Danganronpa V3: Перезапуск Danganronpa

Каэде резко распахнула глаза. В легких не хватало воздуха, а горло горело так, словно его до сих пор сжимала грубая пеньковая веревка. Она дернулась, ударившись плечом о твердую поверхность, и с глухим стуком выпала из тесноты шкафа на холодный пол класса.

Ее пальцы мгновенно взлетели к шее, судорожно ощупывая кожу. Никакой петли. Никаких следов. Но в ушах все еще стоял оглушительный грохот рояльных клавиш, а перед глазами плясали кровавые пятна ее собственной казни. Она же умерла. Она убила Рантаро, ее признали виновной, и Монокума превратил ее жизнь в кошмарный концерт...

Не успела она осознать реальность происходящего, как из соседнего шкафа с грохотом вывалился еще один человек. Каэде вздрогнула и отползла назад, тяжело дыша.

Это был Шуичи. Но... что-то было не так.

Она помнила его робким, вечно прячущим взгляд под козырьком кепки, испуганным мальчиком, который боялся правды больше, чем смерти. Но подросток, который сейчас поднимался с пола, выглядел иначе. В его осанке чувствовалась сталь, а в глазах, когда он поднял голову, горела решимость и странная, горькая мудрость человека, прошедшего через ад.

– Шуичи?.. – ее голос сорвался на хрип. – Ты... ты тоже умер? Мы в загробном мире?

Шуичи замер. Его взгляд сфокусировался на ней, и на мгновение в его глазах промелькнуло такое острое страдание, что Каэде захотелось закричать. Но затем это чувство сменилось осознанием.

– Каэде... – прошептал он, и его голос дрогнул.

В следующее мгновение он уже был рядом. Шуичи порывисто обнял ее, прижимая к себе так сильно, словно она могла исчезнуть, если он ослабит хватку. Каэде, ошеломленная, замерла на секунду, а затем уткнулась носом в его плечо, чувствуя тепло его тела и бешеное сердцебиение. Это не было похоже на смерть.

– Ты здесь... ты правда здесь, – повторял он, и она чувствовала, как его плечи мелко дрожат.

– Шуичи, что происходит? – спросила она спустя несколько минут, когда они немного отстранились друг от друга, хотя он все еще держал ее за руки. – Последнее, что я помню... это как меня...

– Я знаю, – перебил он ее, и его взгляд стал жестким. – Но всё закончилось. Мы с Маки, Кибо и Химико... мы смогли остановить игру. Мы уничтожили саму суть этого безумия.

Каэде слушала его, не веря своим ушам. Пока она была «мертва», они дошли до конца? Они победили?

Внезапно тишину класса разрезал резкий, до боли знакомый звук. Мониторы на стенах вспыхнули, и на экране появилось черно-белое лицо медведя.

– Внимание, внимание! – пронзительно пропищал Монокума. – Все выжившие, недобитые и воскресшие! Срочно дуйте в спортзал! У меня для вас сногсшибательные новости! Никаких опозданий, а то я превращу вас в отбивную!

Экран погас. Каэде и Шуичи переглянулись.

– Нам нужно идти, – сказал Шуичи, помогая ей подняться.

Пока они шли по знакомым, заросшим травой коридорам академии «Абсолютное Отчаяние», Шуичи начал говорить. Его слова падали тяжелыми камнями, разрушая всё, что Каэде знала о той роковой ночи в библиотеке.

– Каэде, ты должна знать правду о Рантаро, – произнес он, не глядя на нее. – Твой план... он не сработал. Твое ядро не попало в него.

Каэде остановилась как вкопанная.

– Что? Но я видела...

– Нет. Кукловод, Мастермайнд, вмешалась лично. Она убила Рантаро, когда увидела, что твой план провалился, просто чтобы игра не остановилась в самом начале. Ты никого не убивала, Каэде. Тебя казнили ни за что.

Мир вокруг нее на мгновение покачнулся. Вся та вина, что сжигала ее душу, весь тот ужас перед собственной жестокостью — всё это было ложью?

– Кто... кто это сделал? – прошептала она.

– Цумуги Широганэ, – ответил Шуичи, и в его голосе прозвучал холод. – Она была организатором.

Когда они вошли в спортзал, Каэде почувствовала, как у нее подкашиваются ноги. Там были все. Кайто, смеющийся и живой; Кокичи, прислонившийся к стене с привычной ухмылкой; Рантаро, живой и невредимый, потирающий затылок; Маки, стоящая со скрещенными руками... Все, кого она считала погибшими, стояли здесь. Не хватало только одной — Цумуги.

– Каэде! Шуичи! – Химико всплеснула руками, а Маки лишь коротко кивнула, хотя в ее глазах читалось облегчение.

– Значит, Мастермайнд действительно была среди нас, – произнесла Каэде, оглядывая друзей.

– Именно так! – Монокума внезапно выскочил на сцену, пританцовывая. – Но так как эта синеволосая фанатка всё испортила, а наши «победители» разрушили четвертую стену и вообще всё веселье, руководство решило сменить жанр!

Медведь хлопнул в ладоши, и над сценой развернулся огромный розовый баннер с сердечками.

– Забудьте про кровь, кишки и суды! Убийственная игра официально закрыта! Добро пожаловать в «Danganronpa: Романтический симулятор выживания»!

По залу пронесся гул голосов.

– Чего-чего? – Кайто недоуменно уставился на медведя. – Ты серьезно, мелкий гад?

– Серьезнее некуда! – Монокума вытащил список. – Слушайте правила, олухи! Правило первое: никакого насилия. Кто кого ударит — тот тухлое яйцо и получит штраф! Правило второе: любовь — это валюта! За свидания и развитие отношений вы получаете монокоины. Правило третье: на монокоины можно купить ВСЁ. Даже доступ в ваши лаборатории теперь платный! Чем круче вещь, тем больше монет она стоит. И правило четвертое: если в течение десяти дней никто не сходит на свидание или не продвинется в делах сердечных — бац! Перезагрузка! Начинаем первый день с начала, пока не научитесь любить!

Каэде почувствовала, как краснеет. Симулятор свиданий? После всего, что они прошли?

– А теперь — время подарков! – Монокума начал разбрасывать конверты. – Каэде и Рантаро, как самым быстрым «лузерам» игры, полагается «Бонус Неудачника»! Сто монокоинов и брелок «Извините, у меня проблемы с навыками». Дает десятипроцентную скидку, потому что мне вас жалко!

Рантаро поймал свой брелок и криво усмехнулся.

– Ну, хоть что-то.

– Далее! Наши разрушители системы! Шуичи, Маки, Кибо и Химико получают «Бонус Победителя»! – Медведь швырнул им увесистые мешочки. – Пятьсот монет каждому! Плюс «Ключ-карта Монокумы» — открывает любой электронный замок! Брелок «Team Danganronpa» с тридцатипроцентной скидкой и... та-да-дам! «Ключ Любви»! Одноразовый пропуск в Отель Любви для ночевки с кем пожелаете!

Шуичи густо покраснел, пряча карту в карман, а Маки выглядела так, будто хотела задушить медведя этим самым ключом.

– Корекио! – Монокума указал на антрополога. – Тебе «Бонус Убийцы» за самый большой счет! Сто монет, брелок «Геноцид» на пять процентов скидки и купон «1+1» на любую покупку!

– Как... любопытно, – пробормотал Корекио, поправляя маску.

– И, наконец, Кокичи и Кайто! «Бонус Гения» за самый запутанный и сложный суд в истории! Пятьсот монет и синяя «Mastermind Card»! Она открывает доступ в секретную комнату и во внешний мир! Не бойтесь, я накачал туда воздуха, хотя там всё еще одни руины. Но вид апокалипсиса так романтичен, не правда ли?

Кокичи подбросил синюю карточку в воздух и поймал ее двумя пальцами.

– Ни-ши-ши! Теперь я настоящий король этого места.

– Остальные получают по пятьдесят монет в качестве утешительного приза, – Монокума спрыгнул со сцены. – Ах да, чуть не забыл! Кайто, дружище, ты больше не кашляешь кровью. Твоя болезнь была нужна для драмы, а в ромкомах нам нужны здоровые и горячие парни! Все этажи открыты, гуляйте, любите друг друга и не забывайте тратить денежки! Чмоки!

С этими словами медведь исчез в облаке дыма.

В спортзале воцарилась тишина. Каэде посмотрела на Шуичи. Он всё еще сжимал в руке «Ключ Любви», и его взгляд встретился с ее взглядом.

– Значит... – начал Рантаро, прерывая молчание. – Мы застряли здесь в симуляторе свиданий?

– Похоже на то, – вздохнул Кайто, разминая плечи и с удивлением прислушиваясь к своему здоровому телу. – Но, эй, это лучше, чем убивать друг друга, верно?

Шуичи подошел к Каэде и протянул ей руку.

– Каэде, я... я так много хочу тебе рассказать. Про всё, что было.

Каэде улыбнулась, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы радости. Она взяла его за руку, ощущая тепло его ладони.

– У нас теперь много времени, Шуичи. Целая вечность, если мы не будем ходить на свидания... или всего десять дней, чтобы начать всё сначала.

– Десяти дней нам не хватит, – тихо сказал Шуичи, и в его голосе прозвучала та самая нежность, которую она помнила. – Нам понадобится гораздо больше.

Маки, наблюдавшая за ними со стороны, фыркнула, но в ее взгляде не было злобы.

– Ну что, «победители», – обратился Кокичи к группе, помахивая своей картой. – Кто хочет купить у меня пропуск во внешний мир? Всего за миллион монокоинов!

– Заткнись, Кокичи! – хором ответили Кайто и Химико.

Жизнь в академии начиналась заново. Но на этот раз мелодия, которая звучала в голове Каэде, была не траурным маршем, а легкой, светлой прелюдией к чему-то совершенно новому. Она посмотрела на своих друзей — живых, шумных и настоящих — и поняла, что этот «симулятор» может стать их самым лучшим шансом на счастье.