Маленький Кайон и Киара

Утренний зной еще не успел раскалить плоские каменные плиты Скалы Предков. Легкий ветерок, напоенный ароматом сухих трав и далеких болот, ласково перебирал короткую шерстку на макушке Кайона. Маленький львенок сидел на самом краю нижней террасы, свесив лапы в пустоту, и завороженно наблюдал за тем, как внизу, среди золотистого моря саванны, крошечными точками передвигалось стадо антилоп гну.

Его отец, Симба, и мать, Нала, еще на рассвете ушли к южной границе Земель Прайда. Зазу, круживший над королевской четой синей стрекочущей точкой, доложил о каком-то споре между слонами и носорогами из-за пересыхающего водопоя. Кайон очень просился с ними, уверяя, что он уже достаточно взрослый, чтобы рассудить кого угодно, но отец лишь с теплой усмешкой потрепал его по крошечному рыжеватому хохолку, а мама велела не отходить от пещеры и слушаться старших.

А «старшей» на сегодня осталась Киара. И она не собиралась упускать шанс проявить свою королевскую власть.

– Ты сидишь совсем неправильно, – раздался сзади уверенный девичий голос.

Кайон вздрогнул, едва не соскользнув с гладкого валуна, сердито замахал передними лапками и, поймав равновесие, оглянулся. Киара стояла в нескольких шагах, гордо задрав подбородок и расправив плечи так, как это делал их отец во время утренних обходов. Ее янтарные глаза смотрели строго, хотя кончик хвоста то и дело нетерпеливо подергивался.

– Я просто смотрю, – буркнул Кайон, скрестив лапы. – Ничего я не неправильно сижу.

– Очень даже неправильно! – Киара подошла ближе, ступая нарочито чинно и плавно, стараясь копировать величественную походку матери. – Будущий член королевской семьи не может просто так разваливаться на краю обрыва, как сонная ящерица. Ты должен излучать величие. Достоинство! Мама сказала мне присматривать за тобой, а это значит, что я должна сделать из тебя приличного льва.

– Мне всего пять лун! – возмутился Кайон, взмахнув хвостом с крошечной пушистой кисточкой. – И вообще, я не ящерица!

– Вот именно, пять лун, – менторским тоном заявила Киара, усаживаясь прямо перед ним и аккуратно обвивая хвостом передние лапы. – К этому возрасту папа уже умел... ну, многое умел! И я, как будущая королева, беру на себя ответственность за твое воспитание.

Кайон тяжело вздохнул, прижал круглые ушки к голове и с тоской посмотрел вниз, где беззаботно резвились детеныши зебр. Ему хотелось гоняться за стрекозами или рыть ямки в теплой пыли, а не слушать поучения сестры, которая была старше его всего на несколько месяцев, но вела себя так, будто сама лично сотворила Великий Круг Жизни.

– И чему ты собираешься меня учить? – угрюмо спросил он.

– Всему! – торжествующе провозгласила Киара. – Первый урок: королевская осанка и невидимая поступь. Смотри и учись, малой.

Она встала, медленно вытянула шею, расправила лопатки и сделала шаг вперед. Ее лапы опускались на камень абсолютно беззвучно. Киара шла по кругу, держа спину идеально прямой, а взгляд устремив вдаль, словно осматривала подвластные ей бескрайние владения.

– Видишь? – спросила она, не поворачивая головы. – Шаг должен быть мягким, но уверенным. Земля под тобой должна чувствовать, кто по ней идет, но твои подданные не должны слышать твоего приближения до тех пор, пока ты сама не решишь заговорить. Теперь твоя очередь. Вставай.

Кайон нехотя поднялся на лапы, отряхнул пузико от налипших сухих травинок и попытался выпрямиться. Он изо всех сил выпятил грудь колесом, задрал нос к небу и сделал шаг. Раздался громкий шлепок подушечек о камень. Затем второй. Пытаясь выглядеть величаво, Кайон так сильно задрал голову, что совершенно перестал видеть, что творится у него под ногами.

– Нос опусти немного, ты же не жираф, – с легким смешком заметила Киара.

– Сама сказала – смотреть вдаль! – огрызнулся Кайон, сделал еще один неуклюжий шаг, зацепился задней лапой за выступ скалы и кубарем покатился по гладкому каменному спуску, остановившись аккурат у лап сестры в виде пушистого рыжего клубка.

Киара не выдержала и звонко, по-детски расхохоталась. Вся ее напускная важность вмиг испарилась, уступив место привычному озорству.

– Ну да, – сквозь смех выдавила она, – антилопы точно умрут от страха, если ты так на них выкатишься!

– Не смешно! – обиженно пискнул Кайон, выбираясь из клубка и сердито потирая ушибленное плечо. – Камень скользкий. И вообще, зачем мне ходить тихо, если я все равно не охочусь?

Киара перестала смеяться, хотя в ее глазах все еще плясали золотистые искорки. Она подошла к брату и легонько ткнулась носом в его щеку, слизывая пылинку с его носа.

– Каждый лев должен уметь ходить бесшумно, Кайон, – уже мягче сказала она. – Не только ради охоты. Иногда нужно уметь подойти к кому-то, кто попал в беду, чтобы не напугать его. Или уйти от опасности. Ты же будущий защитник, разве нет?

Слово «защитник» подействовало на Кайона магически. Его маленькое сердечко забилось чаще. Он не знал почему, но в глубине души всегда чувствовал странную тягу к тому, чтобы оберегать, спасать и быть сильным.

– Ладно, – буркнул он, поднимаясь и расправляя лапы уже без прежней театральности. – Покажи еще раз. Только медленно.

Киара улыбнулась. На этот раз она опустилась на четыре лапы, показав правильное положение суставов.

– Смотри на мои подушечки. Ты наступаешь на пятку, а нужно перекатывать вес с кончиков пальцев. Вот так. Попробуй коснуться камня так, будто это не твердая скала, а тонкий сухой лист, который нельзя сломать.

Кайон сосредоточился. Он прикусил кончик языка от усердия, медленно поднял правую переднюю лапу, вытянул ее вперед и плавно опустил подушечки на шершавую поверхность. Ни звука. Затем перенес вес, аккуратно подтянул заднюю лапу.

– Вот! Получается! – шепотом подбодрила Киара. – Теперь еще шаг. Дыши ровно, не задерживай дыхание.

Львенок сделал второй шаг, затем третий. Он чувствовал каждую песчинку под мягкой кожей пальцев, слышал шелест собственного дыхания и вдруг поймал то самое удивительное ощущение легкости, о котором говорила сестра. Он двигался как тень.

– Молодец, – искренне похвалила Киара, и в ее тоне прозвучала неподдельная сестринская гордость. – А теперь – урок второй: прыжок из засады!

– О, вот это я люблю! – оживился Кайон, моментально забыв про чинную поступь и завиляв хвостом.

– Подожди радоваться, – осадила его Киара. – Прыгнуть может любой глупый бабуин. Главное – подготовка к прыжку. Если ты выдашь себя раньше времени, твоя добыча убежит.

Она оглядела залитую солнцем площадку Скалы Предков и приметила старый сухой корень дерева, застрявший в расщелине между камней после прошлых гроз.

– Видишь ту корягу? Представь, что это... ну, скажем, очень подозрительный шакал, который проник на наши земли. Твоя задача – подобраться к нему на расстояние броска и обезвредить.

– Я с ним разберусь! – храбро крикнул Кайон и уже приготовился сорваться с места, но Киара прижала его к земле тяжелой (по меркам львят) лапой.

– Тихо ты! – шикнула она. – Я же сказала: засада. Прижмись к земле. Еще ниже. Живот должен почти касаться камня. Локти в стороны не растопыривай, подбери их под себя.

Кайон послушно распластался по террасе. Шершавый камень согревал его грудь. Он подобрал задние лапы, пружиня мышцами, и замер, не сводя глаз с узловатой коряги.

– А хвост? – строго спросила Киара, ходившая вокруг него, как строгий наставник. – Хвост куда девать?

Кайон скосил глаза назад. Кончик его хвоста с темной кисточкой весело подергивался из стороны в сторону, выдавая все его возбуждение.

– Он сам по себе шевелится! – оправдался львенок.

– А ты заставь его не шевелиться, – наставительно произнесла сестра. – В траве твой хвост будет махать, как сигнальный флаг бабуина Рафики. Прижми его к земле. Замри. Сконцентрируйся только на цели. Когда почувствуешь, что готов, считай до трех – и вперед.

Кайон затаил дыхание. Он изо всех сил постарался успокоить непослушный хвост, вдавив его в каменную пыль. В саванне на мгновение стих ветерок. Мир вокруг словно сузился до одной-единственной точки – старого серого корня. Мышцы в задних лапках налились приятной, тугой силой.

«Один... два...» – мысленно отсчитал львенок.

На счет «три» он с яростным детским рычанием толкнулся обеими задними лапами и взмыл в воздух. Прыжок получился на удивление высоким и точным. Кайон всем своим крошечным весом обрушился на деревяшку, вцепился в нее передними когтями и победоносно завалился набок, сжимая «добычу» в крепких объятиях.

– Попался, нарушитель! – пропыхтел он, кусая сухую кору.

Киара подошла к нему, склонила голову набок и с легкой улыбкой покачала головой:

– Неплохо. Очень неплохо для задохлика.

– Я не задохлик! – возмутился Кайон, выпуская корягу из лап и садясь. Шерсть на его мордочке была перепачкана серой древесной трухой, а хохолок смешно торчал набок. – Я одолел опасного зверя!

– Этот опасный зверь даже не сопротивлялся, – усмехнулась Киара. – Но прыжок был хорош. Правда, рычать перед прыжком не стоило. Настоящий шакал успел бы убежать, пока ты кричал.

Кайон смущенно опустил взгляд:

– Мне просто показалось, что с рыком звучит страшнее...

– Страшнее будет потом, когда ты вырастешь и научишься настоящему грозному рыку, – Киара села рядом и мягко провела хвостом по его спине. – А пока твой рык больше похож на чихание антилопы дикдик.

– Ах так?! – Кайон шутливо сузил глаза. – Мой рык похож на чихание?! А вот послушай!

Он набрал в легкие побольше воздуха, выпятил грудь, зажмурился и издал самый громкий, самый свирепый звук, на какой только было способно его маленькое тело:

– Мь-я-а-а-у-р-р-х!

Звук получился тонким, с легким хрипом на конце, но неожиданно звонкое эхо отскочило от сводов Скалы Предков, заставив пару сизоворонок сорваться с соседней акации и с возмущенным стрекотом взмыть в небо.

Киара удивленно моргнула, прижав уши:

– Ого. Ну... для дикдика это было громко.

Оба львенка переглянулись и одновременно покатились со смеху. Они барахтались на теплых камнях, в шутку толкая друг друга лапами и кусая за уши, совершенно забыв про королевский этикет, осанку и уроки. В этой возне не было будущей королевы и будущего лидера Львиной Охраны – были просто брат и сестра, наслаждающиеся солнечным утром в самом сердце родного дома.

Когда пыл битвы угас, они легли рядом на краю уступа, положив головы на скрещенные лапы. Солнце поднималось все выше, заливая саванну густым золотым светом. Внизу, у подножия скалы, лениво переговаривались зебры, а в прохладной тени баобабов отдыхали львицы прайда.

– Киара? – тихо позвал Кайон, разглядывая далекие туманные пики гор на краю горизонта.

– М-м? – отозвалась она, прикрыв глаза от яркого света.

– А тяжело это... быть королевой?

Киара помолчала, прислушиваясь к шелесту ветра. Ее янтарные глаза медленно открылись, отражая бескрайнее синее небо.

– Папа говорит, что тяжело, – ответила она непривычно серьезно. – Говорит, что нужно думать обо всех. О каждом жуке, о каждой травинке. Что сильный должен защищать слабого, а не обижать его. Иногда мне кажется, что это слишком сложно. Вдруг я ошибусь? Вдруг я сделаю что-то не так, и Круг Жизни сломается?

Кайон повернул голову и посмотрел на сестру. Он впервые видел в ее взгляде не озорство и не наигранную важность, а настоящую, глубокую тревогу, которую взрослые львы так старательно прячут. И в этот миг Кайон почувствовал, как внутри него вспыхнуло теплое, упрямое пламя.

Он придвинулся ближе и положил свою маленькую рыжую лапу прямо на лапу Киары:

– Ты не ошибешься. А если кто-то попытается сломать Круг Жизни или обидеть тебя... я буду рядом. Я прогоню их. Я научусь ходить тихо, прыгать далеко и рычать так громко, что все враги разбегутся!

Киара посмотрела на него – сначала с изумлением, а затем на ее мордочке расцвела теплая, искренняя улыбка. Она накрыла его лапу своей.

– Ловлю тебя на слове, малой. Защитник из тебя, может, и получится. Когда перестанешь спотыкаться о собственные задние лапы.

– Эй! Я уже не спотыкаюсь! – притворно надулся Кайон, но улыбку сдержать не смог.

Внизу послышался знакомый тяжелый шаг и мягкое урчание. К Скале Предков возвращались Симба и Нала. Король нес на морде следы легкой усталости, но шел величественно, а рядом с ним ступала Нала, оглядывая родные просторы с безмятежным спокойствием.

– Смотри, мама и папа вернулись! – воскликнула Киара, вскакивая на ноги.

– Побежали встречать! – Кайон сорвался с места, но Киара тут же окликнула его:

– Стой! А как же королевская поступь?!

Кайон затормозил, обернулся, озорно подмигнул сестре и, плавно перекатывая лапы с подушечки на подушечку, двинулся вниз по каменной тропе – абсолютно беззвучно, с гордо поднятой головой и ни капли не шелохнувшимся хвостиком.

Киара покачала головой, восхищенно улыбнулась и легкой рысцой последовала за ним. Урок определенно пошел брату на пользу, но впереди у них было еще так много дней, чтобы научиться самому главному – быть опорой друг другу под этим бесконечным небом саванны.