Дурацкие спасители мира

Лаурелин Драгнил искренне полагала, что удивить её в этой жизни уже невозможно.

Если ты пережила нападение драконов четыре столетия назад, собственную смерть брата, добровольное заточение в карманном измерении без времени, а затем вернулась в мир как раз к семейному апокалипсису — планка потрясений неизбежно задирается на недосягаемую высоту. Она разнимала двух идиотов-братьев, один из которых был легендарным черным чародеем с суицидальными наклонностями, а второй жрал огонь и крушил всё в радиусе мили во имя дружбы. Она лично вбивала здравый смысл в головы генералов Арболеса и сплетала рунические цепи, удерживавшие самого Акнологию.

Она ненавидела физическую боль — любая царапина вызывала у неё язвительное желание переписать законы анатомии обидчика. Она терпеть не могла холод, хоть и питала необъяснимую слабость к тому, чтобы опустить босые ступни в ледяную речную воду, слушая шелест прибрежных ив возле Магнолии.

Жизнь в «Хвосте Феи» только-только вошла в то русло, которое смертные называли нормальным. Зереф и Мавис ушли бродить по континенту, пытаясь наверстать упущенные века. Нацу каждое утро выбивал двери гильдии с криком о том, что он снова воспылал. Лари получила метку гильдии — аккуратную, цвета расплавленного золота, прямо поверх старого шрама на правом плече — и даже позволила втянуть себя в пару пьяных драк у барной стойки, с ленивой ухмылкой замораживая во времени летящие в неё кружки с элем.

Всё было прекрасно. Ровно до тех пор, пока Лаурелин не решила провести крошечный, сугубо теоретический эксперимент.

Ей просто не давали покоя руны, вплетенные в её собственное тело. Тонкие светло-золотые линии на ключицах пульсировали с момента победы над Королем Драконов, напоминая о парадоксе: её биологические часы стояли на отметке двадцати четырех лет, в то время как окружающий мир спешил вперед. Она пыталась стабилизировать энергетический контур, сплетая пространственную руну с временным вектором прямо в своей комнате.

А потом ткань реальности лопнула.

Без взрыва, без предупреждения — просто тихий, стеклянный хруст, будто невидимый великан наступил на хрустальный бокал. Пространство свернулось в воронку, руны на ключицах вспыхнули ослепительным золотом, а в следующий миг Лари ощутила, как её выдернуло из Ишгара, словно соринку из глаза.

И вот теперь она стояла посреди абсолютно чужого, сюрреалистичного пейзажа.

Первым ударом стало ощущение полной пустоты.

Лаурелин замерла, медленно втягивая воздух носом. Воздух был резким, сухим и отвратительно холодным. Морозный ветер немедленно попытался забраться под её легкую тунику, заставив девушку поморщиться и мысленно выругаться. Но страшнее было другое: здесь не было эфира.

Вообще. Абсолютный, чистейший ноль.

В атмосфере не плавали привычные магические частицы, которыми был пропитан Фиор. Это не было похоже даже на Эдолас, где магия текла через предметы. Здесь пространство казалось стерильным, синтетическим, лишенным дыхания живой природы. К счастью, её собственный внутренний резерв — накопленный веками и запечатанный внутри временных рун — остался нетронутым. Если бы не он, она бы задохнулась от внезапного энергетического вакуума.

– Замечательно, – пробормотала Лари вслух, зябко передернув плечами и скрестив руки на груди. Розовые пряди с черными кончиками хлестнули её по щекам от очередного порыва ветра. – Просто великолепно. Стоило на секунду отвлечься, и меня выбросило на свалку мироздания. Ненавижу сквозняки.

Она огляделась. Небо имело странный, зеленовато-пурпурный оттенок, а на горизонте высились гигантские, чудовищные конструкции из темного металла — шпили, испускающие слабые пульсирующие лучи света. Земля под ногами состояла из выжженного красноватого камня и потрескавшейся глины.

Не успела она сделать и шага, чтобы найти хоть какое-то укрытие от ветра, как земля под ногами ощутимо задрожала.

Из-за скального выступа, вздымая тучи рыжей пыли и оглушительно ревя мотором, на полной скорости неслось нечто.

Это была исполинская бронированная машина на массивных колесах и гусеницах, больше похожая на сухопутный крейсер или гибрид танка с футуристическим домом на колесах. Металл корпуса блестел тусклым серебром, а рев её двигателя заставил бы любого мага содрогнуться от какофонии механизмов.

Лаурелин даже не шелохнулась. Она лишь критически приподняла одну бровь, глядя на приближающуюся махину.

«Если бы Нацу сейчас был здесь, его бы вывернуло наизнанку еще на подлете, – с отстраненной иронией подумала она. – А потом он непременно попытался бы её съесть».

Машина резко затормозила метрах в пятнадцати от неё. Тормозные колодки взвизгнули так пронзительно, что Лари поморщилась и потерла ухо — физический дискомфорт раздражал её не меньше, чем ледяной ветер. Гидравлические шлюзы с шипением распахнулись, выпуская облако пара, и из чрева механического чудовища посыпались люди.

Точнее, подростки.

Лаурелин мысленно пересчитала их, не меняя расслабленной позы. Шестеро. И выглядели они так, словно сбежали с самого пестрого маскарада в Крокусе, причем каждый искренне верил, что перед ним стоит величайшая угроза для вселенной.

Впереди всех выскочил парень в красной куртке и с нелепыми круглыми очками на каштановых волосах. В его глазах горела безрассудная, почти первобытная уверенность — до боли знакомая, отчего у Лари на мгновение кольнуло под ребрами: «Определенно родственник Нацу по уровню безмозглой отваги».

Рядом с ним приземлилась девушка с рыжими волосами, собранными в практичный хвост, в белом жилете и темных сапогах. Её янтарный взгляд был цепким, анализирующим и предельно серьезным.

Слева замер парень с серо-зелеными волосами и мрачным, точеным лицом. На его лице читалось такое неприкрытое высокомерие и желание свернуть кому-нибудь шею, что Лаурелин едва удержалась от смешка. Рядом суетился мелкий светловолосый мальчишка в зеленом костюмчике с огромным воротником, что-то быстро нажимавший на миниатюрном наручном устройстве, и еще один подросток — рослый, с ярко-розовыми волосами, глядевший на Лари круглыми от благоговения и ужаса глазами.

Замыкал шестерку парень в черном одеянии с закрытым лицом, похожий на недоученного ниндзя из восточных провинций Ишгара, державшийся в тени с грацией готового к прыжку хищника.

И у каждого на левой руке было закреплено массивное металлическое устройство, напоминающее боевую перчатку с дисплеем.

Но внимание Лаурелин привлекло вовсе не их оружие и не их странные наряды.

На плечах у подростков сидели... шарики.

Небольшие сферы из матового и глянцевого металла разных цветов — алый, лазурный, изумрудный, песочный. И от этих, казалось бы, механических безделушек исходила такая чудовищная, концентрированная плотность энергии, что воздух вокруг них едва заметно вибрировал.

Черные глаза Лаурелин на мгновение мазнули золотом — рунический анализ включился рефлекторно, сканируя окружение.

– Сила элементов... – пробормотала она себе под нос, склонив голову набок. – Огонь, земля, ветер, свет, тьма, вода... Хм. Интересно. Это не эфир и не магия Эдоласа. Чистая стихийная плотность, запертая в микроскопических ядрах... Живая структура?

– Эй, что ты там бормочешь себе под нос?! – рявкнул хмурый парень с зелеными волосами, делая резкий шаг вперед. На его руке с металлическим щелчком активировалась перчатка, выбросив из пазов тонкие светящиеся ребра. – Кто ты такая? Шпионка Вексов?! Как ты вообще здесь оказалась без защитного снаряжения?!

Лаурелин медленно перевела на него взгляд. Её лицо оставалось совершенно невозмутимым, уголки губ тронула едва заметная, дразнящая улыбка.

– Хм... Провожу анализ? – невинно отозвалась она. Её голос прозвучал мягко, но с той отчетливой ноткой превосходства, которой обладают существа, помнящие рождение империй. – И, к слову, кричать совсем не обязательно. У меня прекрасный слух, а вот у тебя, юноша, явные проблемы с манерами. Вас в вашей... деревне не учили сначала здороваться с незнакомыми дамами?

– Деревне?! – парень заскрежетал зубами, его кулаки сжались. – Да я тебя в порошок сотру, высокомерная дрянь! Эйс Грит ни перед кем отчитываться не обязан!

– Эйс, остынь! – рыжеволосая девушка властно вскинула руку, останавливая товарища. Она шагнула вперед, внимательно оглядывая Лаурелин с ног до головы.

Её взгляд задержался на легкой тунике Лари, на странных золотистых узорах, оплетающих тонкие ключицы девушки, на розовых волосах с черными кончиками и полном отсутствии каких-либо технологических приборов. Ни коммуникаторов, ни гантлетов, ни энергокостюмов, защищающих от радиации контроллеров измерений.

– Ты не похожа на солдата короля Зенохелда, – произнесла рыжая ровным, командирским тоном. – Но ты человек. Человек с Земли? Как ты попала в Новую Вестрою? Портал закрыт, а доктор Гебалт контролирует все перемещения через систему Альфы.

Лаурелин задумчиво прищурилась, смакуя незнакомые слова: «Вексы», «Зенохелд», «Земля», «Новая Вестроя».

– Новая Вестроя, значит... – протянула она, игриво накручивая розовый локон на указательный палец. – Звучит довольно холодно и неуютно. А насчет Земли... смотря какую именно планету вы имеете в виду под этим банальным названием, дитя мое. Мой дом называется Земной Край. И, боюсь, никаких «докторов» в моей жизни не было со времен Полюшки, а её методы лечения обычно включали метлу и отборные ругательства.

– Земной Край? – переспросил парень в очках, недоуменно почесав затылок. – Это что, какая-то закрытая лаборатория Вексов? Мира, ты о таком слышала?

– Нет, Дэн, – нахмурилась рыжая, которую звали Мирой. – Ничего подобного в базах данных данных Вестала нет.

– Да врет она всё! – снова вклинился вспыльчивый Эйс. – Посмотрите на неё! Стоит тут на ветру, в какой-то пижаме, улыбается, словно мы клоуны! Она явно тянет время, пока сюда не стянулись дроны-разведчики Вексов! Персиваль, разберемся с ней!

Темно-фиолетовая сфера на его плече внезапно шевельнулась, раскрываясь с четким механическим щелчком. Появились крошечные крылья, рогатая голова и горящие алым огоньки глаз.

– Будь осторожен, Эйс, – раздался глухой, потусторонний голос, исходивший прямо из шарика. – От неё исходит невероятно странная аура. Это не энергия бакуганов, но... она подавляет. Словно перед нами древний хищник.

Лаурелин даже бровью не повела при виде говорящей сферы, хотя внутри вспыхнул острый исследовательский азарт. «Они разумны. Демонические механизмы? Нет, в них есть душа. Душа стихии, заключенная в металл. Потрясающе».

– Персиваль прав, – внезапно заговорила другая сфера, сидевшая на плече Дэна. Алый шарик раскрылся, являя миниатюрного дракона с гордой осанкой. Его голос был звучным, мудрым и пугающе знакомым. – Дэн, я чувствую... пламя. Но не пламя Пайруса. Это нечто древнее. Запах драконов.

Услышав это, Лаурелин тихо рассмеялась.

Смех её был чистым, мелодичным, но в нем звенела сталь.

– О, надо же. Маленький красный камушек оказался куда сообразительнее своего шумного хозяина, – Лари скрестила руки под грудью, и золотые линии на её ключицах мягко мерцали под тканью. – Запах драконов, говоришь? Что ж, неудивительно. Когда растешь с мальчишкой, которого вскормил Огненный Дракон, пропитываешься гарью на четыреста лет вперед.

Дэн ошарашенно уставился на нее:

– Огненный... Дракон? Ты что, несешь?! Драго — Бакуган! Единственный истинный наследник Сердца Вестрои!

– Хватит зубы заговаривать! – Эйс вскинул руку, и его перчатка озарилась фиолетовым светом. – Гантлет, к бою! Карта ворот, на поле!

Он швырнул под ноги светящуюся металлическую пластину, которая мгновенно исчезла, растворившись в почве и образовав гигантский пульсирующий круг силового поля. Земля под ногами Лаурелин вспыхнула фиолетовой геометрической сеткой.

– Бакуган, в бой! – выкрикнул парень, с силой бросая темную сферу вперед. – В бой, Даркус Рыцарь Персиваль!

Шар ударился о землю, и реальность вздрогнула. Столб темно-фиолетового пламени и искр ударил в небеса. Из тьмы выросло исполинское чудовище — бронированный темный рыцарь с драконьими крыльями, двумя алыми клинками на запястьях и рогатым шлемом. Его рост легко превышал пятнадцать метров, а рев сотряс окрестные скалы.

– Ого, – оценила Лаурелин.

Её черные глаза вспыхнули чистым, ослепительным золотом. Рунический круг вспыхнул вокруг её зрачков. Она не сделала ни шага назад, не встала в боевую стойку. Она просто запрокинула голову, разглядывая гиганта, словно на выставке диковинных зверей.

– А вот это уже ближе к делу. Хотя... масштаб слабоват. Игнилу он был бы разве что по колено. Да и до демонов Тартароса не дотягивает по части мерзости. Просто груда темного железа и концентрированной ярости.

– Персиваль! Атакуй! Покажи ей мощь Даркуса! – приказал Эйс, яростно сжимая кулак. – Способность: Черный Гром!

Рыцарь скрестил клинки на груди. Между ними затрещали чудовищные черные молнии, разрывая воздух с оглушительным треском. Лаурелин почувствовала, как волна чистой разрушительной силы формируется для удара. Удар был направлен прямо в неё.

– Эйс, стой! Мы ничего о ней не знаем! – крикнула Мира, но было поздно.

Молния чудовищной толщины сорвалась с клинков Персиваля и устремилась прямо в Лари.

Девушка даже не вздохнула.

– Как некультурно, – бросила она с ледяной усмешкой. – Ненавижу, когда в меня швыряются электричеством. От него волосы пушатся.

Вместо того чтобы уклоняться, Лаурелин просто подняла правую руку с раскрытой ладонью навстречу летящей смерти.

Золотые узоры на ее ключицах вспыхнули нестерпимо ярким светом. Воздух перед её ладонью замерцал, закручиваясь в сложнейшую геометрическую структуру — магический рунический круг, сотканный из чистого золотистого света и древних символов забытого языка.

– Временной барьер: Абсолютная статика, – негромко, почти шепотом произнесла она.

Черная молния врезалась в золотой круг... и застыла.

Буквально.

Подростки замерли с открытыми ртами. Дэн схватился за свои очки, едва не уронив их, а мелкий блондин издал сдавленный писк: «Что?! Её уровень силы... сканер не может его зафиксировать! Ошибка системы!».

Гигантский разряд разрушительной темной энергии замер в воздухе в трех дюймах от пальцев девушки. Каждая искра, каждая ветвь молнии застыла неподвижно, превратившись в причудливую скульптуру из застывшего фиолетового света. Лари с интересом наклонилась, постучала ногтем по твердому, словно стекло, сгустку плазмы — раздался чистый хрустальный звон.

– Неплохая концентрация, – резюмировала она, глядя снизу вверх на онемевшего от шока Персиваля. – Но вектор приложения абсолютно бездарный. Слишком много потерь на внешнее свечение. Зереф создал бы из такого объема энергии проклятие, стирающее пару деревень, а вы просто пускаете салюты.

– Что... что это такое?! – прохрипел Эйс. Его пальцы на перчатке дрожали. – Она... она остановила атаку Персиваля голыми руками?! Без бакугана?! Без карты ворот?!

– Она не остановила её, – раздался холодный, резкий голос парня-ниндзя. Шун Казами вышел вперед, его узкие глаза были прищурены, а рука сжимала зеленую сферу. – Она остановила время. Смотрите на пыль вокруг неё. Ветер не касается её одежды.

– О, а вот мальчик в черном весьма наблюдателен, – похвалила Лаурелин, повернувшись к Шуну и подмигнув ему золотым глазом. – Хвалю. Возьми с полки пирожок, если они здесь у вас водятся.

Лари плавно взмахнула кистью.

– Рассеивание.

Застывшая молния осыпалась золотыми и фиолетовыми искрами, бесследно растворяясь в воздухе. Ни взрыва, ни ударной волны. Просто ничто.

Гигантский темный рыцарь сделал шаг назад, с грохотом опустив клинки.

– Эйс... – глухо пророкотал Персиваль. – Я не могу пробить её защиту. Вокруг нее само пространство не подчиняется законам этого мира.

– Достаточно, – твердо произнесла Мира, выступая вперед и вставая прямо между Лаурелин и готовым сорваться Эйсом. – Эйс, отзови Персиваля. Немедленно.

– Но Мира!..

– Я сказала: отзови! Ты хочешь привлечь сюда весь гарнизон Альфа-Сити?!

Грит стиснул зубы так, что послышался хруст, но все же нажал кнопку на гантлете. Темный рыцарь распался на снопы фиолетового света и снова сжался в крошечную сферу, влетевшую парню прямо в ладонь. Эйс сверлил Лаурелин взглядом, полным ярости и уязвленной гордости.

Лари лишь насмешливо приподняла бровь, скрестив пальцы на груди:

– Какая жалость. А я только вошла во вкус. Могли бы еще немного поразвлекаться. Знаете, в моей гильдии утренние приветствия обычно заканчиваются пробитыми стенами и парой сломанных столов. Вы пока не дотягиваете.

– Кто ты? – спросил Дэн Кузо. На этот раз в его голосе не было привычного мальчишеского задора — он смотрел на нее серьезно, положив ладонь на плечо, где сидел Драго. – Ты человек, но у тебя силы, которых мы никогда не видели. Ты остановила бакугана без техники и карт. Кто ты такая?

Лаурелин оглядела их всех по очереди.

Сердитый парень с комплексом неполноценности. Не по годам рассудительная рыжая командирша. Шумный мальчишка с глазами драконьего всадника. Тихий теневой боец. Перепуганный розоволосый коротышка и маленький умник с приборами.

Они были странными. Этот мир был нелепым, холодным, механическим и пустым.

Но в них было то, что Лаурелин знала слишком хорошо. Она видела этот огонь в глазах членов «Хвоста Феи», когда они стояли насмерть против целого континента. Это было отчаяние загнанных в угол бойцов, сражающихся за что-то большее, чем собственная шкура.

– Мое имя Лаурелин Драгнил, – спокойно произнесла она, расправляя плечи. Золотое сияние в её глазах угасло, возвращая им привычную бездонную черноту. – Для друзей — просто Лари. И, судя по всему, в результате неудачного рунического эксперимента меня занесло туда, куда Макар телят не гонял.

– Драгнил?.. – переспросил Дэн. – Странная фамилия.

– Какая есть, другой не завезли, – фыркнула она.

В этот момент ледяной порыв ветра снова ударил ей в спину, и Лаурелин отчетливо вздрогнула. Вся её величественная поза мгновенно испарилась, сменившись выражением вселенской скорби на лице.

– Так, детишки. Давайте заключим перемирие, пока я не околела окончательно, – заявила она, обхватив себя руками за плечи и выразительно покосившись на распахнутый шлюз их броневика. – Если у вас внутри этой железной консервной банки есть хоть что-то теплое — плед, печка или хотя бы кружка горячего чая — я готова ответить на пару ваших идиотских вопросов. Но если вы заставите меня стоять на этом чертовом сквозняке еще хоть пять минут, клянусь памятью Зерефа, я заморожу вас во времени и буду использовать вместо вешалок для одежды. Я ясно выражаюсь?

Подростки ошарашенно переглянулись.

Угроза звучала одновременно абсурдно и пугающе правдоподобно, особенно после того, как она только что голыми руками развеяла сильнейшую атаку бакугана Даркуса.

Дэн моргнул, а затем на его лице медленно расплылась широкая, типично мальчишеская улыбка.

– Ну... чай у нас есть, – протянул он. – Правда, Marucho заваривает какой-то странный травяной концентрат, но он горячий.

– Дэн! Ты с ума сошел?! Мы не можем впустить её на базу! – вскинулся Эйс. – Она может быть шпионкой!

– Эйс, шпионы Вексов не разгуливают в туниках по пустошам и не останавливают бакуганов ладонью, – отрезала Мира. Она повернулась к Лаурелин и сделала приглашающий жест в сторону шлюза. – Прошу на борт. Меня зовут Мира Фёрлан. Это Дэн, Шун, Маручо, Бэрон и Эйс. Мы — Фронт Сопротивления Бакуган.

– Сопротивление, значит... – протянула Лари, направляясь к гигантской машине с грацией сытой пантеры, которой просто надоело мокнуть под дождем. – Всегда одно и то же. Куда бы меня ни занесло, везде находятся кучка бунтарей и тиран, которому срочно нужно начистить физиономию.

Она поднялась по трапу и, переступив порог шлюза, с наслаждением вдохнула теплый технический воздух.

– Ладно, Сопротивление, – Лаурелин обернулась через плечо, одарив застывших подростков лукавой, многообещающей улыбкой. – Показывайте ваш чай. И рассказывайте, кого здесь нужно победить, чтобы я могла спокойно вернуться домой и дать Нацу заслуженный подзатыльник.