Предательство

Сон Юки смотрел на свое отражение в витрине закрытого магазина, и то, что он видел, вызывало у него лишь глухую, ледяную ярость. Ему было шестнадцать. Рост сто восемьдесят пять сантиметров, широкие плечи, узкая талия — атлетическое телосложение, доставшееся от отца, величайшего охотника в истории. Фарфоровая кожа, небесно-голубые глаза, которые когда-то светились радостью, и короткие черные волосы с выбритыми висками. Он был чертовски красив, и это было его проклятием в доме, где ценили только «правильную» красоту.

В его ушах поблескивали серьги, а на плече скрывалась татуировка — символы, которые Ча Хэ Ин ненавидела. Она считала их признаком бунтарства, порчей имиджа «идеальной семьи Сон».

Юки коснулся бока, где под курткой скрывалась грубая повязка. Рана от когтей монстра S-ранга всё еще пульсировала тупой болью. Но физическая боль была ничем по сравнению с тем, что произошло три дня назад в подземелье.

Они были там втроем: Сон Джинву, Сон Сухо и он, Юки. Его старший брат, восемнадцатилетний Сухо, был истинным наследником Монарха Разрушения — точной копией отца, его гордостью. Когда на них хлынула волна монстров, Юки оступился. Его теневые щупальца, его уникальная, пугающая сила, на мгновение подвели его. Он был ранен.

– Отец! Сухо! – крикнул он тогда, истекая кровью.

Но Ча Хэ Ин, которая ждала их у выхода, уже отдала команду к отступлению. Юки видел, как Сухо, его родной брат, на мгновение замешкался, но рука Хэ Ин легла ему на плечо.

– Он сам справится, Сухо. Нам нужно закрыть портал, иначе город пострадает. Имидж семьи важнее одного несчастного случая, – ее голос был холодным, как сталь.

И отец... Сон Джинву, человек, повелевающий тенями, просто кивнул. Он не оглянулся. Они ушли, оставив Юки в темноте, среди рычащих тварей. Они бросили его, решив, что «проблемный» сын, который не вписывается в их глянцевую жизнь, — приемлемая потеря.

Юки выжил. Он вырезал всё подземелье, захлебываясь собственной кровью и ненавистью. Его теневые щупальца рвали плоть врагов, пока он не остался один в пустом зале.

Теперь он стоял в темном переулке Сеула, в нескольких кварталах от их роскошного особняка. В доме его ждала тишина. Хэ Ин уже, вероятно, подготовила официальное заявление о «трагической гибели младшего сына при исполнении долга».

– Вы хотели идеальную семью? – прошептал Юки, и его голос сорвался. – Вы ее получите.

Он нашел то, что искал, в грязном тупике за мусорными баками. Труп бродяги, погибшего от передозировки маны несколько часов назад. Тело было примерно того же роста и сложения.

Юки опустился на колени. Его руки задрожали, но разум оставался холодным и расчетливым. Он был слишком умен для своего возраста, и сейчас этот интеллект служил мести.

– Власть Монарха, – произнес он едва слышно.

Теневые щупальца, тонкие и гибкие, как хирургические нити, вырвались из его спины. Он начал работать. Это была жуткая, ювелирная работа. Он менял структуру лица трупа, ломал и сращивал кости, пересаживал волосы. Он копировал себя — каждый шрам, каждую родинку, даже ту самую татуировку на плече.

Спустя час перед ним лежала его идеальная копия. Юки достал из кармана флакон с собственной кровью и маной, которую он собрал заранее. Он пропитал тело своей энергией, создавая фальшивый «след», который обманет даже чувствительные датчики охотников и, возможно, даже чутье отца, если тот соизволит подойти достаточно близко.

Закончив, он поднялся. В его сумке уже лежали поддельные документы, наличные и немногочисленные памятные вещи, оставшиеся от настоящей матери — той, что умерла, когда они с Сухо были совсем маленькими.

– Прощай, Сон Юки, – сказал он, глядя в остекленевшие глаза мертвеца. – Пусть они оплакивают свою идеальную картинку.

Он зашел в общественный туалет на заправке. Вытащил серьги из ушей и выбросил их в унитаз. Достал краску для волос и линзы. Спустя двадцать минут из зеркала на него смотрел незнакомец.

Темно-синие, почти черные волосы, скрывающие выбритые виски. Глаза цвета запекшейся крови — темно-красные, пугающие. Он надел кофту с высоким воротом, скрывающую шею и татуировку, которую он предварительно запечатал магическим пластырем.

Теперь он был Окумура Алекс.

---

Аэропорт Инчхон гудел, как встревоженный улей. Юки, или теперь уже Алекс, стоял в очереди на регистрацию. Он чувствовал себя призраком.

Внезапно на огромных экранах в зале ожидания прервали рекламу. Появилось лицо диктора с траурным выражением лица.

– С прискорбием сообщаем, что сегодня в ходе зачистки подземелья героически погиб младший сын великого охотника Сон Джинву — Сон Юки. Семья просит уединения в этот тяжелый час...

На экране сменялись фотографии. Вот Юки в возрасте десяти лет, вот он на официальном приеме, стоит чуть поодаль от Хэ Ин и Сухо, выглядя лишним элементом в этой композиции.

Юки усмехнулся. Хэ Ин сработала быстро. Никаких поисков, никаких надежд. Просто «погиб». Как удобно.

– Молодой человек, ваш паспорт? – Голос регистратора вырвал его из мыслей.

Юки протянул документы. Сердце сжалось, когда женщина внимательно посмотрела на его красные глаза.

– О, необычный цвет линз, – улыбнулась она. – Косплей?

– Вроде того, – ответил он, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Еду на фестиваль.

– Приятного полета в Гонолулу, мистер Окумура.

Он забрал паспорт и пошел к гейту. Проходя мимо панорамного окна, он на мгновение замер. Далеко на горизонте, над районом, где находился их дом, он почувствовал мощный всплеск маны. Отец.

Джинву почувствовал что-то? Или это была просто вспышка гнева из-за того, что «идеальный план» Ча Хэ Ин дал трещину в его душе? Юки было плевать.

Он сел в кресло самолета и пристегнул ремень. Когда лайнер оторвался от земли, Юки закрыл глаза. В его голове всплывали обрывки воспоминаний: как Сухо когда-то защищал его от задир в школе, как они вместе тренировались... И как Сухо просто отвернулся, когда Хэ Ин сказала «уходим».

– Вы думали, что я — слабое звено, – прошептал он, глядя на удаляющиеся огни Сеула. – Но вы забыли одну вещь. Тень не исчезает, когда гаснет свет. Она просто становится частью темноты.

Гавайи были только началом. Он знал, что в мире Магической Битвы, о котором ходили слухи среди высших рангов охотников, есть силы, способные бросить вызов даже Монархам. И он найдет их. Он станет тем, кого они не смогут проигнорировать.

---

Спустя десять часов. Особняк семьи Сон.

Сон Джинву стоял в морге ассоциации охотников перед накрытым простыней телом. Рядом, опустив голову, стоял Сухо. Ча Хэ Ин прижимала платок к глазам, хотя те были сухими.

– Экспертиза подтвердила ману, – тихо сказал патологоанатом. – Это Сон Юки. Раны... они были фатальными. Нам очень жаль.

Джинву медленно протянул руку и откинул край простыни. Лицо мальчика было бледным, изуродованным когтями, но это был его сын. Те же черты, та же татуировка на плече.

– Я должен был вернуться за ним, – глухо произнес Сухо. – Отец, я...

– Уже поздно, – отрезал Джинву. Его голос был странно ровным, но воздух вокруг него вибрировал от колоссальной мощи. – Мы сделали то, что должны были для безопасности города.

Он развернулся и вышел, не глядя на жену. В глубине его сознания, там, где обитали тысячи теней, что-то царапало. Какое-то несоответствие, крошечная деталь, которую он не мог ухватить. Но тело лежало перед ним. Мана была идентична.

Джинву не знал, что в этот самый момент «Окумура Алекс» выходил из аэропорта Гонолулу, вдыхая соленый воздух океана.

Юки снял капюшон, позволяя ветру растрепать его темно-синие волосы. Он достал телефон и вытащил сим-карту, разламывая ее пополам.

– Теперь я сам по себе, – сказал он, глядя на заходящее солнце.

Его тень на асфальте внезапно удлинилась, разделившись на несколько острых щупалец, которые игриво качнулись, прежде чем исчезнуть.

– И я обещаю вам... когда мы встретимся снова, вы не узнаете своего «неудачного» сына.

Он пошел прочь от терминала, растворяясь в толпе туристов. Сон Юки был мертв. Да здравствует Алекс. И пусть весь мир содрогнется, когда он решит вернуться домой.