Ещё один новый странный мир

Шин Соён искренне полагала, что лимит пространственных аномалий, вселенских катастроф и просто идиотских происшествий на одну человеческую душу она исчерпала еще пару перерождений назад.

В самом деле, разве существует во Вселенной какая-то негласная норма? Если да, то ее персональная чаша терпения переполнилась, разбилась, склеилась обратно и снова взорвалась к чертям.

Сначала была размеренная, слегка скучная жизнь в Южной Корее, закончившаяся банальным и глупым свистом тормозов многотонного грузовика на пешеходном переходе. Затем — внезапное возвращение души в Ишгар, туда, где четыре столетия назад она почиталась как Син Леора, богиня света. Память прошлых эпох, тяжесть божественной сути, а в итоге — второе детство и шумные, вечно пьяные, разносящие все вокруг стены гильдии «Хвост феи».

Она честно отдала этому миру все свои силы. Сражалась с «Фантом Лордом», вытаскивала непутевую Эрзу из Райской башни, отбивала притязания взбалмошного Лаксуса, проспала в стазисе сферы на острове Тенрю бесконечно долгие семь лет. Потом были Великие Магические Игры, разгром драконов, расколотые Врата Затмения, отвратительные демоны Тартароса, вторжение двенадцати Спригганов, бессмертный Зереф и, наконец, безумный, разрывающий небеса Акнология.

После такого люди обычно уходят на покой. Покупают домик где-нибудь в тихой деревушке на юге Фиора, пьют чай с мятой, греются на солнце и лениво отмахиваются от газет с кричащими заголовками.

Соён тоже хотела чаю. И поспать. Желательно часов сорок подряд, завернувшись в три слоя пуховых одеял.

Вместо этого было тривиальное одиночное задание на отлов банды ренегатов-пустотников в ущельях на границе страны. Темные маги, загнанные в угол, сотворили какую-то нестабильную мерзость на стыке пространственного разрыва и древнего артефакта. Вспышка, раскол ткани мироздания, истошный визг материи — и вот она летит в никуда.

А теперь...

Соён стояла на выступе иссушенного ветром песчаника, щурясь от безжалостного полуденного солнца. Ее тонкие брови медленно поползли вверх, натянув кожу лба так высоко, насколько вообще позволяло ее хроническое состояние ленивой апатии.

– Гелиос, прошу чисто по-человечески, прибей меня, а? – тихо, с глубочайшим экзистенциальным вздохом произнесла она.

Рядом с ней сидел крупный белоснежный зверь, напоминающий благородную лисицу с необычайно длинными, пышными ушами и гибким раздвоенным хвостом. По его шерсти струились мягкие солнечные узоры, едва заметные в ярком дневном свете, а янтарные глаза смотрели вдаль с вековой мудростью, граничащей с безграничным фатализмом.

– Я сотворен для твоей защиты, моя госпожа, – невозмутимо отозвался лис бархатным, слегка вибрирующим голосом, который звучал прямо в ее сознании. – Мое естество противится актам самоубийственного насилия над собственным создателем. К тому же, если я попытаюсь тебя уничтожить, твоя святая защита отразит удар и спалит мне шерсть. Это было бы досадно.

– Тогда просто столкни меня с этого чертова обрыва, – пробормотала Соён, поправляя ремень под грудью и нервно дернув черную ленточку на вороте белоснежного жакета. – Я сделаю вид, что споткнулась.

– Твоя аура способна выдержать падение с орбиты, Леора. Хватит ныть. Посмотри лучше вниз. Это... познавательно.

Соён уныло перевела взгляд в каньон.

Пейзаж внизу категорически не вязался ни с Фиором, ни с Аракитасией, ни вообще с Земным Краем. Там не было ни травянистых долин, ни магических лесов. Только красная пыль, острые булыжники, сухой воздух, пахнущий озоном, нагретым железом и чем-то совершенно чуждым, напоминающим смесь бензина и пережженного сахара.

И там шла битва.

Не между волшебниками. Не между драконами или демонами.

Там дрались чертовы исполинские металлические чудовища.

Их было по меньшей мере шестеро. Один — массивный, громоздкий, темно-зеленого цвета, с пудовыми бронированными кулаками, которыми он только что впечатал в скалу фиолетового механического монстра с треугольной безликой оптикой. Чуть поодаль стремительной молнией металась изящная, черно-синяя фигура на двух колесах вместо ног в полутрансформации, осыпая других фиолетовых противников очередями из встроенных в манипуляторы орудий. Рядом вертелся черно-желтый механизм пониже ростом, издававший серию странных электронных трелей, свистов и гудков вместо членораздельной речи, но бьющий быстро и зло.

Они дрались насмерть. Фиолетовые механизмы — у всех на груди красовалась резкая, хищная эмблема, похожая на маску чудовища с острыми рогами, — стреляли алыми и пурпурными энергетическими сгустками. Трое других — с угловатыми, благородно очерченными знаками на корпусах — укрывались за каменными завалами, защищая контейнеры, из которых исходило пульсирующее лазурное свечение.

Грохот стоял невыносимый. Металл скрежетал о металл, энергетические заряды выбивали в песчанике аккуратные оплавленные дыры, оставляя следы кипящей лавы, а эхо разносило звуки пальбы по всему ущелью.

– Что это за големы? – прищурилась Соён. Ее черные глаза, глубокие и темные, скользнули по пропорциям машин. – Автомагия? Магия переоснащения в гипертрофированной форме? Механизированные доспехи гильдии «Кватро Цербер»? Нет, чушь какая-то. В них нет эфирных узлов.

– В них вообще нет магии в привычном нам понимании, – задумчиво протянул Гелиос, поднимаясь на четыре лапы и подходя к самому краю обрыва. Ветер трепал его густую гриву. – Но они живые. Их искры... Я чувствую биение сознания внутри этих титанических корпусов. Чистая энергия, холодный разум, воля к победе. И ярость. Очень много древней ярости.

– Прелестно, – вынесла вердикт Соён. – Просто восхитительно. Мы провалились в мир, где разумные чайники переростков расстреливают друг друга из лазерных пушек. Знаешь, что мы сделаем?

– Окажем посильную помощь стороне, уступающей числом? – с тонкой иронией предположил дух.

– Мы развернемся, найдем тень, и я лягу спать. Сами разберутся. На мне нет знака спасателя этой планеты. Я в отпуске. Бессрочном, мать его, отпуске.

– Боюсь, госпожа, твой отпуск откладывается, – невозмутимо заметил лис.

В этот момент один из фиолетовых гигантов — у него за спиной были сложены острые крылья, напоминающие детали летательного аппарата — резко отпрыгнул от взмаха булавы зеленого бронированного великана. Отскок был слишком резким; лазерный залп, предназначенный желтому шустрому роботу, сорвался с дула его пушки и взмыл по диагонали прямо вверх.

Удар пришелся точно в основание каменного козырька, на котором обосновались Соён и Гелиос.

Раздался оглушительный треск. Сухой песчаник раскололся, словно пересохший сухарь, порода под ногами волшебницы заходила ходуном и с грохотом рухнула вниз вместе с многотонной лавиной пыли и щебня.

– Да чтоб вас всех переплавили на ложки! – в сердцах выдохнула Соён, плавно соскальзывая с падающей каменной плиты.

Падение с высоты тридцати метров не вызвало у нее даже малейшего выброса адреналина. Слишком много раз ее швыряли сквозь горы и небоскребы. В полете она сгруппировалась, активировала легкий импульс магии под подошвами низких черных ботинок, смягчая воздух, и мягко приземлилась прямо в центре поля боя — в облаке поднявшейся терракотовой пыли.

Гелиос спланировал рядом, его лапы коснулись земли бесшумно, будто сотканные из лунного тумана.

На секунду в каньоне воцарилась абсолютная, почти осязаемая тишина.

Стрельба прекратилась. Огромные металлические головы синхронно повернулись в сторону оседающей пыли. Синие, желтые и багровые оптические сенсоры уставились на миниатюрную фигурку, возникшую из ниоткуда.

Девушка невысокого роста. Черные волосы необычной формы — верхняя шапочка аккуратного каре и длинные, струящиеся до самых бедер темные пряди. Белый открытый жакет, контрастные золотые вставки на шортах, белые перчатки, хитросплетение ремней на тонком теле и ярко-желтая татуировка птицы с хвостом на левой ноге. Она казалась пылинкой рядом с этими стальными колоссами. Хрупкой, органической, смехотворной пылинкой.

– Человек?! – раздался резкий, удивленный женский голос с явными металлическими обертонами.

Это говорила черно-синяя фембот, застывшая с поднятыми бластерами.

– Откуда здесь органика?! – пробасил массивный зеленый робот, судорожно оглядываясь. – Бамблби, ты сканировал периметр?!

Желтый механоид издал паническую серию электронных писков, сопровождаемых нервным разведением манипуляторов: мол, «Клянусь шестерней, там никого не было!»

– Уничтожить свидетеля, – сухо проскрежетал один из фиолетовых солдат, без малейших колебаний перенаправляя спаренное дуло тяжелой пушки прямо на стоящую посреди хаоса девушку. – Десептиконы, огонь!

Ослепительный фиолетовый сгусток плазмы, способный расплавить бронелист тяжелого танка, сорвался с орудия и устремился прямо в грудь Соён.

– Нет! – крикнула синяя воительница, бросаясь вперед, но расстояние было слишком велико.

Соён даже не шелохнулась. Ее лицо оставалось непроницаемо-спокойным, а в черных глазах мелькнуло лишь глухое, бесконечное раздражение.

– Гелиос. Меч.

– Слушаюсь, моя госпожа.

Белый дух-лис растворился в воздухе ослепительной золотой вспышкой. Свет сконденсировался прямо в правой ладони Соён, вытягиваясь в тонкую, смертоносную линию. Секунда — и в ее руке лежала изящная рапира с эфесом в форме распустившегося солнечного цветка, от лезвия которой исходило ровное, теплое сияние.

Когда плазменный заряд был уже в полуметре от ее лица, Соён сделала неуловимо быстрое, ленивое полудвижение кистью.

Вжих!

Тончайший клинок света рассек воздух. Фиолетовый сгусток смертоносной энергии был аккуратно разрублен надвое, разлетелся безвредными искрами по бокам от волшебницы и с шипением погас в пыли.

В каньоне снова повисла мертвая тишина, прерываемая лишь гудением трансформаторов.

– Что... во имя Великой Искры... – ошарашенно выдавил зеленый автобот, роняя манипулятор.

– Это было некрасиво, – негромко произнесла Соён. Ее голос, не усиленный никакой электроникой, разнесся по ущелью с пугающей, кристальной четкостью благодаря божественной ауре. – Вы разрушили мою удобную скалу. Вы напылили мне на жакет. А теперь вы пытаетесь в меня стрелять.

Она медленно подняла рапиру, указав сияющим острием на стрелявшего десептикона.

– Я хотела спать. Вы совершили фатальную ошибку, консервные банки.

– Ликвидировать органику! – взревел фиолетовый командир звена, трансформируя оба манипулятора в крупнокалиберные пулеметы.

Трое десептиконов открыли шквальный огонь. На маленькую фигурку обрушился настоящий свинцово-энергетический град.

– Осторожно! – крикнула синяя воительница, но ее голос потонул в грохоте взрывов.

Впрочем, кричать было не о чем.

Соён исчезла. На том месте, где она стояла доли секунды назад, остался лишь тающий золотистый след.

– Где она?! – закрутил оптическими сенсорами один из солдат десептиконов.

– Сверху, болван, – раздался холодный голос прямо над его аудиодатчиками.

Соён находилась в воздухе, зависнув на высоте десяти метров над землей вопреки всем законам физики. Вокруг нее материализовались десятки светящихся золотых клинков, сотканных из чистейшей магии света. Они вибрировали, издавая гул, похожий на пение тысяч колоколов.

– Магия контроля клинка: Сноп рассвета, – тихо скомандовала она.

Девушка сделала плавный взмах свободной левой рукой в белой перчатке.

Световые клинки сорвались с траектории. Они не просто ударили — они двигались с грацией живых существ, облетая препятствия, пробивая броню десептиконов в уязвимых сочленениях, срезая стволы орудий и прошивая металлические корпуса насквозь.

Раздался металлический визг. Один из фиолетовых роботов рухнул на колени, его руки-пушки были чисто срезаны у самых плечевых шарниров, а из разрезов брызнуло густое, светящееся голубое вещество — энергон.

– Это не человек! – запаниковал выживший вехикон, пятясь назад и судорожно пытаясь активировать трансформацию в истребитель. – Это аномальное оружие автоботов!

– Слишком много шума, – поморщилась Соён, плавно опускаясь обратно на землю. Ее походка была обманчиво расслабленной, будто она прогуливалась по набережной Магнолии. – Гелиос, лук. Нам нужно заканчивать этот цирк, у меня начинает болеть голова.

Рапира в ее руке изогнулась, переливаясь жидким золотом, и перестроилась в монументальный, сотканный из лучей Священный лук. Тетива натянулась сама собой, порождая сияющую стрелу толщиной с руку взрослого мужчины.

Трансформировавшийся десептикон взревел реактивными двигателями, отрываясь от земли и надеясь уйти в стратосферу на сверхзвуковой скорости.

Соён даже не прицелилась толком. Взгляд полуприкрытых черных глаз скользнул по улетающей машине, пальцы разжались.

– Пронзи.

Стрела света ушла в небо с хлопком, преодолевшим звуковой барьер. Она не оставила цели ни единого шанса: прошив корпус истребителя от кормы до носового обтекателя, стрела детонировала его внутренние топливные баки. В небе вспыхнуло ослепительное облако голубого пламени, осыпавшееся на дно каньона безвредным пеплом и мелкими оплавленными обломками.

Оставшиеся два десептикона застыли, словно их процессоры испытали критическую перегрузку.

Соён медленно повернула голову в их сторону. Золотой лук в ее руках снова распался искрами, и рядом мгновенно материализовался белый лис, невозмутимо зевнувший и продемонстрировавший острые зубы.

– Вы еще здесь? – с искренним недоумением спросила девушка. – Или вам требуется персональное приглашение на переплавку?

Вехиконы переглянулись. В их простых процессорах боевых дронов инстинкт самосохранения внезапно взял верх над протоколами связи. Они синхронно трансформировались в приземистые фиолетовые седаны и с безумным ревом моторов рванули по каньону прочь, поднимая за собой шлейфы пыли, лишь бы оказаться как можно дальше от жуткого белого создания.

– Трусня, – фыркнула Соён, опуская руки в карманы шорт.

Она потянулась всем телом, сладко хрустнув позвонками, и тяжело вздохнула.

– Ну вот. Теперь жакет стирать. И обувь чистить. Гелиос, я ненавижу песок. Он скрипит на зубах.

– Это характерное свойство пустынь, госпожа, – философски заметил дух, усаживаясь рядом и обвивая лапы пушистым хвостом. – Зато ты размялась. Твои магические каналы после пространственного перехода были слегка забиты. Теперь циркуляция эфира в норме.

– Очень утешает. Просто сказочно.

Она развернулась, собираясь поискать какой-нибудь валун поудобнее, чтобы присесть и спокойно подумать о превратностях судьбы, но тут тяжелая тень накрыла ее с головой.

Соён лениво подняла взгляд.

Трое оставшихся гигантов — автоботы — стояли полукругом, глядя на нее сверху вниз с таким выражением оптических сенсоров, какое у людей бывает при встрече с привидением, танцующим чечетку.

Синяя воительница осторожно опустила руки, убирая бластеры обратно в предплечья. Ее фейсплейт выражал абсолютное, непередаваемое потрясение.

– Ты... ты кто такая? – выдавила она наконец. Голос ее звучал почти растерянно. – Человек? Но люди не могут... Ты только что в одиночку разнесла боевое крыло десептиконов за сорок секунд холодным оружием и... световыми лучами?!

Зеленый великан, осторожно подойдя ближе, опустился на одно колено, чтобы оказаться на одном уровне с Соён. Земля под его весом слегка вздрогнула.

– Эй, Арси, может, это какой-то проект MECH? – гулким басом проговорил он, с опаской косясь на белого лиса. – Киборг? Экзоскелет с голографической маскировкой? Но я не слышу работы сервоприводов. Только... биение сердца. Одно обычное органическое сердце.

Желтый автобот издал вопросительную серию мелодичных щелчков, наклонив голову набок, словно пытаясь разглядеть Соён со всех ракурсов.

Соён скептически окинула взглядом троицу. Она не ощущала от них враждебности — только растерянность, защитный инстинкт и глубокий, шокированный трепет. Знакомое чувство. Примерно так же на нее смотрели члены гильдии «Саблезубый тигр», когда она впервые вышла на арену Великих Магических Игр.

– Нет, я не проект, – устало отозвалась Соён на чистом общем наречии Ишгара, но, к ее удивлению, механизмы ее поняли без труда — видимо, встроенные универсальные переводчики работали безупречно. – И не киборг. Меня зовут Шин Соён. Я маг. Волшебница. Человек. И у меня выдалась отвратительная неделя, плавно перетекшая в кошмарный день. Так что, если вы не собираетесь в меня стрелять, как те фиолетовые психопаты, будьте любезны, ответьте на один простой вопрос.

Она скрестила руки на груди, уперев взгляд черных глаз в оптику синей фембот.

– Где мы находимся? Какой это континент? И как далеко отсюда до Магнолии или хотя бы до Крокуса?

Автоботы переглянулись.

Бамблби издал тихий, печальный свист, отдаленно напоминающий сдувающийся воздушный шарик.

– Магнолия? – переспросила Арси, недоуменно нахлестнув надбровные дуги. – Никогда не слышала о таком городе. Ты в штате Невада. Соединенные Штаты Америки. Планета Земля.

Соён застыла.

Она медленно закрыла глаза. Внутри ее разума воцарилась идеальная, вымороженная тишина.

Земля.

Не Земной Край. Не Эдолас. Не мир Звездных Духов.

Земля. Невада. США.

Она вспомнила свою первую жизнь в Сеуле. Уроки географии. Карту мира. Высокие стеклянные башни небоскребов, асфальт, спутники на орбите, интернет... и полное, тотальное, абсолютное отсутствие магии.

Но в ее прошлой Корее не было инопланетных боевых роботов, сражающихся за светящиеся кристаллы.

– Значит, не Ишгар, – шепотом констатировала Соён.

– И даже не твой прежний мир без волшебства, – добавил Гелиос, подходя к ней вплотную и уткнувшись теплым носом в ладонь хозяйки. – Судя по излучению этих механизмов и плотности пространства, мы где-то в совершенно иной ветке реальности. Параллельное измерение технологического типа.

– Превосходно, – Соён открыла глаза. Взгляд ее был пуст, как кошелек Нацу после масштабного ремонта города. – Просто потрясающе. Гелиос, я официально заявляю: мироздание надо мной издевается.

– Я бы не стал исключать этот вариант, госпожа, – дипломатично согласился лис.

– Эй! – окликнул ее зеленый гигант. – Ты в порядке, малая? Выглядишь так, будто у тебя процессор завис.

– Мой процессор в идеальном состоянии, просто он перегрелся от переизбытка абсурда, – огрызнулась Соён, потирая виски пальцами в перчатках. – Ладно. Железные люди. Или кто вы там такие. Раз уж мы выяснили, что я бесконечно далеко от дома, объясните мне: какого черта вы тут устроили? Кто были те парни с фиолетовыми значками? И почему вы выглядите так, будто вас собрали на военном заводе богов-кузнецов?

Арси сделала полшага вперед, опустив плечи. Ее манеры стали сдержаннее, напряжение уступило место осторожному интересу.

– Мы — Автоботы. Автономные роботизированные формы жизни с планеты Кибертрон. Те, кто пытался тебя убить — Десептиконы. Наша планета мертва из-за многовековой гражданской войны, и теперь эта война перекинулась на Землю. Мы защищаем эту планету и человечество от их лидера, Мегатрона.

– Инопланетяне, – констатировала Соён, даже бровью не поведя. – Замечательно. С демонами дралась, с драконами дралась, с богами дралась. Теперь инопланетяне. Коллекция закрыта, можно умирать спокойно.

– Ты... ты не боишься нас? – с явным недоверием спросил Балкхэд, оглядывая ее хрупкую фигуру. – Обычные люди обычно начинают кричать, падать в обморок или вызывать военных, когда видят нас в первый раз.

– Милый мой великан, – с кривой усмешкой ответила Соён, – я состояла в гильдии, где полуголый парень с ледяным созиданием дрался на кулаках с розоволосым парнем, который питается огнем и ревет драконьим пламенем, пока мимо них пролетала синяя говорящая кошка с крыльями. Чтобы напугать меня трехметровым куском разумной стали, вам придется очень, очень сильно постараться.

Бамблби весело защелкал и запищал, явно оценив ответ. Арси лишь покачала головой, скрестив тонкие металлические руки на груди.

– В любом случае, мы не можем оставить тебя здесь, – твердо произнесла воительница. – Ты раскрыла себя. Десептиконы видели, на что ты способна. Если они сообщат Мегатрону или Старскриму, на тебя откроют охоту. К тому же... ты не обычный человек. Мы должны доставить тебя на базу. К нашему командиру.

Соён подозрительно прищурилась:

– К командиру? У вас есть еще более крупный чайник?

– Оптимус Прайм — не чайник, – с оттенком искреннего уважения и скрытой угрозы отрезала Арси. – Он лидер автоботов. И поверь мне, тебе лучше поговорить с ним, прежде чем ты решишь бродить по американской пустыне в таком виде. Здесь жара днем и ледяной холод ночью. У тебя нет ни припасов, ни укрытия.

– У меня есть божественная магия и карманное измерение в подсумке, – парировала Соён, похлопав по белой сумке на поясном ремне. – Но... – Она огляделась по сторонам. Бескрайние рыжие каньоны тянулись до самого горизонта. Ни травинки, ни ручья, ни единого признака цивилизации. Только палящее солнце, раскаляющее металл и песок. – Пешком идти мне лень. Катастрофически лень.

– Значит, ты согласна? – уточнил Балкхэд.

– Я согласна на бесплатную поездку с кондиционером, – уточнила Соён. – Но если кто-то из вас попытается посадить меня в клетку, разобрать на опыты или снова выстрелит в меня из лазерной пушки — я нарежу ваш командный состав на аккуратные консервные банки и построю из них беседку. Мы поняли друг друга?

Гелиос позади нее тихо зарычал, и от этого рыка, наполненного первородной святой силой, по броне автоботов пробежала волна статических искр, заставив датчики внутри их корпусов тревожно замигать желтым светом.

Арси прищурила оптику, но кивнула:

– Справедливо.

Она приложила пальцы к височному коммуникатору.

– Арси — базе. Рэтчет, операция завершена. Энергон у нас, но у нас непредвиденные обстоятельства высшего приоритета. Запрашиваю Земной мост. И позови Оптимуса.

– Что значит «непредвиденные обстоятельства»? – раздался из коммуникатора сварливый, пожилой голос, переполненный помехами. – Вы снова притащили людей? Мало нам Мико, Джека и Рафа?! Балкхэд опять что-то сломал?!

– Нет, Рэтчет. Просто открывай портал. Увидишь сам.

Через пару секунд в нескольких метрах от них пространство дрогнуло.

Воздух разорвало ослепительным зеленовато-голубым свечением, закручивающимся в гигантскую световую воронку, источающую мощные электромагнитные импульсы. Потоки ветра закружили пыль, трепля полы жакета Соён и струящиеся пряди ее волос.

Девушка с профессиональным интересом мага оглядела аномалию.

– Пространственные врата на искусственной основе. Без эфирного якоря, чисто на искривлении силовых линий... Грубовато, но функционально. В гильдии магии переправки оценили бы.

– Прошу, после вас, – Арси жестом указала на портал.

– Пошли, Гелиос. Посмотрим на их логово, – вздохнула Соён, лениво шагая вперед навстречу кружащемуся свету. – Надеюсь, у них хотя бы найдется диван. Если у этих инопланетян нет мягкой мебели, я объявлю им войну.

– Твой уровень драматизма растет с каждой новой вселенной, Леора, – хмыкнул лис, ступая следом за ней в гудящую воронку.

Портал сомкнулся, оставив за собой лишь оседающую пыль каньона и оплавленные останки десептиконских истребителей, тихо потрескивающие на безжалостном солнце Невады.