.

Из детской донесся надрывный плач.

Я вздрогнул, собираясь пойти туда, но почувствовал знакомое колебание маны. Юкио уже был там.

Мой сын, Сон Юкио, был моим величайшим достижением и моей самой большой тревогой. В свои восемнадцать он уже перерос многих охотников S-ранга. Его черные взъерошенные волосы и небесно-голубые глаза, доставшиеся от матери, создавали обманчивый образ ангела. Но под фарфоровой кожей и атлетическим телосложением скрывалась мощь, способная сокрушать горы. Сила Теневого Монарха в нем проявилась иначе — через контроль теней в виде смертоносных щупалец и маску, которая превращала его в истинного жнеца на поле боя.

Его мать ушла, когда ему было пять. С тех пор мы были вдвоем против целого мира. До недавнего времени.

Маленькая Мина появилась в нашей жизни как гром среди ясного неба. Одна алчная женщина решила, что ребенок от сына самого сильного человека в мире — это ее золотой билет. Она напоила Юки, использовала его, а когда забеременела, попыталась шантажировать нас. Мы избавились от нее быстро и жестко, как только тесты подтвердили родство. Юкио не хотел иметь с этой женщиной ничего общего, но когда он впервые взял на руки свою дочь, я увидел, как лед в его сердце треснул.

Мине был всего месяц. Крошечное существо с черными волосами и серо-голубыми глазами, которые, казалось, видели саму душу.

Я вышел в коридор и столкнулся с сыном. Юкио шел по коридору, бережно прижимая к груди сверток из нежно-розового одеяла. Его лицо было бледным от недосыпа, но взгляд оставался мягким.

– Снова колики? – тихо спросил я, подходя ближе.

Юкио кивнул, не сводя глаз с дочери.

– Она никак не успокоится, отец. Я попробую подогреть смесь, может, это поможет.

Я протянул руки, и он осторожно передал мне мою внучку. Мина была такой маленькой в моих ладонях, привыкших держать кинжалы и сжимать горла монстров. Она всхлипнула, вцепившись крошечным кулачком в мою футболку, и затихла, чувствуя мою ауру.

– Иди, я побуду с ней, – сказал я.

В этот момент дверь спальни в конце коридора с грохотом распахнулась.

Ча Хэ Ин вышла в коридор, и я сразу почувствовал, как воздух наэлектризовался. Мы встречались уже год. Юкио принял это нейтрально, поставив лишь одно условие: «Меня и мою дочь не трогать, и нам будет о чем молчать». Я думал, что Хэ Ин — та самая женщина, которая сможет разделить со мной бремя вечности. Она была красивой, сильной, грациозной. Но сегодня ночью маска, которую она носила, дала трещину.

– Вы издеваетесь?! – ее голос, обычно мелодичный, превратился в резкий визг. – Сейчас три часа утра!

Я нахмурился, инстинктивно прикрывая ухо Мины ладонью.

– Хэ Ин, она ребенок. Ей больно, она плачет. Вернись в постель.

– Ребенок? – Она сделала шаг вперед, ее лицо исказилось от ярости и недосыпа. – Это не ребенок, это проклятие! Я охотник мирового уровня, мне нужен отдых, а не этот бесконечный вой!

Юкио, который как раз выходил из кухни с бутылочкой, замер. Его глаза начали опасно мерцать синим светом.

– Подбирай слова, Хэ Ин, – глухо произнес мой сын.

Но ее уже было не остановить. Раздражение, которое она, видимо, копила месяцами, прорвалось наружу гнилым потоком.

– А ты вообще молчи, Юкио! – выплюнула она. – Ты притащил в этот дом плод своей минутной слабости и ошибки. Эта девка... эта Мина... она просто выродок! Она даже не должна была родиться!

Я почувствовал, как внутри меня зашевелилась истинная Тень. Моя аура начала неконтролируемо расширяться, заполняя коридор ледяным холодом.

– Хэ Ин, замолчи немедленно, – мой голос прозвучал как скрежет металла.

– Нет, Сон Джинву, послушай меня! – Она сорвалась на крик, указывая пальцем на спящую малышку в моих руках. – Избавься от нее! Отдай в приют, убей, мне плевать! Этот шум мешает мне жить. Она мусор, ошибка природы, которой не место рядом с нами! Убей ее и давай жить нормально!

Тишина, последовавшая за этими словами, была страшнее любого крика.

Я не успел среагировать. Я, Теневой Монарх, чьи рефлексы превосходили границы возможного, просто не успел.

Вспышка черной энергии озарила коридор.

– А-а-а-а-а!

Крик Хэ Ин разорвал ночную тишину, но на этот раз это был крик настоящей, первобытной боли.

Все произошло в мгновение ока. Юкио стоял там, где секунду назад была пустота. Его лицо закрывала костяная маска Монарха, из-под которой горели яростным синим пламенем глаза. Из его спины и плеч вырвались черные, извивающиеся щупальца, похожие на живую тьму.

Одно из этих щупалец, острое как бритва, впилось в плечо Хэ Ин и одним резким движением вырвало ее правую руку из сустава. Кровь брызнула на стены, окрашивая обои в багровый цвет.

Вторым движением Юкио наотмашь ударил ее по лицу, но не просто рукой — его когти, пропитанные маной, оставили глубокие, рваные борозды, буквально изуродовав ее лицо до неузнаваемости.

Хэ Ин рухнула на пол, прижимая обрубок руки к груди, захлебываясь собственными криками и кровью.

– Юки! – я сделал шаг вперед, все еще держа Мину.

Сын медленно повернул голову ко мне. Маска начала медленно растворяться, обнажая лицо, полное холодного, расчетливого бешенства. В его руках материализовались два коротких кинжала, от которых исходила аура смерти.

– Она назвала мою дочь выродком, – голос Юкио был лишен эмоций. – Она предложила тебе убить ее.

Он перевел взгляд на корчащуюся у его ног женщину.

– Ты думала, что если ты спишь с моим отцом, то тебе позволено все? – Юкио наступил ей на уцелевшее плечо, заставляя ее вскрикнуть от боли. – Ты — ничто. Ты просто временная гостья, которая забыла свое место.

– Юкио, хватит, – сказал я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри меня все пело от гордости за его силу и одновременно содрогалось от жестокости сцены. – Она умрет от потери крови.

– Пусть умирает, – отрезал он. – Или ты хочешь заступиться за ту, кто желал смерти твоей внучке?

Я посмотрел на Хэ Ин. Та, кого я считал своей женщиной, теперь выглядела как жалкий, сломленный монстр. Ее красота, которой она так гордилась, исчезла навсегда. Ее сила охотника S-ранга оказалась ничем против ярости моего наследника.

– Нет, – ответил я, чувствуя, как последние капли привязанности к этой женщине испаряются. – Я не буду заступаться.

Мина в моих руках снова захныкала. Юкио мгновенно изменился. Теневые щупальца исчезли, маска окончательно растаяла, а кинжалы растворились в воздухе. Он тяжело дышал, его руки были в крови, но взгляд, направленный на ребенка, снова стал человеческим.

– Дай ее мне, – попросил он, протягивая руки.

Я передал ему девочку. Юкио прижал ее к себе, игнорируя кровь на своей одежде. Мина, почувствовав тепло отца, внезапно успокоилась и уснула, тихо посапывая.

– Убери здесь, – бросил я в пустоту.

Из теней тут же вышли Бер и Игрит. Они без слов подхватили Хэ Ин, которая уже потеряла сознание от шока, и начали устранять следы «инцидента». Я знал, что они не убьют ее сразу — они вышвырнут ее подальше отсюда, лишив всего, что у нее было. Она больше никогда не приблизится к моей семье.

Я подошел к сыну и положил руку ему на плечо.

– Ты стал очень сильным, Юки.

Он не поднял глаз, продолжая смотреть на спящую Мину.

– Я просто защищаю то, что принадлежит мне, отец. Разве не ты учил меня этому?

Я промолчал. Да, я учил его. Но я не ожидал, что он превзойдет меня в этой холодной решимости так скоро.

– Идем, – сказал я. – Ей нужно спать в тишине.

Мы пошли по коридору, оставляя позади запах крови и тени, которые уже заканчивали свою работу. В эту ночь я понял две вещи. Первая: Ча Хэ Ин никогда не была частью нашей семьи. Вторая: мой сын больше не нуждался в моей защите.

Он сам стал той тенью, которая будет охранять наш покой. И горе любому, кто решит, что может безнаказанно нарушить этот мир. Даже если этот кто-то — человек, которого я когда-то любил.

В доме снова воцарилась тишина. Но теперь это была тишина не ожидания, а свершившегося правосудия. В колыбели спала маленькая Мина, будущая наследница трона теней, а рядом с ней стоял ее отец — юный монарх, чье сердце было полно любви к своей дочери и беспощадности к врагам.

Я вернулся в свою комнату и закрыл дверь. Завтра будет новый день, и мир, возможно, узнает об исчезновении великой охотницы. Но для нас это не имело значения.

Главное, что Мина больше не плакала.