Перевёрнутая ревность

Утренний школьный коридор напоминал разворошенный муравейник, в котором каждый пытался либо дописать домашнее задание на подоконнике, либо обсудить последние сплетни перед звонком на первый урок. Воздух пах выпечкой из столовой, сменной обувью и терпким осенним сквозняком, гулявшим по широким рекреациям третьего этажа.

Файя стояла у окна, нервно поправляя ремешок своего бежевого рюкзака. Она была девушкой спокойной и скромной, не привыкшей привлекать к себе лишнее внимание, но сейчас её щёки слегка алели. В кармане пиджака лежала крошечная коробочка, перевязанная тонкой серебристой ленточкой. Внутри был брелок — аккуратный, лаконичный, с гладким металлическим силуэтом звезды. Файя выбирала его целую неделю, надеясь наконец сделать робкий шаг навстречу Максу.

Макс казался ей недосягаемым идеалом. Сильный, высокий, всегда вежливый, умеющий улыбнуться так, что сердце уходило в пятки. Он был звездой школы, но никогда не кичился этим, что восхищало Файю ещё сильнее.

– Ты снова витаешь в облаках, – заметила Соня, листая толстую тетрадь по обществознанию.

Соня, лучшая подруга Файи, была полной её противоположностью в плане отношения к жизни. Умная, собранная, с вечно сосредоточенным взглядом серых глаз, она не признавала пустых иллюзий. Влюблённость подруги в школьного красавчика вызывала у неё лишь тяжёлый вздох, хотя сама Соня бережно хранила собственный секрет, о котором не знала даже Файя: её сердце сжималось каждый раз, когда мимо проходил Леон. Но признаться в этом вслух Соня не осмелилась бы ни за что на свете.

– Я просто думаю... может, сегодня подходящий день? – тихо произнесла Файя, не решаясь вытащить коробочку из кармана.

– Подходящий день для чего? Чтобы он вежливо сказал тебе «спасибо» и пошёл дальше по своим делам? – Соня покачала головой, но в её тоне не было злости, только забота. – Фай, Макс живёт в параллельной вселенной. Там всё вертится вокруг рейтингов, спортивных секций и...

Договорить Соня не успела. К ним на всех парах подлетела запыхавшаяся Катя из параллельного класса, с горящими от восторга глазами и растрёпанным хвостиком.

– Девочки! Вы стоите тут и ничего не знаете! – выпалила она, хватаясь за плечо Файи, чтобы отдышаться.

– Что случилось? Опять контрольную по физике перенесли? – нахмурилась Соня, мгновенно напрягшись.

– Какая физика, ты с ума сошла?! – Катя заговорщически понизила голос, хотя в коридоре и так стоял невообразимый гул. – Макс и Лилия начали встречаться! Официально! Их только что видели у входа, он нёс её сумку, а она держала его под руку!

Слова упали тяжелым камнем. У Файи внутри словно оборвалась туго натянутая струна.

– Что?.. – только и смогла выдавить она, побледнев. Пальцы в кармане судорожно сжали бархатные грани коробочки. – Они... вместе?

– Да! Лиля сама девчонкам в раздевалке подтвердила, – сияя, будто сообщила новость века, выпалила Катя. – Ладно, я побежала, надо ещё Светке рассказать!

Катя умчалась дальше, оставляя после себя шлейф дешевых цветочных духов и оглушающую тишину между подругами.

– Ничего удивительного, – ровным голосом произнесла Соня, захлопнув тетрадь. – Оба же такие «крутые». Первая красавица школы и главный спортсмен. Классический сценарий дешёвой мелодрамы.

Соня бросила беглый взгляд поверх голов учеников. Там, в конце рекреации, стоял Леон и о чём-то громко спорил с Захаром. Соня быстро отвела глаза, пряча внезапную растерянность за маской равнодушия.

Файя же смотрела в пол. В груди вместо привычной скромности закипала странная, колючая обида. Лилия. Ну конечно, кто же ещё. Самая популярная девочка в школе, яркая, безупречно одетая, всегда в центре внимания, меняющая обожателей как перчатки.

«Ну нет, – сжала зубы Файя, и в её карих глазах впервые за долгое время блеснула нехарактерная для неё решимость. – Я не отдам Макса без боя. Пусть только попробует эта Лилия перетянуть всё внимание на себя! Макс слишком хороший, чтобы быть просто очередной галочкой в её списке побед!»

---

Тем временем в другом конце коридора, у подоконника рядом с кабинетом химии, разворачивалась своя драма.

Захар, небрежно закинув ногу на перекладину батареи, язвительно комментировал внешний вид проходивших мимо старшеклассников. На нём был расстегнутый форменный пиджак, галстук съехал набок, а на лице блуждала привычная дерзкая ухмылка. Он был головной болью всех учителей: вечно спорил, язвил, превращал любой опрос у доски в цирк, но при этом обладал цепким умом, из-за чего выгнать его из школы было практически невозможно.

Рядом с ним стоял Леон — его верный друг, неунывающий шутник и единственный человек, способный выносить характер Захара дольше получаса.

– Я тебе говорю, Захар, если ты ещё раз подаришь Лиле букет из шоколадок, она откроет свой кондитерский магазин, – весело хмыкнул Леон, крутя на пальце связку ключей. – Ты бы хоть тактику сменил. Стихи ей напиши, что ли. Или признайся уже нормально, а не изображай из себя тайного Санту.

– Много ты понимаешь в тактике, – фыркнул Захар, поморщившись. – Лилия любит красивые жесты. А стихи твои пусть ботаны пишут. Я действую наверняка.

– Ага, наверняка сливаешь карманные деньги, – рассмеялся Леон. В этот момент его взгляд скользнул в сторону окна, где стояла Соня. Он тут же осёкся, смех застрял в горле, а пальцы с ключами замерли. Леон поспешно опустил руку в карман, надеясь, что Захар не заметил его мимолётного оцепенения. Соня казалась ему невероятной: строгая, неприступная, настоящая снежная королева. Но заговорить с ней без своих дурацких подколок он отчаянно трусил.

В этот момент к парням подбежал взбудораженный одноклассник, Тёма.

– Пацаны! – крикнул он, тормозя перед ними. – А вы знаете, что Лилия стала встречаться с Максом?!

Ухмылка мгновенно сползла с лица Захара. Он медленно опустил ногу на пол и выпрямился во весь свой немаленький рост. В его тёмных глазах вспыхнул опасный огонёк.

– Когда?! – отчеканил Захар, сжав кулаки.

– Да вот только что, прямо на крыльце, – пожал плечами Тёма, явно наслаждаясь произведённым эффектом. – Они там чуть ли не в обнимку зашли. Весь этаж только об этом и говорит.

– Ой, ну не удивительно, – протянул Леон, хлопнув оцепеневшего друга по плечу, пытаясь сгладить удар. – Они же самые популярные в школе. Рано или поздно это должно было случиться, чувак. Смирись.

Тёма, почуяв, что атмосфера накаляется до предела, быстро ретировался в толпу:

– Ладно, пойду на урок, пока химичка не закрыла кабинет!

Захар стоял неподвижно, глядя в стену перед собой. Внутри него всё кипело от ярости и уязвлённого самолюбия. Лилия. Девушка, ради которой он неделями терпел насмешки Леона, которой тайком подкладывал в шкафчик сладости и мягкие игрушки, теперь гуляет с этим ходячим образцом правильности? С Максом?!

«Ну нет, – ядовито подумал Захар, стиснув челюсти так, что свело скулы. – Этот прилизанный мажор не отберёт у меня Лилию. Я разобью их идеальную парочку в пух и прах. Посмотрим, кто из нас останется ни с чем!»

---

Звонок на урок оборвал утренние пересуды, но на следующей перемене страсти разгорелись с новой силой. Возле кабинета литературы, где должен был пройти следующий сдвоенный урок, собрался почти весь класс.

Файя подкараулила момент, когда коридор снова наполнился шумом, а кабинет ненадолго опустел — учительница ушла в учительскую за журналом, а ребята высыпали в холл. Она знала, где обычно сидит Макс: третий ряд, вторая парта у стены. Это было идеальное место — он всегда сидел там один, если к нему никто не напрашивался.

Сердце колотилось где-то в горле. Файя сжимала в ладони коробочку. На ней была приклеена маленькая записка: «Пусть эта звезда приносит тебе удачу. Файя». Она не стала писать длинных признаний, надеясь, что намёк будет понят правильно.

Быстро оглядевшись по сторонам, Файя скользнула в открытую дверь кабинета. В полумраке класса пахло мелом и старыми учебниками. Она сделала несколько быстрых шагов к рядам парт, но стоило ей завернуть за первый стол, как из-за двери неожиданно шагнула высокая фигура.

Удар пришёлся прямо в плечо. Файя вскрикнула, потеряв равновесие, и едва не выронила коробочку, в последний момент успев спрятать её в кулаке за спиной.

– Эй, аккуратнее, мелкая! – раздался над ухом до боли знакомый, насмешливый и скрипучий голос.

Захар стоял, скрестив руки на груди, и с высоты своего роста смерил её ехидным взглядом. Он только что вышел из задней каморки с картами, куда учительница просила его занести проектор.

Файя вспыхнула до самых корней волос. Из всех людей на планете именно Захар был тем, кого она меньше всего хотела видеть в эту секунду. Их взаимная неприязнь длилась уже второй год: Захар не упускал случая язвительно прокомментировать её причёску, ответы у доски или излишнюю скромность, а Файя, несмотря на природную мягкость, неизменно давала ему отпор, не позволяя вытирать о себя ноги.

– Прекрати меня так называть! – резко бросила она, отступая на шаг назад и пряча руки за спину. – У меня имя есть!

– Неа, «мелкая» тебе больше идёт, – хмыкнул Захар, склонив голову набок и прищурившись. – И вообще, что ты тут делаешь? Класс пустой, урок через десять минут. Шпионишь за кем-то?

– Не твоего ума дело! – отрезала Файя, чувствуя, как от возмущения перехватывает дыхание. – Отойди с дороги и дай мне пройти!

Захар театрально округлил глаза, приложив руку к сердцу:

– Ой-ой, какие мы дерзкие стали! Прямо тигрица. Смотри, коготки не сломай, а то плакать будешь.

– Ты невыносим, Захар, – процедила Файя сквозь зубы.

Понимая, что под его пристальным взглядом она ничего сделать не сможет, девушка развернулась на каблуках и стремительно выскочила обратно в коридор, хлопнув дверью перед самым его носом.

Захар остался стоять посреди прохода. Ухмылка медленно сошла с его лица. Он задумчиво посмотрел на закрытую дверь, затем на парты.

– Не просто так она тут появилась, я уверен, – пробормотал он себе под нос, потирая подбородок. – Прятала что-то за спиной. Лицо красное, глаза бегают... Очень интересно.

Он покачал головой и вышел из класса через запасной выход в рекреацию, решив найти Леона и перекурить перед уроком.

Едва Захар скрылся из виду, Файя, караулившая за углом, снова метнулась в кабинет. Времени не оставалось — по коридору уже раздавались шаги одноклассников. Сердце бешено колотилось, в висках стучало от недавней стычки с Захаром. Из-за злости и спешки всё плыло перед глазами.

«Третий ряд, вторая парта... или третий ряд, третья парта? Нет, точно тут!» – лихорадочно подумала она, подбегая к столу.

Не глядя на разложенные на соседнем стуле вещи, Файя быстро положила коробочку с брелоком на деревянную поверхность парты, прямо на стопку чистых тетрадных листов, и пулей вылетела в коридор, смешавшись с толпой входящих учеников.

Она не заметила главного. В спешке и панике от столкновения с Захаром она подошла не ко второму ряду у окна, где сидел Макс, а к первому ряду у двери. И парта, на которой остался сверкающий серебром подарок, принадлежала вовсе не Максу.

Она принадлежала Захару.

---

Прозвенел звонок. Кабинет наполнился шорохом сумок, скрипом стульев и гулом голосов.

Учительница литературы, строгая и подтянутая Инна Сергеевна, постучала указкой по столу, призывая класс к порядку:

– Садитесь, одиннадцатый «Б». Сегодня у нас разбор любовной лирики серебряного века, так что прошу оставить свои шуточки за пределами аудитории. Особенно это касается тебя, Захар.

Захар, который как раз заходил в класс последним, лишь лениво усмехнулся:

– Инна Сергеевна, я и любовь — понятия неразделимые. Я полон вдохновения.

По классу прокатились смешки. Лилия, сидевшая на первом ряду в безупречном белом свитере крупной вязки, звонко рассмеялась, поправив идеально уложенные светлые локоны. Рядом с ней, на соседнем ряду, сидел Макс. Он слегка улыбнулся шутке Захара и, наклонившись к Лилии, что-то тихо сказал ей на ухо. Девушка зарделась и игриво коснулась его плеча.

Захар, заметивший этот жест, мгновенно помрачнел. Желваки на его челюсти снова напряглись. Он шумно плюхнулся на своё место — за третью парту у двери — и бросил рюкзак на пол.

Файя сидела через ряд от него, рядом с Соней. Она почти не дышала, уставившись в спину Макса. Ей казалось странным, что Макс сидит совершенно спокойно и даже не смотрит на свою парту, но затем она с ужасом перевела взгляд на его стол.

Стол Макса был абсолютно пуст. Никакой коробочки там не было.

«Где она?.. Неужели кто-то украл?!» – Файя похолодела. Она начала лихорадочно оглядывать соседние парты и вдруг её взгляд замер на столе Захара.

Прямо перед язвительным хулиганом, на белом тетрадном листе, сияла та самая коробочка с серебряной ленточкой.

У Файи перехватило дыхание. Земля словно ушла из-под ног.

«О нет... Нет, нет, нет! Только не это! Я перепутала парты!» – мысленно закричала она, вжимаясь в спинку стула и желая провалиться сквозь пол прямо в подвал школы.

Тем временем Захар, раздражённо потянувшись за ручкой, наконец обратил внимание на посторонний предмет.

Он нахмурился. Маленькая, изящная коробочка смотрелась на его исписанной каракулями и затертой парте как нечто совершенно инородное.

– Это ещё что за новости? – тихо пробормотал он.

Леон, сидевший позади него, перегнулся через спинку стула:

– Опа. Тебе уже тайные поклонницы подношения делают? А говорил, стихи не работают.

– Заткнись, Леон, – буркнул Захар, но любопытство взяло верх.

Он осторожно потянул за край серебристой ленты. Узел легко распустился. Захар снял крышку и замер. Внутри, на чёрной бархатной подушечке, лежал стильный металлический брелок в виде звезды — тяжёлый, холодный, очень красивый.

«Красивый... – невольно подумал Захар, проведя пальцем по гладкой грани металла. – Интересно, от кого?»

На дне коробочки белел сложенный вдвое клочок бумаги. Захар развернул его, ожидая увидеть очередную глупую шутку от пацанов или записку от какой-нибудь семиклассницы. Но аккуратный, округлый почерк показался ему знакомым.

«Пусть эта звезда приносит тебе удачу. Файя».

Захар застыл. Воздух застрял у него в горле.

Он моргнул раз, другой, перечитал имя. Буквы не исчезали. Ф-А-Й-Я.

«Да невозможно...» – пронеслось в его голове.

Захар медленно поднял глаза. Файя сидела через ряд от него, бледная как полотно, с широко распахнутыми глазами, полными чистого ужаса. Она смотрела прямо на него, закусив нижнюю губу почти до крови.

Взгляды их встретились. Захар на секунду растерялся, чего с ним не случалось примерно никогда. Мелкая? Скромница Файя, которая только что шипела на него у дверей, как рассерженная кошка, подарила ему... звезду на удачу?

Затем пазл в его голове начал стремительно складываться. Её странное появление перед уроком. Суматоха. Тот факт, что она рванула к рядам, где сидит Макс... Захар скосил глаза на Макса, потом снова на записку.

«Хотя... может, перепутала парты? – усмехнулся внутренний голос Захара, проницательный и ядовитый. – Конечно перепутала! Она же сохнет по нашему принцу на белом коне. Бежала, дрожала, испугалась меня и швырнула подарок не туда!»

Эта мысль почему-то кольнула неприятным уколом где-то под рёбрами. Ему на мгновение показалось... впрочем, неважно, что ему показалось. Факт оставался фактом: эта маленькая зазнайка собиралась подкатить к Максу прямо в разгар его триумфа с Лилией!

Файя тем временем сделала почти умоляющий жест рукой, беззвучно шевеля губами: «Отдай. Пожалуйста».

Захар опустил взгляд на брелок. Металл приятно холодил кожу. Вещица была действительно классной. И оставлять Максу хоть малейший шанс получить этот трофей Захар не собирался ни за какие сокровища мира. К тому же, упустить такой повод подразнить «мелкую» было выше его сил.

Уголки губ Захара медленно поползли вверх, превращаясь в фирменную, невыносимо наглую ухмылку. Он демонстративно посмотрел на Файю, затем снова на брелок.

«Что упало — то пропало. Что упало — то моё», – подумал он с мстительным торжеством.

Не отводя взгляда от побелевшей Файи, Захар нарочито медленно опустил брелок обратно в коробочку, захлопнул крышку и решительным движением смахнул подарок прямо в открытый карман своего рюкзака. Застегнул молнию. Вжик.

Файя от возмущения и бессилия едва не вскрикнула во весь голос, но вовремя прижала ладонь ко рту.

– Захар! – раздался строгий голос Инны Сергеевны. – Тебе отдельное приглашение нужно, чтобы открыть тетрадь? Назови мне основные темы в поэзии Блока.

Захар не спеша поднялся со своего места, всё ещё удерживая зрительный контакт с пылающей от ярости Файей:

– Прекрасная Дама, Инна Сергеевна. И роковые ошибки, которые совершают люди, когда выбирают не тех героев.

Лилия на первом ряду тихо вздохнула, думая, что он говорит о ней. Макс нахмурился, почувствовав в словах Захара странный подтекст.

А Файя сжала кулаки под партой так, что ногти впились в ладони. Война была объявлена. И теперь это была война не только за внимание Макса, но и за то, чтобы стереть эту невыносимую ухмылку с лица Захара раз и навсегда.