Вместе

Снежная никогда не знала милости. За окнами квартиры майора завывала метель, бросая пригоршни колючего снега в толстые стекла, но внутри, в мягком полумраке комнаты, царил зной, не имеющий отношения к камину. В воздухе еще витал терпкий аромат дорогого коньяка — они пили его в честь завершения грандиозного проекта Мити, который едва не стоил ученому рассудка, а Валерию — нескольких седых волос.

Всё началось как обычно: Митя, раскрасневшийся и непривычно тихий для своей болтливой натуры, сидел на диване, а Валерий, как всегда статный и собранный, молча наблюдал за ним. Но недосказанность, копившаяся месяцами между строгими отчетами и ночными поисками загулявшего гения по переулкам Снежнойграда, вдруг сдетонировала. Один резкий рывок, одно мимолетное касание губ — и плотина рухнула.

Теперь они были здесь. В спальне Валерия, где во всем чувствовался порядок, который сейчас безжалостно нарушал Митя своими хаотичными движениями.

Валерий не останавливался, ведя носом выше по бледной коже. Его губы легли на всё ещё вибрирующую от протяжного стона шею, сминая кожу, прикусывая с той властной нежностью, которую он позволял себе проявлять только в редкие моменты. Первый засос лег возле яремной впадины, блестя слюной под скудным светом лампы. Майор подтянулся выше, нависая над парнем всем своим мощным телом.

Рука Мити, тонкая и испачканная чернилами, которые он так и не удосужился отмыть перед ужином, потянулась вверх, пальцами оглаживая волевой подбородок. Валерий велся на это движение, как на приманку, снова и снова касаясь чужих губ. Поцелуи выходили короткими, рваными, жадными. Митя с трудом сохранял в легких хоть немного воздуха, загнанно дыша через рот. Его пальцы скользили по лицу майора, касаясь жестких щек, заостренных кончиков ушей и затылка, где волосы были подстрижены безупречно ровно.

– Хочешь большего? – прошептал Валерий между поцелуями, его голос звучал как низкий рокот далекого грома.

Пальцы майора работали быстро и точно, расстегивая пуговицы на рубашке Мити. Тот лишь судорожно выдохнул, когда прохладный воздух коснулся кожи, но тут же сменился жаром ладоней Валерия. Руки ученого опустились ниже, трогая обычно закрытую плотной тканью мундира кожу майора. Он с каким-то детским восторгом мял развитую грудь, чуть царапая короткими ногтями крепкие мышцы.

Взгляд Мити на мгновение оторвался от красивого пресса Валерия, возвращаясь к его фиолетовым глазам, в которых сейчас плескалось нечто темное и первобытное.

– Сказал ведь, – Митя приподнялся на локтях, коротко целуя его в губы, – хочу тебя.

Его горячее дыхание обдало щеку Валерия, заставив того сглотнуть. Майор улыбнулся одними уголками губ — редкое зрелище, предназначенное только для этого невозможного парня. Отказать себе в медленной ласке он не мог при всей своей легендарной выдержке.

Пальцы майора опустились в карман брошенных на пол штанов, извлекая маленький пузырек с маслом. Укладывая Митю обратно на лопатки, Валерий передал ему флакон, на мгновение сжав его ладонь своей. Отстранившись, он с интересом наблюдал, как Митя вертит предмет в руках, рассматривая его с чисто научным любопытством, которое не покидало его даже в постели.

Поцелуй лег на мочку уха, пока Валерий расстегивал свои брюки. Митя сглотнул, отчетливо понимая, куда клонит майор. Он кивнул, подтверждая свою готовность. Довольный Валерий отстранился, а потом и вовсе встал с постели, снимая одежду. Митя замер, осматривая вид перед собой. Только сейчас до него начало доходить, что с растяжкой стоит очень постараться. Валерий был крупным во всем, и контраст между их телами казался почти пугающим.

– Эй, майор... – пробормотал Митя, но его голос сорвался.

Поднимаясь выше, он удобнее устроился на кровати, разводя ноги. Валерий сел между ними, принимаясь медленно гладить его икры, успокаивая. Митя чувствовал, как щеки горят всё сильнее. Его смущала эта открытая, беззащитная поза и то, как внимательно Валерий наблюдал за каждым его движением, словно запоминал реакцию каждого нервного окончания.

Майор перевел взгляд вслед за Митей, осматривая «проблему», которая так занимала мысли ученого.

– Не отвлекайся, – выдернул его из транса глубокий голос. Горячие ладони легли на внутреннюю часть бедер. – Тебе нужно тщательно заняться подготовкой.

– Почему это не сделаешь ты? – едва выдавил из себя Митя, послушно открывая пузырек. Прозрачная вязкая жидкость капнула на его пальцы.

– Я ценю твое ко мне доверие, милый мой, – Валерий придвинулся ближе, его голос стал еще мягче, – но первый раз лучше заняться этим самому. Чтобы ты чувствовал предел.

Митя зажмурился, сгибая ноги в коленях. Валерий тут же приподнял их, устраивая на своих бедрах. Теперь они соприкасались кожа к коже, и спектр жара между ними стал почти невыносимым. Митя старался не думать о том, насколько бесстыдно он сейчас выглядит, тянусь вниз с перепачканными маслом пальцами.

Подушечки коснулись входа, не спеша проникать внутрь. Пальцы обводили чувствительное кольцо мышц, обильно смазывая. Митя дышал загнанно, наконец решаясь. Первая фаланга вошла внутрь, нерешительно обводя стенки. Валерий в это время поглаживал его ягодицу, тихо шепча похвалу, от которой Митя заливался краской еще гуще.

Собравшись с духом, парень протолкнул палец глубже. Ощущения были странными, распирающими, и пока он не совсем понимал, где здесь скрыто обещанное удовольствие.

– Подвигай им внутри, – посоветовал майор, продолжая ласкать его бедро.

Следуя рекомендации, Митя согнул палец, чувствуя, как сопротивляются внутренние стенки. Однако через пару минут он понял, что движения стали свободнее. Он решился добавить второй палец. С ним оказалось легче — страх перед неизвестностью отступал, уступая место тягучему возбуждению. Митя дышал свободнее, медленно растягивая себя. Он видел краем глаза, каким тяжелым взглядом Валерий следит за его рукой, как ходят желваки на его лице.

Когда Митя добавил третий палец, он невольно зажмурился. Такое растяжение было непривычным, действия замедлились. Свободная рука машинально легла на собственную грудь, сжимая кожу в попытке отвлечься от распирающего чувства внизу. Пальцы внутри расходились, двигались — то практически выходя, то погружаясь до самого основания.

Внезапно Митя почувствовал горячее прикосновение к бедру и услышал хриплый, сдавленный стон Валерия. Это осознание — то, что он, обычный ученый, заставил несравненного майора Фатуи потерять хваленый контроль — ударило в голову сильнее алкоголя. Митя начал двигаться активнее.

Пальцы, проникшие глубже, задели внутри скопление нервов так неожиданно, что Митя, сам от себя не ожидая, громко и протяжно застонал, запрокидывая голову назад.

Для Валерия это стало сигналом. Он мягко, но решительно отвел руку Мити от его тела, касаясь губами дрожащего запястья. Майор наклонился к нему, накрывая его губы глубоким, властным поцелуем. Позабытый флакон снова оказался в деле: Валерий вылил остатки масла на себя.

– Ты отлично постарался, – хвалил он, прерываясь на поцелуи. – Надеюсь, следующий шаг наших отношений понравится тебе не меньше.

Размазав масло, Валерий прижался к нему, оттягивая одной рукой ягодицу. Кожа блестела, мышцы мелко сокращались в предвкушении. Митя снова начал задыхаться, чувствуя, как майор медленно, по миллиметру, начинает входить. Пальцы парня судорожно вцепились в простыни, пытаясь найти опору в этом плывущем мире.

Чувствуя напряжение партнера, Валерий нахмурился и ласково погладил его по животу.

– Сейчас нужно расслабиться, – сказал он, прекратив движение. – Дыши со мной, Митя.

Митя изо всех сил старался слушаться. Он дышал глубоко, пытаясь отпустить зажим. Кажется, это сработало: Валерий благодарно провел ладонью по его бедру и снова двинулся вперед.

Вторая попытка оказалась удачной. Митя почувствовал, как головка полностью вошла внутрь, и замер. Ему дали время привыкнуть, дожидаясь кивка. Несмотря на подготовку, мышцы всё равно пытались сомкнуться, рождая дискомфорт, смешанный с острым удовольствием. Валерий входил медленными толчками, постепенно погружаясь наполовину, и снова останавливался.

– Как ты себя чувствуешь? – заботливо спросил он, давая передышку и себе. Его голос вибрировал от сдерживаемой страсти.

– Пока... не понимаю, – загнанно выдохнул Митя. Капелька пота скатилась по его виску, теряясь в светлых волосах.

– Я начну двигаться, – предупредил майор, медленно качая тазом, – а ты подай знак, когда станет приятно. Договорились?

Митя вымученно кивнул. Он полностью полагался на опыт Валерия, зная, что тот никогда не причинит ему вреда намеренно. Первые фрикции были осторожными, даже слишком, но они дали Мите время окончательно расслабиться. Он только сейчас заметил, насколько сильно были напряжены его ноги.

Майор действовал со знанием дела, с каждым разом погружаясь всё глубже. Когда он в очередной раз задел ту самую точку, Митя вздрогнул, и по его телу прошла мощная волна удовольствия.

Валерий среагировал мгновенно. Он замер, выжидательно глядя на юношу.

– Больно? – уточнил он, нависая сверху.

Митя схватился за его руку, лежащую возле головы, и отчаянно замотал головой. Он прикрыл глаза, едва слышно шепча:

– Хорошо... очень хорошо.

Валерий посмотрел на его мелко подрагивающую руку, чувствуя невероятный прилив нежности к этому несносному, болтливому, но такому родному человеку. Он переплел их пальцы, прижимая ладонь Мити к кровати, и наклонился, чтобы поцеловать его в щеку.

Новый толчок попал точно в цель, заставляя Митю выгнуться дугой. Он распахнул глаза, невидящим взором уставившись в потолок. Следующий толчок последовал быстрее, вырывая из его груди громкий стон. Пытаясь сдержаться, Митя хотел прикрыть рот свободной рукой, но Валерий тут же перехватил её, целуя костяшки.

– Хочу тебя слышать, – выдохнул майор, встречаясь с ним взглядом. В его глазах была мольба и восхищение. – У тебя замечательный голос. Не смей его прятать.

Движения становились всё быстрее и увереннее. Митя, не в силах восстановить равновесие, окончательно провалился в яркий вихрь наслаждения. Пальцы Валерия, скользящие по его вздымающейся груди, только подливали масла в огонь. В полузабытье Митя шептал его имя, мешая его с обрывками каких-то формул и ласковых ругательств.

Его тело плавилось под каждым касанием. Глаза закатывались при каждом толчке, он перестал контролировать звуки, которые теперь превратились в бессознательное, сладкое мычание. Единственное, на что хватило сил — закинуть ноги на талию майора, сцепляя их в замок.

Этот жест так понравился Валерию, что он не сдержался: на шее Мити расцвел новый, яркий засос. Сквозь шум в ушах до Мити доносился сбивчивый шепот майора — поток хвалебных слов, от которых сердце щемило не меньше, чем от физической близости.

Митя снова громко застонал, когда почувствовал, как рука Валерия легла на его собственный член, зажатый между их телами. Пальцы майора быстро заскользили вверх-вниз, приближая финал. Митя видел, как меняется лицо Валерия, как он смотрит на его разметавшиеся по подушке волосы, на его дрожащие веки.

Внезапно всё тело Мити натянулось, как струна. Он распахнул глаза, и в следующий миг резкая разрядка накрыла его с головой. Валерий снова прильнул к его губам, забирая последний стон себе.

Оргазм выпил из Мити все силы. Его ноги, только что крепко сжимавшие талию майора, бессильно опали на кровать. Валерий сделал еще несколько мощных толчков, прежде чем выйти и завершить всё самому.

Через минуту майор тяжело опустился сверху, не перенося, впрочем, весь свой вес на парня, и прижал его к себе. Их пальцы всё еще были переплетены. Ухо Валерия оказалось как раз напротив сердца Мити, и он замер, слушая его частый, неровный стук.

– Тише, – прошептал Валерий, целуя его в висок. – Я здесь.

Митя ничего не ответил, лишь теснее прижался к нему, пряча лицо в изгибе его шеи. За окном всё так же бесновалась метель, но здесь, в этой комнате, они наконец-то нашли свой приют. В регионе вечной зимы они создали свое собственное, маленькое и очень жаркое лето.