Убийца волшебников и Турнир железного Кулака

Капли дождя барабанили по толстому стеклу элитного седана, застрявшего на обочине шумного перекрестка в пригороде Токио. Из-под капота вился тонкий сизый дымок. Женщина в обтягивающем фиолетовом костюме раздраженно ударила ладонью по кожаному рулю, вышла наружу и с холодным бешенством уставилась на заглохший мотор. Светлые волосы намокли за секунду, ледяной взгляд голубых глаз мог бы заморозить кипящую лаву. Нина Уильямс, легендарный киллер экстра-класса, а с недавних пор – начальник личной охраны нового главы «Мисима Дзайбацу» Дзина Кадзамы, опаздывала на отчет.

И прямо сейчас ее технологичный зверь решил испустить дух из-за какой-то пустяковой электроники.

– Проклятье, – процедила она сквозь зубы на английском.

– Знаешь, сестренка, если пинать колесо от «Феррари», она поедет быстрее только в мультфильмах, – раздался позади ленивый, слегка хрипловатый голос.

Нина среагировала мгновенно: рука скользнула к кобуре под пиджаком, тело развернулось на сто восемьдесят градусов для смертоносного удара. Но замерла.

Перед ней стоял парень лет шестнадцати. Черное пальто нараспашку, строгий черный костюм с белой рубашкой и галстуком – точь-в-точь как у печально известного в узких кругах наемника Кирицугу Эмии. Взгляд парня был расслабленным, мутным, с характерным выражением ленивой скуки, словно у вечно недосыпающего самурая без гроша в кармане. Но опытный глаз Нины тут же уловил главное: мозоли на фалангах пальцев от курков, безупречный баланс тела, скрытую под полами тяжесть вороненой стали и ауру человека, который убивал. Много. Часто. Без капли сомнений.

– Ты еще кто такой? – холодно спросила Нина, не убирая ладонь с бедра.

– Прохожий механик, вольный философ и просто парень, у которого сегодня потрясающе дерьмовый день, – вздохнул юноша, подходя ближе и даже не взглянув на ее боевую стойку. – Меня зовут Гарри. Просто Гарри. Дроссельная заслонка у тебя клинит, красавица. И предохранитель стартера выбило. Пять минут работы, если у тебя есть кусок медной проволоки и пассатижи.

Нина прищурилась:

– Ты пахнешь кордитом, мальчик. И русским оружейным маслом.

– А ты пахнешь дорогим парфюмом, профессиональным хладнокровием и государственным переворотом, – криво усмехнулся Гарри, доставая из кармана пальто складной мультитул. – Так мы чиним тачку, или ты продолжишь сверлить во мне дыру взглядом? Потому что если ты хочешь выстрелить, то учти: твоя следующая фраза будет «Я не промахиваюсь», на что я отвечу «А я стреляю быстрее».

Нина Уильямс замерла на полсекунды. Слова застряли у нее в горле – ведь она действительно собиралась сказать именно это.

– Наглый щегол, – фыркнула она, но опустила руку. – Работай.

Гарри нырнул под капот с грацией бывалого наемника, насвистывая под нос какую-то идиотскую поп-мелодию. Нина наблюдала за его пальцами. Ловкие, чуткие, безошибочные движения. Но сквозь ауру разгильдяйства и самоуверенности профессиональная убийца разглядела нечто другое: этот мальчик был совершенно один в целом мире. Без дома, без флага, без якоря. Как бродячий пес, переживший слишком много войн.

А память самого Гарри в этот момент невольно ускользнула назад – в тот кошмар, от которого он сбежал за тысячи миль.

---

31 октября 2001 года. Годрикова Лощина.

Все началось той проклятой ночью Самайна.

Гарри тогда было всего три года, а его младшему брату Годрику – едва исполнилось пятнадцать месяцев. Темный Лорд Волан-де-Морт пришел убивать детей, повинуясь шепоту пророчества, переданного его шпионом Снейпом. Беллатрису с карателями он отправил к Долгопупсам, а сам шагнул в дом Поттеров.

Первым встретил его дед, Чарлус Поттер. Ветеран бесчисленных дуэлей, Чарлус дрался яростно и свирепо, заставляя чудовище пятиться. Казалось, победа была близка, но Реддл вывернулся из-под веерного проклятия и хлестнул зеленой молнией. Чарлус упал замертво.

На втором этаже дорогу чудовищу преградила Дорея Поттер, урожденная Блэк. Она заперла дверь в детскую, заранее очертив на полу древний ритуальный круг защитной магии рода.

– Нам незачем драться, Дорея Поттер, – прошипел Темный Лорд, чьи красные глаза мерцали в полумраке коридора. – Отойди в сторону, и как только я закончу дело, я оставлю тебя в покое.

– Твои слова полны лжи, Волан-де-Морт! Или как там тебя зовут... Том Марволо Реддл? – оскалилась Дорея хищной улыбкой, которой гордились бы самые чистокровные Блэки.

– Откуда ты знаешь мое имя?! – в бешенстве взвизгнул Лорд.

– Я провела небольшое расследование, щенок. Собрать школьные табели, поднять родословные и сопоставить твои сказки про предка Салазара не составило труда для леди Блэк. Ты – жалкий полукровка с непомерными амбициями.

Волан-де-Морт был одновременно восхищен и взбешен. Дорея оказалась в сотни раз умнее своего сына Джеймса – недалекого фанатика, благословлявшего каждый шаг Дамблдора. Но время шло.

– В последний раз говорю: уйди, женщина!

– Только через мой труп! Ты не тронешь моих внуков!

– Да будет так. АВАДА КЕДАВРА!

Смертельное проклятие врезалось в стул, который Дорея на лету трансфигурировала в гранитную плиту. Начался ад. Магия Блэков – темная, ядовитая, беспощадная – хлестала сокрушительными волнами. Волан-де-Морту приходилось крутиться волчком, ведь заклятия Дореи несли мгновенную гибель даже сквозь щиты. Но возраст взял свое. Серия молниеносных аппарирований Темного Лорда сбила реакцию пожилой волшебницы. Зеленая вспышка пробила грудь Дореи, и великая ведьма рухнула на пол.

– Достойный противник, – выдохнул Реддл, перешагивая через тело.

Он вышиб дверь в детскую «Алохоморой». Перед ним стояли кроватки: в одной испуганно пищал годовалый Годрик, в другой стоял трехлетний Гарри. Зеленые глаза старшего мальчика внезапно побелели, налившись ледяной, потусторонней стужей.

– Ну что ж, детишки. Вы могли бы стать последователями, но угрозу нужно искоренять, – поднял палочку Лорд.

Но закончить он не успел.

Воздух в комнате опустился до абсолютного нуля. Пол под ногами Волан-де-Морта покрылся толстой коркой синеватого льда. Мороз за секунду сковал его сапоги, затем колени, грудь. Лорд взвыл, пытаясь призвать адское пламя, но этот лед не подчинялся законам обычной магии – древняя стихия первозданного холода, дремавшая в крови Гарри, поглотила пламя без остатка.

ХРУСЬ!

Ледяная статуя Волан-де-Морта с оглушительным звоном взорвалась тысячами кристаллических осколков. Физическое тело лорда было стерто в пыль. Взрыв разнес мебель, а тяжелая дубовая щепка рассекла лоб маленького Годрика, оставив глубокую рваную рану в форме латинской буквы «V». Черный, ядовитый дух поверженного тирана с визгом метнулся под потолок и часть его сущности, не замеченная никем, втянулась в кровоточащий шрам младшего брата.

Гарри, истощив ядро до капли, потерял сознание и упал на ковер.

А затем в дом ворвались Джеймс, Лили, Сириус и Альбус Дамблдор.

Оплакав старших Поттеров, Лили бросилась к детям. Гарри дышал ровно, но спал мертвым сном. А Годрик истошно рыдал, сверкая отметиной на лбу.

Дамблдор с благоговейным трепетом провел палочкой над раной младшего:

– Чудо свершилось. Годрик Поттер стал «Мальчиком, Который Выжил». Именно он отразил удар Волан-де-Морта! Пророчество указало на него.

– Он спас нас? – шептал Джеймс, сияя слезами гордости. – Наш сын – герой!

– Мы должны подготовить его, Джеймс, Лили, – напутствовал великий светлый маг. – Тьма вернется, и судьба волшебного мира ляжет на плечи Годрика.

Никто в тот вечер не взглянул на трехлетнего Гарри. Никто не спросил, откуда на полу взялись лужи талой воды и развороченные морозом доски. О первенце просто забыли.

---

Четырнадцать лет ада.

Пока Годрика купали в лучах славы, задаривали подарками и растили избалованным принцем, Гарри выживал сам. Родители вспоминали о нем только тогда, когда младший братец жаловался на «обиды» – и тогда Джеймс не стеснялся в выражениях и тяжелых пощечинах, вбивая в старшего сына покорность.

Гарри плюнул на них. Сбегал в магловский мир, учился в обычной школе, где судьба свела его с отцом одноклассника – полковником Джозефом Макмилланом. Старый спецназовец разглядел в волчонке потенциал. За тирами последовали полосы препятствий, выживание в лесах, основы снайперской стрельбы. А легендарный капитан Джон Прайс лично учил Гарри стрельбе по-македонски, выбивая дурь и вкладывая в руки хладнокровие бойца SAS.

В Хогвартсе Гарри ушел на Когтевран, подальше от гриффиндорского балагана брата. Он держался особняком, пока на втором курсе Годрика чудовище Тайной Комнаты не добралось до единственного человека в замке, проявившего к нему тепло, – пятикурсницы Пенелопы Кристалл. Девушка стала для Гарри почти старшей сестрой, отогревая его замерзшую душу, и когда ее принесли в лазарет окаменевшей, внутри парня что-то оборвалось.

Гарри раскопал тайну василиска в библиотеке вместе с Чо Чанг. А когда чешуйчатая тварь выползла прямо в коридор возле читального зала, намереваясь сожрать испуганную кореянку, Гарри не стал доставать бесполезную волшебную палочку.

– Чо, закрой глаза! Немедленно!

Четыре глухих хлопка советского ТТ, выхваченного из-за спины, разнесли желтый змеиный глаз в кровавое месиво. Василиск взвыл от невиданной боли и уполз по трубам обратно во тьму.

После этого Чо связалась со своей семьей. И следующие каникулы Гарри провел не в Англии, а в Ронапуре – городе греха, контрабанды и крови.

Дядя Чо, несравненный мистер Чанг из триады «14К», шлифовал его стиль стрельбы из двух стволов до уровня абсолютного искусства. Бешеная Реви из «Черной Лагуны» научила его не бояться боли, двигаться как ртуть и материться на трех языках, став для него взбалмошной, опасной старшей сестрой.

А потом вмешалась Владилена Василиновна – Балалайка. Ветераны-десантники из «Отеля Москва» вбили в тело юноши сокрушительную технику боевого самбо, научили любить штурмовые винтовки и обращаться со снайперским огнем так, словно сама смерть нажимала на спуск. Балалайка была беспощадна на тренировках, но дала Гарри то, в чем ему отказала Лили Поттер, – уважение и материнскую заботу железной женщины, признающей в нем равного. От Майи Хисау, верной ученицы Кирицугу Эмии, он перенял тактику охоты на магов: использование времени, ловушек, магловского вооружения против высокомерных владельцев палочек.

Наградой стали четыре легендарных ствола: пара доработанных Beretta 92FS Inox, два верных кастомных Colt M1911 и автоматический пистолет Стечкина. В узких кругах наемников Гарри заработал прозвища: Убийца Волшебников и Ученик Убийцы Магов.

А потом грянул Турнир Трех Волшебников.

Когда имя Годрика вылетело из Кубка Огня, избалованный «герой» струсил и публично обвинил старшего брата. Поттеры потребовали от Гарри покаяния. Когда Гарри дал магическую клятву о непричастности, Джеймс и Сириус назвали это «уловкой темных искусств». Толпа гриффиндорцев попыталась устроить Гарри суд Линча в темном коридоре – и закончилось это тем, что Гарри расстрелял им колени резиновыми и дробящими пулями спецназначения.

На втором туре, когда Годрик брезгливо отказался спасать «жабью недочеловечку» – маленькую Габриэль Делакур, Гарри, даже не будучи участником, молча скинул пальто, нырнул в ледяное озеро, вспорол ножами глотки взбесившимся русалкам и вытащил девочку на берег. Благодарный поцелуй Флёр и слезы мадам Делакур стали последней каплей для Джеймса: первенца объявили позором рода.

---

10 марта 2015 года. Поместье Поттеров.

Воспоминание об уходе все еще жгло грудь холодной яростью.

Гарри стоял в гостиной особняка. Чемоданы у ног, клетка с белоснежной Хедвиг на столе, на плечах – длинное черное пальто.

– Я ухожу от вас, – бросил он подошедшим родителям. Спокойно. Без истерик.

– Что?! – Лили побледнела. – Гарри, это безумие! Темный Лорд может возродиться со дня на день, на улице опасно!

– Ты просто завидуешь брату! – надменно фыркнул Джеймс. – Подумаешь, Годрик стал чемпионом, а ты остался на обочине! Перестань ломать комедию. Вернешься в школу, закончишь Хогвартс, вступишь в Орден Феникса и будешь прикрывать спину брату. Это мой приказ как главы Рода!

Гарри тогда рассмеялся. Громко, хрипло, запрокинув голову – смехом человека, осознавшего абсолютную абсурдность происходящего:

– Прикрывать спину трусу, который не может сотворить ничего сложнее «Экспеллиармуса»? Ты идиот, Джеймс Поттер. Настоящая война убивает тех, кто берет врагов в плен сказками о всепрощении.

– Не смей так говорить с отцом! – взвизгнула Лили.

– Заткнись, Лили Поттер, – холодно отрезал Гарри. – Вы забыли обо мне на четырнадцать лет. Меня растили домовики, книги и портреты предков. Вы лишили меня прав на хранилища, вы швыряли в меня объедками с барского стола Годрика, вы били меня за его вранье. Родительская любовь? Семья? У меня никогда не было родителей. Были только двое слепцов, нацепивших корону на трусливого щенка.

– Ах ты щенок! – взревел Джеймс и вскинул палочку. – Ты останешься здесь ради высшего блага, даже если мне придется связать тебя заклятиями! Положи чемоданы и палочку на стол! Живо!

Гарри послушно положил палочку из остролиста на полированное дерево.

– А теперь пододвинь ко мне...

Джеймс не успел моргнуть.

Движение смазалось. Руки Гарри ушли под полы пальто, хищный металлический лязг разрезал тишину, и вороненая Beretta 92FS плюнула огнем.

БАХ!

Пуля девятого калибра пробила правое плечо Джеймса Поттера насквозь. Магия щита даже не успела коснуться сознания мага – порох оказался быстрее мысли. Палочка вылетела из ослабевших пальцев, Джеймс с диким воем рухнул на ковер, сжимая хлещущую рану.

– Джеймс! – закричала Лили, бросаясь к мужу, но второй ствол Гарри уже смотрел прямо ей между глаз.

– Палочку на пол. Медленно, – скомандовал юноша голосом Балалайки, отправляющей взвод на зачистку.

Дрожащими руками Лили швырнула свое оружие в угол:

– Гарри... сынок... откуда у тебя это чудовищное оружие?! За что?! Мы же можем все исправить!

– Вы опоздали на четырнадцать лет, миссис Поттер, – Гарри спрятал один пистолет, забрал со стола палочку и чемодан. На пороге камина он обернулся. Зеленые глаза горели нечеловеческой, убийственной стужей. – Если кто-то из вашей секты попробует меня искать... я перестану целиться по плечам. Для меня семья Поттеров мертва.

Вспышка летучего пороха унесла его в Гринготтс. А спустя час старый гоблин Грипхук, уважительно склонив голову перед опасным наемником, вручил ему бамбуковую трость-портключ до Японии.

---

– Эй, парень! Ты там уснул?

Резкий голос Нины Уильямс вернул Гарри в реальность.

Он моргнул, вытирая испачканные в масле руки ветошью.

– Заводи, принцесса. Твой пепелац готов нести тебя навстречу приключениям.

Нина села за руль, повернула ключ зажигания. Двигатель послушно заурчал мощным, басовитым ревом. Женщина опустила стекло и окинула парня долгим, оценивающим взглядом.

Гарри стоял под дождем – промокший, с нелепой ухмылкой в стиле Рё Саэбы, бездомный, но гордый. Его поза кричала о готовности в любую секунду выдать серию трюков а-ля Данте или прикинуться дурачком, как Джозеф Джостар, чтобы обвести вокруг пальца целую армию. Но при этом в глазах плескалась вселенская лень Сакаты Гинтоки: «Господи, как же неохота двигаться, дайте мне клубничное парфе и диван».

– Садись в машину, – бросила Нина.

– Чего? Слушай, сестренка, я, конечно, парень видный, но у меня строгие правила насчет женщин с пушками за пазухой...

Нина не стала тратить слова. Одним молниеносным движением асассина она выскочила наружу, скрутила Гарри руку, заломила ее за спину и крепко ухватила его за правое ухо.

– Ау-ау-ау! Эй, женщина, полегче! Это нарушение Женевской конвенции и покушение на мою великолепную прическу!

– Заткнись, сопляк, – холодно усмехнулась Нина, запихивая его на пассажирское сиденье. Чемодан и клетка с недовольно ухнувшей совой полетели назад. – У тебя нет документов для легального пребывания в Японии. Ты вооружен до зубов. И ты слишком хорошо чинишь моторы, чтобы я оставила тебя мокнуть на улице. Будешь жить у меня.

– Это похищение! Моя карма Кухулина снова сработала, черт бы побрал этот мир! Почему мне всегда везет на сумасшедших красоток с криминальными наклонностями?! – картинно взвыл Гарри, но сопротивляться перестал, лениво развалившись на дорогой коже. – Ладно, но кормить будешь за свой счет. И я требую парфе по пятницам.

---

Так началась новая жизнь.

Оформить опеку через всемогущую корпорацию «Мисима Дзайбацу» для личного телохранителя главы не составило никакого труда. Дзин Кадзама – молчаливый, мрачный парень с печатью Дьявола внутри – изначально отнесся к новому подопечному Нины с подозрением. Но ровно до тех пор, пока Гарри не заявился в центральный офис корпорации.

Шел третий месяц его жизни в Токио. Гарри откровенно страдал фигней, слоняясь по коридорам небоскреба «Мисима». Когда взвод элитного спецназа «Tekken Force» провалил учения по стрельбе, Гарри лениво отобрал у инструктора два автомата, крутанулся на пятке и в невероятном пируэте положил все двадцать мишеней в «яблочко» за полторы секунды, даже не целясь. А затем, насвистывая, приготовил на всю смену потрясающее тушеное мясо с рисом, попутно починив автоматическую турель охраны с помощью скрепки и материнских молитв Балалайки.

Дзин Кадзама, наблюдавший за этим через камеры безопасности, лишь медленно кивнул:

– Оставьте его. Парень знает свое дело.

Вскоре Гарри стал любимцем всей колоритной компании бойцов Железного Кулака. Пол Феникс и Маршалл Ло постоянно затаскивали его в китайскую закусочную, споря о технике ударов и пытаясь занять у него денег, на что Гарри с грацией профессионального афериста Джозефа Джостара всегда умудрялся сделать так, что платили они сами.

Ларс Александерссон уважал юношу за безупречные военные инстинкты и четкую тактику засад. Лидия Собеская, премьер-министр Польши и мастер каратэ, проведя с Гарри показательный спарринг, высоко оценила его жесткое советское самбо:

– В твоих захватах чувствуется школа настоящих воинов, Гарри. Никакой лишней показухи – только переломы и контроль.

Хваран регулярно пытался вызвать Гарри на дуэль на байках, пока Гарри не обогнал его на развалюхе-мопеде, используя ледяную магию под колесами для дикого дрифта на поворотах. Лэй Улун из гонконгской полиции при встречах только качал головой, узнавая почерк триады мистера Чанга, но закрывал на это глаза – Гарри не раз помогал ему вычислять контрабандистов синдиката. Даже гигантский медведь Кума и панда Сяою признавали в Гарри своего: стоило ему принести из кулинарии сладкую рыбу или свежий бамбук, как лохматые монстры готовы были разорвать за него любого врага.

Джейн, гениальная создательница боевых роботов серии «Джек», души не чаяла в парне после того, как он помог ей переписать алгоритмы прицеливания Джека-6, применив баллистические формулы британского спецназа. А знойная латиноамериканка Катарина Алвис не упускала случая потрепать симпатичного стрелка по щеке, дразня его пышными формами, на что Гарри реагировал в неподражаемом стиле Рё Саэбы – пускал шутливые слюни, получая от проходившей мимо Нины профилактический подзатыльник.

Но самым главным полем боя для Гарри стала обычная старшая школа. Куда Нина запихнула его «для социализации».

---

– Эй! Поттер! А ну стой, придурок ленивый!

Звонкий девичий голос эхом разнесся по школьному двору.

Гарри, сидевший на деревянной скамейке под цветущей сакурой с банкой газировки и коробкой бенто, тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Его фирменная удача Кухулина Е-ранга продолжала бить рекорды.

К скамейке стремительно приближалась Асука Кадзама. Школьная форма сидела на ней безупречно, короткие каштановые волосы растрепались от быстрого шага, а в глазах полыхал праведный огонь мастера стиля Кадзама.

– Твоя следующая фраза будет: «Опять ты прогуливаешь уроки физкультуры и спишь на крыше!» – лениво протянул Гарри, не открывая глаз.

– Опять ты прогуливаешь уроки физкультуры и спишь на... ЧТО?! – Асука осеклась, топнула ножкой и покраснела от ярости. – Хватит читать мои мысли, британский идиот!

– Я не читаю мысли, Асука-тян. Ты просто слишком предсказуема, когда сердишься, – хмыкнул Гарри, приоткрыв один изумрудный глаз и бесстыдно оглядев ее стройные ноги. – И вообще, ты мешаешь мне постигать великое даосское искусство ничегонеделания. Садись лучше, я онигири поделюсь.

– Дурак! Я староста класса, и мой долг – следить за дисциплиной! – Асука нависла над ним, уперев руки в бока. Впрочем, запах домашней еды заставил ее живот предательски уркнуть, отчего щеки девушки вспыхнули еще ярче. – И не пялься на меня так! Извращенец!

– Как грубо. Я просто ценитель прекрасного, – сладко улыбнулся Гарри.

– Ах, неужели плебейка из Осаки снова пытается навязать свои деревенские замашки благородному джентльмену? Какое прискорбное зрелище.

Воздух внезапно наполнился ароматом дорогих французских духов.

Из-за поворота аллеи величественно выплыла Эмили де Рошфор – или просто Лили. Длинные платиновые волосы, белоснежная блузка с безупречным жабо, короткая плиссированная юбка и взгляд королевы, смотрящей на букашек. Лили изящно щелкнула пальцами, и следовавший за ней на расстоянии телохранитель Себастьян замер в почтительном поклоне.

– Рошфор! – зарычала Асука, мгновенно сжав кулаки. Вокруг нее буквально вспыхнула аура уличной драки. – Тебя сюда никто не звал!

– Я пришла проведать Гарри, – мурлыкнула Лили, грациозно подойдя к скамейке и совершенно игнорируя взбешенную японку. Она опустилась рядом с парнем, закинув ногу на ногу и склонив голову к его плечу. – Здравствуй, Гарри. Я слышала, ты сегодня снова отказался вступать в стрелковый клуб школы? Они в отчаянии.

– Лили, дорогая, вступать в клуб, где стреляют из пневматики на десять метров по бумажкам, для меня – изощренная пытка, – вздохнул Гарри, лениво приобняв француженку за талию. Лили победно усмехнулась, бросив на Асуку вызывающий взгляд.

– Убери от него руки, белая моль! – вскричала Асука. – Он учится в моем классе, и я за него отвечаю!

– О, неужели маленькая каратистка ревнует? – протянула Лили с ядовитым сарказмом. – Как трогательно. Но боюсь, Гарри предпочитает изысканное общество, а не драки за гаражами.

– Ах ты... Да я тебе сейчас все твои накладные локоны повыдергаю!

– Попробуй, дикарка!

– Девочки, девочки, не ссорьтесь, вы обе прекрасны, и я готов жениться на вас обеих, если вы скинетесь мне на пожизненный запас шоколадного мороженого и патронов девять на девятнадцать, – миролюбиво вставил Гарри, отпивая содовую.

– ЗАТКНИСЬ! – рявкнули обе девушки хором, готовые вцепиться друг другу в волосы.

И в этот самый момент тишину школьного двора разорвал оглушительный рев форсированных двигателей.

Через главные ворота, снеся железную створку, влетели три тяжелых черных внедорожника без номеров. Из них посыпались крепкие парни в бронежилетах и масках, с автоматическими карабинами в руках. Наемники корпорации «G» – извечных врагов «Мисима Дзайбацу».

– Всем на землю! Никому не двигаться! – рявкнул командир группы на ломаном японском. – Нам нужна девчонка Рошфор и родственница Кадзамы! Быстро!

Школьники вокруг завизжали, бросаясь врассыпную. Лили побелела, но встала в боевую стойку уличного гимнастического боя. Асука зарычала, ее кулаки окутало синеватое свечение внутренней энергии стиля Кадзама:

– Только через мой труп, уроды!

Гарри медленно поднялся со скамейки.

Ленивое выражение лица исчезло без следа. Мутные глаза налились изумрудной тьмой, губы тронула холодная, хищная улыбка Данте, выходящего на охоту за демонами. Пальцы скользнули под распахнутое пальто.

– Эй, клоуны, – негромко произнес он. Голос разрезал панику во дворе, заставив боевиков обернуться. – Вы испортили мне обед. Вы напугали моих любимых женщин. И самое главное... вы заставили меня встать со скамейки