Шуичи: Again, and again, and again, over again, over again

Шуичи Сайхара открыл глаза и первым, что он почувствовал, был не страх, а тошнотворная, липкая усталость.

Потолок спортзала Академии «Пик Надежды» — или того, что они называли этим именем, — казался слишком знакомым. Каждая трещина на балках, каждый блик на полированном полу. Он знал, что сейчас произойдет. Знал, чьи голоса услышит через мгновение. Знал, какая фальшивая надежда разольется по венам его одноклассников, прежде чем превратиться в ледяное отчаяние.

Это была не первая его игра. И даже не вторая.

– Ох... моя голова... – послышался рядом звонкий, полный растерянности голос Каэде Акамацу.

Шуичи медленно сел, поправляя козырек своей кепки. Руки слегка дрожали, но не от испуга, а от перенапряжения. В его сознании, словно в разбитом зеркале, отражались сотни осколков: крики Кайто, холодный взгляд Кокичи, кровь на розовом полу и бесконечные, изнуряющие дебаты. Он помнил всё. Или почти всё. Лицо Кукловода всё еще было скрыто густым туманом, но правила игры были выжжены на его подкорке.

– Ты в порядке? – Каэде подошла к нему, протягивая руку. В её глазах сияла та самая искренность, которая в прошлый раз... или в позапрошлый?.. привела её к гибели.

Шуичи посмотрел на её ладонь. Он знал, что если он возьмет её, цикл запустится снова. Но он также знал, что не может просто сидеть на месте.

– Да, – ответил он, его голос прозвучал на удивление твердо, лишенный той юношеской неуверенности, которую он обычно демонстрировал. – Просто немного кружится голова.

– Мы в какой-то школе, да? – Она огляделась, нахмурившись. – Странно, я помню, как меня похитили, а потом...

– Нас всех похитили, Акамацу-сан, – перебил её Шуичи, поднимаясь на ноги самостоятельно.

Он не хотел быть грубым, но тяжесть опыта давила на плечи. Он уже видел, как эта девушка пытается стать лидером. Он видел, как она ломается под грузом ответственности.

В этот момент двери спортзала распахнулись, и в зал ввалились остальные. Кайто Момота, громко возмущавшийся «несправедливостью», холодная и собранная Кируми Тоджо, подозрительный и прищуренный Кокичи Ома.

Шуичи наблюдал за ними, как наблюдают за актерами в пьесе, которую видел десятки раз. Он знал их секреты. Он знал, что под маской безразличия Маки Харукавы скрывается профессиональный убийца. Он знал, что за нелепыми выходками Кокичи стоит острый, как бритва, ум, отчаянно ищущий выход.

– Ни-хи-хи! Какое странное сборище, – Кокичи, как обычно, возник словно из ниоткуда, обходя Шуичи по кругу. – Эй, господин Детектив, почему у тебя такой взгляд, будто ты только что увидел привидение? Или, может, ты уже знаешь, где здесь выход?

Шуичи встретился с ним взглядом. В прошлых играх он часто терялся перед провокациями Омы. Но не сейчас.

– Выхода нет, Кокичи, – спокойно произнес Сайхара. – По крайней мере, не через эти двери.

Ома на секунду замер. Его вечная ухмылка не дрогнула, но в глазах промелькнула искра подлинного любопытства.

– Ого, какая уверенность! Ты что, экстрасенс? Или, может, это ты нас тут запер?

– Не мели чепухи, коротышка! – Кайто шагнул вперед, ударяя кулаком в ладонь. – Мы выберемся отсюда силой, если понадобится! Я, Кайто Момота, Светило Пророческих Звезд, не позволю какой-то тюрьме нас удержать!

Шуичи почувствовал укол боли в груди. Кайто. Его лучший друг, его опора в стольких итерациях этого ада. Видеть его снова живым и полным сил было почти невыносимо.

– Рррраз-два! Рррраз-два! – Громкий, пронзительный голос прервал их.

На трибуне появились Монокумарзы, а следом за ними — и сам директор. Монокума.

– Приветствую, мои дорогие ученики! – Медведь расхохотался, его красный глаз зловеще сверкнул. – Добро пожаловать в ваш новый дом! Место, где ваши таланты расцветут... или увянут в луже крови!

Пока Монокума произносил свою стандартную речь о «взаимном убийстве», Шуичи не слушал. Он сканировал помещение. Он искал аномалии. В этой версии реальности что-то было не так. Монокума вел себя слишком... обыденно.

«Если я помню предыдущие игры, значит, система дала сбой, – размышлял Шуичи, прикрыв глаза. – Моя память должна была быть стерта. Почему она сохранилась? И кто еще может помнить?»

– ...итак, правила просты! Убей и не попадись на суде! – закончил Монокума, исчезая в облаке дыма.

В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием испуганных подростков.

– Убийство? Он серьезно? – прошептала Тенко, принимая боевую стойку. – Это какой-то дурацкий розыгрыш, верно?

– Боюсь, что нет, – подал голос Рантаро Амами.

Шуичи резко повернул голову в его сторону. Рантаро стоял, прислонившись к стене, и в его позе было нечто такое, что Сайхара узнал мгновенно. Это была та же тяжесть, та же усталость, что и у него самого.

– Амами-кун, – тихо позвал Шуичи, подходя ближе.

Рантаро поднял на него взгляд. В его глазах не было того тумана, который застилал взоры остальных.

– Сайхара-кун, верно? – Рантаро криво усмехнулся. – Ты выглядишь так, будто тебе нужно выпить чего-нибудь крепкого. И, честно говоря, мне тоже.

– Ты... – Шуичи понизил голос до шепота, чтобы их не услышали остальные. – Ты понимаешь, что происходит?

Рантаро прищурился, изучая лицо детектива.

– Я понимаю, что это не первое родео для нас обоих. Но давай не будем обсуждать это при свидетелях. У стен здесь есть уши, и они очень любят подслушивать.

Шуичи кивнул. Значит, он не один. Это меняло всё. В прошлых играх Рантаро погибал первым, не успев реализовать свой потенциал «Абсолютного Выжившего». В этот раз Шуичи не позволит этому случиться.

– Эй, вы двое! О чем секретничаете? – Каэде подошла к ним, её лицо было бледным, но решительным. – Нам нужно собраться всем вместе и обсудить план побега. Мы не можем позволить этому медведю нас запугать.

– Акамацу-сан, – Шуичи посмотрел ей прямо в глаза. – Пожалуйста, будь осторожна. Не пытайся взять всё на себя.

Каэде удивленно моргнула.

– О чем ты? Мы же команда!

– Просто... обещай мне, – его голос дрогнул, в нем прорезалась та самая боль, которую он пытался скрыть. – Не делай ничего безрассудного. Даже если тебе кажется, что это единственный путь.

Она открыла рот, чтобы что-то ответить, но её прервал громкий крик Миу Ирумы, которая начала истерично смеяться, пытаясь скрыть свой ужас за грубостью.

Группа начала расходиться. Кто-то ушел осматривать классы, кто-то остался в зале, пытаясь прийти в себя. Шуичи направился к выходу, но почувствовал, как кто-то схватил его за локоть.

Это был Кокичи. Его лицо было лишено привычной маски, взгляд был холодным и проницательным.

– Ты другой, Сайхара-чан, – прошептал он, и от этого шепота у Шуичи поползли мурашки по коже. – Твои глаза... в них слишком много трупов. Ты уже видел, как мы умираем, не так ли?

Шуичи замер. Он не ожидал, что Ома так быстро раскусит его состояние.

– Я не понимаю, о чем ты, – попытался он уйти от ответа, используя свою старую тактику.

– Ложь! – Кокичи радостно подпрыгнул, снова надевая маску шута. – Но это хорошая ложь! Мне нравится. Давай поиграем, господин Детектив. Посмотрим, сможешь ли ты изменить сценарий в этот раз, или мы все снова превратимся в фарш под аплодисменты зрителей!

Кокичи убежал, смеясь, оставив Шуичи в холодном поту. «Зрителей». Ома знал или догадывался о природе этого шоу даже без возвращения памяти.

Шуичи вышел в коридор. Он знал, что через несколько часов Монокума представит «мотив». Он знал, что Каэде начнет планировать свое ложное убийство, чтобы остановить Кукловода. Он знал, что в библиотеке есть потайная дверь.

Но в этот раз у него было преимущество. Он не был тем робким мальчиком, который боялся собственной тени. Он был ветераном десятков судов. Он знал, как строятся логические цепочки, как распознать ложь по движению зрачков, как манипулировать фактами, чтобы вывести преступника на чистую воду.

Он подошел к библиотеке. Дверь была еще заперта, но он знал, что внутри.

– Сайхара-кун?

Он обернулся. Это была Кируми. Она стояла с подносом, на котором стоял чай.

– Ты кажешься очень сосредоточенным. Могу ли я чем-то помочь тебе в твоем расследовании?

– Кируми... – Шуичи посмотрел на «Абсолютную Горничную». В одной из реальностей она была готова пожертвовать всеми ради спасения своей страны. – Просто скажи мне. Если бы у тебя был выбор: спасти одного человека ценой своей жизни или попытаться спасти всех, рискуя провалиться... что бы ты выбрала?

Кируми на мгновение задумалась, её лицо оставалось бесстрастным.

– Как горничная, я обязана служить интересам большинства. Но как человек... я полагаю, что истинное служение заключается в поиске пути, где не нужно выбирать жертву.

– Золотые слова, – Шуичи слегка улыбнулся. Это была первая искренняя улыбка за долгое время. – Я постараюсь найти этот путь.

Он оставил её и направился к своей комнате. Ему нужно было время, чтобы составить план. Если он помнит игры, значит, Кукловод допустил ошибку. Или... это часть нового сценария? Что, если его память — это тоже «мотив»?

Войдя в свою комнату, он не стал осматривать подарки или терминал. Он подошел к зеркалу и снял кепку. На него смотрел молодой человек с глубокими тенями под глазами.

– Я помню твой голос, – прошептал он своему отражению, обращаясь к невидимому зрителю или самому Кукловоду. – Я помню вкус отчаяния, которым вы нас кормили. Но в этот раз... в этот раз детектив знает финал.

Он взял ручку и листок бумаги, лежащий на столе. Он начал писать имена. Рядом с каждым именем он ставил пометки: «причина смерти», «убийца», «слабое место».

Когда он дошел до имени Каэде Акамацу, его рука дрогнула.

– Нет, – твердо сказал он себе. – В этот раз библиотека останется пустой.

Раздался звон мониторов. Наступило ночное время.

Шуичи лег на кровать, не раздеваясь. Он знал, что не уснет. В его голове уже крутились шестеренки. Он вспоминал планировку вентиляции, расположение камер, тайминг патрулирования Монокумарзов. Его разум работал как сверхмощный компьютер, обрабатывая данные прошлых итераций.

Внезапно в дверь тихо постучали.

Шуичи мгновенно вскочил, подходя к двери. Он не спрашивал «кто там». Он знал этот ритм стука.

Он открыл дверь. На пороге стоял Рантаро Амами.

– Не спится? – спросил Рантаро, проходя в комнату без приглашения.

– Слишком много призраков в комнате, – ответил Шуичи, закрывая дверь на замок.

Рантаро сел на стул и внимательно посмотрел на записи на столе. Его брови взлетели вверх, когда он увидел список имен и дат.

– Ты помнишь даже больше, чем я, – констатировал Амами. – Я помню только обрывки. Предыдущую игру, где я выжил... и то, как меня ударили по голове в библиотеке в этой. Стоп. «В этой»?

– В одной из версий этой игры ты погиб в первый же день, – холодно произнес Шуичи. – От рук Каэде, которая пыталась убить Кукловода. Но она ошиблась. Настоящий убийца подставил её.

Рантаро помрачнел.

– Значит, мы в петле. Или в симуляции.

– Это не просто симуляция, Рантаро. Это шоу. И зрители хотят крови. Если мы не дадим им то, что они хотят, они уничтожат нас. Но если мы дадим им нечто более захватывающее, чем просто взаимное убийство...

– Ты хочешь взломать сюжет? – Рантаро усмехнулся. – Детектив, идущий против сценария. Мне нравится.

– Мне нужна твоя помощь, – Шуичи подошел к нему вплотную. – Ты «Абсолютный Выживший». Твой талант — находить лазейки там, где их нет. Я знаю, кто может быть Кукловодом, но мне нужны доказательства, которые не сможет оспорить даже Монокума.

– И с чего мы начнем?

Шуичи посмотрел на часы. До рассвета оставалось несколько часов.

– С того, что мы сместим акценты. Завтра, когда Монокума объявит мотив, мы не будем играть по его правилам. Мы устроим свой собственный суд. До того, как произойдет первое убийство.

Рантаро посмотрел на него с сомнением.

– Ты думаешь, он позволит?

– У него не будет выбора, если мы привлечем внимание аудитории. Они любят драму, Рантаро. А что может быть драматичнее, чем главный герой, который восстает против своего создателя, вооружившись правдой из прошлых жизней?

Шуичи снова надел кепку, тень от козырька скрыла его глаза. В этот момент он не был жертвой. Он был охотником.

– Я помню всё, – повторил он тише, словно давая клятву. – И в этот раз, это будет последняя игра.

В глубине академии, в потайной комнате, скрытой за стеллажами библиотеки, кто-то внимательно наблюдал за экраном монитора. На лице наблюдателя промелькнула тень беспокойства, сменившаяся восторгом.

– Ох, Сайхара-кун... – прошептал голос, искаженный помехами. – Ты всегда был моим любимым персонажем. Но такая импровизация... это поднимет рейтинги до небес!

Игра началась. Но правила в ней теперь писал не только Монокума.

Шуичи Сайхара, детектив, проживший сотни жизней и видевший тысячи смертей, наконец-то был готов вынести свой окончательный вердикт. И в этом вердикте не было места для отчаяния. Только для холодной, расчетливой мести.

– Пошли, Рантаро, – сказал Шуичи, направляясь к выходу. – У нас есть несколько часов, чтобы переписать историю.

Этой ночью в Академии «Пик Надежды» было необычайно тихо. Но это была тишина перед бурей, которая должна была снести сами основы этого проклятого мира. Шуичи чувствовал, как в его кармане лежит детективный блокнот — не тот, что выдал Монокума, а его собственный, воображаемый, наполненный именами тех, кого он не смог спасти раньше.

Сегодня он начнет вычеркивать эти имена из списка жертв. Одно за другим.