Пятый элемент: Свет

С незапамятных времён мир знал четыре стихии. Четыре непоколебимых столпа мироздания: Вода, Земля, Огонь, Воздух. Вокруг них строились империи, слагались песни, ради них и из-за них велись бесконечные, изнуряющие войны. Люди привыкли верить, что круг замкнут, а баланс вселенной удерживает лишь один человек — Аватар, способный подчинить себе каждое из четырёх начал.

Но легенды лгали не потому, что хотели обмануть. Они просто забыли.

Существовали и другие. Древний, скрытый среди недоступных горных кряжей клан Ясон — хранители того, что стояло над стихиями, пронизывало их насквозь и давало жизнь всему живому. Они поклонялись великим духам утренней зари и древнему божеству незапятнанного сияния, владея магией, которой никогда не учил ни один дракон, летающий бизон или барсук-крот.

Магией света.

Свет не подчинялся Аватару. Он не входил в предначертанный круг перерождений, никогда не разгорался масштабами сокрушительных огненных бурь и не вздымался цунами. Он был редким даром даже среди детей самого клана Ясон — чистой, ослепительной концентрацией первозданной энергии, требующей абсолютного душевного покоя и кристальной ясности помыслов.

Тейя усмехнулась своим мыслям и подняла руку к полуденному солнцу. Тонкие, изящные пальцы казались почти полупрозрачными в золотистых лучах, словно сотканными из янтаря. Сквозь них струилось долгожданное тепло, прогоняя навязчивый, пробирающий до костей холод, который девушка так отчаянно ненавидела.

Она прищурила янтарные глаза, вглядываясь в бездонную синеву каньона.

Вдалеке, на фоне величественных обрывов, медленно рос массивный, пушистый силуэт. Шестиногий летающий зверь тяжело грёб широким хвостом разреженный горный воздух, направляясь прямиком к перевёрнутым башням Западного храма воздуха.

Рядом послышался тихий, похожий на шелест шелковых лент звук. Зверёк, дремавший на прогретом карнизе, лениво потянулся. Это был Арки — миниатюрный лис с шерстью цвета расплавленного золота. Он расправил пару белоснежных лебяжьих крыльев за спиной, зевнул, сверкнув острыми зубками, и качнул пышным хвостом, кончик которого венчало тонкое белое птичье оперение.

– Ну что, соня, – негромко произнесла Тейя, не опуская руки. – Похоже, наш покой официально подошёл к концу.

Арки встопорщил уши, глянул вниз янтарными, точь-в-точь как у хозяйки, глазами и тихо тявкнул, издав мягкую трель.

Тейя опустила ладонь на шелковистый загривок зверька и задумчиво погладила его между крыльями. Ветер здесь, на головокружительной высоте, был злым и порывистым, но сегодня в нём не чувствовалось надвигающейся бури. Напротив, воздух пах пеплом, гарью далёких пожарищ и тяжёлым, металлическим привкусом поражения. Тейя умела читать небо куда лучше старых звездочётов: перемена давления отзывалась в её висках лёгкой пульсацией, а влажность воздуха заставляла покалывать кончики пальцев.

Небо над миром кричало о беде. Затмение, случившееся пару дней назад, принесло лишь горечь тем, кто уповал на него. Тейя чувствовала это каждой клеточкой своего тела.

Война подходила к концу, вступая в свою финальную, самую жестокую фазу. И пора бы ей выйти в свет.

---

Два месяца.

Ровно столько времени насчитывала её «новая» жизнь.

Все воспоминания, что лежали за пределами этих шестидесяти дней, напоминали витраж, разбитый тяжёлым молотом на тысячи мерцающих осколков. Тейя знала своё имя. Знала клановые гимны, помнила рисунок сложнейших стоек древнего боевого искусства и то, как натягивать тетиву священного лука. Знала, что ей семнадцать лет. Но когда она пыталась вспомнить лица родителей или дом, в котором выросла, перед глазами вставала лишь плотная стена белого тумана.

И только одно воспоминание жгло душу раскалённым железом: лицо старшего брата.

Его искажённые отчаянием черты, капли крови на бледном лбу и чудовищный грохот рушащихся стен их родового святилища. Клан Ясон был тайной. О его существовании знали единицы — лишь монархи четырёх наций и сам Аватар, приносившие клятвы на священных свитках хранить молчание. Но кто-то нарушил завет. Кто-то пришёл за ними с огнём и железом.

Тейя помнила сияние. Нестерпимое, слепящее, безумное сияние, исходившее от ладоней брата. Он владел запретной гранью их магии — способностью преломлять не просто лучи, но саму ткань пространства и времени.

«Беги, Теа. Живи. Ты должна дойти до конца», — его голос звенел в её ушах каждый раз, когда она закрывала глаза.

Он не дал ей упасть в бою. Он не позволил ей умереть рядом с ним. Удар света свернул пространство в воронку, и мир погас.

Она не спала сотню лет, скованная вековым льдом, как юный повелитель воздуха. Для неё этот век промелькнул за долю секунды — из объятого пламенем храма столетней давности она рухнула прямо на каменные плиты заброшенного Западного храма воздуха всего два месяца назад. Словно перешагнула порог комнаты. Но комната эта оказалась склепом, где всё, что она любила, давно обратилось в прах.

Первые недели были сущим адом. Голод, леденящий сквозняк ущелья, от которого ныли кости, и дикое, удушающее одиночество. Спасал только Арки, чудом выскользнувший в портал вслед за ней, да редкие горные плоды, растущие на отвесных террасах. Рыбу, водившуюся в бурной реке на дне каньона, Тейя есть не могла физически — от одного её запаха к горлу подкатывала тошнота, а кислые дикие ягоды сводили скулы так, что хотелось выть. Приходилось перебиваться сладковатыми корнями, горным инжиром и очищенной магией родниковой водой.

Но теперь всё изменится.

Огромный бизон, описав плавную дугу над бездной, тяжело приземлился на центральную посадочную площадку перевёрнутого храма. Огромные лапы зверя подняли облако вековой пыли.

Тейя бесшумно скользнула в тень колоннады, натянув капюшон белой, отделанной серебром накидки. Её движения были лишены веса: она ступала столь мягко, что даже вездесущие скорпионовые мухи не шевелились под её ногами. Арки бесшумно взмыл вверх, сделав взмах крыльями, и спрятался среди резных каменных сталактитов под самым куполом.

– Мы на месте, ребята, – раздался усталый, глухой мальчишеский голос.

Тейя заглянула вниз сквозь пролом в ажурном парапете.

Их было немного. Совсем ещё дети, измотанные, в порванной одежде, перепачканные сажей. Мальчик с синими татуировками стрел — Аватар. Он выглядел так, будто на его плечи только что опустилось целое горное плато. Рядом с ним спрыгнул с седла высокий парень в синей тунике Племени Воды, нервно поправляя бумеранг за спиной, а следом осторожно спустилась темнокожая девушка с плетёными косичками и взглядом загнанной волчицы. Маленькая слепая девочка в зелёных одеждах магов Земли легко соскочила на камень и тут же замерла, нахмурившись. Были там и другие подростки, но внимание Тейи приковала именно эта четвёрка.

– Здесь безопасно, Аанг? – спросила девушка из Племени Воды, оглядывая пугающие перевёрнутые башни, висящие над пропастью.

– Да, Катара. Храм воздуха — последнее место, где народ Огня станет нас искать. Он заброшен, здесь никого нет, – вздохнул монах, опуская голову.

– Никого, кроме той девчонки наверху, которая пялится на нас уже две минуты, – спокойно, ковыряя в ухе мизинцем, бросила слепая девочка.

Тейя замерла. Внутри вспыхнуло восхищение пополам с досадой: она двигалась абсолютно беззвучно, но забыла, что истинные мастера земли «видят» саму вибрацию шагов сквозь твердыню камня.

– Что?! – парень с бумерангом мгновенно выхватил оружие и развернулся, принимая нелепую боевую стойку. – Где?! Засада магов Огня?! Я знал! Я говорил, что нельзя лететь в логово, где всё свисает вниз головой!

– Успокойся, Снорк, или как там тебя, – раздался с верхнего яруса мелодичный, насмешливый голос.

Тейя шагнула на край карниза, абсолютно не боясь чудовищной высоты за спиной. Ветер трепал её длинные, доходившие до самых бёдер золотистые волосы, выбивающиеся из-под капюшона. Серебряные пластины её лёгкого доспеха сверкнули на солнце, контрастируя с глубоким чёрным поддоспешником. На левом обнажённом плече отчётливо виднелась татуировка — изящное стилизованное солнце с двенадцатью тонкими лучами.

– Я Сокка! – возмущённо выкрикнул воин Воды, тыча бумерангом в её сторону. – И ты окружена! Спускайся немедленно, или... или я применю это!

– Бумеранг против того, кто стоит на высоте тридцати шагов? – Тейя склонила голову к плечу, и в её янтарных глазах заплясали озорные искорки. – Смелая тактика. Глупая, но смелая.

– Кто ты? – Аватар сделал шаг вперёд, его рука легла на деревянный планер. В глазах мальчика не было злости, только безмерная настороженность. – Это Западный храм воздуха. Здесь не должно быть чужаков.

– Я могла бы сказать то же самое о толпе шумных бродяг, которые пачкают сажей мои любимые ступени, – фыркнула девушка.

Она легко, словно пушинка одуванчика, соскользнула с карниза. Падение длилось долю секунды, но вместо того чтобы разбиться о каменные плиты, Тейя выставила ладони вперёд. Вспышка мягкого, золотистого света ударила в пол, мягко спружинив и погасив инерцию. Она приземлилась на ноги совершенно бесшумно, даже пыль не взметнулась под её сапогами из мягкой белой кожи.

Катара среагировала мгновенно. Рука девушки описала круг, и из бурдюка на её поясе выметнулась водяная плеть, нацеленная прямо в грудь незнакомки.

– Стой! – крикнул Аанг, но было поздно.

Тейя даже не шелохнулась. Её пальцы сплелись в короткий, непривычный для стихийных магов жест. Прямо перед ней воздух уплотнился, вспыхнув кристально чистым, белым зеркальным сиянием. Водяная плеть с грохотом ударилась в световую преграду, разлетевшись на миллионы сверкающих брызг, но ни одна капля не коснулась одежды Тейи.

– Эй, полегче с сыростью, – поморщилась златовласая девушка, демонстративно стряхивая несуществующую каплю с серебряного наруча. – Я не люблю воду. Особенно когда её швыряют без предупреждения.

– Это не огонь... – пробормотала Катара, отступая на полшага назад и возвращая воду в бурдюк. Её глаза округлились. – Она не греет воздух. Что это за магия?

Тоф тем временем резко ударила пяткой оземь, и две каменные колонны вырвались из пола, намереваясь зажать Тейю в тиски.

Тейя среагировала быстрее мысли. Её тело изогнулось с грацией дикой кошки. Она сделала обманное движение влево, крутанулась в воздухе и оказалась позади каменных столбов. В тот же миг за её спиной скользнула рука.

Там, где секунду назад была лишь пустота, возник лук. Изящный, выполненный из древнего серебристого сплава с инкрустацией из солнечного камня, он выглядел произведением искусства, а не оружием. Но когда Тейя натянула невидимую тетиву, между её пальцами затрещало ослепительное напряжение. Сгусток первозданного, спрессованного света вытянулся в идеальную, смертоносную стрелу.

Наконечник из чистого сияния замер ровно в дюйме от носа застывшего на месте Сокки. От стрелы исходило ровное, приятное тепло, пахнущее летним полуднем и грозой, но сила, сокрытая в ней, заставила воина Воды медленно сглотнуть и мелко закосить глаза к переносице.

– Держишь бумеранг ты неплохо, – тихо, с едва уловимой мурлыкающей интонацией произнесла Тейя, прищурившись. – Но вот реакция у тебя хромает, воин.

– Ладно-ладно, – прошептал Сокка, медленно поднимая руки. – Солнечные стрелы. Круто. Очень круто. Только не стреляй, у меня аллергия на прожжённые дыры в теле.

– Теа, хватит, – раздался тонкий свист, и с потолка спикировал Арки. Маленький крылатый лис опустился прямо на натянутую руку девушки, балансируя на предплечье и сердито цокая языком.

Аанг замер, глядя на зверя во все глаза:

– Крылатый лис?.. Но они же вымерли сотни лет назад! Монах Гьяцо рассказывал мне сказки о них!

Тейя медленно ослабила пальцы. Световая стрела растаяла в воздухе золотистой пыльцой, не оставив после себя ни дыма, ни следа. Лук с тихим щелчком вернулся в специальное крепление за её спиной.

– Арки не любит, когда я трачу свет понапрасну, – пояснила она, почесав лиса под подбородком. Зверёк довольно зажмурился и распушил оперение на хвосте. – И он вовсе не вымер. Просто спать нужно меньше, господин Аватар.

Аанг вздрогнул. Его взгляд скользнул с её лука на золотые волосы, а затем остановился на татуировке солнца на плече. Мальчик побледнел, его серые глаза распахнулись в благоговейном шоке:

– Это невозможно... Солнечный круг с двенадцатью лучами. Древнее оружие света. Клан Ясон?!

На каменной террасе повисла мёртвая тишина. Даже Сокка забыл опустить руки, растерянно переводя взгляд с монаха на незнакомку.

– Ты... знаешь о нас? – Тейя впервые за всё время потеряла свою игривую насмешливость. Её янтарные глаза широко распахнулись, в них промелькнула острая, колющая боль. – Но клан... о нас знали только правители и...

– ...и Аватар, – тихо закончил за неё Аанг. Он подошёл ближе, не выказывая ни капли страха. – Монахи учили меня. Перед тем как я... исчез во льдах, мне читали свитки из закрытой библиотеки. В них говорилось, что существует пятая ветвь духа. Те, кто хранят изначальный свет мира. Но там было сказано, что клан Ясон исчез задолго до начала войны. Вас вырезали, уничтожили до единого!

Слово «уничтожили» ударило Тейю словно пощёчина. Вспыльчивость, дремавшая внутри, мгновенно всколыхнулась горячей волной.

– Нас не уничтожили! – резко бросила она, и воздух вокруг её кулаков угрожающе замерцал белыми искрами. – Мы сражались! Мой брат... он...

Она осеклась. Голос дрогнул, предательски сорвавшись. Арки обеспокоенно ткнулся носом в её щёку, и Тейя с силой зажмурилась, делая глубокий вдох, чтобы вернуть самообладание.

Стойкость. Она должна быть стойкой. Плакать перед этими детьми — последнее, что она собиралась делать.

– Мой брат спас меня, – уже гораздо тише, но твёрдо произнесла она, глядя прямо в глаза Аангу. – Он разорвал время. Я не спала во льдах сто лет, как ты, монах. Для меня падение моего дома произошло два месяца назад. Я шагнула в сияние там, среди огня и пепла, а вынырнула здесь. В этом пустом, холодном храме.

– Подождите-ка, – встрял Сокка, почесав затылок бумерангом. – То есть ты хочешь сказать, что ты тоже древняя столетняя мумия из прошлого? Да что не так с этим миром?! У нас тут что, клуб путешественников во времени без членских взносов?! Сначала столетний летающий мальчик, теперь столетняя лучница со светящимися стрелами и крылатой белкой!

– Это лис, невежда, – холодно парировала Тейя, смерив парня уничтожающим взглядом. – И Арки умнее половины твоих родственников, судя по твоим умозаключениям.

– Эй! Мои родственники — великие воины!

– Сокка, помолчи, пожалуйста, – устало взмолилась Катара, подходя ближе. Её лицо смягчилось, взгляд наполнился тем глубоким состраданием, которое было знакомо каждому, кто потерял свой дом в этой бесконечной войне. – Значит... ты здесь совсем одна? Уже два месяца?

Тейя настороженно посмотрела на неё. Жалость была тем, чего она терпеть не могла, но в голосе девушки из Племени Воды не было снисхождения. Только понимание той пустоты, что остаётся в груди, когда твой мир сгорает дотла.

– Я не одна. Со мной Арки, – упрямо вскинула подбородок Теа. – И храм вполне просторный. Если не считать того, что здесь чудовищно холодно по ночам и совершенно нечего есть.

При упоминании еды живот Сокки издал протяжный, жалобный рык, эхом отразившийся от сводов перевёрнутой башни. Парень смутился, но тут же расплылся в улыбке:

– Ну, насчёт еды у нас всё схвачено! У меня есть вяленая рыба! Много вяленой рыбы из Южного Полюса! Настоящий деликатес, выдержанный в жире и соли, пальчики оближешь!

Он с гордостью вытащил из поясной сумки сероватый, дурно пахнущий кусок сушёной плоти и протянул его Тейе.

Девушка отшатнулась так резко, будто ей под нос сунули дохлую гадюку. Её лицо исказила гримаса неподдельного ужаса и отвращения.

– Убери. Это. Немедленно, – прошипела она, прикрывая нос рукавом. – Если эта мерзость приблизится ко мне хоть на вершок, я испепелю тебя вместе с твоей сумкой.

– Да брось, это же просто рыба! – обиделся Сокка.

– Это тухлая гадость, плававшая в грязи, – отрезала Тейя, свирепо сверкнув янтарными глазами. – Я лучше сжую кору вон того иссохшего дуба, чем прикоснусь к этому кошмару. Катара, скажи своему брату, чтобы он спрятал это оружие массового поражения, иначе переговоров не выйдет.

Тоф покатилась со смеху, опёршись о каменную плиту:

– А мне она нравится! Отличное чутьё на соккины «деликатесы».

Катара лишь вздохнула, пряча улыбку, и полезла в припасы на седле Аппы:

– У нас есть немного пресного хлеба, сладкие бобы и сушёные персики, Тейя. Рыбу мы оставим Сокке.

Услышав про персики, Тейя заметно расслабилась. Напряжение, висевшее над каменной террасой с момента их встречи, наконец начало таять. Огонь недоверия уступил место тихой, осторожной надежде.

---

Вечер опустился на ущелье внезапно, укутав перевёрнутые башни Западного храма воздуха густыми лиловыми тенями.

Разведённый костёр весело потрескивал, бросая пляшущие блики на древние фрески. Тейя сидела ближе всех к огню, поджав колени к груди и плотно укутавшись в свой плащ. Несмотря на пляшущее пламя, она всё равно зябко поводила плечами — холод горных ущелий проникал под самую кожу. Арки свернулся калачиком у неё на коленях, спрятав нос под белым крылом и тихо сопя.

Остальные члены команды Аватара сидели напротив. Они уже поели, и теперь над лагерем висела та тяжёлая, давящая тишина, которая всегда наступает после больших поражений. Аанг сидел, уставившись в угли, сжимая в руках деревянную фигурку зубра.

– Мы проиграли, – глухо произнёс монах, нарушая молчание. – Затмение прошло. Народ Огня знал о нападении. Мой народ... весь мир ждал, что я положу конец войне. А я даже не смог найти Хозяина Огня.

– Это была не твоя вина, Аанг, – мягко сказала Катара, тронув его за плечо. – Нас предали. Но мы живы, и мы здесь.

– И у нас есть план! – бодро попытался вставить Сокка, хотя в его голосе сквозило отчаяние. – Ну... почти план. Мы найдём учителя магии огня. Аанг должен научиться четвёртой стихии до прилёта кометы Созина, верно? У нас есть пара месяцев!

– Меньше трёх месяцев, – поправила его Тоф, скрестив ноги. – И учителей магии огня, готовых предать своего правителя, на дороге не валяется.

Тейя молча наблюдала за ними. В её глазах отражалось пламя костра. Какими бы взрослыми они ни пытались казаться, перед ней были сломленные дети. Дети, на которых взвалили непосильную ношу судьбы целого мира.

– Комета Созина вернётся в конце лета, – негромко заговорила Тейя. Её голос звучал необычайно глубоко и мудро, смывая привычную маску колкости. – Она разорвёт небеса алым пламенем и даст магам Огня силу сотни солнц. Мой брат часто говорил об этом. В древних свитках клана было предсказание: когда комета коснётся атмосферы, огонь попытается поглотить всё сущее. Но огонь — это не только разрушение. Это тепло. Это свет. Огонь просто забыл свой исток.

Аанг поднял на неё глаза, полные надежды:

– Твой клан... вы могли бы научить меня? Магии света? Если бы я владел ею...

– Нет, Аватар, – покачала головой Тейя с грустной улыбкой. – Свет нельзя передать через круг перерождений. Твоя суть — четыре стихии мира духов. Свет — это не стихия. Это состояние духа. Если ты попытаешься подчинить его силой, он просто ослепит тебя. Но я здесь не для того, чтобы учить тебя.

– А для чего ты здесь? – спросила Катара, внимательно глядя на девушку.

Тейя протянула руку к костру. Одно плавное движение её ладони — и языки обычного оранжевого пламени вдруг замерли, вытянулись вверх и окрасились в ослепительный, кристально чистый серебристо-белый цвет. Воздух вокруг наполнился не жаром, а удивительной, освежающей благодатью, от которой мгновенно отступила усталость прошедших дней. Тоф удивлённо приподняла брови, почувствовав, как изменилась плотность воздуха, а Сокка заворожённо приоткрыл рот.

– Мой клан стёрли со страниц истории, – произнесла Тейя, сжимая пальцы в кулак, и пламя вернулось в своё обычное состояние. – Нас предали забвению. Сто лет этот мир захлёбывался в собственной крови, потому что тьма решила, что солнце больше никогда не взойдёт. Мой брат погиб не для того, чтобы я пряталась в руинах, жуя сушёные персики и оплакивая прошлое.

Она встала. Высокая для своего невысокого роста в этот момент, прямая, словно натянутая тетива её священного лука. Золотые волосы блеснули в полутьме, а на левом плече ярко выделилась татуировка солнца.

– Война входит в финальную фазу, – твёрдо сказала Теа. – Тьма сгущается перед рассветом сильнее всего. Ты ищешь огонь, Аватар? Ты найдёшь его. Твой учитель придёт сам — я чувствую это по тому, как меняются ветра на западе. Огонь уже идёт к нам, но не с войной, а с покаянием.

– О чём ты говоришь? – нахмурился Сокка.

– О погоде, воин, – Тейя вновь лукаво усмехнулась, возвращаясь к своему привычному образу непредсказуемой девчонки. – Завтра будет ясный, но очень тревожный день. А пока... выделите мне угол подальше от твоей рыбы, Сокка. И если кто-нибудь тронет Арки, пока он спит, я лично проверю, насколько хорошо ваш летающий бизон умеет уворачиваться от стрел из чистого света.

Аанг слабо улыбнулся — впервые за эти мучительные дни после затмения. Он поднялся и поклонился Тейе по старинному обычаю монахов Воздуха:

– Добро пожаловать в команду, Тейя из клана Ясон.

Девушка замерла на секунду, глядя на этот почтительный поклон, затем склонила голову в ответ — изящным, исполненным древнего благородства жестом своего погибшего народа.

– Зови меня Теа, Аватар. Нам предстоит долгий путь. И поверь мне... мы заставим этот мир вспомнить, как выглядит настоящий свет.