Убийца Волшебников и команда Мстителей (новая версия)

Утро в Башне Мстителей пахло жареным беконом, свежемолотой арабикой и надвигающейся головной болью.

Гарри стоял у массивной плиты из нержавеющей стали, повязав поверх мятой черной футболки темно-бордовый фартук. На фартуке красовалась нелепая надпись: «Поцелуй повара или получи пулю в колено». В левой руке он виртуозно крутил тяжелую чугунную сковороду, подбрасывая идеальный омлет с грибами и зеленым луком, а правой нажимал рычаг итальянской кофемашины, которую сам же пересобрал два дня назад, выкинув половину «умных» чипов Старка, мешавших воде нормально закипать.

– Ты опять перепаял клапаны высокого давления, Поттер? – раздался от дверей сухой, насмешливый голос.

Гарри даже не обернулся. Только лениво прикрыл один глаз, напоминая уставшего от жизни самурая, которому вместо битвы на мечах поручили чистить репу на храмовой кухне.

– Клапаны Тони были сделаны для создания идеальной пенки в условиях невесомости, мисс Романов, – невозмутимо отозвался юноша, щелкнув пальцами. – А я просто хотел выпить нормальный кофе, который не пытается передать мои вкусовые предпочтения на серверы Пентагона.

Наташа Романов бесшумно вошла в просторную кухню пентхауса. В обтягивающем сером спортивном костюме, со слегка влажными после утренней тренировки рыжими волосами, Черная Вдова выглядела смертоносно и потрясающе одновременно. Она оперлась локтями о мраморную столешницу острова и прищурилась, изучая парня.

– Тони полчаса ворчал в мастерской, что Джарвис потерял контроль над тостером.

– Тостер теперь готовит хрустящие тосты, а не расщепляет хлеб на кварки, – фыркнул Гарри, ловко скинув омлет на широкую тарелку и пододвинув ее шпионке вместе с дымящейся фарфоровой чашкой. – Ешьте, опекун. И скажите спасибо, что я не заставил Халка дежурить у посудомойки. В прошлый раз Беннер чуть не расплакался, когда зеленый раздавил третий сервиз династии Мин.

Наташа взяла вилку, с удовольствием вдохнув аромат. В ее взгляде промелькнула едва заметная теплота, скрытая за профессиональной броней суперагента.

Она до сих пор помнила день их первой встречи в Нижнем Ист-Сайде. Ее винтажный «Шевроле Корвет» заглох на перекрестке из-за редкой поломки карбюратора и перебитой проводки. Пока Наташа прикидывала, сколько агентов Щ.И.Т.а вызвать для транспортировки раритета, из тени переулка вынырнул этот странный парень: черное длинное пальто нараспашку, небрежная походка, ленивый прищур зеленых глаз и аура человека, который повидал столько смертей, сколько не снилось ветеранам горячих точек.

Он молча достал из кармана гаечный ключ, пассатижи и обычную канцелярскую скрепку. Через четыре минуты двигатель мурлыкал, как сытый тигр. А через пять Наташа заметила под полой его пальто скрытые кобуры с модифицированными «Береттами» М92, самодельные подсумки с патронами странной гравировки и явный, ни с чем не сравнимый почерк профессионального ликвидатора.

Разговор тогда не задался. Гарри попытался нагло увильнуть в стиле какого-нибудь пьяного бродяги, притворившись идиотом. Пришлось применить старый добрый русский захват, выкрутить руку, взять парня за ухо и за шкирку запихнуть на пассажирское сиденье. Его комичные причитания о «нарушении прав свободных наемников» и «жестоком обращении с бедными сиротками» заставили даже ее хладнокровные губы дрогнуть. Проверка по базам данных выдала зияющую пустоту: никаких отпечатков, никакой истории в магловском мире, лишь призрачные слухи британской резидентуры о тайных разборках в Лондоне.

Наташа просто оформила над ним опеку. Официально – чтобы держать опасного элемента под контролем. Неофициально… Ей слишком хорошо был знаком этот взгляд. Взгляд брошенного оружия, которое решило стать человеком.

– Босс, если ты не дашь мне рыбы прямо сейчас, я загрызу эту металлическую птицу, которая каркает за окном! – послышался капризный девичий голос с дивана в гостиной.

В следующее мгновение воздух подернулся маревом, и прямо на кухонный стол грациозно спрыгнула девушка с длинными темными волосами и пушистыми кошачьими ушками, нервно подергивающимися на макушке. Химари Нойхара сидела на корточках, одетая в легкое традиционное кимоно, едва прикрывающее стройные бедра, а ее рука привычно покоилась на рукояти катаны.

– Химари, сколько раз повторять: со стола – брысь, – лениво протянул Гарри, даже не моргнув, и тут же щелкнул ее по кончику носа. – И Джарвис – не птица, а искусственный интеллект. Попробуешь его сгрызть – сломаешь зубы, а стоматологи в Нью-Йорке стоят столько, что мне придется ограбить банк в Квинсе.

– Ты жесток, хозяин! – надула губы аякаши, но с ловкостью дикой кошки соскользнула на пол и потерлась щекой о плечо Гарри, довольно мурлыча. – Но этот стейк из лосося… м-м-м, ты божественно готовишь. Намного лучше, чем те британские кретины из твоего поместья.

Наташа лишь слегка приподняла бровь, глядя на духа-фамильяра. К эксцентричному окружению Гарри в Башне уже привыкли. Даже Тор, заглянувший неделю назад за порцией жареного мяса, уважительно приветствовал кошачью демоницу как воительницу Вальхаллы.

– Доброе утро, – тихий, бархатный голос заставил воздух на кухне едва заметно задрожать от всплеска чистой, хаотической энергии.

В помещение вошла Ванда Максимофф. Алая Ведьма выглядела сонной, кутаясь в свободный вишневый кардиган. Ее растрепанные каштановые волосы падали на плечи, а в глазах еще плясали отзвуки недавних кошмаров. Но стоило ей вдохнуть запах травяного чая, который Гарри предусмотрительно пододвинул на край стола, как напряжение в ее тонких плечах растаяло.

– С мятой, мелиссой и щепоткой сушеного луноцвета, – мягко произнес Гарри, окинув Ванду внимательным взглядом. – Снимает ментальное перенапряжение лучше любых успокоительных Старка.

– Спасибо, Гарри, – Ванда слабо улыбнулась, обхватив теплую кружку ладонями. Тонкие алые искорки пробежали по ее пальцам, но тут же угасли, успокоенные мягкой аурой юноши.

Она села напротив Наташи. Между Вандой и Гарри существовала странная, почти телепатическая связь. Оба были носителями древней, пугающей силы, которую не понимали окружающие; оба знали, каково это – быть чудовищем в глазах тех, кто обязан был защищать.

Гарри опёрся бедром о край тумбы, вытирая руки полотенцем. Его взгляд скользнул по панорамному окну, за которым шумел просыпающийся Нью-Йорк – город стекла, бетона и ревущих сирен. Совсем не похожий на туманные пустоши Шотландии.

Совсем не похожий на Годрикову Лощину.

В памяти сама собой всплыла ночь, с которой все началось.

---

31 октября Годрикова Лощина утопала в предсмертном хрипе древней магии.

Гарри тогда было всего пятнадцать месяцев. Маленький ребенок не должен был помнить ничего, но магия древнего рода Поттеров и ледяное пламя, дремавшее в его венах, запечатлели каждую секунду с пугающей четкостью.

Он помнил, как Чарлус Поттер, его дед, дрался как раненый дракон, осыпая Волан-де-Морта темными семейными проклятиями, пока «Авада Кедавра» не оборвала его дыхание в прихожей. Помнил Дорею – урожденную Блэк, гордую и беспощадную. Она не молила о пощаде. Она запечатала дверь в детскую, начертила собственной кровью древний круг и приняла дуэль с Темным Лордом. Дорея сражалась яростно, трансфигурируя каменные стены и выпуская черное пламя предков, но старость и предательская одышка подвели ее. Лорд оказался быстрее.

А затем дверь разлетелась в щепки.

Том Реддл стоял над колыбелью. Безносый урод с глазами цвета свежей венозной крови. Гарри помнил шелест его мантии, запах паленой плоти и поднятую тисовую палочку.

– Ну что ж, детишки… – прошипел монстр.

И в этот миг внутри маленького Гарри что-то лопнуло. Словно треснул многовековой ледник. Его глаза – изумрудные, чистые – внезапно выцвели до мертвенно-серого, морозного серебра. Воздух в детской упал ниже абсолютного нуля. Пол покрылся инеем за долю секунды.

Волан-де-Морт замер. С его губ сорвался испуганный выдох, когда кристально чистый, древний лед начал с треском пожирать его ноги, поднимаясь к бедрам, сковывая грудь. Темный Лорд яростно хлестнул палочкой, пытаясь вызвать адский огонь, но стихия первородного Мороза не знала законов современной магии. Она просто поглотила его пламя. Через три секунды величайший кошмар Британии превратился в ледяную статую с застывшим воплем ужаса на лице.

А затем лед взорвался.

Ударная волна разметала комнату. Взрывом разнесло массивные дубовые стулья, и одна из острых деревянных щепок полоснула по лбу мирно спавшего Годрика, оставив рваную царапину в форме буквы «V». Черный бесплотный дух Реддла, визжа от бессильной ярости, метнулся к окну, зацепив частицей своей расколотой души открытую рану на лбу второго близнеца.

Сам Гарри рухнул на дно кроватки, захлебываясь в жесточайшем магическом истощении. Его аура была выжжена дотла.

И когда в дом с треском ворвались запыхавшиеся Джеймс и Лили в сопровождении Дамблдора и Сириуса, старый директор сразу же обратил свой взор на плачущего Годрика и кровоточащую букву «V» на его лбу.

– Годрик Поттер стал Мальчиком-Который-Выжил, – торжественно провозгласил старик с бородой, похожей на запыленный парик. – Именно он отразил удар и победил Тьму!

Никто не взглянул на бледного, едва дышащего первенца. Никто не проверил его истощенные магические каналы. С этой минуты для них существовал только один сын. Герой. Избранный. Надежда Магической Британии.

Гарри рос как сорняк у подножия чужого памятника.

Его растили домовики. Эльфы перевязывали ему сбитые коленки, эльфы читали ему старые сказки, пока в парадной зале внизу гремели балы в честь Годрика. Портреты предков – суровые воины времен Столетней войны – учили его фехтованию и жестокой правде жизни: «Если ты слаб – тебя сожрут. Если ты зависишь от палочки – тебе сломают пальцы».

Когда ему исполнилось одиннадцать, он понял: в мире волшебников выживают не святые. В Хогвартсе, поступив на Когтевран назло отцу, требовавшему идти за братом в Гриффиндор, Гарри быстро нашел общий язык с теми, кто привык думать головой. Он подружился с Пенелопой Кристалл, которая стала для него той старшей сестрой, которой у него никогда не было.

А потом случился второй курс. Василиск.

Когда монстр начал ползать по трубам, Гарри не стал надеяться на директора. Он провел расследование. Вместе с Чо Чанг, застигнувшей его в библиотеке, они вычислили чудовище. И когда из темноты коридора на них сверкнули желтые смертоносные глаза, Гарри не достал палочку.

Он выхватил тяжелый советский ТТ-33, купленный через подставных лиц у гоблинов, зажмурился и на чистом слухе всадил четыре бронебойные пули прямо в глазницу твари. Визг ослепленного змея сотряс замок до основания.

Именно тогда Чо свела его со своим дядей – мистером Чангом из Гонконгской триады. Чанг разглядел в мальчишке редкий талант и свел с нужными людьми. Гарри учился в перерывах между каникулами: в Таиланде, в трущобах Роанапура. Стрельбе по-македонски, стилю «ган-ката» и полному хладнокровию его обучали лучшие чудовища магловского подполья: железная леди Балалайка и ее десантники из «Отеля Москва», безумная Реви, Карен Лоу и молчаливая Майя Хисау – ученица легендарного Кирицугу Эмии.

От них Гарри перенял цинизм, практичность и железное правило: «Палочка хороша для быта, но свинец летит быстрее любого “Экспеллиармуса”».

В шестнадцать лет он уже был известен в узких кругах как Ученик Убийцы Магов. На Святочный бал он пошел с Су Ли, которая научила его тонкостям рукопашного боя без магии, а затем…

Затем наступило кладбище Литтл-Хэнглтона.

---

21 июля 2015 года.

Гарри помнил запах сырой земли и гнили. Возродившийся Волан-де-Морт стоял в окружении своих верных псов. Годрик, избитый, заплаканный, дрожал у надгробия, судорожно сжимая палочку и бормоча нелепые парализующие чары, которым его учил Дамблдор. Темный Лорд смеялся, пытая «избранного» Круциатусом, превращая героического мальчика в визжащую груду костей.

– А теперь посмотрим на тебя, мусор семьи Поттеров, – осклабился змееликий, повернувшись к Гарри.

Это была его фатальная ошибка.

Гарри не стал вставать в дуэльную стойку. Он не стал кланяться.

Он просто скользнул вперед, выхватывая из-под длинного пальто две модифицированные «Беретты» со скошенными компенсаторами отдачи. Загрохотал огонь.

Гарри двигался как танцор смерти – низкие перекаты, развороты на триста шестьдесят градусов, стрельба с двух рук без единого промаха. Первый выстрел – разрывной серебряный патрон с примесью толченого берилла – разнес колено Люциуса Малфоя, второй пробил его кисть, выбив палочку. Разворот – две пули в лоб Макнейру. Подкат – пуля в висок Гойлу-старшему, дуплет в грудь Крэббу. Близнецы Кэрроу попытались поставить щиты, но зачарованный свинец прошил «Протего», как гнилую ткань, превратив их черепа в кровавое месиво.

Волан-де-Морт взвыл, когда две пули вошли ему в плечо и бедро, вырывая куски гомункуловской плоти. Темная кровь брызнула на древние камни. Испуганный, не понимающий, как жалкие железки игнорируют его древнюю защиту, Темный Лорд приказал отступать и с позором растворился в черном дыме вместе с выжившими приспешниками.

Гарри тогда разбудил стонущего брата, всунул ему в руки Кубок-портал и вернулся в Хогвартс.

А дальше был цирк.

Годрик, едва оправившись от шока, перед лицом министра, репортеров и родителей надменно заявил, что «вступил в грандиозную дуэль с Реддлом и заставил того бежать, пока Гарри в панике прятался за могилами». И ему поверили. Джеймс сиял от гордости, Лили плакала от счастья, Дамблдор довольно поглаживал бороду. Никто даже не взглянул на окровавленные гильзы, которые Гарри молча сжимал в кармане.

И той же ночью Гарри собрал вещи.

---

Разговор в гостиной Поттер-мэнора до сих пор отдавался на языке металлическим привкусом пороха.

– Гарри, куда ты? Зачем тебе чемоданы? – испуганно спросила тогда Лили, преграждая ему путь к камину.

– Я ухожу. Навсегда, – спокойно ответил он, проверяя застежки на дорожной сумке, где лежали чертежи его мистических кодов и переделанное оружие.

– Не говори глупостей! – рявкнул Джеймс, нахмурив брови. – Ты завидуешь брату! Потерпи поражение с честью, Годрик спас твою шкуру! Темный Лорд вернется, и ради высшего блага ты останешься здесь, вступишь в Орден и будешь служить щитом для своего брата. Это мой приказ как главы Рода!

– Твой приказ? – Гарри тогда рассмеялся. Громко, искренне, безумно, копируя ядовитую усмешку Данте из старых видеоигр. – Ты слепец, Джеймс. Твой драгоценный Годрик обмочился при виде первой же вспышки Круциатуса. Я перебил половину внутренней свиты Реддла, пока твой «герой» пускал сопли в грязь. Но вам же плевать. Вам нужна красивая сказка.

– Молчать! – Джеймс вскинул палочку, целясь сыну в грудь. – Положи палочку на стол. Сейчас же. Ты никуда не пойдешь.

Гарри медленно, издевательски послушно вытащил деревянную палочку из кармана и бросил ее на кофейный столик.

– А теперь сядь на диван, и мы…

Джеймс не успел договорить.

Движение Гарри было смазанным, нечеловечески быстрым. За долю секунды из наплечной кобуры выскользнула тяжелая «Беретта». Грохот выстрела разорвал тишину благородного поместья. Девятимиллиметровая пуля пробила правое плечо Джеймса Поттера, дробя ключицу. Глава рода с криком рухнул на персидский ковер, роняя палочку. Кровь брызнула на антикварные обои.

– Джеймс! – истошно завопила Лили, вскидывая палочку.

Но не успела она произнести и слога, как из воздуха за ее спиной материализовалась Химари. Тонкое лезвие катаны замерло в миллиметре от сонной артерии миссис Поттер, срезав прядь рыжих волос.

– Дернешься, женщина, и твоя голова покатится к камину быстрее, чем ты моргнешь, – промурлыкала кошачья демоница с леденящей душу улыбкой хищника.

Лили застыла, побелев как полотно. Ее руки мелко дрожали.

– Гарри… сынок… пожалуйста… – прошептала она, глядя в холодные, чужие глаза старшего сына.

– Сынок? – Гарри перезарядил пистолет, щелкнув затвором. Звук эхом отдался в застывшей комнате. – Вы забыли это слово четырнадцать лет назад. Меня вырастили эльфы, мертвые предки и наемники с большой дороги. Вы хотели оружие для своего драгоценного мальчика? Вы вырастили чудовище. Но принадлежать вам я не стану.

Он шагнул к камину, взяв чемоданы.

– Если я еще раз увижу кого-то из вас на своем пути… я не стану стрелять в плечо.

Зеленое пламя «летучего пороха» взметнулось вверх, навсегда стерев Гарри Поттера из магической летописи Великобритании.

---

– Земля вызывает Гарри Поттера! – перед его носом пощелкали пальцами.

Гарри моргнул, стряхивая морок воспоминаний. Перед ним стоял Питер Паркер. В своей неизменной дурацкой толстовке, со съехавшим набок рюкзаком и маской Человека-Паука, торчащей из кармана куртки.

– Опять витаешь в облаках, шеф? – усмехнулся Питер, бесцеремонно хватая с тарелки кусок остывающего тоста. – М-м-м, боже, Поттер, если ты когда-нибудь бросишь это геройское дело, открой закусочную в Куинсе. Тетя Мэй готова душу продать за твой яблочный пирог.

– Если я открою закусочную в Куинсе, ее через два дня разнесет какой-нибудь Носорог или Шокер, – фыркнул Гарри, сдергивая фартук и вешая его на крючок. – Чего приперся так рано, паутина ходячая? У тебя разве нет школы?

– Вообще-то, сегодня суббота! – возмутился Питер. – И во-вторых, мы с Эм-Джей договаривались встретиться в библиотеке, чтобы подготовить проект по химии. Но потом я вспомнил, что ты обещал взглянуть на мои веб-шутеры! Они снова заклинивают при минусовой температуре.

– Потому что давление в баллонах падает, гений, – Гарри закатил глаза, но все же полез в карман брюк и бросил Паркеру небольшую фрезерованную деталь из титанового сплава. – Поставь этот перепускной клапан. Я выточил его вчера в мастерской Тони, пока он спал лицом в клавиатуре.

Питер поймал деталь на лету, осмотрел ее расширенными от восторга глазами и восхищенно присвистнул:

– Ты просто волшебник, Гарри!

– Не произноси это слово в моем присутствии, если не хочешь получить гаечным ключом по лбу, – огрызнулся брюнет, но в уголках его губ промелькнула едва заметная усмешка.

Наташа, наблюдавшая за этой сценой поверх чашки кофе, тихо хмыкнула:

– Фьюри спрашивал о тебе вчера, Гарри.

На кухне мгновенно воцарилась тишина. Химари, сидевшая на спинке дивана, угрожающе прижала ушки к голове, а глаза Ванды на секунду полыхнули опасным алым светом.

– Одноглазый пират снова сует свой нос не в свое дело? – лениво поинтересовался Гарри, доставая из пачки тонкую ментоловую сигарету. Он повертел ее в пальцах, но зажигать не стал – знал, что Наташа не любит дым в помещении. – Я вроде ясно дал ему понять в прошлый раз: я не работаю на его цирк с летающими авианосцами. Мне хватает работы волонтером-ремонтником в Бруклине.

– Он нашел следы твоих британских родственников, – негромко произнесла Наташа. Ее голос стал серьезным, исчезла вся напускная ирония. – Похоже, Дамблдор активировал свои контакты в МАКУСА. Они ищут «беглого первенца Поттеров». Британское Министерство на грани паники: Пожиратели Смерти ведут себя подозрительно тихо, но собирают силы. А Годрик… скажем так, разведка Щ.И.Т.а видела записи его показательных дуэлей. Он позер, Гарри. Избалованный, самоуверенный мальчишка, который не протянет против реального киллера и двух минут. Они хотят вернуть тебя, чтобы ты стал его страховкой.

Гарри прикрыл глаза. Внутри, в самой глубине его естества, зашевелился тот самый древний лед. Температура в комнате ощутимо упала, оконное стекло затянуло тонким морозным узором.

– Пусть только сунутся, – прошептал он, и этот шепот прозвучал опаснее рыка Халка. – Я похоронил свою фамилию на том кладбище. Если британские «аристократы» думают, что могут прийти в Нью-Йорк и диктовать мне условия… они узнают, почему маглы придумали автоматическое оружие.

– Гарри, – мягкая, прохладная ладонь Ванды накрыла его руку, лежащую на столешнице. Алая Ведьма смотрела на него снизу вверх, и в ее глазах читалось абсолютное понимание. – Ты не один. Если они придут – мы сотрем их в порошок.

– Я перережу им глотки прежде, чем они вытащат свои деревянные палочки, хозяин, – хищно оскалилась Химари, выпустив острые коготки.

Питер нервно перевел взгляд с кошачьей демоницы на ведьму, затем на агента Романов и сглотнул:

– Э-э-э… ребята? Я, конечно, за дружбу и солидарность, но вы сейчас выглядите как банда суперзлодеев из комиксов. Давайте лучше пойдем поедим хот-догов в Центральном парке? Я угощаю! Ну, точнее, Гарри угощает, потому что у меня только три доллара и проездной…

Гарри тяжело вздохнул, потирая переносицу. Морозный туман растаял. Напряжение лопнуло, как мыльный пузырь, сменившись привычной бытовой иронией.

– Паркер, ты неисправим, – усмехнулся он. – Ладно. Пошли. Мне все равно нужно заскочить в мастерскую в Адской Кухне забрать партию гильз.

Он набросил свое любимое темное пальто, проверил привычную тяжесть двух верных «Беретт» в кобурах подмышками, спрятал запасные магазины в потайные карманы и взъерошил свои черные волосы.

Прошлое могло идти по его следу сколько угодно. Оно могло слать сов, министров, величайших магов столетия или самого Волан-де-Морта.

Но Гарри Поттер больше не был испуганным мальчиком из темного чулана ожиданий своей семьи. Здесь, среди неоновых вывесок, грохота подземки и стальных исполинов Манхэттена, он нашел то, чего у него никогда не было в родовом замке.

Свой собственный дом. И людей, за которых он без колебаний выпустит всю обойму.