Внучка

Серые глаза, цветом напоминающие грозовую тучу перед самым началом шторма, неподвижно замерли на фотографии в рамке. Я, Сон Джинву, Теневой Монарх, чья сила когда-то переписала судьбу этого мира, сидел в своем кабинете, окруженный тишиной, которая казалась почти осязаемой. Мой рост в сто девяносто два сантиметра всегда делал любое кресло тесноватым, но сейчас тесно было в груди.

Напротив меня сидел отец, Сон Ильхван, и мой младший сын, Сухо. Сухо в свои шестнадцать уже вытянулся до ста восьмидесяти пяти сантиметров и был моей почти зеркальной копией — те же черные волосы, те же черты лица, та же сдержанность. Но в его глазах всё еще горел свет, который я старался беречь всеми силами.

Мы обсуждали обычные дела, когда тишину разорвал резкий звонок моего телефона. На экране высветилось имя: «Юки».

Мой старший сын. Сон Юкио, или просто Юки, как он предпочитал себя называть. В восемнадцать лет он был ходячим воплощением бунта. Сто восемьдесят восемь сантиметров роста, короткие черные волосы с выбритыми висками, всегда взъерошенные, и глаза — небесно-голубые, доставшиеся ему от матери, чью потерю мы пережили много лет назад. Его фарфоровая кожа была украшена татуировками на шее и руках, а в ушах поблескивал пирсинг. Его сила была странной, пугающей даже для меня — теневые щупальца, извивающиеся с грацией хищника, и тяжелая, давящая власть Монарха, которую он еще не до конца научился сдерживать.

Я нажал на кнопку приема, чувствуя, как внутри всё сжимается от недоброго предчувствия.

– Слушаю, Юки, – произнес я, стараясь сохранить голос ровным.

– Алло, пап... – Голос сына дрожал. В нем не было привычного вызова или иронии. Только чистый, первобытный ужас. – Ты мне срочно нужен. Прямо сейчас.

Я мгновенно поднялся с кресла. Сухо и отец замерли, ловя каждое мое слово.

– Юки, что случилось? Где ты? – Моя тень под ногами начала непроизвольно расширяться, заполняя углы комнаты.

– Я... я под обломками, – Юки всхлипнул, и этот звук полоснул меня по сердцу сильнее любого меча. – Тут открылись Врата. Прямо посреди торгового центра. Всё рухнуло. Пап, у меня на руках ребенок... мой ребенок. Я только что узнал... она... она только что родилась.

Мир вокруг меня на мгновение застыл.

– Юки, о чем ты говоришь? Какой ребенок? – Я уже чувствовал, как пространство вокруг меня начинает вибрировать от готовности к «Обмену тенями».

– Ее мать... она мертва, – голос Юки сорвался на крик, заглушаемый грохотом чего-то падающего на том конце провода. – Она не выжила при родах... и потом Врата... Пап, я держу ее, она такая маленькая! Я закрыл нас куполом, но мана кончается, щупальца не выдерживают веса плит! Пожалуйста!

– Держись, – отрезал я, и мой голос прозвучал подобно грому. – Не смей отпускать. Я иду.

Я сбросил вызов и посмотрел на отца и Сухо. Им не нужны были объяснения.

– Юки в беде, – коротко бросил я. – Сектор К-14. Сухо, оставайся с дедом.

– Нет, пап! – Сухо вскочил, его глаза вспыхнули фиолетовым огнем. – Это мой брат! Я иду с тобой!

Я хотел возразить, но время шло на секунды. Теневой Монарх внутри меня рычал, требуя крови тех монстров, что посмели коснуться моей семьи.

– Хватайся за плечо, – скомандовал я.

В следующее мгновение мы провалились в вязкую тьму.

---

Запах гари, пыли и свежей крови ударил в нос прежде, чем я успел открыть глаза. Мы оказались посреди руин огромного комплекса. Небо было затянуто багровым маревом — Врата ранга А всё еще были открыты, и из них бесконечным потоком изливались демонические гончие и ледяные эльфы.

Но меня не интересовали монстры.

– Юки! – крикнул я, выпуская свою ауру.

Волна моей силы была настолько мощной, что ближайших тварей просто испарило, а остальные в ужасе прижались к земле. Я почувствовал его. Глубоко внизу, под тоннами бетона и искореженного металла, пульсировала слабая, надрывная энергия.

– Там! – Сухо указал на завал, из-под которого вырывались тонкие, подергивающиеся черные отростки.

Мы бросились туда. Я вонзил руки в бетон, словно в мягкую глину, и с рывком отбросил многотонную плиту. Сухо помогал, используя свои способности, чтобы укреплять своды, предотвращая дальнейшее обрушение.

То, что мы увидели, заставило мое сердце пропустить удар.

Юки сидел в небольшой каверне, скорчившись и прижимая к груди что-то, завернутое в его окровавленную куртку. Его лицо, обычно дерзкое и красивое, было серым от пыли и слез. Голубые глаза смотрели в пустоту. Вокруг него извивались щупальца, из последних сил удерживая нависающие балки, но они уже начали растворяться, теряя плотность.

Рядом с ним, наполовину присыпанное пылью, лежало тело молодой девушки. Она была мертва.

– Папа... – Юки поднял на меня взгляд. Его губы дрожали. – Она... она такая крошечная.

Я опустился на колени рядом с ним, игнорируя крики монстров снаружи, с которыми уже начали расправляться мои вызванные тени — Игрис и Бериу во главе легиона устроили настоящую бойню.

– Юки, отдай мне ее, – мягко сказал я, протягивая руки.

– Нет! – Он прижал сверток крепче, и его щупальца угрожающе дернулись. – Я не оставлю ее. Я обещал... я обещал, что защищу.

– Юки, это я, – я коснулся его плеча, вливая свою ману в его истощенное тело. – Мы в безопасности. Сухо здесь. Я здесь. Дай мне посмотреть на внучку.

Слово «внучка» подействовало на него отрезвляюще. Юки медленно, с трудом разжал руки.

В складках черной ткани лежало крохотное существо. Младенец был неестественно бледным, но когда я коснулся ее лба, я почувствовал это — слабую, едва заметную искру силы. Теневой след. Моя кровь.

– Она жива, – выдохнул я, и почувствовал, как у самого наворачиваются слезы. – Юки, ты справился. Ты спас ее.

Сухо подошел ближе, его лицо выражало смесь шока и благоговения.

– У меня есть племянница? – прошептал он, протягивая палец и касаясь крошечной ручки ребенка. – Ничего себе...

– Нам нужно уходить, – я поднялся, бережно держа сверток одной рукой. Другой я помог подняться Юки. – Врата еще активны, и здесь небезопасно.

Юки посмотрел на тело девушки. В его глазах отразилась невыносимая боль.

– Мы заберем ее, – сказал я, понимая его без слов. – Игрис!

Верный рыцарь возник из тени, склонив голову.

– Позаботься о ней, – приказал я, указывая на погибшую. – С почестями.

– Слушаюсь, мой Повелитель.

Мы выбирались из руин под прикрытием теневой армии. Небо над городом полыхало, но для меня весь мир сейчас сосредоточился на слабом дыхании ребенка и тяжелых шагах моего старшего сына, который в один день потерял любимую и стал отцом.

Когда мы вышли на открытое пространство, нас встретил Ильхван. Увидев ребенка в моих руках и состояние Юки, он всё понял без лишних вопросов. Старик просто подошел и крепко обнял внука, позволяя тому, наконец, разрыдаться, уткнувшись в его плечо.

– Как ты ее назовешь? – спросил я тише, когда мы оказались в безопасности штаба Ассоциации, где врачи уже суетились вокруг Юки и малышки.

Юки, сидевший на кушетке с перебинтованными руками, поднял на меня свои пронзительно-голубые глаза. В них больше не было бунта. Только бесконечная усталость и новая, взрослая решимость.

– Мина, – ответил он. – Ее мать хотела назвать ее Мина.

Я кивнул, глядя в окно на заходящее солнце. Мир снова был спасен, но для моей семьи началась новая глава.

– Ты не будешь один, Юки, – сказал я, подходя к нему и кладя руку на плечо. – Мы вырастим ее вместе. Слышишь? Весь теневой легион будет ее няньками, если потребуется.

Юки слабо усмехнулся, впервые за этот бесконечный день.

– Бериу в роли няньки? Это будет то еще зрелище, пап.

– Поверь мне, – я улыбнулся в ответ, – он уже спорит с Игрисом о том, кто будет охранять ее колыбель.

Сухо, стоявший у двери, добавил:

– А я научу ее драться. Ни один парень к ней не подойдет ближе, чем на километр.

Мы рассмеялись — негромко, с привкусом горечи и облегчения. Впереди было много трудностей: объяснения с властями, похороны, бессонные ночи. Но глядя на то, как Юки осторожно берет на руки свою дочь, я знал одно.

Теневой Монарх может править смертью, но его истинная сила — в защите жизни. И сегодня мы победили.