Любимый

Свитки в Обители божественного предвидения пахли старой бумагой, сандалом и бесконечным ожиданием. Для любого другого это место было бы воплощением бюрократического ада, но для тебя оно стало единственным путем к истине.

Работа на Фу Сюань, Верховную провидицу Комиссии по предсказаниям, требовала нечеловеческого терпения и хирургической точности. Фу Сюань была строгой, педантичной и не терпела халатности, но именно под её началом можно было получить доступ к архивам Матрицы предвидения. Тебе нужен был ответ на один-единственный вопрос, тень которого преследовала тебя с самого детства, и ради него ты была готова перебирать бесконечные отчеты о движении звездных челноков и поставках провианта.

В тот день Фу Сюань была особенно раздражена. Матрица выдавала противоречивые расчеты, а Генерал, по её словам, «снова проявлял вопиющую беспечность».

– Отнеси это в резиденцию, – бросила она, не отрывая взгляда от мерцающих гексаграмм. – И проследи, чтобы он лично поставил печать. Если он скажет, что «рассмотрит это позже», напомни ему, что крайний срок наступил еще вчера.

Ты приняла тяжелую папку, скрепленную золотым шнуром, и поклонилась. Путь к личным покоям Генерала лежал через террасы, где цвели белые магнолии. Воздух здесь был пропитан спокойствием, которое резко контрастировало с суетой Комиссии.

Пройдя через арку, ты остановилась. На широкой скамье под раскидистым деревом, чьи ветви лениво покачивались на ветру, сидел мужчина. Его высокая фигура в светлых одеждах казалась частью самого пейзажа. Длинные, как расплавленное серебро, волосы были небрежно собраны, а несколько прядей падали на лицо.

Цзин Юань спал. Или, по крайней мере, делал вид. На его коленях лежал раскрытый свиток, а рядом, на перилах, устроилась белая птица, которая, казалось, охраняла его покой.

Ты замялась. Будить спящего льва Лофу — задача не из легких, даже если этот лев славился своим мягким нравом.

– Господин Генерал? – позвала ты тихо, сделав шаг вперед.

Никакой реакции. Ты подошла ближе, рассматривая его черты. Вблизи он казался еще более величественным и, как ни странно, уязвимым в своей расслабленности. Ты знала, что за этой ленью скрывается острый ум, способный просчитать тысячи ходов вперед, но сейчас перед тобой был просто человек, наслаждающийся редкой минутой тишины.

– Верховная госпожа Фу Сюань просила передать... – начала ты чуть громче, но осеклась, когда он медленно открыл глаза.

Янтарный взгляд, глубокий и теплый, сфокусировался на тебе не сразу. Цзин Юань моргнул, и на его губах заиграла легкая, едва заметная улыбка.

– Ах, посланница нашей многоуважаемой провидицы, – его голос был низким и слегка хриплым после сна. – Прошу прощения, кажется, здешний воздух слишком располагает к созерцанию... внутренних миров.

Он выпрямился, и одним этим движением заполнил собой всё пространство вокруг. Несмотря на расслабленную позу, в его жестах сквозило благородство джентльмена старой закалки.

– Она просила, чтобы вы поставили печать немедленно, – ты протянула папку, стараясь, чтобы пальцы не дрожали.

Цзин Юань принял документы, но не спешил их открывать. Вместо этого он внимательно посмотрел на тебя.

– Я раньше не видел тебя в свите Фу Сюань. Ты новенькая? – спросил он, жестом приглашая тебя присесть на край скамьи.

– Я работаю в архиве чуть меньше месяца, господин Генерал, – ответила ты, решив остаться стоять. – Для меня честь служить Лофу.

– Честь — это тяжелое бремя, – он усмехнулся, наконец развязывая золотой шнур. – Особенно когда оно облечено в форму бесконечных отчетов о налогах на импорт чая. Скажи мне, как тебя зовут?

Ты назвала свое имя. Цзин Юань повторил его медленно, словно пробуя на вкус, и в его интонации послышалось нечто такое, от чего по коже пробежали мурашки.

– Значит, ты та самая девушка, которая ищет ответ в Матрице, – произнес он, перелистывая страницы.

Ты замерла. Сердце пропустило удар. Откуда он мог знать? Твои поиски были тайными, ты действовала осторожно, не привлекая внимания даже самой Фу Сюань.

– Не удивляйся так, – он поднял на тебя взгляд, и в его янтарных глазах блеснула искра лукавства. – На Лофу мало что происходит без моего ведома, хотя я и предпочитаю делать вид, что сплю. Фу Сюань считает, что я ленив, и я не спешу её переубеждать. Это избавляет от лишней суеты.

– Вы... вы не выдадите меня ей? – выдохнула ты, забыв о субординации.

Цзин Юань отложил бумаги и поднялся. Он был намного выше тебя, и тебе пришлось закинуть голову, чтобы видеть его лицо. Он сократил расстояние между вами, остановившись в шаге — достаточно близко, чтобы ты почувствовала тонкий аромат хвои и чая, исходящий от его одежд.

– Зачем мне это? – он склонил голову набок. – Любопытство — это искра, которая ведет нас вперед. Но помни, некоторые ответы могут оказаться тяжелее, чем вопросы, которые их породили.

Он протянул руку и аккуратно убрал выбившуюся прядь с твоего лба. Его пальцы лишь на мгновение коснулись твоей кожи, но это прикосновение обожгло.

– Господин Генерал, я должна... – ты запнулась, теряя нить мысли.

– Ты должна беречь себя, – мягко перебил он. – Работа на Фу Сюань изматывает. Она видит будущее, но иногда забывает о настоящем. А настоящее — это ты, стоящая здесь, в моем саду.

Он взял печать, лежавшую на столике рядом, и с глухим стуком прижал её к бумаге.

– Вот, передай это Верховной провидице. И скажи ей, что я внимательно изучил каждое слово.

– Но вы просмотрели их всего за минуту, – не удержалась ты от замечания.

Цзин Юань рассмеялся — открыто и искренне.

– В этом и заключается мастерство, моя дорогая. Видеть суть сквозь нагромождение слов.

Он вернул тебе папку, но когда ты потянулась за ней, его ладонь на мгновение накрыла твою.

– Приходи завтра, – сказал он тише, и его голос стал серьезным. – Не по поручению Фу Сюань. Просто так. В это же время здесь подают отличный чай, а мне давно не хватало собеседника, который не пытается предсказать мою судьбу на десять веков вперед.

– Я... я не уверена, что это прилично, – прошептала ты, чувствуя, как краснеют щеки.

– Оставим приличия для заседаний Совета Шести Колесниц, – он подмигнул тебе. – Считай это приказом Генерала. Или просьбой старого ленивого человека. Как тебе будет угодно.

Ты поклонилась, прижимая папку к груди, и поспешила уйти, чувствуя на своей спине его теплый взгляд. Твой вопрос к Матрице все еще оставался без ответа, но внезапно он перестал казаться самым важным на свете.

Спускаясь по ступеням, ты обернулась. Цзин Юань снова сидел на скамье, прикрыв глаза, а белая птица вернулась на его плечо. Он казался воплощением спокойствия в этом вечно меняющемся мире, и ты поймала себя на мысли, что уже ждешь завтрашнего дня.

Фу Сюань, приняв документы, подозрительно прищурилась.

– Ты долго была. Он опять пытался заговорить тебе зубы своими историями о былых временах?

– Нет, господин Генерал был краток, – ответила ты, стараясь сохранять невозмутимость.

– Хм, подозрительно, – провидица фыркнула, открывая папку. – Обычно его не заткнуть. Ладно, иди. И не забудь завтра подготовить отчет по сектору Дивосечья.

– Завтра? – ты на секунду замешкалась. – Да, конечно. Я всё сделаю в первой половине дня.

– Почему в первой? – Фу Сюань подняла бровь.

– Мне... нужно будет отлучиться по важному делу, – ответила ты, и в твоем уме уже рисовался образ сада, цветущих магнолий и янтарных глаз, в которых, возможно, скрывалось гораздо больше ответов, чем в любой звездной матрице.

Вечер на Лофу опускался медленно, окрашивая небо в пурпурные тона. Ты сидела в своей комнате, глядя на пустой свиток, и впервые за долгое время не думала о прошлом. Ты думала о том, какой чай любит Генерал, и о том, что лениться иногда — это самое джентльменское занятие из всех возможных.

Встреча, которой ты не ожидала, перевернула твой мир тихим, почти бесшумным щелчком, словно идеально подогнанная деталь в механизме судьбы. И ты знала, что завтра, когда солнце коснется крыш Обители, ты снова пройдешь через арку с магнолиями. Не ради ответов. А ради того, чтобы просто быть рядом с человеком, который умеет слушать тишину звезд.