kk

Ночной город переливался неоновыми огнями, отражаясь в лужах после недавнего дождя. Клуб «Олимп» гудел от басов, пробивавшихся даже сквозь толстые стены. У входа затормозил роскошный автомобиль, и из него вышли двое мужчин, чей вид явно говорил о высоком статусе и не менее высоком уровне раздражения.

Джохан поправил манжеты дорогой рубашки, его лицо было каменным. Рядом Тонфа, обычно более спокойный, нервно сжимал ключи от машины. Их вызвал Тер — общий знакомый, который сообщил, что Норт и Тайфун снова «отличились».

– Опять они за старое, – процедил Джохан, толкая тяжелую дверь клуба. – Сколько раз я говорил Норту, что алкоголь и его состояние — вещи несовместимые?

– Ты забываешь, Джохан, – Тонфа вздохнул, лавируя между танцующими телами, – они оба ничего не помнят. Для них мы сейчас — просто навязчивые незнакомцы, которые почему-то претендуют на их свободу.

В дальнем углу VIP-зоны царил хаос. Норт, с раскрасневшимися щеками и мутным взглядом, как раз пытался доказать бармену, что антикварная ваза, стоявшая на декоративной стойке, мешает ему «дышать». Раздался звон — и осколки стоимостью в двести тысяч бат разлетелись по полу.

– Черт... – прошептал Норт, пошатываясь.

Тайфун, сидевший рядом, попытался встать, чтобы помочь другу, но ноги не послушались его. Он неловко взмахнул руками, зацепился за край стола и с глухим стуком повалился назад, ударившись затылком о мягкое, но плотное ограждение подиума.

– Тайфун! – вскрикнул Тонфа, бросаясь к нему.

Джохан тем временем перехватил Норта за талию, не давая тому упасть прямо в осколки дорогого фарфора.

– Ты хоть понимаешь, что ты натворил? – голос Джохана вибрировал от сдерживаемого гнева.

Норт поднял на него глаза, полные непонимания и какой-то детской обиды.

– Кто ты? Отпусти меня... Тер сказал, что приедет помощь, а не надзиратель.

Джохан замер, его сердце пропустило удар. Та самая амнезия, ставшая следствием страшной аварии полгода назад. Аварии, в которой Норт потерял их нерожденного ребенка и все воспоминания о том, кем они были друг для друга.

– Я твой муж, Норт, – твердо сказал Джохан, притягивая его ближе к себе. – И ты едешь домой. Сейчас же.

С другой стороны Тонфа уже помогал подняться Тайфуну. Тот тер затылок, морщась от боли. В его глазах на мгновение вспыхнуло узнавание, смешанное с шоком. Удар головой словно выбил искру в затуманенном разуме.

– Тонфа? – прошептал Тайфун, вглядываясь в лицо студента, который жил по соседству, но всегда казался кем-то большим. – Ты... мы ведь...

– Да, Тай, – Тонфа мягко приобнял его, поддерживая за плечи. – Я тоже твой муж. Пойдем. Нам всем нужно вернуться в реальность.

Дорога до особняка прошла в тяжелом молчании. Норт, притихший и напуганный напором Джохана, смотрел в окно, а Тайфун то и дело закрывал глаза, борясь с тошнотой и нахлынувшими обрывками воспоминаний: свадьба, смех, обещания и... темнота.

Когда они вошли в дом, Джохан не стал церемониться. Он буквально внес Норта в спальню, игнорируя слабые попытки протеста.

– Ты разбил вазу, ты напился, ты забыл меня, – Джохан толкнул Норта на огромную кровать. – Но сегодня я заставлю твое тело вспомнить всё то, что отказывается помнить твой мозг.

Норт сглотнул, глядя на то, как Джохан расстегивает ремень. Внезапно страх сменился странным азартом. Он ведь всегда был бунтарем.

– Думаешь, я испугаюсь? – Норт дерзко улыбнулся, хотя руки его дрожали. – Если я твой муж, докажи это.

Джохан усмехнулся, подходя к шкафу.

– Я подготовился к твоему возвращению, Норт. Еще тогда, когда надеялся, что ты вспомнишь всё сам.

Он бросил на кровать сверток. Когда Норт развернул его, его дыхание сбилось. Это было алое кружевное белье с тонкими подвязками и шелковыми чулками. Вызывающе, порочно и невероятно красиво.

– Надень это, – приказал Джохан. – Или я надену это на тебя сам.

В соседнем крыле дома Тонфа был более нежен с Тайфуном, но в его глазах горел не менее яркий огонь. Тайфун сидел на краю кровати, прижимая ладонь к затылку.

– Я всё вспомнил, Тонфа, – тихо сказал он. – Аварию... боль... и то, как ты плакал в больнице. Прости меня.

Тонфа опустился перед ним на колени, целуя его ладони.

– Главное, что ты здесь. Но ты напугал меня сегодня. В наказание... – Тонфа достал из ящика комода черное кружевное белье, которое Тайфун когда-то купил в шутку, но так и не решился надеть. – Ты знаешь, что делать.

Через полчаса атмосфера в доме накалилась до предела.

В спальне Джохана горел приглушенный красный свет. Норт стоял у зеркала, глядя на свое отражение. Алое кружево контрастировало с его бледной кожей, а чулки подчеркивали стройность ног. Он чувствовал себя уязвимым, но в то же время невероятно желанным.

Джохан подошел сзади, его горячие ладони легли на талию Норта.

– Ты выглядишь чертовски красиво, – прошептал он в самое ухо. – Мой капризный, невыносимый муж.

– Замолчи и возьми меня, – выдохнул Норт, оборачиваясь в его руках.

Их поцелуй был со вкусом виски и давней боли. Джохан подхватил его под бедра, укладывая на простыни. Каждое движение было наполнено собственничеством. Он целовал каждый шрам, оставшийся после аварии, словно пытаясь залечить их своим теплом.

– Ты мой, – повторял Джохан, входя в него резким, уверенным движением. – Никогда больше не смей забывать.

Норт выгнулся, впиваясь ногтями в плечи Джохана. В этот момент амнезия окончательно отступила, сгорая в пламени страсти. Он вспомнил всё: их первую встречу, их ссоры и ту нежность, которую Джохан скрывал за маской холодности.

Тем временем Тайфун, облаченный в черное кружево, которое делало его похожим на изящную тень, податливо принимал ласки Тонфы. Тонфа был осторожен, помня об ударе головой, но Тайфун сам требовал большего.

– Я хочу чувствовать тебя, – стонал Тайфун, обвивая шею Тонфы руками. – Хочу, чтобы ты заполнил ту пустоту, которая была в моей голове все эти месяцы.

Тонфа не заставил себя ждать. Их близость была глубокой, почти сакральной. Это было воссоединение двух душ, которые едва не потеряли друг друга навсегда.

Ночь тянулась бесконечно долго. В тишине дома слышались лишь прерывистое дыхание и тихие стоны. Никто из них не думал о последствиях, о разбитых вазах или о том, что скажут окружающие. В этот момент существовали только они.

Спустя несколько недель.

Норт сидел на кухне, лениво помешивая сок в стакане. Его лицо светилось здоровьем, а в глазах больше не было той потерянности, что пугала Джохана. В дверь вошел Тайфун, он выглядел немного бледным, но улыбался.

– Опять тошнит по утрам? – спросил Норт, приподняв бровь.

Тайфун молча кивнул и положил на стол тонкую полоску теста. Две четкие красные линии.

Норт на мгновение замер, а затем медленно достал из кармана домашнего халата точно такой же тест.

– Кажется, наши мужья той ночью слишком сильно старались «напомнить» нам о себе, – усмехнулся Норт, хотя в его глазах блеснули слезы радости.

– Джохан будет в ярости от счастья, – тихо сказал Тайфун. – А Тонфа... Тонфа, наверное, просто не выпустит меня из дома до самых родов.

– Ну, после всего, что мы пережили, – Норт встал и обнял друга, – мы заслужили этот второй шанс. И на этот раз мы ничего не забудем.

В дверях стояли Джохан и Тонфа, которые вернулись с работы пораньше. Увидев тесты на столе, Джохан лишь крепче сжал челюсти, пытаясь скрыть дрожь в руках, а Тонфа просто выдохнул, прислонившись к косяку.

– Двести тысяч бат за вазу, – подал голос Джохан, подходя к Норту и кладя руку на его еще плоский живот. – Считай, что этот ребенок — твоя компенсация за нанесенный ущерб.

– Только попробуй сказать это ему, когда он родится, – фыркнул Норт, прижимаясь к мужу.

Жизнь продолжалась. Прошлое осталось в осколках фарфора на полу клуба, а впереди их ждало будущее, которое они теперь будут беречь сильнее, чем любые сокровища мира.